Antimatrix

Что новенького?
Тема дня

Невидимый заговор против человечества

Николай Иванович Сенченко


МЕЖРЕГИОНАЛЬНАЯ АКАДЕМИЯ УПРАВЛЕНИЯ ПЕРСОНАЛОМ
МАУП

Николай СЕНЧЕНКО
Невидимый заговор против человечества

Киев 2007
ББК 66.4(0) С31
Рецензент: А. И. Кудряченко, д–р ист. наук, проф.
Библиотека журнала “Персонал” основана в 2002 году
Сенченко Н. И.

С31 Невидимый заговор против человечества.
— К.: МАУП, 2007. — 800 с.
— (Б-ка журн. “Персонал”).

ISBN 966-608-647-6



Оглавление

Об этой книге

Вы держите в руках книгу, благодаря которой совершите путешествие в неизведанный мир запутанных связей. Книга написана для тех людей, которых интересуют вопросы, как и кто делает большую политику, кто управляет мировыми процессами и с какой целью, что происходит в мире и куда мы движемся.

Действительно ли существуют тайные общества? На самом ли деле существует тайное Мировое правительство? Существует ли всемирный заговор, имеющий своей целью преобразовать мир для счастливой жизни “золотого миллиарда”, внедрить новый мировой порядок? Или это только пустая болтовня “теоретиков в области заговоров”?

В этой книге речь идет о тайной власти, скрытой истории и тайной религии; секретах богатства, власти и управления; тайнах, которые до недавнего времени редко становились достоянием исторических книг и никогда не упоминались в средствах массовой информации.

ББК 66.4(0)+66.1(0)

© Н. И. Сенченко, 2007 © Межрегиональная Академия управления персоналом (МАУП), 2007

ISBN 966-608-647-6

Предисловие

Николай Иванович Сенченко, доктор технических наук, профессор, заслуженный деятель науки и техники Украины, широко известен своими научными и публицистическими трудами. К сфере его разносторонних интересов относится и конспирология — отрасль знания, в которой исследуются причины, механизмы и последствия деятельности различных тайных организаций.

Поскольку данные организации являются тайными, постольку их деятельность представляет угрозу для общества. Не зная об их существовании и их целях, люди оказываются часто не в состоянии своевременно и адекватно противостоять преступным намерениям тайных сообществ.

Цель таких сообществ одна — установить свое безраздельное господство над человечеством или хотя бы над его частью. В основе деятельности противозаконных тайных организаций лежит, как правило, богоборческое начало, которое находит свое оформление в доктринах некой “избранности”, превосходства, исключительности.

На определенных исторических этапах тайные учения становятся известными и могут иногда играть роль государственных идеологий. Как, например, это произошло в ХХ столетии, когда на исторической арене появились чудовищные тоталитарные идеологии в форме большевизма, фашизма и сионизма. При всей внешней несхожести названных идеологических конструкций они, тем не менее, имеют общую основу — человеконенавистническую доктрину “избранности”.

Например, предтечей сионизма и социализма, как политических идеологий, был Моисей Гесс (1812—1875), автор книги “Рим и Иерусалим”, который считал еврейскую революцию главной силой прогресса, а ее основной целью — возрождение Израиля.

Сионизм, как известно, стал государственной идеологией “возрожденного” в 1948 г. Израиля, а уже в 1975 г. ХХХ Генассамблеей ООН он был признан формой расизма и расовой дискриминации. Сегодня уже очевидно, что эта доктрина европейского расизма возникла задолго до ХХ столетия и развивалась длительное время в русле различных тайных сообществ.

В своей новой книге “Невидимый заговор против человечества” Н. И. Сенченко скрупулезно исследует наиболее тщательно охраняемые тайны властителей мира, прослеживая историю тайных обществ и ту реальную власть, которой они обладают, от древних тайн до современных теорий заговоров. Анализируя латентные структуры мировой политики, он обнаруживает свидетельства богоборческих сил, которые делают большую политику и сотрясают мир, начинают и прекращают войны, манипулируют биржевыми рынками, процентными ставками, поддерживают классовые различия и контролируют вечерние программы новостей.

И делают они это под эгидой тайных и явных структур, таких как Комитет 300, Бильдербергский клуб, Совет по международным отношениям, Трехсторонняя комиссия, Центральное разведывательное управление и др.

Согласно проведенного им тщательного анализа власть этих групп уходит далеко вглубь истории развития человечества. Опираясь на исторические свидетельства и свои непредвзятые исследования, он четко прослеживает связи, объединяющие Финансовый интернационал и тайные структуры мировой политики с масонами, в частности, с иллюминатами, розенкрейцерами и тамплиерами, мистическими обществами, финансовыми и разведывательными организациями.

В итоге получился интересный синтез исторической, политической, экономической и геополитической информации, проливающий свет на мировые процессы, на тех людей и организации, которые пытаются править миром. Значительная часть этой невидимой паутины еще и сегодня глубоко скрыта от широкой общественности.

Не оставляющая равнодушным, инициирующая мышление и крайне увлекательная книга “Невидимый заговор против человечества” предлагает своеобразный взгляд на мир и может объяснить — почему происходит то или иное событие.

Книга легко читается и воспринимается как руководство к глубокому размышлению, к переосмыслению процессов, происходящих в действительности, побуждает мыслящих людей, не утративших чувства патриотизма и ответственности за судьбы нации, к адекватному действию, потому что завтра может быть будет поздно, поскольку это “завтра” может и не наступить.

Георгий ЩЁКИН,

Председатель Наблюдательного Совета Межрегиональной Академии управления персоналом, профессор социологии и богословия

Введение

Имей смелость знать.

Гораций

Однажды я увидел дерево. Мертвенно–бледное и гладкое, оно казалось бутафорией, театральной декорацией, кладбищенским памятником. Но это было живое дерево, только каждая ветка, каждый листок, весь ствол были оплетены тугой паутиной. И дерево задыхалось. Я смотрел и думал: обречено ли дерево на медленную и мучительную смерть или оно очистится от этой паутины?

Задумайтесь, сможет ли дерево самостоятельно очиститься от паутины или нет? Я думаю, что нет! Дерево станет здоровым только тогда, когда человек, а обобщенно человечество, осознав неминуемую гибель дерева, освободит его от паутины. Очищенное дерево расправит свои ветви и буйно зазеленеет, таким особым образом отблагодарив человека за его добрый поступок.

Сложнее с обществом, опутанным невидимой паутиной. Чтобы освободиться от этой страшной невидимой паутины, человечеству необходимо посмотреть на окружающий мир другими глазами. Необходимо изменить свои взгляды, которые навязаны миру международным финансовым капиталом или Финансовым интернационалом и подконтрольными ему средствами массовой дезинформации. Человечество должно осознать несправедливость существующего мироустройства, объединить усилия людей доброй воли и очиститься “от паутины”.

Хочу предупредить. Эта книга читается не так просто, как читается детективная литература. Эту книгу нужно читать внимательно, и тогда все события, происходящие в мире и в Украине, станут для вас понятными и вы будете информированными настолько, что сможете влиять, при желании, на все социальные процессы.

Если присущие вам собственные взгляды на развитие человечества, религию, историю и мир полностью вас устраивают, можете дальше не читать.

Если вы искренне верите, что человечество почти достигло пика своего духовного и научного насыщения и что общественные средства массовой информации делают вас достаточно информированными, остановитесь здесь.

Я не советую читать эту книгу и тем, кто искренне верит, что человечество стремительно идет к вершине своего духовного развития, что существующие средства массовой информации объективно освещают события, происходящие в мире.

Эта книга для миллионов тех, кто смотрит, слушает или читает ежедневные новости, удивленно раздумывает над полученной информацией и задает вопрос: что же в действительности происходит в мире?

Книга также для тех, кого интересует, как и кто делает большую политику, кто управляет мировыми процессами и с какой целью, что происходит в мире и куда мы движемся.

Вы держите в руках книгу, благодаря которой совершите путешествие в неизведанный мир запутанных связей, человеческой жестокости и подлости, удовлетворения самых низких инстинктов.

В этой книге речь пойдет о тайной власти, скрытой истории и тайной религии; секретах богатства, власти и управления; тайнах, которые до недавнего времени редко становились достоянием исторических книг и никогда не упоминались в средствах массовой информации. Этот материал кого-то может взволновать, кого-то встревожить, а кого-то и разочаровать. Но никто еще не обретал мудрости, изучая только тот материал, который подтверждает его собственные устоявшиеся взгляды.

Здесь рассматриваются те проблемы, относительно которых знатоки могут сказать, что они затрагивают знания, лежащие на поверхности. Но как часто такие мелкие, поверхностные проблемы внезапно становятся областью больших волнений?

Старшее поколение еще помнит кровавые события в Российской империи 1917 и последующих годов. События 1917 г. подготовлены и профинансированы орденом банкиров и политиков, готовивших не одну войну и революцию, особенно это видно из протокола допроса Христиана Раковского, масона высокой степени посвящения, приведенного в данной книге.

Этот орден, имя которому Финансовый интернационал, играл и играет судьбами стран и народов по принципу управляемого конфликта, что сегодня доказано многими учеными разных стран. Финансовый интернационал создал и СССР для эксплуатации трудовых и природных ресурсов бывшей Российской империи. Он же инициировал истребление десятков миллионов людей, в первую очередь русских, уничтожая интеллектуальную элиту нации и наиболее смелых патриотов своей Родины.

Непомерно громадная роль ордена и в событиях, происшедших в Германии, когда несколько раздражающий, на первый взгляд, незначительный лидер немецкой нации сумел получить огромную власть в центре Европе в 1930–х годах. В дальнейшем имел место конфликт на противоположной стороне Земли в небольшой стране, именуемой Вьетнамом, и других странах мира.

Мы могли бы также вспомнить о совсем недавних событиях начала 1990–х годов, приведших к развалу огромного государства, именуемого Советским Союзом. Далее конфликты в Ираке, Югославии, затем снова в Ираке и... так до бесконечности. И везде мы можем найти следы Финансового интернационала, следы Мирового правительства.

Действительно ли существуют тайные общества?

На самом ли деле существует тайное Мировое правительство?

Существует ли всемирный заговор, имеющий своей целью преобразовать мир для счастливой жизни “золотого миллиарда”, внедрить новый мировой порядок? Или это только пустая болтовня “теоретиков в области заговоров”?

Ответ во многом зависит от нас самих, а точнее от нашей способности объективно оценивать происходящее вокруг нас. Поэтому вдумчивые люди обращают все более серьезное внимание на природу заговоров и тайные общества, порождающие их. Интернет заполнен веб–сайтами, где заговор представлен как интрига, и информация о нем помещена на самом видном месте.

Все больше изданий печатают материалы, посвященные этой теме, начиная от тайн тамплиеров и заканчивая страшными событиями 11 сентября 2001 г. Телеканалы тогда просто зациклились на показе самолетов–самоубийц, врезающихся в башни Всемирного торгового центра. Тысячи человек потеряли жизнь в этот день, и в Афганистане была начата война отмщения.

Однако много загадочного остается в этих событиях. Описание их полно нелепостей, неопределенностей и противоречий. Несмотря на тревожное чувство, порождаемое ими, общественность все-таки довольствуется официальной версией, понимая, что императивы государственной безопасности не позволяют властям Соединенных Штатов Америки (США) говорить обо всем открыто.

В книге большое внимание уделяется высказываниям авторов из США о существовании заговора и его роли в проводимой американскими властями внутренней и международной политике. И это не случайно. Притязания американцев на свою исключительность имеют давнюю историю. Начало им положили взгляды первых поселенцев — пуритан, прибывших на американский материк еще в XVII в. с надеждой реализовать библейскую заповедь “града на холме”, где все поселенцы равны и свободны.

Отсюда и обоснование концепции экспансии принципов свободы и демократии как проявление логики Божественного Провидения. От этой мысли до идеи — предначертания Америки реформировать весь мир и вести его за собой — один шаг. Уже в середине XIX в. некоторые американские идеологи утверждали, что в ближайшем будущем США станут центром, вокруг которого все нации объединятся в единый народ, что США, подобно Солнцу, окажут “славное влияние на страны Европы, а дальше и на азиатские империи”.

Философ Дж. Фиске в 1895 г. говорил, что в ближайшем будущем все страны мира станут английскими по своему языку, религии, своим политическим обычаям и в значительной степени по крови населяющих их народов. Таким образом, идеи, сформулированные в “доктрине Монро” в 1823 г., утверждавшие главенствующую и руководящую роль США сначала в Латинской Америке, а затем и в Западной Европе, в середине XX в. распространялись уже во всем мире.

Наиболее четко эти установки были провозглашены в лозунге “американского века”, сформулированном политологом Г. Льюисом в 1941 г. “XX век должен стать в значительной степени американским веком... Американские капиталисты, учителя, врачи, агрономы и инженеры, поддерживаемые американской мощью, должны взять на себя бремя белого человека, неся с собой повсюду “стабильность” и “прогресс” американского образца”, — утверждал он. И это не пустые слова, а четко определенная политика, поставленная во главу угла деятельности политических сил, организаций и правительства Америки. И мы видим сегодня, как, “поддерживаемые американской мощью”, насаждаются “демократические принципы” в Ираке и многих других странах.

Те, кто пишет о заговорах, старательно обходят острые углы и очень осторожно ведут разговор на эту тему, стремясь преподнести проблему заговора как высказывание своего личного мнения.

Следует отметить, что в США выходит много книг о скрытой власти Америки, однако средства массовой информации и различные политические группировки не допускают широкой продажи этих книг.

“Мы хотим обратить внимание на то, — пишет уроженец Лондона, профессор экономики, один из исследователей института Гувера Стэндфордского университета Энтони Саттон [1], — что в то время как книги серии “Скрытая власть Америки” остаются в США практически неизвестными, они приобрели известность в мире собственными силами, без какой-либо помощи со стороны США и, конечно, без содействия автора.

По–настоящему значимым является то обстоятельство, что каждая из этих трех групп представляет проамерикански настроенные интеллектуальные круги своих стран. Это думающая интеллигенция России, Европы и стран Латинской Америки... Таким образом, складывается необычная ситуация: интеллигенция России, Европы и стран Латинской Америки более информирована о структуре политики США, нежели американские избиратели” [2].

Многие книги о скрытой власти в Америке публикуются не издательствами, а частными лицами, которые пришли к выводу, что общественность нуждается в информации о “тайном правительстве”. Эти люди понимают, что делают правое дело.

“Короче говоря, — пишет далее Саттон, — если цензура в Соединенных Штатах и будет отменена, то только благодаря усилиям этих людей... Они налаживают свои собственные контакты и объединения, чтобы обойти политическую сеть цензуры в средствах массовой информации и найти путь к огромному числу неосведомленных граждан” [3].

Вот вам и Америка — страна развитой демократии, которую средства массовой информации предлагают нам за образец для подражания, страна, в которой существует цензура покруче цензуры Советского Союза.

Вот почему, несмотря на огромное число доступных каналов телевидения, радио, многочисленных периодических изданий и книг, можно с уверенностью утверждать, что среднестатистический гражданин нашей страны остается совершенно неосведомленным в том, что нынешнее положение Украины есть результат целенаправленной политики, а отнюдь не следствие слепой игры стихийных сил истории. И огромная негативная роль в этой политике “пятой колонны”, которая захватила власть в стране и, уничтожив промышленность, теперь планомерно уничтожает украинский народ.

По данным социологов, основное беспокойство украинского общества вызывают коррупция властей и разгул преступности. Но коррупция чиновников и криминальность экономики — это не случайность, не издержки переходного периода, предшествующего появлению на свет нового общества. И коррупция, и криминал сознательно и целенаправленно взращивались теми, кто задумал и осуществил так называемые демократические перемены в конце 1980–х годов.

Об этом много написано, и мною сделана только попытка обобщить опубликованные разными исследователями материалы в книге “Латентні структури світової політики” [4].

Даже большая часть образованных людей в различных сферах деятельности находится в абсолютном неведении относительно того, кто в действительности управляет США, Великобританией, Россией, Украиной и другими странами.

Особо об Украине. Более 14 лет в стране во время президентства Кравчука и Кучмы шли “демократические реформы, которым нет альтернативы”. До тошноты средства массовой информации “чирикали” о необходимости углубления реформ. Но никто из руководителей так и не сказал отчетливо, о каких реформах говорили нам

Кравчук, Кучма и их команда, заметим, бессменная команда реформаторов. Пора, хотя бы в общих чертах, охарактеризовать цель и содержание реформ, “которым нет альтернативы”. Цель этих реформ — построение “Общества истребления”, о котором написано в одной из работ автора [5]. И всем давно ясно, что в ходе реформ разворовывается народное хозяйство, происходит колонизация страны и порабощение народа, большей части которого грозит разорение и гибель.

Почему так происходит? И откуда это невежество народа, поставившего себя на грань уничтожения?

Главными причинами такого невежества является отсутствие в странах независимых аналитических центров, недостаток времени для самообразования, а главное, наша готовность полагаться на существующие средства массовой информации, которые предоставляют строго дозированную и четко ограниченную информацию, а не подают ее во всем разнообразии.

Нужно всем понять, что против нашего народа и других славянских народов ведется перманентная война с помощью не только информационного оружия, но и материального.

Свобода прессы существует только для тех, кто владеет средствами массовой информации. Иначе, как объяснить тот факт, что в США запрещена книга “Почему нас ненавидят в мире”, написанная Гором Видалом, автором 48 романов, классиком мировой литературы. Или еще один факт: совсем недавно запрещен документальный фильм всемирно известного режиссера Майкла Мура “Девять–одиннадцать по Фаренгейту” о связях семьи террориста номер один бен Ладена с семьей Буша.

А сколько сфабрикованных фактов выплескивается на читателей американских газет? “Сфабрикованные сюжеты хорошо вписываются в американскую культуру, — пишет газета International Herald Tribune. — И во многом это заслуга администрации президента, которая постоянно чинит препятствия информагентствам в распространении подлинных новостей”. И не стоит удивляться появлению в прессе лживых материалов, если постоянно лгут высокопоставленные чиновники и сам президент.

И это не удивительно, поскольку секретная деятельность тайных лож может достичь своей цели только в том случае, если о них никто не узнает. Уже сам по себе состав тайных лож предполагает необходимость держаться в тени от всех прочих людей.

С точки зрения конспирологии мировое правительство формирует три центра власти: Америка, Европа, Азиатский и Тихоокеанский регионы. Собственно для этого и была создана Трехсторонняя комиссия. В дальнейшем, создав для трех регионов свой парламент и региональные правительства, легко объединить их в единое Мировое правительство.

В свете сказанного хотелось бы обратить внимание на какое-то неистовое стремление большинства украинских политиков и представителей власти вступить в Европейский Союз. Многие так называемые эксперты полагают, что вступление в ЕС автоматически решит проблему повышения уровня жизни и что есть силы, препятствующие вхождению Украины в Европу. Против тех стран, которые не захотят входить в ЕС, будут применяться санкции, чтобы ускорить их вхождение. Наступил момент, когда для скорейшего вхождения в ЕС нашему правительству следует заявить о нежелании быть в объединенной Европе и тогда... вхождение Украины в ЕС — обеспечено.

Несколько слов о ссылках в изданиях. Огромным преимуществом для современного историка в его стремлении написать увлекательно, изобличить факты лжи в истории является то, что он может обходиться без какой-либо ссылки на авторитеты, с которыми он консультировался, либо на авторов, которых он цитирует. Как публика, так и критики возражают против примечаний и ссылок, прерывающих ход повествования, поэтому эта часть справочно–библиографической информации вышла из моды.

Этот удобный план не только чрезвычайно облегчает задачу автора, так как позволяет ему излагать свою мысль, не подтвержденную источниками, но также предоставляет недобросовестному историку неограниченные возможности для искажения истины. Потворствуя вкусам читателя, он способен представить на обсуждение теории, абсолютно расходящиеся с фактами, приписывать историческим персонажам чувства, которых они никогда не испытывали, и даже слова, которых они никогда не произнесли, и, таким образом, представить период в свете, который лучше всего отвечает его целям.

Однако в этой книге, рискуя придать страницам более громоздкий вид, я вернулся к старомодной системе примечаний и ссылок, так как моя цель состоит не в том, чтобы ткать причудливые словесные паутины вокруг великих событий заговора против человечества — революций и войн, а отразить как можно проще и понятней все то, что произошло на самом деле. А поскольку вся история представляет собой ряд спорных моментов, любая книга по данному предмету не будет иметь ни малейшей ценности, если в ней не будет сделана хоть наименьшая попытка приблизиться к истине.

Кроме того, необходимо указать политическую ориентацию тех, на кого делаются ссылки, а также истинную ценность их свидетельств. Одно дело — осуждение индивидуума или партии их врагами, и совсем другое — правдивые свидетельства непосредственных участников событий. Это аналогично тому, как неоправданно выслушивать обвинения на суде, не учитывая показаний свидетелей.

И небольшая ремарка относительно мнения отдельных критиков по поводу того, что написанные мною книги сложны для чтения. Хочу ответить на это замечание так: действительно, мои книги, в том числе и предлагаемая читателям, требуют напряжения ума для понимания мировых процессов, но я считаю украинский народ древним, высокообразованным народом, способным читать аналитические книги, и поэтому не собираюсь идти в авангарде апологетов “культурной революции”, ведущих народы мира к деградации.

Существует проблема истинности информации. Кто даст ответ на вопрос: что истинно, а что ложно? Что является важным, а что тривиальным? Кто действительно ответственный за события, происходящие в мире? Существуют ли заговоры, истоки которых можно проследить в глубинных недрах истории человечества? Что это за заговоры и какова их цель?

Но прежде чем начать систематизировано давать ответы на поставленные вопросы, необходимо определить новую парадигму исторических событий.


ВЗГЛЯД НА ИСТОРИЮ КАК НА ЗАГОВОР

Истреблен будет народ Мой за недостаток ведения.

Пророк Осия

Невидимая перманентная война

Давайте зададим себе несколько вопросов и попытаемся найти на них ответы.

Что такое война?

Почему происходят войны?

Кто выигрывает в результате войны, а точнее, кто получает прибыль?

Дадим ответы в порядке постановки вопросов.

Война есть не что иное, как легализованное массовое убийство. Действительно, войны влекут за собой все большие и большие разрушения и гибель людей, оставляя за собой все более заметный разрушительный след в развитии человечества. Динамику общей за последние три столетия гибели людей характеризуют следующие цифры: XVIII в. — 4,4 млн, XIX в. — 8,3 млн, XX в. — 98,8 млн человек [6]. Комментарии здесь излишни.

Ответ на второй вопрос не столь простой, и он мучает человечество на протяжении нескольких столетий. Муссолини однажды сказал: “Извечный вопрос войны “Почему?” преследует человечество с начала его существования. Но на этот вопрос до сих пор не найден ответ. Вероятно, его следует отнести к области необъяснимого” [7].

Сделаем небольшое отступление. Все знают два рецепта для излечения бедности. Это труд и экономия. Если Украина будет следовать этим рецептам, то через 5-10 лет она превратится в процветающее государство. И что произойдет потом? Будет развязана война! Почему? На этот вопрос еще в 1926 г. генерал–майор князь Череп–Спиридович дал такой ответ:

“Эдуард Ротшильд V в Париже и 300 иудео–монголов входят в состав Мирового правительства (Скрытой руки). Они заработали 100 миллиардов долларов во время Первой мировой войны. Разжигая войны, эти люди делают деньги и удовлетворяют свою “похоть” убивать. Сейчас они готовят Вторую мировую войну... Держа под контролем мировую прессу, они без труда спровоцируют новую войну” [8]. Из этого следует, что войны развязывает Мировое правительство с целью собственного обогащения. Отсюда вытекает ответ и на третий вопрос — “с целью собственного обогащения”.

Но почему мы тогда так слепы? Потому что, как говорил гениальный француз Виктор Гюго, “когда народ забывает Бога, Бог посылает на землю бедствия”.

Сегодня на планете Земля ведется невидимая перманентная война мировых правителей со странами и народами за сокращение населения (ибо полезных ископаемых на всех скоро не хватит), превращение современного человека в своего рода биоробота, поведение которого можно запрограммировать и промоделировать на компьютерах, за организацию нового мирового порядка.

Исследования, проведенные многими конспирологами с мировым именем, свидетельствуют о том, что некоторые страшные заболевания разработаны в лабораториях Центрального разведывательного управления (ЦРУ) Соединенных Штатов Америки и ими специально заражено население многих стран; что голод, революции, наркомания, гомосексуализм, аборты специально культивируются среди населения. Все это свидетельство того, что идет невидимая война.

Целью войны есть создание нового мирового порядка, в котором контроль над странами и народами будет осуществлять Мировое правительство, о чем речь пойдёт дальше. Все разговоры о глобализации подчинены этой цели. Бывший министр юстиции США

Рамсей Кларк в интервью “Независимой газете” так определил глобализацию: “Наша задача — объяснять людям, что такое на самом деле глобализация. Это отказ от национальной независимости. Это отказ народов от их культур, которые формировались в течение многих тысячелетий. Это отказ нашим детям в возможности построить свою жизнь на уровне экономической достаточности” [9].

После того как Советский Союз проиграл “холодную” войну, в мире в целом завершился процесс формирования трех основных экономических центров–претендентов на роль глобальной экономической империи в лице США, Европы и Японии. Одновременно возникли все условия для разрастания тогда еще локальных экономических войн до уровня мировых.

“Холодная” война велась за власть над ресурсами планеты между США и СССР. Шла она при явном доминировании политико–идеологической сферы и ориентации на поражение идейной организации сознания, слом свободной идентификации противника (то есть представления общества и человека, народа в целом, о том, кто он есть и в чем его предназначение). Новая война разгорелась между крупными экономическими центрами в плоскости экономической, которая ведется параллельно с войной в духовной сфере, между западной материалистической (демонической) цивилизацией и православной духовной цивилизацией.

Пауза между “холодной” и “экономической” мировыми войнами продолжалась с 1991 г. по 1996 г., когда победители делили советское наследство и решали проблему ликвидации России в качестве потенциального тяжеловеса мировой экономики. К этому времени послевоенный сценарий как театр военных действий оказался наделен следующими атрибутами: огромными пространствами “ничейной земли” (из-за политической, экономической и социальной неразберихи в Восточной Европе и СССР), расширяющимися державами (Соединенные Штаты, Западная Европа и Япония), мировым экономическим кризисом и новой, на этот раз информационной, революцией.

Однако война в духовной сфере не прекращалась ни на миг. Разве мы не видим на экранах телевидения и в других средствах массовой информации, попавших в руки закулисных правителей, уничтожение культурных ценностей, формировавшихся веками. Эти процессы автор назвал в одной из своих книг “управлением деградацией” [10].

Мнение, что все события в мире контролируются и управляются несколькими могущественными группировками, уже высказывалось многими авторами. Раскрыты связи масонства и оккультизма с высокими финансовыми кругами и политикой, приводятся факты и логические умозаключения. Это не только результат многолетних исследований и бесконечной работы с книгами, статьями и документами, доступными для всех граждан. Излагаемый материал подкреплен также отчетами секретных служб и сугубо тайных документов, промыслом Божим попавших в руки авторов.

Раскрывается мир, в котором действуют тайные ложи и секретные сообщества, сплетающие воедино капиталы, политику, экономику и религию. На этом уровне производится формирование наций, начинаются войны, выдвигаются на свои места президенты, которых впоследствии устраняют, если они не работают должным образом.

Французский историк Ж. Банвиль, изучавший длительное время политические события XIX?XX вв., перед смертью сказал, что без изучения секретных масонских архивов невозможно написать правдивую историю. “Все политические события, — отмечал Банвиль, — исходят из какого-то таинственного центра и уходят туда. Историк может о многом догадываться, но непреложных документов нет” [11].

В 1990 г. такая возможность предоставилась ученым, политикам и писателям СССР, когда был открыт сверхсекретный Особый Архив, о существовании которого знали единицы даже в высших ешелонах власти. В нем хранились документы тайных организаций Западной Европы, и прежде всего масонских лож. Архивы полиции Германии, гестапо, СС и других секретных служб, картотеки агентов, материалы наблюдений и агентурные данные о разных странах мира.

Здесь же хранились наиболее ценные материалы секретных служб и тайных обществ Франции, Нидерландов, стран Бенилюкса и другие. Важными для понимания многих мировых процессов были архивы управления государственной безопасности Франции, которые содержали информацию от начала XIX в. и до оккупации страны Германией. Здесь же содержались документы, подтверждающие подрывную деятельность против Российской империи и СССР сионистских и масонских организаций.

Кроме того, в архиве имелось множество документов масонских лож таких стран Западной Европы, как Италия, Швейцария, Испания, Франция, Бельгия, Люксембург, Нидерланды. Эти документы, содержащие переписку масонов, протоколы заседаний, финансовые документы, давали обширную информацию о работе над созданием нового мирового порядка.

Особую ценность для понимания сегодняшних процессов представляют документы сионистских организаций, протоколы съездов, а также различных обществ, тесно сотрудничавших с масонами и сионистами.

История этого архива особенная и необычная. Как пишет Олег Платонов:

“Особый Архив СССР был создан в 1945 г. на основе документов, которые Советская армия спасла от уничтожения в огне войны, в боях за Чехословакию. Ценою больших потерь наши войска овладели Нижней Силезией, где в замке Альтан обнаружили тайные хранилища, скрывавшие 25 больших вагонов с документами преимущественно на иностранных языках. Многие из них были повреждены, промокли.

Российские специалисты привели их в порядок, систематизировали и, когда разобрались, поняли, что в тайниках скрывались самые секретные документы со всей Западной Европы, которые гитлеровский режим считал особенно важным для себя, для сохранения своей власти и влияния в различных точках Земного шара...

Анализ находок в замке Альтан позволил нашим специалистам сделать вывод, что Гитлер не зря собрал именно эти документы в одном месте, ибо, сосредоточенные воедино, они представляли собой мощное оружие тайного влияния на человечество — своего рода Архив Тайной Власти, или, иначе говоря, архив агентов влияния.

Владея информацией Архива Тайной Власти, политик получал не только знание технологии секретной работы, но и готовую армию агентов, многими из которых можно было руководить подкупом и шантажом. Например, располагая списками членов масонских лож и сведениями об их разных махинациях, особенно финансовых, гестаповские офицеры заставляли масонов работать на себя.

Естественно, Сталин и политическое руководство СССР сразу поняли огромное значение Архива Тайной Власти даже для укрепления их собственного режима. Немедленно отдается приказ перевести архив в Москву, где для него руками военнопленных строится специальное здание с глухими окнами и железными дверями. С самого начала устанавливается режим сверхсекретности и статус Особого Архива СССР” [12].

Эти документы тщательно изучались сотрудниками военной разведки и Комитета Государственной Безопасности (КГБ) для использования в оперативной работе.

Трагическая судьба постигла этот архив, достояние всех славянских народов, ибо в первую очередь против них велась сионистами и масонами подрывная деятельность. 20 мая 1994 г. документы Особого Архива (его большая часть, более одного миллиона папок) из специальных хранилищ в Москве на улице Выборгской, дом № 3, “...были погружены в огромные трайлеры и отправлены через всю Европу во Францию” [13]. Еще раньше были переданы семейству Ротшильдов (кто осмелится не передать одному из влиятельнейших людей мира?) их архивы, которые также хранились в этом фонде.

Что же стало известно из Архива Тайной Власти о тайных политических механизмах, на которых построена современная иудеофарисейская цивилизация? Кто же является организаторами? Какую они преследуют цель? Каковы их методы и приемы?

Сегодня известна подлинная суть истинных злодеев человечества, которые на протяжении последних трех столетий пытаются переустроить мир, загнать человечество в электронный концлагерь, превратить большую часть населения мира в покорных зомбированных рабов, подчинить глобальному переустройству мира, предварительно уничтожив большую часть человечества.

Возвратимся в далекий 1957 г., когда на тайном симпозиуме в Хантсвиле (Алабама) представителей наиболее богатых мировых кланов рассматривалась одна специфическая тема: “Перенаселение планеты — наибольшая проблема современности”. Участники симпозиума пришли к заключению, что при сохранении существующих темпов роста населения современной цивилизации грозит неминуемая гибель. Увеличение численности населения грозит нарушением комфортной жизни мировой правящей элите.

Президент США Дуайт Дэвид Эйзенхауэр был вынужден заявить в 1957 г. следующее: “В результате разложения молодежной морали, увеличения срока жизни и уменьшения смертности от голода грядет демографический взрыв такой силы, что ожидается увеличение населения вдвое, чуть позже, чем через одно поколение” [14].

Весной 1974 г. в Министерство обороны и Министерство сельского хозяйства США известный Генри Киссинджер (Агентство международного развития) послал запрос, в котором говорилось: “Президент распорядился изучить влияние роста мирового народонаселения на безопасность США и соблюдение наших международных интересов”. Через некоторое время Советом по национальной безопасности был составлен секретный Меморандум — NSSM-200 (National Security Study Memorandum), который рассекретили только в 1998 г.

О чем же повествует этот документ?

Речь в нем идет о том, что в условиях, когда страны делятся на богатые и бедные, рост населения в бедных странах может привести к социальным напряжениям, что, в свою очередь, помешает США выкачивать ресурсы из этих стран. А потребляет Америка около трети всех ресурсов Земли, в то время как ее население составляет всего лишь шесть процентов от мирового населения. Поэтому Америке нужны стабильно отсталые страны. В Меморандуме, в частности, говорится:

“Поскольку, снижая рождаемость, мы можем улучшить перспективы такой стабильности, политика в области народонаселения становится важной для соблюдения экономических интересов США... Быстрый рост населения в развивающихся странах... наносит ущерб их внутренней стабильности и отношениям с теми странами, в развитии которых США заинтересованы, создавая таким образом политические проблемы или даже угрозу национальной безопасности США. Подобные кризисы маловероятны при низком или отрицательном приросте населения”.

Как видите, немного–немало, а повышение рождаемости в нашей стране, которую “демократические реформы, не имеющие альтернативы”, “опустили” до уровня малоразвитых стран, угрожает национальной безопасности великой Америки.

Здесь необходимо сделать некоторое отступление, связанное с уменьшением численности населения Украины за время “независимости” на пять миллионов. Это реализация на практике политики Хейга–Киссинджера по уменьшению населения, которая проводится Государственным департаментом США. Эта политика навязывает народам “третьего мира” принимать активные меры по уменьшению их населения и держать численность под контролем, в противном случае они не будут получать помощи от Соединенных Штатов.

Политика Хейга–Киссинджера по уменьшению численности населения охватывает несколько правительственных уровней и фактически определяет внешнюю политику США.

Служащий латиноамериканского отделения Отдела по делам населения Госдепартамента США, созданного в 1975 г. Генри Киссинджером, четко сформулировал задачи:

“Мы придем в страну и скажем — вот ваш проклятый план развития. Выбросьте его в окно. Начинайте обращать внимание на численность населения и просчитайте, что нужно сделать для того, чтобы его уменьшить. Если вам это не нравится, если вы не захотите сделать это в плановом порядке, то получите Эль Сальвадор или Иран, или хуже того — Камбоджу” [15].

Поэтому снижение рождаемости “туземного населения” стран-изгоев проводится самыми различными методами. Здесь и пропаганда “простых, дешевых и безотказных” средств и методов предупреждения беременности, откровенное поощрение сексуальных извращений, выделение средств на пропаганду феминизма, сексуальной свободы и многое другое.

Этой цели служат созданные в начале 1990–х годов филиалы Международной федерации планирования семьи, бесчисленные фонды, организованные зарубежными “благодетелями”, телепрограммы, демонстрирующие сцены удовлетворения алчных, животных инстинктов, развернувшаяся борьба с православием как хранителем нравственно–культурных традиций нашего общества. Началась поддержка гомосексуалистов. Появилось “движение геев”, потому что гомосексуалисты уж точно никогда не будут иметь детей.

Известно, что существует два способа уменьшения населения: уменьшить рождаемость или увеличить смертность. В США была сформулирована концепция их реализации на практике. К таким программам относятся контроль за рождаемостью с применением таких процедур, как стерилизация, аборт и пропаганда. Однако эти средства не являются достаточно эффективными, и мировая правящая элита остановилась на повышении уровня смертности как на последнем шансе устранения мировой ресурсной катастрофы. И сегодня планируется сократить количество населения на 2 млрд человек посредством войн, голода, болезней и других средств, которые дают возможность достигнуть поставленной цели.

Но кто же несет погибель человечеству во имя процветания и благополучия “золотого миллиарда”, кто разрушает нашу страну и готовит страшную судьбу не только нашему народу, но и всему человечеству?

Как утверждает большинство исследователей, существует три глобальные силы, которые сеют зло на земле и несут погибель человечеству. Они “представляют собой: 1. Светскую финансовоэкономическую силу — Мировую еврейскую олигархию. 2. Полулегальную, религиозно–террористическую силу — Мировой сионизм и 3. Властно–распорядительную силу — Мировое масонство” [16].

Мне часто задают вопрос: почему я считаю, что идеология сионизма направлена на завоевание мирового господства. Ведь их целью является создание государства Израиль. Дело в том, что в идеологии сионизма существует два направления: политический сионизм и духовный сионизм. Действительно, целью политического сионизма, или сионизма Герцля, было создание государства на “исконных землях”, как они считают, еврейского государства. Вот какое определение сионизма дает еврейская энциклопедия:

“Сионизм. — Под сионизмом подразумевают организованное еврейское движение, имеющее целью экономическое и культурное возрождение еврейской народности в Палестине... Первые основатели политического С. исходили из антисемитизма, т. е. из отрицательных моментов в еврейской жизни. И Пинскер, и Герцль ссылаются на вечный антисемитизм и невозможность полной ассимиляции, что бы обосновать сионистский идеал” [17]. Однако с созданием государства Израиль в 1948 г. идеология сионизма не исчезла.

Здесь первенство принадлежит духовному сионизму, или сионизму Ахад Гаама. Его объясняет та же еврейская энциклопедия так:

“Сионизм духовный — доктрина Ахад Гаама, согласно которой Палестина призвана не разрешить социально–экономическую проблему еврейства, а стать для иудаизма духовным центром, который в идее должен объединять рассеянные части нации, вызвать внутреннее возрождение, нравственное очищение и объединение народов в диаспоре” [18].

Но кто же такой Ахад Гаам?

Справка.

Ахад Гаам (псевдоним, означающий “один из народа”), настоящее имя Гинцберг Ашер Исаевич — выдающийся еврейский публицист–мыслитель; род. в 1856 г. в Сквире (Киевск. губ.) в зажиточной ортодоксально–хасидской семье. Получив традиционно–религиозное образование, Ахад Гаам уже в 16 лет обращал на себя внимание обширными знаниями Талмуда и раввинской письменности; более всего он увлекался философскими трудами испано–арабского периода.

Родители Ахад Гаама поженили своего единственного сына на 17–м году, но после свадьбы он продолжал жить в родительском доме, занимаясь самообразованием. В 1878 г. Ахад Гаам поехал в Одессу, где стал готовиться к экзаменам на аттестат зрелости. Учился в Вене. Свою литературную деятельность начал в 1889 г. В этом же году сторонники Ахад Гаама основали орден “Бней–Моше”, стремившийся воплотить в жизнь его идеи.

Он же был вдохновителем и идейным руководителем ордена, просуществовавшего 8 лет. В 1907 г. Ахад Гаам переехал в Лондон, а в 1922 г. окончательно переселился в Палестину, где выпустил 6–томное издание своих писем (1923-1925) и работал над мемуарами [19]. Умер в Тель–Авиве в 1927 г.

В своих работах он критиковал политический сионизм, “указывая, что прежде, чем направлять свои усилия к “возрождению на земле”, надо позаботиться о “возрождении сердец”, об умственном и нравственном усовершенствовании народа, к возрождению которого стремятся палестинофилы; без надлежащей духовной подготовки никакое “реальное” возрождение немыслимо.

Цикл его статей, “в особенности историко–философские “Perurim” (отрывки), в которых Ахад Гаам проявил огромную эрудицию и большую силу философского анализа, создали ему громкую известность и вызвали среди русско–еврейской интеллигенции особое идейное течение, известное под названием “духовный сионизм”.

Он считал, что “необходимо создать в Сионе духовный центр, который объединил бы духовными узами рассеянный народ. Для этого достаточно, если в Палестину переселится лишь незначительная часть еврейского народа, хотя бы только один его процент ”. В статье “Переоценка ценностей” Ахад Гаам пишет, что “миссия еврейского народа заключается в том, чтобы стать “сверхнародом”, “народом пророков”, “воплощающих в себе из рода в род наивысший тип нравственности, быть неизменным носителем наиболее трудных нравственных обязанностей без всякой мысли о том, приносит ли он этим вред или пользу людям, а исключительно во имя существования этого высшего типа”, так как “абсолютная справедливость, как самодовлеющая цель и как степень совершенства человеческого типа, вовсе не обусловлена благом большинства...

Мы можем рассматривать абсолютную справедливость как душевное свойство сверхчеловека, не терпящее никаких ограничений во имя блага большинства. Эта высшая справедливость прорывается наружу и прокладывает себе дорогу, вовсе не считаясь с ее практическими последствиями, хороши ли они или дурны по отношению к внешнему миру[20].

Многие исследователи считают, что программой духовного сионизма, обработанной Ахад Гаамом, являются “Протоколы сионских мудрецов”. Мы не будем вдаваться в споры о сущности сионизма, которые ведут между собой сами сионисты. Исследователи понимают и знают, что сионизм — это идеология тайного стремления талмудического иудаизма к мировому господству, что легко выяснить, прочитав несколько статей Ахад Гаама.

Представители духовного сионизма ведут невидимую для непосвященных, тайную войну за мировое господство. Еще в XVII в. международная еврейская олигархия, которую олицетворяют еврейские ростовщики–банкиры, в тесном альянсе с сионистскими организациями, возглавляемыми ортодоксальным раввинатом еврейских диаспор Европы, начали широкомасштабные операции по захвату власти в отдельных странах.

Нидерландская революция 1630 г., английская революция 1648 г., финансированная главным раввином Амстердама — Манасия Бен Израилем, французская революция 1789 г., волна европейских революций 1848 г. и, наконец, революция в Российской империи 1917 г. — все это невидимая перманентная глобальная война международной еврейской олигархии, мирового сионизма и мирового масонства против человечества.

Зловещий симбиоз этих сатанинских сил начал формировать со второй половины XIX в. основные организационные структуры, о которых речь пойдет далее, для управления всей подрывной деятельностью против человечества. Своей невидимой паутиной они опутали все страны мира и для реализации своей цели создали тысячи различных организаций, от тайных до легальных, от уголовных до респектабельных. Они создавались с целью влиять на мировую политику.

Одни были предназначены для познания скрытых древних знаний о мистических состояниях человеческого сознания и его потенциальных возможностях постигать неизведанное. Другие — для насильственного решения задач собственного обогащения, покорения себе подобных, захвата чужих земель, порабощения стран и народов. И несмотря на то, что эти тайные общества и организации были предназначены для решения локальных различных задач, их главной целью была только одна единственная задача — обладать властью над странами и народами.

За последние три столетия им удалось захватить контроль над большинством стран мира и закулисно творить историю, невидимо управлять ходом мировой истории. И США, и Англия давно оплодотворены талмудической проказой о “богоизбранности” иудеев, что, несомненно, способствовало экономическому закабалению этих стран.

После захвата Кромвелем власти в Англии и убийства короля Карла I Стюарта в 1656 г. в Англию хлынула новая волна евреев из Нидерландов и других стран Европы. С этого периода Англия постепенно начинает превращаться в бастион международного еврейского капитала. А созданный вскоре с их участием Банк Англии становится мировым банком, использующий огромный капитал этой страны в интересах мирового еврейства.

“Без всяких натяжек сегодня можно утверждать, — пишет Ю. Козенков, — что правители почти всех ведущих стран мира, все эти буши, блэры, шредеры, шираки, оснары, Гавелы, квасьневские и прочие ананы и соланы — это всего лишь марионетки, выполняющие указания тайного руководства триады мирового зла — международной еврейской олигархии, мирового сионизма и мирового иудеомасонства, — сформировавших тайное мировое правительство, оперирующее управлением мировыми процессами при помощи могучего инструментария в лице Соединенных Штатов Америки (военно–финансовая сила), Израиля (военно–идеологическая сила) и Англии (мозгового центра управления всей триадой мирового зла)” [21].

Владея финансами страны, создатель мировой финансовой империи Майер Амшель Ротшильд превращает Англию в центр, где формируются основные сионистские и иудеомасонские международные организации, которые плетут невидимую паутину заговоров против других стран и народов. Здесь же, в Лондоне, в день святого Иоанна Крестителя 24 июня 1717 г. была учреждена “Великая ложа Англии” и избран Великий мастер.

К 1890 г. она состояла из многих сотен малых лож с сотнями тысяч членов. Иудеомасонская мафия вышла из подполья и положила начало мировому иудеомасонству как единой мировой силы, ведущей подрывную работу против стран и народов во имя своих подрывных целей. Имея золото сионистов и опытных менеджеров из числа масонов из высших эшелонов власти, иудеомасонство стало распространяться по всей Европе и США.

“А пока в Европе, — пишет Ю. Козенков, — на протяжении почти всего XIX в. текли реки крови, за океаном, в Соединенных Штатах Америки, не только оперилась, но и вышла на передовые рубежи новая масонская элита, сплошь оплодотворенная иудейскими догмами о “богоизбранности” и руководимая международными сионистскими Центрами, пустившими глубокие корни на благодатной американской земле. Их далеко идущими планами было создание здесь своего нового бастиона для борьбы за мировое господство над человечеством” [22].

После победы над Японией в 1945 г. Америка ведет, как выразился историк Чарлз О. Бирд, “вечную войну ради вечного мира”. За данными Федерации американских ученых, за время от событий в Косово и, двигаясь назад, до Второй мировой войны США провели несколько сотен войн против коммунизма, терроризма, наркотиков, а иногда и вообще неизвестно против чего. И всегда они старались нанести удар первыми. Ряд войн продолжаются и сегодня, хотя многие и не помнят о них.

Третьей составляющей инструментария мирового господства является государство Израиль, в создании которого велика роль Адольфа Гитлера [23] и И. В. Сталина, который помог формированию израильской государственности. Однако вскоре эта страна становится

“...не только рассадником мирового расизма и террора, — пишет Ю. Козенков, — но и стала тихой гаванью для иудейских преступников всего мира. Евреи, совершая различные преступления по всему свету, в том числе и в странах своего постоянного проживания, всегда могут укрыться от справедливого возмездия на территории Израиля, так как это государство не выдает их правосудию других стран, что делает эту страну вне закона для всего человечества” [24].

Какое оружие используется для ведения невидимой войны?

Перманентная война ведется с помощью трех видов оружия: информационного, материального и модельно–организационного.

К первому виду оружия, которое является оружием высшего приоритета, относится концептуально–методологическое, хронологическое (историческое) и фактологическое (идеологическое) оружие. Здесь используется мировоззренческая, методологическая информация, которая позволяет видеть мировые процессы и рассматривать все явления, вложенные в Глобальный исторический процесс.

Правильное понимание исторического процесса дает возможность, анализируя прошлое и настоящее, экстраполировать будущее. Применение информационного оружия заключается в искажении Глобального исторического процесса, деидеологизации.

Материальное оружие включает в себя экономическое оружие, оружие геноцида и обычное оружие физического поражения. Средства экономической борьбы направлены на развал промышленности страны, против которой ведется война, набрасывание на финансово–кредитную систему “долларовой удавки”, широкое внедрение паразитического ссудного процента для уничтожения среднего класса предпринимателей, подкуп должностных лиц, экономическую блокаду. Оружие геноцида поражает не только живущих, но и будущее поколения (биологическое, химическое, генно–этническое, наркотическое).

Обычное оружие применяется сегодня в исключительных случаях. Примерами его применения являются точечные бомбардировки Югославии, Ирака и других стран, подлежащих, с точки зрения Америки, “демократизации”. В новой войне в ход пошло и новое оружие в виде своего рода экономических сверхбомб, сменивших атомные бомбы “холодной” войны. Спецификой этого оружия стало то, что уничтожаемое “нерентабельное” население не просто нищает и африканизируется, но еще и самостоятельно финансирует (через последующую выплату долгов) войну против самого себя.

В отличие от времен “холодной” войны, когда атомные бомбы выполняли задачу запугивания и навязывания своей воли противнику, экономические сверхбомбы служат для нападения на территории (государства), уничтожения материальной базы национальной независимости (являющейся этическим, юридическим, политическим и культурным препятствием на пути экономической глобализации) и, при необходимости, обезлюдения этих территорий.

“Обезлюдение происходит из-за стремления победителей избавиться от всех, кто бесполезен для новой глобальной экономики. В частности — от некоторых народов, “нерентабельных” в силу экономических причин. Такая роль отведена и территориям проигравшего “холодную” войну СССР. Дело в том, что средняя норма рентабельности современного производства нынешней цивилизации приближается к 4 %, то есть во всем мире, затратив на производство 100 долларов, продукции можно получить на 104.

В славянских республиках бывшего СССР, в силу объективных причин (географических, климатических и т. д.), имеются дополнительные издержки, из-за которых, даже работая по тем же технологиям, что и другие, они вынуждены тратить на производство все эти 104 доллара. Это обстоятельство является одной из самых важных причин отсутствия сколько-нибудь серьезных иностранных инвестиций в их экономики” [25].

После разгрома страны с помощью экономических сверхбомб, победители в лице глобальных финансовых центров берутся за восстановление побежденных государств и реорганизуют их согласно новой логике мирового рынка. Проще говоря, навязывают необходимую победителям экономическую модель. Именно поэтому в новой глобальной войне одними из первых уничтожаются национальные экономики и рынки. Пример — современная Югославия, точнее, то, что от нее осталось.

Модельно–организационное оружие является стратегическим ноу–хау американской сверхэлиты. Суть его состоит в том, что для победы над любым современным государством совсем не обязательно каждую его пядь завоевывать. Есть другой путь.

Создается модель международных связей страны: международная торговля, рынки сбыта, финансовая система. При помощи различных международных организаций, работающих во “вражеских странах”, благотворительных фондов, международных программ, советников и политологов, подготовленных в США, посольств и разведывательных служб, а также средств массовой информации, — собираются и создаются личные базы данных о политиках, государственных служащих, ведущих бизнесменах.

В этих базах данных есть информация о счетах за границей, а также компрометирующие материалы. Личностные базы данных используются для запугивания и разложения политической и государственной элиты, ее расслоения и формирования “пятой колонны”, которая является ударным звеном в перманентной войне.

С помощью использования модели международных связей “вражеского” государства и различных международных организаций осуществляется его политическая изоляция, накладываются различные торговые эмбарго, производится экономическая блокада — и государство отсекается от основного источника наполнения государственного бюджета.

Сегодня словосочетание “международный терроризм” — это выражение, удобное для американских стратегов, поскольку позволяет им отстраивать и выстраивать мир по своим лекалам. Это тем более удобно, что двойные стандарты Вашингтона при “оценке” терроризма, а также абсолютная размытость и абстрактность этого понятия превращают буквально каждую точку земного шара в объект военного нападения. Естественно, если это будет сочтено целесообразным американскими стратегами. То есть “террористом” можно объявить любого, кто не собирается “отстегивать” “налог” в американский “общак свободы и справедливости”.

В подтверждение этого приведем мнение бывшего министра науки и технологий ФРГ Андреаса фон Бюллова, в течение двух десятков лет бессменного председателя комитета по разведке Бундестага. В своем интервью немецкой газете “Tagesspiegel” он полностью разоблачает “доказанность” связи взрывов в Нью–Йорке 11 сентября 2001 г. с Усамой бен Ладеном.

Фон Бюлов утверждает, что “глобальная карта организованных в настоящее время гражданских войн и конфликтов в Центральной Азии совпадает с месторождениями необъятных запасов стратегического сырья на территории бывшего Советского Союза... То же самое наблюдается с третьей картой: узловыми пунктами торговли наркотиками”.

А события 11 сентября, считает он, “точно совпадают с движущей концепцией индустрии вооружений, разведывательных агентств и всего военно–промышленно–академического комплекса” Соединенных Штатов — и это “так очевидно, что бросается в глаза” [26].

Арно Дж. Майер, заслуженный профессор истории Пристонского университета, в своей статье во французской газете “Монд” по поводу террористического акта 11 сентября 2001 г., в частности, писал:

“Так или иначе, после 1947 г. Америка превратилась в главного преступника–первопроходца, виновного в “упреждающем” государственном терроризме, прежде всего по отношению к странам “третьего мира”, и потому, как правило, игнорируемом. Кроме постоянной подрывной деятельности и свержения правительств в соперничестве с Советским Союзом в годы “холодной” войны, Вашингтон прибегал к политическим убийствам, создавая суррогаты эскадронов смерти и отряды так называемых борцов за свободу (типа бен Ладена).

Он организовал убийство Лумумбы и Альенде и пытался осуществить покушения на Кастро, Каддафи и Хусейна, накладывая вето на любые попытки обуздать не только нарушения Израилем международных соглашений и резолюций ООН, но и проводимую им политику “упреждающего” государственного террора” [27].

Следует отметить, что газета “Монд” — это умеренная консервативная интеллектуальная газета, которая в течение десятилетий поддерживала Израиль. Сам Арно Дж. Майер провел “школьные годы” в немецком концентрационном лагере.

Но кто же в действительности стоит у истоков современного терроризма? Должны же быть у него “хозяева”? Кто они?

Концепция собственно терроризма как стратегического оружия в скрытой войне между державами не нова. История знает много примеров направляемого государствами терроризма как инструмента скрытой борьбы между ними. В XIX в. особенно отличился в этом отношении министр иностранных дел и премьер–министр Великобритании лорд Пальмерстон, который использовал международную “революционную” сеть (группирующуюся вокруг “молодой Европы” Джузеппе Маззини).

Также можно назвать операции Давида Уркварта на Балканах и на Кавказе для дестабилизации великих держав континентальной Европы. Причем здесь важную роль играли террористические акты в России.

В годы “холодной войны” в поддержке отдельных террористических организаций на Западе обвиняли КГБ СССР. Но после развала Советского Союза и КГБ международный терроризм не только не прекратил своего существования, а наоборот — значительно вырос в количественном и качественном отношении. А это может означать только одно: современный международный терроризм как форма нерегулярного ведения войны создан на Западе.

“Действительно, у истоков современного терроризма стоят не арабы и прочие “враги демократии”, а самые что ни на есть ее “оплоты” — США и Британия. Именно там во второй половине XX в. возникла современная версия терроризма: давайте убивать не правителей, а подвластное им мирное население, тогда оно так обозлится на своих вождей, что восстанет против них или заставит их прекратить войну и капитулировать перед нами.

Соединенные Штаты в 1942-1945 гг. вместе с Британией развернули жесточайшие бомбардировки для организации массовых убийств городского населения Германии. При этом разрушая не военную инфраструктуру, а, прежде всего, немецкие города с женщинами, детьми и стариками. План “воздушного террора” был выдвинут американским психологом Куртом Левиным.

Смысл его заключался в том, что боевой дух немецких войск и воля к сопротивлению должны быть сломлены массовыми убийствами жен, детей и родителей немецких солдат. Узнав о том, что его близкие сгорели заживо, погибли под обломками зданий или же остались без крыши над головой, солдаты Рейха, как предполагалось, побегут в плен или примутся восставать против Гитлера.

В 1945 г. массовые убийства гражданских жителей посредством “ковровых” бомбардировок были применены США против Японии. Венцом этой практики стало атомное уничтожение ничтожных с военной точки зрения целей — Хиросимы и Нагасаки. Немного позже Соединенные Штаты подвергли ковровым бомбардировкам города корейцев и вьетнамцев, стремясь с помощью террора сломить их народы. Затем ту же стратегию подхватил Израиль.

В последнее время подобные бесчеловечные методы заокеанские миротворцы и их британские компаньоны применяли в Югославии, Афганистане и Ираке. Не успели утихнуть залпы в Ираке, как угрозы раздались в адрес “террористических”, по мнению американских стратегов, государств Сирии, Ирана, Северной Кореи...

Оккупацией Ирака война не кончилась. Она только начинается...” [28].

Так вкратце выглядит ситуация в мире, где господствует и руководит всеми подрывными процессами на земле тайная триада мирового зла: мировая финансовая олигархия, духовный сионизм и масонство. Причина массовых убийств заключается в намеренном истреблении просвещенной арийской цивилизации. Неужели, воскликнет читатель, такое может быть? Может! Ведь и сегодня во всех синагогах читают Талмуд. А Талмуд учит: “Вы (евреи) принесете погибель другим народам, на что будет воля Божья, вы убьете лучших гоев (неевреев/иноверцев)”.

Мировое правительство действует!

Новая парадигма истории

В развитии науки значительную роль играют парадигмы. Они являются эталоном при решении конкретных заданий науки и служат теми мерками, с помощью которых отбираются, оцениваются и критикуются факты, идеи, теории. Другими словами: парадигма — это идеология конкретной области научного исследования. Любая теория развивается в рамках своей парадигмы.

Парадигма — это основные и наиболее обобщенные концепции мировоззрения, которые составляют фундамент данной теории или науки в целом.

Понятно, что изменение парадигмы непосредственно ведет за собой изменение теории, или научную революцию, потому что новая парадигма частично или полностью отбрасывает старую.

Сегодня отдельные, по моему мнению, наиболее ответственные представители исторической науки рассматривают события с точки зрения новой парадигмы: все важные исторические события запрограммированы и внедряются в жизнь в соответствии с программой действий латентного Мирового правительства с одной целью: установления своего мирового господства.

Такие планы разрабатывали и начали постепенно внедрять в жизнь тайные общества и организации. Теория мирового господства существует давно. Ее также вынашивали идеологи Ордена тамплиеров, а значительно позже достичь мирового господства стремятся члены Ордена иллюминати. Но всегда над масонскими орденами стоял Финансовый интернационал, сообщество финансовых “пауков”, опутавших мир кредитно–ростовщической паутиной.

Деньги являются той мерой, в которой выражается большинство экономических концепций. Экономисты пользуются ими так же, как коммерсанты килограммами, а архитекторы метрами. Однако редко подвергается анализу принцип их функционирования или предпринимаются попытки выяснить, почему, в отличие от метра или килограмма, они не являются постоянной единицей измерения, но изменяют теперь уже почти ежедневно свою стоимость.

Рассматривая принцип функционирования денег, можно показать причины постоянного колебания одного из наиболее важных эквивалентов нашей жизни и объяснить, почему деньги не только “движут миром”, но вновь и вновь вызывают разрушительные кризисы. Несложно показать, что колоссальные долги стран третьего мира, безработица и загрязнение окружающей среды, производство вооружений и строительство атомных электростанций связаны с механизмом, обеспечивающим обращение денег: проценты и сложные проценты.

Проценты на ссуду являются, по словам американского специалиста по истории экономики Джона Л. Кинга, “невидимой машиной разрушения” в так называемой свободной рыночной экономике.

Заменить данный механизм, обеспечивающий обращение денег, на более разумный не так сложно, как может показаться на первый взгляд. Решение известно некоторым специалистам уже с начала прошлого столетия, проверка этого решения стала сейчас более насущной, чем когда-либо, из-за того, что проблемы в области денежной системы накапливаются в последние годы во всем мире с огромной быстротой.

В наше время каждый знает, что страны третьего мира никогда не смогут расплатиться с долгами, что положение беднейших слоев населения в высокоразвитых странах мира постоянно ухудшается, а борьба со следствиями только ухудшает положение. Ведущие специалисты в области банковского дела требуют проведения фундаментальных изменений.

Однако Финансовый интернационал никогда не пойдет добровольно на изменения успешно функционирующей системы. Поэтому новая парадигма исторических процессов необходима человечеству как воздух для изменения существующего положения.

В этой книге все события будут рассмотрены на основе новой парадигмы, на которой базируется новая концепция исторического развития земной цивилизации, постепенно раскрывая программу действий мирового заговора с ее конечной целью, направленной на:

Мы должны понять главное: не изучив того, как действуют механизмы порабощения человечества и дехристинизации цивилизации, мы не сможем установить нормальный ритм жизни, восстановить действительно человеческие отношения в обществе, которое тонет в безбожности, разврате, обмане, насилии и других мерзостях, наполняющих информационное пространство с экранов телевизоров, кинотеатров, со страниц книг, газет и журналов.

Мы не сумеем остановить этот мутный поток, который опустошает души наших детей, и уберечь их от гибели, если не найдем и не уничтожим его истоки. Заговор действует перманентно и системно, постепенно трансформируя мировые сообщества.

В чем же суть понятия “заговор”?

Для большинства украинских граждан понятие “заговор” ассоциируется с тайными силами, присущими капиталистическим странам или странам третьего мира. Этому способствовали, с одной стороны, средства массовой информации, убеждавшие нас долгое время, что заговоры против народа могут существовать только в западных странах, а с другой — большинство населения в постсоветских странах проявляет абсолютное невежество относительно существующих латентных структур мировой политики, вызванное отсутствием обобщающей информации в виде отдельных изданий.

Такое упрощенное восприятие, поощряемое средствами массовой информации, имеет целью поддерживать мнимое состояние определенности в обществе, однако оно не вносит ясности во многие проблемы человеческой истории и понимания тонкостей различных интриг.

Слово “заговор” произошло от латинского “conspiratio”. Большинство словарей предлагает два определения этого слова: 1) методы, применяемые нелегальной, подпольной организацией для сохранения в тайне ее деятельности; 2) соблюдение, сохранение тайны.

Тайны с давних времен объединяли людей. Существуют секреты между индивидуумами и группами, есть тайны церковные, государственные, политические, финансовые, торговые и другие.

В то время как существование одних тайн можно объяснить добрыми намерениями, наличие других — типа сокрытия необходимости лечения тяжелой болезни или разжигания войны — порядочные люди посчитали бы подлыми. Тайны, которые несут смерть, препятствуют гармоничной жизни либо используются для управления или получения незаконной прибыли, неприемлемы для большинства людей. Поэтому, кто бы ни сговаривался хранить такие тайны, должен тщательно взвесить все за и против, прежде чем согласиться на этот шаг.

Известно такое выражение: “знание — власть”, а власть — наиболее ценный товар в любом правительстве. Поэтому те, кто знают тайны, могут управлять знаниями и таким образом приобретают власть. Многие сегодня понимают, что ничтожная горстка людей и организаций контролирует львиную долю глобальных знаний. Эти знания покрыты тайной и ревностно охраняются. Старая пословица гласит: “То, чего вы не знаете, не нанесет вам вреда”. Точнее не скажешь.

В нынешнее время слово “заговор” приобрело зловещий оттенок. Понятие “заговор” лежит в основе оценки исторических фактов. Можно определить два подхода к оценке истории: случайный и планируемый. Последнее объяснение исторических событий американский исследователь Ральф Эпперсон назвал “взглядом на историю как на заговор”.

В отличие от взгляда на историю как на случайность, который очень распространен в наши дни, вторая точка зрения утверждает, что исторические события происходят по заранее составленному плану, смысл которого неизвестен большинству людей и не освещается средствами массовой информации.

Первый из подходов определяет, что исторические события происходят случайным образом, без видимых причин, по велению Бога, и мировые лидеры не имеют сил что-либо изменить или предотвратить. Одним из сторонников такого подхода был государственный деятель, политолог, советник по национальной безопасности президента Джимми Картера Збигнев Бжезинский, который писал:

“История скорее результат хаоса, нежели заговора... все в большей степени политические деятели захвачены потоком событий и информации” [29].

Другим сторонником случайного хода истории был журналист и, как он себя называл, “светский гуманист” Джордж Джонсон, который говорил, что понятие заговоров было “выдвинуто экстремистами правого крыла в начале прошлого столетия, — подчеркивая, — что параноидальный стиль американской политики не умер с сенатором Джозефом Маккарти” [30].

Рефлексивный в своих размышлениях, Джонсон задавал тон в годы президентства Рейгана публикацией в 1983 г. своей книги “Архитекторы страха: теории заговоров и паранойя в американской политике”. В это же время он написал ряд статей как репортер для газеты “Миннеаполис Стар”. Он заявлял, что огромное количество американцев просто не может осознать, что “есть множество способов интерпретировать события”, при этом уверенно добавляя, что “нет единой всеобъемлющей системы”.

Джонсон говорил, что параноидальные американцы “строят сложные системы, объясняющие все мировые проблемы как часть заговора” скорее для того, чтобы как-то оправдать свой страх и ненависть вместо “плюралистического” взгляда на историю, экономику и политику. “Есть различие между теми, кто иногда поддается соблазну обсудить те или иные стандартные темы заговоров, и теоретиками заговора... теми, кто верит, что все плохое, происходящее когда-либо, является частью всеобъемлющего, уходящего в глубину столетий заговора” [31], — говорил он.

Вместе с тем Джонсон должен был признать, что “ни исторический, ни социологический анализ не объясняют, почему большое число теоретиков заговора создают поразительно схожие меж собой картины видения мира”. Более того, он не сумел заметить простого факта, что те, кто искренне полагает, что заговоры не существуют, только играют на руку тем, кто в этом, возможно, участвует.

Американские исследователи заговоров Джонатан Ванкин и Джон Ватин подчеркивают, что взгляды американской общественности сформированы здравомыслием “Диснея” относительно как истории, так и текущих событий. “Диснеевскую версию” истории можно было бы легко назвать “версией Нью–Йорк таймс”, “версией теленовостей” или “версией учебника для колледжа”. Они писали:

“Главное сопротивление теориям заговора исходит не от простого народа, а от средств массовой информации, академий и правительства — людей, управляющих национальной и мировой информационной экономикой” [32].

Энтони Саттон согласен с утверждениями, что “благообразная история” доминирует в учебниках, публикациях, средствах массовой информации и на библиотечных полках.

“За последние сто лет, — подчеркивал он, — любая историческая теория или историческое свидетельство, не совпадающие с взглядами, установленными Американской исторической ассоциацией и основными структурами власти, подвергались гонению или отвержению.

Это происходило не на основе представленных доказательств, а на основе приемлемости аргументов для так называемого восточного либерального истеблишмента и его официальной исторической линии... Неудача постигнет любую книгу или автора, которые не соответствуют официальным руководящим принципам. И напрасно где-то искать поддержку.

Издателей всегда ждет фиаско. Распространение несанкционированной информации невозможно, она отсутствует, ее не существует” [33].

Это предвидел и наставник бывшего американского президента Билла Клинтона, профессор истории Джорджтаунского университета, доктор Кэрролл Квигли. Из его книги “Трагедия и Надежда: всемирная история в наше время”, объемом в 1300 страниц, написанной в 1966 г., можно было понять, что он посвящен в секреты современных тайных обществ.

Квигли сказал, что сразу после написания книги ее тут же забрал один из ведущих нью–йоркских издателей. “Я теперь совершенно уверен, — писал Квигли в середине 1970–х годов, — что моя книга “Трагедия и Надежда” будет надежно сокрыта” [34].

Исследователи и авторы многих книг, такие как Гарри Ален, Ральф Эпперсон, Эдвард Гриффин, доктор Джон Колеман, Джонатан Ванкин, Энтони Саттон, Юстас Маллинс, В. Ф. Иванов, Е. Б. Черняк, О. А. Платонов, А. Е. Виноградов, Л. А. Тихомиров, Н. Е. Марков, А. С. Шмаков и другие, на протяжении многих лет писали о заговорах.

По их версии заговор исходит от идеологов иудаизма, древних масонских лож и современных тайных обществ типа Комитета 300, Трехсторонней комиссии (ТК), Совета по международным отношениям (СМО), Ордена иллюминати, Бильдербергского клуба (БК) и других, цель которых — установление нового мирового порядка. Но эти работы, как правило, печатались малоизвестными издательствами и очень ограниченными тиражами.

Ведущие средства массовой информации редко считают целесообразным обсуждать, а тем более расследовать заговоры, целью которых является установление нового мирового порядка. Они даже не прибегают к клеветническим нападкам на таких авторов, не пытаются опровергать опубликованное ими, и тем самым вызвать у читателя недоверие к их взглядам. Корпоративные Америка и Европа, общества и люди, которые управляют средствами массовой информации, всячески препятствует распространению информации, относящейся к теме заговора, и, по сути, уводят общественность от изучения этой проблемы.

Между тем с наступлением нового тысячелетия тема заговора нашла свое место во всех аспектах жизни, и не только Запада. Это прослеживается в книгах, на телевидении, в кинофильмах и действиях политиков. Развитие средств массовой коммуникации и особенно сети Интернет дает возможность не только оперативно управлять мировыми процессами, но и отслеживать это управление, сопоставляя факты, события и реакцию контролируемых СМИ.

В 1991 г. пришедший к власти президент Билл Клинтон назначил своего близкого друга и приятеля по гольфу Вебстера Хаббелла вторым заместителем министра в Министерстве юстиции. В недавно вышедшей книге Хаббелла “Высокопоставленные друзья” он пишет, что Клинтон сказал ему:

“Веб, ставя вас руководить правосудием, я хотел, чтобы вы нашли для меня ответы на два вопроса: кто убил Джона Кеннеди и существуют ли неопознанные летающие объекты (НЛО)? При этом он был абсолютно серьезен, — добавил Хаббелл. — Я долго и терпеливо изучал оба вопроса, но ответы, которые я получил, меня не удовлетворили” [35].

Парадоксальная складывается ситуация. Президент и назначенный им на высокий пост в Министерстве юстиции близкий человек и высокопоставленный чиновник не могут получить ответы на поставленные вопросы! Кто же в этом виноват?

Вслед за воспоминаниями Хаббелла, доктор Стивен Григ, директор Центра изучения внеземных цивилизаций, признался, что в 1993 г. он провел трехчасовый брифинг о существовании НЛО для директора Центрального разведывательного управления адмирала Джеймса Вулси. Григ сказал, что Вулси сделал все для того, чтобы невозможно было проверить полученную им информацию и взять необходимые документы в архивах ЦРУ.

Все дело в том, что когда кто-либо касается самых больших, самых таинственных национальных секретов, тут же на сцене появляются силы, стоящие выше президента Соединенных Штатов Америки и директора ЦРУ.

Авторы, пишущие о заговорах, и государственные должностные лица не одиноки в своих подозрениях.

Опрос общественного мнения, проведенный в 1997 г. информационной службой Скрипс–Говард совместно с Университетом штата Огайо, дал интересные результаты:

Реагируя на этот опрос, руководитель вашингтонского Комитета изучения американского электората Кертис Ганз с сожалением отметил: “Паранойя убивает эту страну”.

Сегодня наиболее наблюдательные представители украинского народа отмечают постепенное наполнение властных структур, информационного пространства и общественных институтов представителями системы, которую можно определить как невидимая антицивилизация. Если акцентировать на этом внимание исполнительных органов или соответствующих служб, то не исключено, что и здесь последует обвинение в паранойе.

Но паранойя ли это или закономерное развитие западной демонической цивилизации? По утверждению Олега Платонова: “Логическое развитие западной антихристианской, иудеомасонской цивилизации привело к созданию структур власти, богоборческая сущность которой и открытое отрицание заветов Христа перечеркнули многие итоги двух тысячелетий христианской культуры. На смену богоданным монархиям и самодержавным царствам, основанным на мировоззрении Нового Завета, пришла власть воистину сатанинская, на скрижалях которой декларировались поклонение золотому тельцу и наживе, разврат и содомитство, культ насилия и вседозволенность богатства...

Под видом так называемой демократии, выдаваемой на Западе за венец государственного устройства, скрывается власть сатаны, ставящая своей главной целью развращение людей, потакание их порокам, превращение их в рабов животных страстей.

Утверждение этой власти означает узаконение, превращение в норму всех пороков, которые категорически осуждены в Библии:

Таковы главные итоги утверждения западной, иудейско–масонской цивилизации.

Духовный прогресс и нравственное развитие, данные христианством человечеству, в современном западном антихристианском мире сменились всеобщим духовным падением, моральной деградацией западного человека, замкнутого на своих эгоистичных, примитивных удовольствиях” [36].

Как справедливо отмечал еще в 1909 г. известный английский комментатор Библии Ч. И. Скоуфилд, “современная мировая система, основанная на принципах силы, алчности, эгоизма, амбиции и стремлении к греховным удовольствиям, — это работа сатаны, и такой-то мир предлагал он Христу как взятку (см: Мф. 4, 1-9). Сатана — князь нынешней мировой системы” [37].

Так паранойя ли это? Неужели действительно никто не осуществляет никаких сговоров, чтобы получить богатство и власть? Как тут не вспомнить известное изречение: “Не думайте, что если у вас паранойя, они не хотят завладеть вами!”

Все более возрастает вера в то, что некоторые личности, обладающие обширным богатством и властью, не известные общественности, являются истинными властелинами мира. Власть — реалии жизни любой страны и нашей тоже, но большинство украинцев отстранено от нее, тайна — главное орудие власти. Мы все более и более изолированы друг от друга, прикованы к компьютерам и телевизионным экранам, являясь заложниками стеклянных фасадов. Возникает пугающее ощущение распада современной жизни. Нужно только внимательно смотреть и слушать.

В ноябре 1996 г. Ричард Джон Нойхаус, редактор журнала “Ферст Тингс”, организовал конференцию “Конец демократии. Судебная узурпация власти”. Главный тезис конференции, созванной после очередных скандальных решений Верховного Суда, был сформулирован так:

“Правительство Соединенных Штатов Америки уже не управляет страной с согласия управляемых.... Подлежит изучению вопрос, достигли мы или нет того поворотного момента в развитии демократии, когда сознательные граждане уже не желают выражать свою поддержку правящему режиму” [38].

А желал ли выражать поддержку правящему режиму Кучмы народ Украины? Это вопрос сложный, особенно в свете недавних разоблачений о членстве правящей украинской элиты в Ордене Святого Станислава. Действительно паранойя!? Однако в период так называемой Оранжевой революции народ показал, что он не поддерживает режим Кучмы, избрав президентом В. А. Ющенко.

После вступления в должность президент Соединенных Штатов Джордж Буш не удержался от соблазна потрясти мир речью, полной угроз и зловещих намеков: “Приближается час, когда мы начнем действия. .Это борьба всего мира, это борьба цивилизации. Мы не знаем, какой будет развязка. И знаем, что Бог не нейтрален. Страна должна ждать не одной битвы, а долгой кампании, не имеющей равных в нашей истории”.

А после 11 сентября 2001 г. Буш прокомментировал: “Горе постигнет любую книгу или автора этой осенью, если они нарушат официальные руководящие принципы”. И тут же последовал удар по американским исчезающим свободам. Закон 1966 г. против терроризма был дополнен особыми правами подслушивать разговоры без решения суда, депортировать граждан без должной процедуры и так далее. Конгресс проголосовал за предоставление президенту дополнительных прав.

В последнее время Буш бредит новыми войнами. “Америка сегодня — это страна, на которую возложены великие обязанности. И мы их выполняем... Сотни тысяч американских военнослужащих — мужчин и женщин — размещены сегодня по всему миру, участвуя в войне против террора. Принося надежду угнетенным и обеспечивая правосудие жестоким, они делают Америку более безопасной”. С таких фраз начал президент США Джордж Буш ежегодное послание о положении страны в январе 2004 г.

“Миссионерская” политика США в мире преподнесена в послании именно как миссия, служащая укреплению безопасности Америки. В этом же ключе рассматривается и задача по “демократизации” “Большого Среднего Востока”. То есть, Буш следует ставшей в последнее время в США популярной фразе: “Нужно осушить болото, чтобы вымерли гады”.

Все это напоминает знакомые мотивы 1930–х годов в Германии:

“Ограничение личной свободы, права свободного выражения мнения, включая свободу прессы, права устраивать собрания и организовывать ассоциации, а также нарушение тайны почтовой, телеграфной и телефонной связи и проведение обысков в домах, получение ордеров на конфискацию имущества, а также ограничение собственности разрешается вне предусмотренных законом границ”.

Это цитата из речи, произнесенной Адольфом Гитлером в 1933 г., где он призывал принять закон об установлении чрезвычайных полномочий для “защиты народа и государства” после тайного поджога рейхстага нацистами.

Теории заговоров — это попытка охватить “огромную картину” истории.

“Мы полагаем, что большинство основных мировых событий, оказывающих влияние на судьбы, происходит потому, что кто-то спланировал их таким образом, — размышлял консервативный автор Гарри Ален. — Если бы мы просто имели дело с законом средних чисел, половина событий, воздействующих на наше национальное благосостояние, была бы полезна для Америки. Если бы мы имели дело с простой некомпетентностью, то наши лидеры должны были бы иногда делать ошибки в нашу пользу... в действительности же мы имеем дело не с совпадением или глупостью, а с планированием и умом” [39].

Анализируя события ушедшего века, можно отметить, что все ошибки прошлого были не в нашу пользу, не в пользу Украины, и мы действительно имеем дело с тщательно спланированной программой действий, имя которой — Заговор.

Новый мировой порядок

На обратной стороне каждой долларовой банкноты стоит “большая государственная печать”. Эта печать была принята Конгрессом США как государственная в 1782 г. На банкноте размещены обе стороны печати. На одной изображен орел с оливковой веткой мира в одной лапе и с тринадцатью стрелами войны в другой. На другой стороне печати изображена незаконченная пирамида, над которой расположен глаз в зените славы.

У основания пирамиды напечатаны римские цифры MDCCLXXVI или 1776. Над пирамидой в виде арки возвышается надпись на латыни “Annuit Coeptis”, что в переводе означает “Он смотрит снисходительно на наши стремления”, и под пирамидой также латинская фраза “Novus Ordo Seclorum”, строка поэта Виргилия, означающая “новый порядок столетий” или новый мировой порядок.

Дизайнером печати был Чарльз Томпсон, член масонского ордена, работавший секретарем Континентального конгресса. У масонов эта пирамида имеет особое значение и несет оккультный смысл, такой же, как сегодня “пирамида власти” для последователей так называемого движения Новый век.

Для одних “всевидящее око” представляет собой божественное провидение, а для других оно олицетворяет не библейского Бога, а древнеегипетского божества Осириса, который почитаем в секретных церемониях высшего масонского ордена.

В последующих главах будет изложено подробнее о некоторых повериях и деяниях главных масонов, а также о том, как их мистические идеи влияют на новый мировой порядок.

Недостроенная пирамида символизирует то, что задание построения единого мирового государства еще не до конца выполнено. Видимо Томпсон и остальные масоны имели в виду всевидящее око Осириса и то, что их деяния, начатые в 1776 г., в соответствии с их секретными масонскими ритуалами принесут новый мировой порядок.

Но в отношении к какому старому мировому порядку употреблялось выражение “новый порядок столетий”? Означало ли слово “новый” старые монархии тех времен или взгляд на старые аристократические идеи о благородстве? Было ли это новым взглядом на человеческие права и свободы? Было ли это новым по отношению к старой идее о частной собственности? Или же выражение “новый порядок столетий” имеет двоякое значение?

Может, несколько избранных имели собственный план, составленный при основании США и принятии большой государственной печати, план, направленный на создание не нации, о которой мечтали фундаторы и основатели государства, а на создание абсолютно другого мирового порядка под властью мистической религии старого христианства Европы и Америки.

Мы все должны задуматься. Кто контролирует и управляет нашим будущим? Кто правит миром? Слова “новый мировой порядок” появляются внезапно везде, куда бы вы ни глянули. Их можно встретить в виде заглавий во всех американских газетах, в вечерних новостях и на устах многих людей, встреченных в нашем родном городе Киеве.

Что же они означают? Что представляет собой новый мировой порядок? И кто принимает решения? Задолго до того, как президент Джордж Буш–старший по спутниковому телевидению объявил о существовании нового мирового порядка, президенты и политики обещали нам обновление мировой политической структуры. Во время войны в Персидском заливе президент Буш пояснил всему миру, что новый мировой порядок больше не является теорией, это реальность, это факт — и он изменит образ нашей жизни.

Для некоторых новый мировой порядок воплотится в эру стабильного мира, гармонии, справедливости и процветания. В этой книге я не буду описывать утопистов–мечтателей и их планы на будущие века. Типология их мышления — это пустые мечты поздней звезды первой величины Джона Леннона, чью песню “Вообрази себе” пели по всему миру сотни миллионов “слепых” подростков и молодых родителей, не вдумываясь в ее глубокий смысл.

Ленон взывал слушателей представить себе мир, в котором не будет ни государств, ни религий, ни рая, ни ада, ни собственности, и каждый будет жить сегодняшним днем.

Мир, о котором мечтала группа “Битлз”, — это мир гедонизма, без религиозной веры, национальной гордости и суверенитета, без “того, за что надо бороться”, без какой-либо частной собственности — но с единым правительством для всего мира и общей собственностью. Естественно, если единое правительство всего мира заберет всю нашу собственность, наши ценности, нашу веру и нашу свободу — действительно будет не за что бороться, пока мы не решим, что ценность нашей свободы стоит того, чтобы за нее бороться и умереть ради ее возвращения.

Некоторые из ярых поклонников Леннона явно потеряли свою привязанность к нему и осознали единую вопиющую и существенную лицемерную несовместимость между словами и делами этого разрекламированного трубадура, поющего о новом мире без частной собственности, при этом оставившего своей японской вдове поместье, оцененное в 250 млн долларов [40].

Фактически, почти в каждой утопической схеме мира, начиная со схемы Карла Маркса, существует несовместимость между лирическим краснобайством, направленным на то, чтобы ввести в заблуждение массы людей, и образом жизни тех людей, которые проповедуют утопию. Как тут не вспомнить утописта–сатаниста Карла Маркса, который ратовал за уничтожение капиталистов и в то же время жил на средства Фридриха Энгельса, полученные от эксплуатации рабочих мануфактурной фабрики.

Наиболее исчерпывающее понятие нового мирового порядка можно найти в книге соучредителя Трехсторонней комиссии Збигнева Бжезинского “Между двумя веками: Роль Америки в эру технотроники”, опубликованной перед самым основанием Трехсторонней комиссии.

Эта книга — программа “более справедливого и беспристрастного мира”. В некотором смысле она немногим отличается от десятков других планов политического контроля, уходящих корнями в античные времена и включающих также “Утопию” Мора, труды Карла Маркса, В. Ленина, Адольфа Гитлера, Мао Цзедуна.

Справка. Бжезинский Збигнев (р. 1928) — государственный деятель, политолог. Родился в Варшаве в семье дипломата, получившего в 1938 г. назначение в Канаду и отказавшегося возвращаться в Польшу после окончания Второй мировой войны.

В 1949 г. Бжезинский окончил Макгилский университет (Канада), в 1950 г. — Гарвардский университет, в 1953 г. защитил диссертацию в области “советологии” и получил степень доктора философии. В 1954 г. переехал в США, в 1958 г. получил американское гражданство. В 1953-1960 гг. занимался научно–исследовательской работой в Русском исследовательском центре и Центре международных отношений Гарвардского университета.

С 1960 г. по 1977 г. работал в Колумбийском университете. В 1962-1977 гг. — профессор, директор научно–исследовательского Института проблем коммунизма при Колумбийском университете. С 1962 г. — онсультант госдепартамента, в 19661968 гг. — член Совета по планированию политики госдепартамента. Бжезинский был одним из создателей Трехсторонней комиссии, а в 1973-1976 гг. - ее директором.

В 1977 - 1981 гг. - помощник президента по вопросам национальной безопасности. С 1981 г. - консультант по международным проблемам компании “Дин Уиттер Рейнольде инкорпорейтед”, старший советник Центра стратегических и международных исследований Джорджтаунского университета, профессор Колумбийского университета. Выдвинул теорию вступления капитализма в так называемую технотронную эру в книге “Между двумя веками: Роль Америки в эру технотроники” (1973) [41].

Единственным документом в истории, четко определяющим и ограничивающим правительственный контроль, является конституция Соединенных Штатов. Она уникальна, ибо ограничивает власть правительства. Книга Бжезинского отвергает конституцию по тем же самым причинам, по которым все другие политические документы отвергали свободу, так как это “не отвечает требованиям того времени”.

Однако Бжезинский отвергает конституцию на том основании, что “век не может вынести проблем ассимиляции старого в новое”. Однако многие из проблем созданы теми самыми членами Трехсторонней комиссии, которые сегодня предлагают пути их решения.

По Бжезинскому, человечество прошло через три стадии эволюции, и сейчас мы находимся в середине четвертой и конечной стадии. В чем-то светский анализ Бжезинского схож с “Фактором Майя” Хон Аргуеллеса, мистическим календарем мира, разделенным на периоды. Согласно этому календарю сейчас наш мир также находится в финальных стадиях распада, который достигнет кульминации в 2012 г., и мир перейдет к высшему уровню сознания.

Первая глобальная стадия изображается Бжезинским как “религиозная” и объединяет “Божественный универсализм, исходящий от принятия идеи о том, что судьба человека по существу находится в руках Бога”, с “земной ограниченностью, происходящей от массового невежества, безграмотности и представления, ограниченного непосредственным окружением”.

Вторая стадия — это национализм, который определен как “еще один гигантский шаг в прогрессивной редефиниции природы человека и места в нашем мире”. У Аргуеллеса это называется “материализмом”.

Материалистическая философия марксизма составляет третью стадию. Для Бжезинского “это представляет существенную и созидающую стадию в измерении универсального представления человека”. Ни Дэвид Рокфеллер, ни Збигнев Бжезинский не упоминают о технологических и моральных слабостях и крайностях марксизма. Они рассматривают его как “созидательный и важный фактор в полном развитии человека”.

В действительности — и история теперь продемонстрировала то, о чем некоторые из нас спорили–гадали — марксизм, — это пустой обман, надувательство, механизм для нью–йоркских капиталистов контролировать страну при помощи технологии и долга.

Американские профсоюзы, особенно при таких лидерах, как Самуэл Гомперс и Джордж Мини, распознали ложь марксизма. Уоллстрит и многие ученые, которые должны были разбираться в этом вопросе, были спонсорами, союзниками и защитниками марксизма. Это — капиталисты, потому что монопольное государство поощряет монопольные рынки и монопольные прибыли без какой-либо нелицеприятной критики “с улицы”. Это — ученые, ибо финансируемые Уолл–стритом университеты предоставляют возможности для самовыдвижения и самоповышения.

После марксизма, согласно Бжезинскому, наступает четвертая и финальная стадия, эра технотроники в глобальном масштабе, результат американо–коммунистического сотрудничества.

Вот взгляд Бжезинского на современную структуру, которая является искаженным каркасом политической структуры нового мирового порядка: “Напряжение неизбежно по мере того, как человек стремится ассимилировать новое в структуре старого. Некоторое время созданная структура эластично интегрирует новое, адаптируя его в более привычную форму.

Но в определенный момент старая структура перегружается. Новое вливание не может более трансформироваться в традиционные формы, и, в конечном итоге, оно утверждается с непреодолимой силой. Хотя сегодня старая структура международной политики — с ее сферами влияния, военными союзами между нациями — государствами, фикцией независимости, доктринальными конфликтами, вытекающими из кризисов девятнадцатого столетия, — явно более не совместима с реальностью” [42].

Ясно, что оценка изменений Бжезинским в значительной степени некорректна, и эта некорректность, несомненно, повлияет на природу грядущего мира. Новый мировой порядок не является неизбежным.

Во–первых, налицо тенденция к созданию маленьких политических объединений, отражающих интересы этнических и национальных групп. В Соединенных Штатах есть предложения создать независимые штаты и разделить их на два или три сегмента, так как большие образования становятся неуправляемыми и “перегруженными”. Структура “перегружена”, но реакция — это меньшие, а не большие неуправляемые образования. Это реакция, обратная предложенной структуре Трехсторонней комиссией.

Во–вторых, когда доходит до “рационального гуманизма”, оценки Бжезинского далеки от современной эволюции. Религия возвращается в духовной форме. Более старые церкви, институционализированные церкви, несут потери, особенно католическая церковь, которой 2000 лет. Однако религия возрождается через современную технологию, радиоцеркви и телевизионные проповеди представителей других религий.

Особенно эти тенденции заметны на территории бывшего Советского Союза, где семимильными шагами идет возрождение православия. Здесь нет ничего общего от “гуманизма” и нерелигиозности! Парадоксально. Новый мировой порядок оказывается отражением старой традиционной структуры! Бжезинский и Рокфеллер предлагают заменить старую структуру новой, но структурой под их контролем.

Джордж Буш, Джон Леннон, Збигнев Бжезинский и Дэвид Рокфеллер не единственные сторонники нового мирового порядка. Примите во внимание следующие слова, которые изменили многое в истории прошлого столетия: “Единственным оправданием полковника Эдварда Мендела, помощника Вудро Вильсона, в том, что он приготовил кровавою бойню для своих же сограждан, была его надежда на внедрение нового мирового порядка для защиты всего мира” [43].

В обращении к Международной оппозиционной ассоциации в отеле Шератон–Парк, губернатор Нью–Йорка Нельсон Рокфеллер взывал к созданию “нового мирового порядка” [44].

“Национал–социализм использует свою собственную революцию для создания нового мирового порядка” [45], — так говорил Адольф Гитлер.

“Короче говоря, основание “нового мирового порядка” должно быть построено скорее снизу вверх, чем сверху вниз... Ибо разрушение национального суверенитета будет разъедать его часть за частью, и такая методика более совершенна, чем старый способ штурма” [46], — так говорил Ричард М. Гарднер, бывший помощник секретаря международной организации, которой руководили Джон Ф. Кеннеди и Линдон Б. Джонсон.

“Мы должны сбалансировать влияние политиков “у власти” и политиков — сторонников нового мирового порядка”, — это слова Джимми Картера, кандидата в президенты от Демократической партии 1976 г.

“Необходимо внедрить универсальный режим и единую империю во всем мире”, — а это уже из записей масонского Ордена иллюминати 1780 г.

Существует связующее звено, которое тянется от Белого дома к Государственному департаменту, Совету по международным отношениям, Трехсторонней комиссии и секретному обществу экстремистов “Новый век”. Белый дом должен освятить новый мировой порядок, предусматривающий создание Мирового правительства, мировых полицейских войск, суда, банков, и мировая элита будет распоряжаться всем этим. Одни рассчитывают на окончательное разделение богатства планеты Земля, а экстремисты “Нового века” — на смерть почти трех миллиардов человек из стран “третьего мира”.

Новый мировой порядок решит угрозу перенаселения несколькими путями. Полный контроль поведения личности может быть достигнут при помощи электронных и химических средств. Никому не будет предоставлено возможности иметь детей без разрешения. Жесткие наказания будут уготованы тем, кто пойдет против закона. Слишком стойкие, старые, немощные, мешающие и непродуктивные будут уничтожаться.

Частная собственность будет упразднена. Так как религия ведет к проблеме перенаселения, то ей не дадут возможности распространяться, за исключением усовершенствованного контролируемого ее варианта, который будет применяться при необходимости. Наличные деньги прекратят свое существование, и вместе с ними исчезнут многие виды преступлений; но полный контроль над каждым человеком будет той ценой, которую мы заплатим.

В статье о новом мировом порядке в журнале SCP, вышедшем летом 1991 г., Тел Брук цитирует Брока Чизольма, директора “Мировой организации здоровья объединенных наций”, и делает такое заключение: “Для того чтобы добиться установления единого правления над всем миром, необходимо убить в человеке индивидуальность, заставить его перестать быть лояльным к семейным традициям, национальному патриотизму и религиозным догмам”.

Во что бы ни верили представители этих групп и что бы они не говорили, но суть нового мирового порядка с необыкновенной точностью изложена в статье Ротшильда “Изменения, связанные с появлением нового мирового порядка”, в журнале “Экономика” от 28 июля 1991 г., которая гласит:

“...Нет никаких сомнений в том, что могут существовать глобальные полицейские силы, заручившись поддержкой глобальной демократии. Те, кто донес свои победоносные идеи до самой вершины горы, и сейчас желают воплотить их в жизнь, никогда не позволят новичкам в политике либо отъявленным бандитам опротестовать их.

Цель, достигнутая без борьбы, не является целью. Вершина той самой горы полна людей, которые не видят, что торговля — свободная, помощь — слишком принципиальная, а контроль над вооружением — сомнителен. Америка должна помнить, что желания привлечь остальных еще не достаточно, чтобы работать коллективно над новым мировым законом.

Должна быть еще готовность подчиняться. Если Америка действительно стремится к такому закону, она должна быть готова подать жалобу в GAAT (Генеральное соглашение по таможенным тарифам и торговле (стран Атлантического союза), финансировать многосторонние агентства взаимопомощи, подчиниться Международному Суду, подчиниться системе мониторинга экспорта оружия и взять за правило консультироваться с ООН” [47].

Но неужели американцы хотят, чтобы правительство США беспрекословно подчинилось Генеральной Ассамблее Организации Объединенных Наций (ООН) не считаясь с интересами своей нации? Хотят ли они подвергнуть свое государство выплате больших налогов для поддержки межнационального общества взаимопомощи? Хотят ли они такого закона, который позволит судить их и членов их семей в “мировом” суде? Хотят ли они быть гражданами мира, а не гражданами США?

И опять-таки, желают ли американцы, чтобы США лишило их права голоса, как это когда-то произошло с Ираком, а ведь он мог и не подвергнуться диктату со стороны нового мирового порядка. И по этой причине захотят ли они, чтобы США были вовлечены в войну за это решение?

Сегодня идея нового мирового порядка — это форма распространения современной идеологии Совета по международным отношениям, Трехсторонней комиссии, Бильдербергского клуба и др. латентных структур мировой политики. Редакторы журнала “New Perspectives Quarterly”, издаваемого Центром демократических институтов, в своем специальном издании, посвященном проблеме нового мирового порядка, поместили такой комментарий:

“Первые месяцы 1990 г. запомнятся как время, когда страны, принявшиеся восстанавливать после войны свою власть, снова начали разрушаться, тем самым подтверждая истину, предсказанную новым мировым порядком”.

Окончание “холодной войны” не только изменило гипотезы старого мирового порядка, но и наши жизненные принципы. Менее чем за 18 месяцев сотни научных проектов стали недействительными вместе с несметным количеством социальных теорий. Шоковые волны политических и экономических изменений — особенно касающиеся Советской империи и Восточного блока — продолжают бушевать и отражаться на высших эшелонах власти.

Михаил Горбачев был спектральной фигурой этих событий, и большинство дебатов шло по поводу его личности. Да, существует множество взглядов на пришествие нового мирового порядка и на сам порядок в частности. Существуют не только политические, демографические и экономические спектры нового мирового порядка, но и философские, и даже духовные.

Жак Аттали, главный помощник французского президента Франсуа Миттерана, сделал интересный вывод в статье “Новые перспективы”: “Так же, как и Мохамед, Горбачев изменяет ход истории. И он делает это с такой скоростью, что не успеваешь оценивать результаты. Кажется, что за последующие 10 лет мир изменится больше, чем когда-либо за весь период истории. О чем вчера можно было лишь мечтать, сегодня предстает реальным”.

Сейчас мир достиг начала нового тысячелетия, и Аттали считает, что супервладыки этого нового тысячелетия — США и СССР — “медленно деградируют, если вообще не умирают... новый порядок, — говорит он, — будет “порядком денег”, и в этом случае крупные “денежные игроки” — страны тихоокеанского бассейна и европейского сообщества — будут показывать остальным путь к новому веку “гипериндивидуализма” и материализма.

Нобелевский лауреат и политический лидер Германии Вилли Брандт писал: “Логика реформ давно сбила Горбачева с пути, по которому он собирался идти до конца”. И Брандт всегда верил в то, что “нет пути назад”. На первый взгляд суждения Брандта кажутся пророческими. Но откуда же Горбачев мог знать заранее об августовском “путче” 1991 г., когда его новый мировой порядок был таким многообещающим?

Как конспиролог, автор и наблюдатель политических процессов, я был исследователем мировых событий в течение нескольких десятилетий и лично изучил деятельность большей части американских политических и промышленных лидеров. Мне стало ясно, без тени сомнения, что в течение десятилетий происходила непрерывная смена политиков и лидеров в США, однако партии выдвигали лишь номинальных руководителей политических партий, не считаясь с мнением остальных, и они получали пропуск в Белый Дом.

Необыкновенно легко проследить за ходом мыслей и истинными целями американских элитных политиков от Сесиля Родса, чье состояние включает в себя африканское золото и брильянты, к Федеральной резервной системе США; далее к полковнику Е. М. Хаузу, который занимал высокое положение во время президентства Вудро Вильсона; к английскому обществу “Круглого стола”; банку Моргана; к Рокфеллерам и Совету по международным отношениям; к могущественным фондам Карнеги, Рокфеллера и Форда; к ООН; к Генри Киссинджеру; Трехсторонней комиссии; к Джимми Картеру; и, наконец, к Джорджам Бушам — старшему и младшему. Все это мы рассмотрим в дальнейшем.

Вот что действительно непросто объяснить, так это то, почему идея нового мирового порядка, взявшего за основу некий подтекст секретных организаций и служб, могла передаваться из поколения в поколение и столь долгое время существовать, прогрессируя естественным путем. Ведь еще на круглой печати США, созданной в 1776 г., есть слова, выражающие стремление молодой республики к новому мировому порядку.

Богатство вовсе не гарантирует этого, так как люди, не поддерживающие идею, наживали состояние из алчности. Политическое могущество также не объясняет этого, ведь все эти игроки достигли вершины власти. Монополистический капитализм тоже не является преследуемой целью, потому что почти каждый человек или группа людей могут быть одержимы манией величия. Наследники богачей и люди, имеющие способности к бизнесу, вскоре забывают мечты об империи, которым посвятили себя их предки и предшественники, ведь им легче воспользоваться имуществом, которое находится у них под рукой.

Нет, здесь скрывается что-то более важное. Здесь должна быть в работе какая-то другая сила, которая преуспела в формировании и в руководстве общественной политикой США и от поколения к поколению концентрируется вокруг единственной цели — создать мировое правительство. Некоторые авторы и исследователи настаивают на влиянии масонского Ордена иллюминати, существовавшего еще в XVIII в. и состоявшего из элиты нации.

Другие утверждают, что это одержимые дьяволом “восходящие учителя”, которые придерживаются религии “Новый век”. Существует также мнение, что это — мировые проекты известного, но все же секретного общества братского порядка. Кое-кто поговаривает о жадности между народных банков, многонациональных корпораций и эгоистической аристократии старого и нового мира.

Существует множество предположений, но мало согласованных мнений. Истинно то, что события, связанные с публичной политикой, не являются случайностями или совпадениями, в которые мы все так привыкли верить. Они четко спланированы. И далее, не верится, что нормальный мужчина или женщина, если это будет зависеть от их желания, станут посвящать свою жизнь формированию мира в единое целое, чтобы потом контролировать его. Нет, такого рода импульсы не исходят из человеческого сердца или от Бога. Они исходят, напротив, от дьявола и не из благих намерений, и не из хороших побуждений.

Но кто является составной частью дьявольского “организма”, имеющего название новый мировой порядок? Как будет показано дальше, одной из организаций, работающей на новый мировой порядок, является Трехсторонняя комиссия.

Концепция, породившая Трехстороннюю комиссию, происходит от более ранних идей, выдвинутых Сесилем Родсом и лордом Милнером, обладавших фондами из золотых и алмазных шахт Южной Африки. Родс учредил “стипендию Родса”, чтобы дать возможность американцам с выдающимися способностями попасть на год в Оксфордский университет. Б. Клинтон стал стипендиатом Родса после учебы у Кэрролла Квигли в университете Джорджтауна.

Кэрролл Квигли написал объемное произведение “Трагедия и надежда”, в которой описаны планы нового мирового порядка. Квигли был согласен с задачами англоамериканского нового мирового порядка, однако он полагал, что общее дело должно быть открытой целью, а не секретным заговором.

Итак, организация Родса и, как будет показано дальше, Королевский институт международных дел в Лондоне являлись существенными составными частями нового мирового порядка. Королевский институт породил Совет по международным отношениям в США на более широкой базе, но все же ограниченную правами организацию с теми же задачами.

По нашим наблюдениям СМО имеет более широкий спектр взглядов среди своих членов (некоторые выступают даже против нового мирового порядка), чем Трехсторонняя комиссия или Королевский институт.

Интересным аспектом является то, что основатель Трехсторонней комиссии Дэвид Рокфеллер был долгое время председателем СМО, а сейчас он — заслуженный председатель в отставке.

Еще одной составной частью нового мирового порядка является секретное общество “Череп и кости” в Йельском университете. Все эти организации далее будут рассмотрены более подробно. Но, анализируя латентные структуры мировой политики и их стремление к построению нового мирового порядка, возникает вполне логичный вопрос: будет ли новый мировой порядок предвестником славной эры мира на земном шаре или же началом нового кошмара — диктата во всем мире?

Наверное, лучше всего подытожит суть нового мирового порядка одно утверждение, предложенное французским писателем–социалистом Пьером Прудоном: “Наш принцип таков: атеизм в религии, анархия в политике, отсутствие собственности в экономической сфере” [48].

Он это понял. Но беда в том, что он в это верил. Так же, как и все другие социалисты, гуманисты, иллюминаты, коммунисты, масоны и представители “Нового века”, которые верят в новый мировой порядок.

Но, пожалуй, именно Джорджу Оруэллу в книге “1984” лучше всего удалось подытожить то, что несет миру новый мировой порядок. Он писал: “Если хотите увидеть картину будущего, представьте ботинок, наступающий на человеческое лицо — навечно” [49].

Кто же управляет сегодня государствами?

Существует великая объединяющая сила — демократия, когда меньшинство подчиняется большинству и признается свобода и равноправие граждан. Но демократия в одиночку не способна справиться с заговором, поскольку демократия беззащитна против идеологии, ориентированной на трансформацию демократии через новую элиту, новую веру и новый мировой порядок.

На деле демократия способствует революции, как выяснили теоретики наподобие идеолога Франкфуртской школы Герберта Маркузе. Гитлер показал, сколь ничтожно сопротивление демократии перед лицом истинной угрозы.

“Элиты, а не массы управляют Америкой, — сделали вывод ученые Томас Р. Дай и Л. Хармон Зиглер в своей книге “Ирония демократии”. — В индустриальный, ядерный век жизнь в условиях демократии, так же, как и в тоталитарном обществе, определяется горсткой людей, — пишут они.

— Несмотря на различия в своих подходах к изучению власти в Америке, ученые — как политологи, так и социологи — соглашаются, что ключевые политические, экономические и социальные решения принимаются незначительным меньшинством” [50].

Представление, что маленькая, богатая правящая элита — олигархия — управляет Америкой, подтверждается реальными фактами. Непропорционально большое количество ресурсов Америки контролируется горсткой из числа 265–миллионного населения. Согласно исследованию, проведенному Федеральным резервным управлением в 1983 г., всего лишь 2 % американских семейств владеют 54 % национального богатства, и 10 % населения имеет 86 % чистых финансовых активов.

Большинство американских семейств — 55 % — имеют нулевой или отрицательный баланс. В это исследование не включены балансы учреждений, большинство которых находятся в собственности или управляются вышеупомянутыми 2 %.

Этот цикл, когда богатые становятся все богаче, в то время как бедные становятся беднее, ускорился, начиная с 1960–х годов в период правления в США как республиканской, так и демократической администраций.

Согласно американскому Бюро переписи он усилился в 1990–х годах. С 1992 г. до 1994 г. число самых богатых возросло с 5 до 14 процентов, почти вдвое превысив доход остальных, как показывает анализ за предыдущие двадцать пять лет.

Данные цифры более чем удручающие. Среднестатистическая зарплата среднего рабочего в 1998 г. — с учетом инфляции — на один полный доллар ниже почасового уровня 1973 г. За прошедшие двадцать лет разница в доходах между гражданами мужского пола с высшим образованием и без образования возросла с 42 до 89 процентов. Главный удар этого “уменьшения” приняли на себя рабочие места в промышленности, о чем свидетельствует статистика профсоюзов. В 1970 г. профсоюзы, представляющие работников сталелитейной и автомобильной промышленности, насчитывали почти три миллиона членов. Сегодня их количество составляет меньше одного миллиона.

“Мы развились в двухслойное общество, где люди в требующих знаний отраслях промышленности процветают, а те, кто не получил образования в колледже или технического образования, вынуждены сойти на обочину, — отметил главный редактор “Юнайтед Стейтс ньюс энд Уорлд рипорт” Мортимер Б. Зукерман. — Многие теперь сомневаются в том, действительно ли является это веяние для американского среднего класса естественным процессом или это сознательно спланировано во имя нового мирового порядка” [51].

Широкую огласку получило то, что Соединенные Штаты Америки используют всемирные природные ресурсы далеко не пропорционально в процентном отношении к остальному населению планеты. Неоспоримым является также тот факт, что с наступлением нового тысячелетия Соединенные Штаты остались в одиночестве как всемирная, превосходящая другие страны, сила.

Кто же в действительности управляет Америкой, а следовательно, миром?

Несколько лет назад известный консультант–психолог ведущих миллиардеров мира Антонио Менегетти писал: “Президенты являются марионетками в чужих руках. Решения принимают не Ельцин, Клинтон или Ширак — у них нет больше власти. Реально экономической властью на этой планете владеют те, кто, благодаря коммуникационной сети цифровой технологии, контролирует и изменяет всю экономику так, как им удобно” [52].

Эту обеспокоенность высказывали и за пределами США. Один известный французский издатель сказал, что

“невозможно проследить реальную собственность корпораций и структур власти в Америке. Этого никто сделать не позволит. Они найдут способ затравить и подавить любого, кто попытается это сделать.

Они, вероятно, довольно маленькая группа людей, лично знающих друг друга, но многие абсолютно неизвестны общественности. Они руководят действиями правительства, а общественные службы, очевидно, обслуживают частные интересы, а не наоборот. Правительственный “контроль”, о котором фактически каждый упоминает, невозможно выявить по курсам акций, регуляторным механизмам, общественному мнению. Он, вероятно, функционирует посредством лабиринта личных контактов и негласного взаимопонимания”.

Все знают, что эти люди, которых называют “истеблишментом”, владеют огромными ресурсами, манипулируют курсами акций, регулируют цены и уклоняются от налогов. Они также держат монополии на энергию, медицину, вооружения и промышленность, подавляя новые технологии.

Истеблишмент имеет неограниченное влияние на средства массовой информации и правительства разных стран благодаря контролю над транснациональными корпорациями, а также частными организациями типа английского Королевского института международных отношений, Совета по международным отношениям, Бильдербергского клуба и Трехсторонней комиссии. Они также принадлежат к тайным обществам типа орденов Тамплиеров, Иллюминати, Череп и Кости, Мальтийских рыцарей и внутренних кругов масонства.

Но кто такие Они? Кто эти мужчины и женщины, которые так умело управляют судьбой нашей планеты? Почему они действуют втайне и зачем они объединяются в секретные организации? Какими силами они обладают, позволяющими им брать на себя роль правящей элиты? И что наиболее важно, каковы их цели и планы?

Многие слышали о тайных обществах, упомянутых выше. Но немногие имели возможность узнать подробности их происхождения, намерений и связей. Поэтому естественным будет вопрос — какое влияние или контроль эти латентные структуры могут иметь в реальной жизни?

Даже начинающему исследователю становится ясно, что тайные общества не только существуют, но они всегда играли ключевую роль в мировой истории на протяжении многих столетий. Неясно только одно — кто они конкретно, сколько их всего и какие существуют связи между этими обществами. Наконец, они таки объединены в тайные общества.

В 1909 г. Уолтер Ратенау из фирмы “Дженерал электрик” в Германии говорил:

“300 человек, которые знают друг друга, определяют экономическую судьбу Европы и выбирают приемников из своей среды” [53].

Цифра, приведенная Ратенау, возможно, послужила поводом для доктора Джона Колемана, автора книг о заговорах, заявившего, что Комитет 300 контролирует “...тайное, параллельное мировое правительство, которое управляет Англией и США” [54]. А Джону Колеману, офицеру английской разведки, известно было многое.

Джозеф Кеннеди, основатель знаменитого семейства Кеннеди, когда-то отметил:

“Америкой управляет пятьдесят человек, и это — большое число”.

Подавляющее большинство думающего населения Украины тоже считает, что страной управляют президент, члены правительства во главе с премьер–министром, Верховная Рада. Если это так, то почему же в нашей богатой стране люди так плохо живут? Неужели наши президенты и все остальные власть имущие являются врагами собственного народа? Почему все эти люди допускают засорение информационного пространства пошлостью, порнографией, развратом, насилием, поклонением “золотому тельцу”?

Все это потому, что нами правит колониальная администрация, поставленная мировым правительством, о которой приведено достаточно много убедительных доказательств в книге автора “Україна: шляхом незалежності чи неоколонізації?” [55]. Следует отметить, что, несмотря на трехлетнюю подготовку книги к печати, опровержений приведенных в ней аргументов и фактов не последовало.

Мировое правительство

Сегодня явственно можно наблюдать две концепции стремления к мировому господству.

“Первая: государство США во главе мировой империи, в которую оно пытается загнать все остальные страны и народы; с другой стороны, аналогичные претензии мирового финансового капитала, который опирается на разветвленную сеть сионистских центров и прикупленные элиты ряда государств — установить свой мировой порядок и контролировать планету через финансовые потоки.

Там где надо — финансовая петля затягивается, а где и когда нужно — ослабляется. Международный терроризм — это детище их спецслужб, инструмент глобальной политики”, [56] — так видит ситуацию в мире вице–президент Академии геополитических наук России генерал–полковник Л. Г. Ивашов.

В начале ХХ в. иудеобольшевики много говорили о всемирной революции, а гимном революционеров был “Интернационал”. В начале XXI в. все больше мы слышим о глобализации, о Европарламенте, о новом мировом порядке, который предполагает наличие Мирового правительства.

Но существует ли сегодня Мировое правительство?

Вот как на этот вопрос отвечает Александр Александрович Игнатов — генеральный директор информационного аналитического агентства при Управлении делами президента Российской Федерации:

“Ключевым фактором, влияющим на современные глобализационные процессы, является деятельность Мирового правительства. Не вдаваясь в душераздирающие подробности, рисуемые нам многочисленными теориями заговора, следует признать, что эта надгосударственная структура вполне эффективно исполняет роль штаба “Нового мирового порядка”.

Однако в своей работе эта организация ориентируется на интересы малочисленной элиты, объединенной этническим родством и инициацией в ложах деструктивной направленности. Данное обстоятельство — узурпация власти в Мировом правительстве хасидско–парамасонской группой — требует скорейшего исправления” [57].

Как видим, А. А. Игнатов недвусмысленно определил те силы, которые сегодня управляют миром. И не случайно в его статье идет речь об узурпации власти хасидско–парамасонской группой, где главенствующую роль играют богатые еврейские кланы. Здесь речь идет о том типе людей, существо которых точно и глубоко раскрыл выдающийся русский мыслитель Л. П. Карсавин (1882-1952, умер в ГУЛАГе) в своей работе “Россия и евреи”.

Он начал ее характернейшим замечанием:

“Довольно затруднительно упомянуть в заглавии евреев и не встретиться с обвинением в антисемитизме...” [58].

И конечно он “встретился” с таким обвинением, хотя в работе четко приведено разграничение трех слоев (или, как определяет сам Л. П. Карсавин, “типов”) еврейства:

“Мы различаем... религиозно–национальное и религиозно–культурное еврейство евреев, совершенно ассимилированных тою или иною национальною культурою. и евреев, интернационалистов по существу и революционеров по природе. Вот об этом последнем типе евреев мы до сих пор и говорили. Признание того, что он существует, описание отличительных его черт, даже оценка его с точки зрения религиозных и культурных ценностей является не антисемитизмом, а научно–философскими познавательными процессами. Научное познание не может быть запрещено и опорочиваемо на том основании, что приходит к выводам для нервозных особ неприятным” [59].

Добавлю, что о таком “последнем типе евреев” и идет речь в дальнейшем, при этом “интернационалистов” сегодня заменили “глобалисты”.

Но почему Мировое правительство не желает “видимо” управлять миром, подключив к этому процессу и страны Восточной Европы?

“Препятствием на пути нашей страны в число лидеров глобализации следует считать и неконструктивную позицию Мирового правительства, — пишет далее А. А. Игнатов. — Выдвинув теорию “золотого миллиарда”, Мировое правительство искусственно ограничило число людей и стран, которые имеют право на участие в глобализационных процессах на лидирующих ролях. Россия, по мнению хасидско–парамасонской группы, не должна входить в число таких лидеров и рассматривается исключительно как источник сырьевых ресурсов для “Нового мирового порядка” [60].

Такая же участь грозит Украине и другим странам бывшего Советского Союза.

Как избежать такой дискриминации?

Продолжая исследовать процессы трансформации глобализируемого мира, А. А. Игнатов пишет:

“Когда говорилось о необходимости исправления ситуации вокруг позиции Мирового правительства, имелось в виду следующее: российская элита должна войти в Мировое правительство и его структуры в целях существенной корректировки целей и способов глобализации...

Важной и деликатной является задача внедрения российских представителей в многочисленные тайные организации, составляющие невидимую основу власти Мирового правительства — масонские и парамасонские ложи, “тайные” ордена и другие подобные образования. Россия должна иметь возможность влиять на решения, принимаемые тайными международными структурами власти” [61].

Заметим, что все вышеизложенное, опубликовано в 2000 г. в “Независимой газете”, которую, как и автора статьи А. А. Игнатова, трудно упрекнуть в некомпетентности.

Еще один источник информации, заслуживающий доверия, — журнал “Национальная безопасность и геополитика России”. В № 9 за 2003 г. генерал–лейтенант О. В. Петров в своей статье приводит данные о том, что с середины ХХ в. в мире длится война по завоеванию мирового господства. Утверждается, что сейчас идет новый геополитический передел мира.

“Орудием агрессии является созданный в ходе “Синайского турпохода” дезинтегрированный биоробот на человеческой элементной базе, представленный в виде псевдонационального образования — “еврейства” — самой древней, богатой, жестокой и опытной международной мафии. Основой идеологии этой мафии является иудаизм и его последняя модификация — сионо–интернацизм — самый древний вид фашизма, еще в 70–е годы осужденный ООН.

Управление агрессией на основе Ветхозаветной концепции осуществляют наследники осатанелого древнеегипетского жречества, возомнившие себя властителями мира - Тайное мировое правительство, которое стремится к установлению нового мирового порядка. Тайное мировое правительство представляет собой оккультную верхушку раввината, супербогатых сионистских ростовщических кланов, монополизировавших банковское дело, подконтрольных им ТНК, МВФ, МБРР, Бильдербергского клуба и клуба Роттенбергов, Трехсторонней комиссии, Комитета 300, ООН, блока НАТО, госструктур Запада, средств массовой информации политических партий, движений, масонских лож, орденов и клубов, научных и общественных организаций...

(все выделено автором статьи).

Следует отметить, что автор статьи О. В. Петров делал доклад в Государственной Думе Российской Федерации, где с высокой трибуны утверждал о существовании планов Мирового правительства по завоеванию мирового господства и созданию общества с самой изощренной формой рабовладения.

Сегодня не является секретом, что западная цивилизация, перевалившая в ХХ веке границы западных стран и шагнувшая в Азию, Южную Америку, Африку, создала новый тип упрощенного человека, потерявшего всю богатую культурную систему духовных ценностей и избравшего взамен этого материальные блага и комфорт. Лишенный искреннего христианского чувства и духовного выбора, человек получил взамен право выбирать среди множества товаров, большая часть которых вредна и излишня нормальной человеческой природе.

“Для управления таким упрощенным типом человека и создается структура тайной закулисной власти, получившей название мирового правительства, — пишет О. А. Платонов. — Сатанинская по своей природе, эта власть развивается исходя из приоритетов иудеомасонской цивилизации, стремящейся уничтожить в современном человеке остатки христианского сознания.

Еще в середине прошлого века известный еврейский политик Б. Дизраэли бросил фразу, ставшую крылатой:

“Миром управляют не те, кто играет на сцене, а те, кто находится за кулисой”. Этот высокопоставленный вольный каменщик знал, о чем говорил, так как в течение многих лет находился в центре всех мировых иудейско–масонских интриг” [62].

“Еврейскому племени предстояло мстить христианским племенам за неизгладимое пятно предательства Иуды. По своему положению оно являлось вечным заговорщиком против христианских племен, и поэтому должно было посеять среди них орудие вечных заговоров... Та тайная сила, которая замыслила, подготовила, породила масонство, которая распространила его по всему христианскому миру... властвует ныне над христианским миром и ведет его к погибели, начав со стран католических, это — тайное правительство еврейской нации” [63].

Различные комбинации мирового правительства, вынашиваемые иудейскими лидерами в течение веков в Египте, Вавилоне, Константинополе, Испании, Польше, Франции и которые до недавнего времени воплощались в управлении жизнью только евреев, с конца XVIII в. начинают распространяться и на жизнь христианских народов. Вначале это влияние было не очень стабильно, а являлось типичной заговорщической деятельностью, планы которой принимались на тайных совещаниях масонских лож.

“Первая попытка организованно влиять на жизнь христианских народов осуществляется секретным масонским Орденом иллюминати, который был создан в 1776 г. в Баварии немецким евреем А. Вейсгауптом.

За короткий период этот конспиратор создал организацию, объединившую в своих рядах несколько тысяч человек. На тайных совещаниях ордена был разработан план захвата власти в Баварии с последующим распространением влияния иллюминатов на весь мир. Однако замыслы заговорщиков стали известны баварскому правительству.

Вейсгаупта уволили с государственной службы, и он скрылся в Швейцарии, где продолжил свою подрывную работу против мира. Орден иллюминати участвовал и в тайной подготовке Французской революции. Используя членов ордена, Вейсгаупт провел кампанию по дискредитации французской королевской семьи.

Через одного из членов ордена, авантюриста, выступавшего под именем графа Калиостро, была организована фальшивая история с драгоценностями, которая сильно уронила престиж королевской четы в глазах французского народа.

Иллюминаты стали одними из главных организаторов разрушения французской монархии, и это сильно повлияло на дальнейшие мировые события, значительно укрепив позиции иудейско–масонского влияния” [64].

Параллельные попытки создания тайного мирового правительства предпринимаются и в Англии, в среде высокопоставленных руководителей британских масонских лож. Здесь создаются элитные масонские клубы, которые берут на себя ответственность вырабатывать самые главные государственные решения и влиять на судьбы целых народов.

В 1764 г. Джешуа Рейнольд образует так называемый Клаб, в который входили многие известные люди того времени. В 1812 г. возникает еще один клуб правящей элиты — “Грилльон”. Он состоял из тех же членов, что и “Клаб”, имел те же условия членства, но собирался в другое время.

В 1877 г. Сесил Джон Родс (Cecil John Rhodes) ставит вопрос о распространении британского владычества на весь мир, включая Соединенные Штаты Америки. Возникает тайное “Общество круглого стола”, преследующее эту цель. В него входили, кроме Сесиля Родса, множество видных деятелей Британской империи, в том числе известный еврейский политик, один из руководителей мирового масонства, представитель семейства Ротшильдов лорд Альфред Мильнер.

В марте 1891 г., после смерти Родса, это общество переходит под руководство лорда Мильнера, который управляет им, исходя из интересов Ротшильдов.

Лорд Мильнер образует группу единомышленников, ставшую важнейшим инструментом закулисного политического управления миром. “Группа Мильнера” включала в себя таких влиятельных политиков, как лорд Джонсон, Артур Бальфур, Лионель Куртис, Леопольд Эмери, Вальдольф Астор. В эту группу входили не только англичане, но и представители США, Канады, Южной Африки, Австралии, Новой Зеландии, Германии [65].

Значительная часть этих деятелей, как и сам Мильнер, имели еврейское происхождение. Лорд Мильнер еще более усиливает мондиалистский [66] характер “Общества круглого стола”. Ведется пропаганда необходимости единого мирового государства и создания мирового правительства. Общество оказывало сильнейшее влияние на политику правительств Англии и стран Антанты во время первой мировой войны.

“Уже на этом этапе тайные иудейские и масонские организации начинают строительство системы всеобщего контроля над основными сферами деятельности общества. Они стремятся подменить духовные ценности христианства иудейско–масонскими представлениями о “радости жизни”.

Вначале печать, литература и искусство, а позднее и основные политические институты общества подпадают под влияние подрывных сатанинских сил мирового масонства. Однако вплоть до начала XX в. многие планы масонских заговорщиков рушились в результате существования великих монархий — Российской, Германской и Австро–Венгерской.

Вплоть до 1914 г. эти монархии служили залогом христианского развития и стабильности Европы и всего мира. Спровоцировав войну между ними, иудейско–масонские конспираторы ввергли человечество в мировую бойню, которая стала началом конца христианской цивилизации в Европе, сохранившись к настоящему времени отдельными островками только в России.

После первой мировой войны центр тайной иудеомасонской власти переходит в США. Уже к концу 1920–х годов в этой стране было больше масонов, чем во всем остальном мире. Еврейские организации этой страны были могущественны и располагали огромными финансовыми средствами” [67].

Инфраструктура тайной власти мировой закулисы рождается в семейных кланах международных иудейских банкиров, охватывающих своим влиянием множество государств и фактически содержащих за свой счет (кредиты, льготы, дотации и прямой подкуп) значительную часть правящих государственных элит Запада.

Что может быть более убедительной иллюстрацией фантастической концепции всемирного еврейского правительства, чем семья Ротшильдов, объединяющая в своем составе граждан пяти различных государств, тесно сотрудничающих, по крайней мере, с тремя правительствами, частые конфликты которых не поколебали интересов их государственных банков! Никакая пропаганда не способна создать символ более убедительный для политической цели, чем сама жизнь.

Ротшильды, Шиффы, Варбурги, Куны, Лэйбы и еще два десятка международных иудейских банкиров уже в начале XX в. образовали незримое сообщество, своими щупальцами окутавшее государственные механизмы ведущих стран мира.

В 1920–х годах известный еврейский банкир П. Варбург (родственник Я. Шиффа) и ряд других подобных деятелей призывают к созданию Соединенных Штатов Европы, а в 1930–х годах поддерживают план объединения под одним правительством около 15 стран на обеих сторонах Атлантического океана. Впоследствии, уже в 1950 г., П. Варбург признавался на слушаниях сенатской комиссии по иностранным делам:

“Последние пятнадцать лет моей жизни были посвящены почти исключительно изучению проблемы мира. Эти исследования привели меня к заключению, что главным вопросом нашего времени является вопрос не о том, может или не может осуществиться “Единый мир”, а лишь о том, может ли он осуществиться мирным путем. Мы будем иметь Мировое правительство — нравится нам это или нет! Вопрос лишь в том, будет ли такое правительство установлено согласием или благодаря завоеванию” [68].

Именно по инициативе этих организаций в структуре тайной иудеомасонской власти происходят глубокие изменения. Наряду с традиционными масонскими ложами возникают многочисленные закрытые клубы и организации типа “Ротари” или “Лайонс”, которые берут на себя секретное управление различными сторонами деятельности общества.

В большинстве американских штатов и городов любые мероприятия в политической, социальной и культурной жизни, будь то выборы в губернаторы или мэры, проведение забастовки или крупной выставки художников, обсуждаются и прорабатываются в соответствующих закрытых организациях и клубах, а затем уже подаются как выражение общественного мнения. Такая закулисная власть во многих случаях становится более сильной и эффективной, чем действующая открыто.

Тайная иудеомасонская власть интернационализируется и приобретает глобальный, транснациональный характер. Из кучки заговорщиков иудеомасонская власть превращается во властную всеобъемлющую структуру, тайную мировую элиту — истеблишмент, взявшую под свой контроль не только государства западного мира, но и значительную часть остального человечества.

“Иудейские организации и отдельные лица, принадлежащие к верхушке мировой закулисы, платят большие деньги политикам и государственным чиновникам, превращая их в послушное орудие своей воли. Делается это не только в виде прямых взяток, но и в других формах: взносы на избирательные кампании, несоразмерные гонорары за речи, выступления и книги, бесплатные поездки в разные страны мира. В США иудейские организации обеспечивают около 60 % предвыборных фондов Демократической партии и около 40 % Республиканской.

Преступный, подрывной характер деятельности членов организаций мировой закулисы состоит в том, что, никем не избранные, никем не уполномоченные, они пытаются решать судьбы всего человечества, рассматривают богатства нашей планеты как собственное достояние. На общепринятом юридическом языке деятельность членов этих организаций следует рассматривать как преступный сговор против человечества.

Создавая тайные, незаконные органы управления, мировая закулиса с иудейскими вождями противопоставляют себя народам и государствам, подменяя национальную власть транснациональным иудейско–масонским заговором. Новый мировой порядок, который пытается навязать человечеству тайная иудеомасонская власть, мало чем отличается от планов мирового господства Гитлера” [69].

О существовании Мирового правительства говорилось и писалось давно. Еще в начале XX в. об этом писали выдающийся русский мыслитель Лев Александрович Тихомиров (1852-1923) [70] и общественный деятель России Алексей Семенович Шмаков (1852-1917) [71].

Они утверждали, что необычайная живучесть еврейства во время долгих веков рассеяния возбуждает уверенность, что евреи непременно должны иметь свое Мировое правительство, хотя бы и тайное. Это мнение отчасти подтверждается историческими фактами. Общественное самоуправление с давних времен получило у евреев широкое развитие, и настоящая сила Израиля, колоний рассеяния — голусов, была именно в этом общественном строе и самоуправлении.

Коренное значение не личности, а всей совокупности Израиля как общества, а также освященный законом родовой быт, сделавший наследственным даже священство, — все это устраняло чисто демократическую идею, и в построении общественной власти всюду господствовала идея аристократическая, “лучших людей”, как выражались в старину.

“В восстановленном Иерусалиме, — пишет Л. А. Тихомиров, — Синедрион, который был носителем всей власти Израиля, состоял из 71 или 72 членов под председательством Первосвященника, именуемого “паси” (князь). Остальные 71 член состояли из священников (саддукеев), ученых (фарисеев) и народных старейшин. Это учреждение пополнялось кооптацией (самовыбором).

Синедриону подлежали все дела нации. Он решал вопросы войны и мира, назначал правительственных лиц, он был высшей судебной инстанцией. Сам царь не мог начать войны без согласия Синедриона и, в принципе, мог быть судим Синедрионом. Синедрион имел право смертной казни. Это была высшая власть, религиозная и гражданская, израильского общества, которое имело характер некоторой республики, увенчиваемой царской властью.

Но Синедрион не централизировал у себя всего управления, и все отдельные общины евреев заведовали своими местными делами сами, в рамках, определяемых Синедрионом, и под его высшим надзором в смысле вмешательства в их дела, если это требовалось, ибо приказания Синедриона были обязаны исполнять все евреи.

Мы уже видели, что в Вавилоне были развиты все эти основы управления, и по типу, развитому в Вавилоне, слагались управления колоний рассеяния — голусы

Чем более расходились евреи по всем странам, в которых они свою идею управления вынуждены были все-таки несколько сообразовать с требованиями местной власти, “языков”, “гоев”, тем необходимее усиливалось местное управление, слишком удаленное от центрального.

Влияние этого местного управления пронизывало всю жизнь евреев в совокупности и каждого еврея в отдельности, причем общества и корпорации как проявление основной идеи управления у них развивались всюду до чрезвычайности” [72].

Еврейство всюду организовано внутренне на одних принципах. Кроме чисто внутренней организации в еврействе были и есть организации, которые созданы как всееврейские, международные. Есть сведения и о еврейских деятелях, которые имели огромное международное значение и трудились над реализацией всееврейских интересов.

Таковыми были Моисей Мендельсон в XVIII в. и Моисей Монтефиоре в XIX веке. Молва называла их “князьями еврейскими”, как в более позднее время называли и Герцля. Непосвященному сложно судить о том, представляли ли они какую-нибудь тайную всееврейскую правящую власть. Но что касается Монтефиоре, то он был учредителем многих международных еврейских обществ.

Справка. Моисей Монтефиоре родился в 1784 г. и был испанскоитальянским выходцем, действовавшим в Англии. Он приобрел огромное богатство вместе с Ротшильдами в эпоху падения Наполеона и умножил его банковскими спекуляциями, в которых обнаружился его необычайный “гений”. Прожил он более ста лет. Его описывают человеком необыкновенно привлекательным и ловким. Строго соблюдая все предписания еврейского закона, он умел прослыть просвещенным европейцем и свою общественную деятельность вел как филантроп.

Неевреям он не помогал на том основании, что евреи более нуждаются, находятся в худшем положении, и для евреев не жалел ничего. Сила его заключалась, однако, не в одном богатстве, а в изумительной способности всюду дружить с людьми, всех очаровывать. Постоянно держась на почве “филантропии”, он как бы не принадлежал к политическим партиям и сходился с деятелями всех партий, ни с кем не споря и не ссорясь, но из всех извлекая пользу для еврейства.

Создавая политическую международную силу еврейства, он и это умел выставлять как одно из проявлений филантропии. Монте-фиоре значительно продвинул дело еврейского равноправия в Англии, а затем расширил свою деятельность и на другие страны. Для этого он создал ряд обществ. В 1833 г. он основал “Еврейский комитет депутатов”, а потом “Совет депутатов по еврейским делам”.

Вместе с Кремье основал знаменитый Всемирный Еврейский Союз (Alliance Israelite Universelle), а также “Англо–еврейскую ассоциацию”. Эти общества он поддерживал не только финансово, но и своим авторитетом и дружбой чуть ли не со всеми политическими деятелями Европы, без различия партий. Он всюду заступался за евреев как филантроп.

Дважды ездил он с этой целью даже в Россию, добиваясь получить аудиенции императоров Николая I и Александра II. Колонизация Палестины евреями была его любимым созданием, он семь раз ездил туда отчасти для приобретения земель колонистами, отчасти для помощи им.

Когда Монтефиоре в 1838 г. был в Иерусалиме, его встретили там как владетельную особу. Евреи толпами вышли навстречу, а губернатор Иерусалима расставил шпалеры из турецких войск.

Главной организацией Монтефиоре и Кремье был, безусловно, Всемирный Еврейский Союз. Вот его программа, сообщаемая Брафманом:

1. Расширение еврейских прав во всех странах.

2. Защита евреев от внешнего или внутреннего противника, где бы он ни обнаружился.

3. Ограждение евреев от притеснительных для них налогов со стороны местной власти и администрации.

4. Защита частных еврейских преступников от преследования закона и решений судебных мест, если эти законы и решения не согласны с духом еврейства, олицетворенного ныне в стремлениях Союза.

5. Защита интересов частных евреев.

6. Заботы о распространении между евреями знаний в духе национальной интеллигенции.

7. Противодействие влиянию христианской миссии на евреев,

8. Забота о будущей судьбе своего Обетованного Отечества.

Программа эта весьма показательна. Это настоящее выступление великой державы с целью защиты интересов своих граждан, но с такими претензиями, которых не позволила бы себе никакая другая держава.

Всемирный Еврейский Союз требует, чтобы все государства дали права евреям, но в то же время возражает против законов и судов этих держав, если они не согласуются “с духом еврейства”. Это есть претензия на то, чтобы все государства в своем законодательстве уживались с духом еврейского закона. Тут проявилось какое-то своеобразное отношение суверена к вассалам. И, однако, общество жило и действовало.

Некоторое время еврейство требовало себе общих гражданских и политических прав, обещая за это “ассимилироваться” с гражданами стран, где оно проживает. Но с развитием прав еврейства эта идея совершенно исчезла, и теперь уже об ассимиляции больше не говорят.

Проживая в других государствах мира, они сегодня получают уже поддержку не каких-либо частных обществ, а своей независимой державы, имеющей в руках финансы всего мира и для поддержания своих требований, способной организовать целые коалиции других держав.

Однако же если у евреев имеется тайное правительство или вообще какое-нибудь тайное общество, задавшееся целью направлять судьбы еврейства к всемирному господству, то сомнительно, чтобы оно уничтожилось при образовании еврейской державы в Палестине. Тайное действие, если оно хорошо поставлено, представляет слишком большие выгоды по сравнению с явным действием. Весь вопрос в том, имеется ли такое правительство?

Одним из защитников идеи существования еврейского Мирового правительства являлся бывший масон достаточно высокой степени посвящения Копен Албанселли. Его аргументация держалась не столько на каких-либо фактических данных, каковых, в сущности, не имеется, а на логике. “Вопрос, — говорит он, — в итоге резюмируется в очень кратких словах.

Для того чтобы потомки древней нации евреев сохранили идеал этой нации, нужно, чтобы все их поколения были связаны между собою во времени и пространстве одной организацией, одним правительством. Это необходимо по той простой причине, что раса еврейская управляется теми же законами природы, как и все другие расы.

Это правительство, правда, не проявляется с IX в., но условия существования, господствовавшие над еврейским народом со времени его рассеяния, были таковы, что его правительство не могло бы существовать, если бы оно было известно. Так как ему нужно было существовать, то оно должно быть секретным”. Возможно, говорил он, что большинство евреев ничего о нем не знает, но это не доказывает его несуществования.

Куда, однако, направляют эти руководящие круги свою нацию? Раз все это предполагает секретность, то о его задачах можно только догадываться, тем более что никакая сильная организация, никакое правительство не задавались целью провести расследование факта, имеются ли у евреев какие-нибудь мировые замыслы и какими способами они осуществляются. В области этих вопросов имеются лишь догадки и свидетельства Копена Албанселли, о которых нельзя не упомянуть.

Предварительно отметим, что Албанселли был довольно долго франкмасоном (восемь лет) и достиг в нем степени Розы Креста, которая по ступеням классификации довольно высока — 18–я степень. Правда, сам Копен Албанселли считал, что за 33 степенями масонских капитулов начинается новая надстройка организации “невидимого” масонства, а над ним имеется еще одна надстройка уже еврейского управления масонством. Об этом говорят и многие другие исследователи масонства.

Таким образом, Копен Албанселли был далек от высших степеней, но, тем не менее, при большой ловкости он мог многое заметить и подслушать. Он высказывает следующие предположения. Прежде всего, он считает, что тайное еврейское правительство имеет своим орудием действия в нееврейском мире — именно франкмасонскую организацию, бессознательно исполняющую то, что преследует еврейское правительство — всемирное господство евреев.

“Цель масонской махинации, — говорил Копен, — не разрушение, а подчинение христианского мира. Тайное еврейское правительство хочет истребить собственно христианский дух по той причине, что дух христианский составляет истинную защиту мира, из него родившегося. Точно так же — если это тайное правительство разрушило Французскую монархию, то лишь потому, что эта монархия была лучшей охраной Франции.

Мечта о всемирном владычестве поддерживалась в сердце еврейского народа самой его религией... Евреи сначала думали, что владычество будет когда-нибудь дано их расе победоносным Мессией. Но теперь между ними распространилась идея, что слово “Мессия” должно прилагаться не к некоторому сыну израильской расы, а к самой расе и что завоевание мира может быть совершено без использования оружия.

Они теперь убеждены, что будущий триумфатор — это сам народ еврейский и что мессианские времена суть те, когда этот народ сумеет подчинить себе мир, порожденный христианским Мессией, который так долго занимал место, предназначенное истинному мессии, то есть самим евреям”.

Мечта мирового господства, продолжает Копен, не нова у человечества. О всемирном господстве мечтали и другие народы.

“Может быть, эта идея не всегда представлялась руководителям Израиля с такой точностью, как теперь”. Она развивалась постепенно. Но по мере захвата могущественнейшего орудия — золота — эта мечта созрела. Успехи масонства ее упрочивают. “Еврейство стало видеть возрастание своего могущества на всех пунктах земного шара по мере того, как шла на убыль, вследствие потери традиции, сила солидаризма и, следовательно, сила сопротивления христианских рас.

Теперь еврейство действует повсюду. Его правительство видит все, не будучи само видимо никем. Оно поэтому бьет наверняка, тогда как против него никто и не думает защищаться, так как никто не знает о его существовании. При таких условиях нужна была бы полная бессмысленность со стороны иудейского правительства, если бы оно не пришло к идее овладеть миром, который ничто или почти ничто уже не защищает...

Совершив чудо — удержав блуждающую по свету расу в верности древнему национальному идеалу — и видя, что прочие расы бессмысленно считают прогрессом покидание своих идеалов, еврейское правительство должно было признать себя способным доставить своему народу царствование во вселенной” [73].

Но для обеспечения господства нужна новая организация рас подчиненных. Всякий владычествующий над народами старается дать им организацию, приспособленную к возможности управлять ими. Для евреев в этом отношении необходимо уничтожить национальности. Это и производится ныне под флагом прогресса. Но вместо организации, вырастающей на почве национальности, нужна некоторая другая: она и подготовляется в виде социализма, или в виде глобализма.

“Мы, — говорил Копен Албанселли, — идем к всемирной республике, потому что только при ней может быть реализовано финансовое, промышленное и торговое царство евреев. Но под маской республики это царство будет бесконечно более деспотично, чем всякое иное. Это будет совершенно то же владычество, которое человек организует над животными.

Еврейская раса будет нас держать посредством наших потребностей. Она обопрется на хорошо подобранную полицию, сильно организованную и жирно вознаграждаемую. Кроме этой полиции, в новом обществе будут только администрация, директора и инженеры, с одной стороны, и рабочие — с другой.

Рабочими будут все неевреи, администраторами и инженерами — евреи... Народы сами будут способствовать уничтожению в своей среде всякой силы, кроме государства, пока им будут внушать, будто бы всем владеющее государство — это они сами. Они не перестанут работать на свое порабощение до тех пор, пока евреи не скажут им:

“Извините, вы не так поняли. Всем владеющее государство — это не вы, а мы. Тогда народы попробуют бунтовать, но будет уже поздно, ибо у этих народов исчезнут и нравственные, и материальные пружины, необходимые для действия. Стада не могут сопротивляться собакам, выдрессированным на присмотре за ними.

Все, что рабочий мир мог бы сделать, — это отказаться работать. Но евреи не столь глупы, чтобы этого не предвидеть. Они запасут достаточно припасов для себя и своих сторожевых собак, а сопротивляющихся заморят голодом. При надобности они бросят на бунтующих людей свою полицию, непобедимую и снабженную самыми усовершенствованными средствами истребления.

Таков план Тайного правительства, — говорил Копен Албанселли, — установление всемирного господства евреев посредством организации коллективизма, под видом всемирной республики. К осуществлению этого плана и ведет нас масонство” [74].

Такова грозная картина, которую рисует Копен Албанселли, хотя свои предположения о целях и планах предполагаемой центральной еврейской организации он высказывает в форме чисто логических умозаключений. Поэтому нельзя со своей стороны выразить по этому поводу никакого суждения, кроме того, что, конечно, всякая дезорганизованная толпа неизбежно должна очутиться в полной власти той группы, которая сохранит свою организацию.

Сегодня мы имеем возможность судить о том, как в прошлом веке социалистическая идея в СССР уничтожала христианство, насаждая новую религию — атеизм. Это особенно характерно для 1920–х и первой половины 1930–х годов, когда всю власть в стране Советов захватили иудеобольшевики. Да и формы коллективизма могли быть устроены — не так, как его теперь представляют. Сегодняшние события в мире, его глобализация, объединение Европы и многое другое свидетельствуют в пользу гипотезы Албанселли.

Многие исследователи задают себе один и тот же вопрос: были ли в истории народов ситуации деления мирового сообщества на два противоположных класса, на класс бедных и богатых? И отвечая на этот вопрос, вспоминаю об Ордене Chaburah, возникшем среди левитов во время разделения на партии саддукеев и фарисеев. Вот что о нем пишет Генрих Гретц в “Истории евреев”:

“Этот орден, как видно, имел и политическое значение; его члены назывались товарищи (Chaberim) (как называли друг друга все мы в годы советской власти, и как сегодня называют себя коммунисты. — Н. С.). Кто хотел быть принятым в орден, должен был в присутствии трех членов обещать подчиняться требованиям ордена. Если член нарушал правила ордена, его изгоняли; исключались из ордена также те, кто содействовал римскому начальству в качестве сборщиков податей. Сборщики податей, как орудие римского владычества, по–прежнему были самым презираемым сословием.

Противоположность ордену товарищей составляли крестьяне, рабы земли; первые образовали в некотором роде класс патрициев, вторые — плебеев. Об умственном и нравственном состоянии крестьян того времени источники дают самую мрачную картину; должно быть, частые восстания, происходившие в последние годы в еврейских государствах, и долгая революционная борьба способствовали этому одичанию и упадку нравственности.

Крестьяне того времени в денежных делах не были честны, в супружеской жизни не проявляли нежных чувств, в общении с другими отличались отсутствием чувства чести и уважения к человеческой жизни. Из еврейских законов они соблюдали только те, которые отвечали их грубым наклонностям; умственные интересы их не затрагивали.

Между этой невежественной массой и образованным сословием была глубокая пропасть, которая положила начало взаимной ненависти... Современники сообщают, что ненависть между этими патрициями и плебеями была еще большая, чем между евреями и язычниками. Члены ордена со своей стороны еще более раздували эту вражду вместо того, чтобы потушить ее старанием возвысить крестьян до себя. Они не только избегали общения с лицами низшего сословия, но и не допускали их... занимать общественные должности.” [75]

Сегодня концепция “золотого миллиарда” сильно напоминает Орден Chaburah, описанный Гретцом. И если идет речь об “избранном народе”, то мимо воли возникает история, рассказанная Албанселли о расистской теории деления человечества на расу господ и расу рабов, на плебеев и патрициев.

Вообще вопрос этот темный, и логические выкладки Копена Албанселли могли бы быть зачислены даже в простые фантазии. Однако есть и другое соображение, что, будучи масоном, он узнал гораздо больше, чем говорит, и, выставляя грозную картину грядущего порабощения всего мира, на самом деле основывается не на логических выкладках и догадках, а на фактах.

Масонская клятва под угрозой смерти воспрещает разоблачения, да и нравственно связывает честного человека. Возможно, что Копен Албанселли и прибег к такой конспирации, будто бы он излагает не факты, а свои теоретические и логические соображения, считая, что это не есть нарушение клятвы.

Если же рисуемая Копеном Албанселли картина достоверна, то нельзя не сказать, что она очень подходит под апокалипсическую эсхатологию [76].

Несколько по–иному подходит к вопросу о Мировом правительстве евреев Алексей Семенович Шмаков, издавший в 1912 г. книгу с весьма красноречивым названием “Международное тайное правительство”, где он пишет:

“Со времени “великой” французской революции, облагодетельствовавшей евреев, религиозные, политические и социальные перевороты на обоих полушариях чаще всего зависели от сокровенных причин, разыскание которых только и может объяснить данное положение вещей.

Теперь же решительно нельзя отличать следующего: внизу истории внешней и, так сказать, поверхностной, существует другая — подземная история. Ее авторы — иудаизм и масонство, сурово дисциплинированные и диктаторски командуемые при условии, что гои в огромном большинстве этого не подозревают.

По слабости человеческого разума видимое берет у нас верх над невидимым. Умудренные же тысячелетиями опыта, сыны Израиля пользуются этим систематически. Не поучаемся ли мы ежедневно, что, обходя законы иноплеменников, евреи исполняют, наоборот, веления своей кагальной власти беспрекословно. Тем не менее, никак не хотим уразуметь мы, что “потаенное правительство” требуется отсюда логически, и, следовательно, не может не существовать.

Из сего явствует, что общеиудейская центральная власть никогда не переставала функционировать и лишь неустанно расширяла свою мощь, как с беспримерной доселе убедительностью это наблюдается в настоящее время” [77].

Еврейство не могло простить русскому исследователю А. С. Шмакову раскрытия их тайных планов. Иудеобольшевики жестоко расправились с ним, зверски утопив его в помойной яме через несколько дней после октябрьской революции в России” [78].

“Кочующее правительство” иудеев

Несколько иную, аналитическую и более полную трактовку существования мирового правительства иудеев дает американский исследователь и журналист Дуглас Рид. Он считает, что начало возникновения идеи мирового господства восходит к 458 г. до н. э.

“В этом году маленькое палестинское племя иудеев (незадолго до того отвергнутое израильтянами) провозгласило расовую доктрину, — пишет Рид, — влияние которой на последующие судьбы человечества оказалось губительнее взрывчатых средств и эпидемий. Теория господствующей расы была объявлена иудейским “Законом”.

Иудеи были в то время незначительным племенем среди народов, подвластных персидскому царю, а то, что сегодня известно под именем “Запад”, не существовало еще даже в воображении. После двух тысячелетий христианской эры западной культуре, выросшей из нее, грозят сейчас разложение и гибель. Главной причиной этого автор считает упомянутую доктрину, рожденную в Иудее более двух с половиной тысяч лет тому назад.

Весь исторический процесс, начиная от возникновения этой первопричины и ее действия, вплоть до настоящего времени, может быть ясно прослежен, поскольку он происходил в период, доступный научной проверке.

Секта фанатиков создала учение, сумевшее подчинить себе умы целого народа на протяжении двадцати пяти столетий; отсюда его разрушительные последствия. Никто не в состоянии объяснить, почему именно в то время или как вообще появилась эта доктрина. Это — одна из тайн нашего мира” [79].

Доктрина, провозглашенная в Иудее в 458 г. до н. э. повседневным законом, была и остается еще и сегодня совершенно исключительной и единичной во всем мире. По этому учению, племенной бог Иегова сделал иудеев своим “избранным народом”, обещая, что если они будут выполнять его предписания и заповеди, они станут выше всех других народов и получат во владение “землю обетованную”. Из этой теории возникли затем теории “пленения” и “разрушения”. Иегова якобы требовал, чтобы ему поклонялись в определенном месте, в определенной стране; следовательно, все его почитатели должны были жить только там.

Поскольку, однако, невозможно было, чтобы все они жили вместе, то во всех тех случаях, когда они проживали в других местах — добровольно или по принуждению — иудеи автоматически объявлялись “пленниками” чужого народа с обязательством его “разрушить”, “вырвать с корнем или “уничтожить”. Был ли этот народ их завоевателем или же дружественным хозяином, не имело значения. Его судьба была предопределена, либо уничтожение, либо рабство.

“Однако, прежде чем быть уничтоженными или обращенными в рабство, — пишет далее Дуглас Рид, — чужие народы объявлялись “угнетателями” иудеев, хотя и не по своей воле, но как орудие наказания для иудеев за недостаточное почитание Иеговы. Только так он проявлял себя как единый Бог всех народов: хотя он признавал один только “избранный народ”, но он пользовался чужими языческими народами для наказания иудеев за нарушение Закона до тех пор, пока, согласно его предопределению, эти язычники не должны были быть уничтожены” [80].

История Сиона может быть подразделена на пять периодов: на эпохи левитов, фарисеев, талмудистов, промежуточный период “эмансипации” и эпоху сионистов.

Эпоха левитов включала историю изолированной Иудеи, вавилонского “плена” и “возвращения”, а также создания “Моисеева Закона”, силой навязанного иудеям.

Фарисейский период совпал с римским управлением завоеванной Иудеей, закончившись вторым разрушением Иерусалима, рассеянием иудеев и переселением их “правительства” в новый центр в Ямнии.

Талмудистский период был самым долгим в иудейской истории, он длился почти семнадцать столетий от 70 г. н. э. и, примерно, до 1800 г. В этот период много евреев переселилось на Запад, а их “правительство”, несколько раз менявшее свое место пребывания, цепко держало их в своих руках.

Талмудисты стремились не к свободе, как все человечество, а к власти над другими народами, и они ясно видели, что для достижения этой власти нужно уничтожить их законные правительства, а самым верным путем к этому был лозунг эмансипации.

Таким образом, еврейская эмансипация открыла двери для непрерывного вмешательства революционных сил в жизнь других народов. Разрушая законные правительства, революционеры должны были придти к власти, являясь, в свою очередь, ставленниками талмудистов и действуя по их указаниям и под их контролем.

“События 20–го века ясно показывают, — пишет Рид, — что именно над этим планом работали талмудистские старейшины в продолжение всего третьего периода истории Сиона, т. е. с 70 по 1800 гг. по Р. Х. Слово “эмансипация” означало совершенно различные вещи для христианских народов Европы, среди которых жили евреи, и для талмудистских вождей еврейства.

Для народных масс эмансипация была концом неравенства и закрепощения; для могущественной секты она была только началом, средством для достижения совершенно противоположной цели: наложения на людей оков нового, еще более жестокого рабства” [81].

В этот период талмудистам грозила серьезная опасность уничтожения барьеров между евреями и другими народами. Но им удалось эту “опасность” предотвратить, и к концу четвертого периода своей истории евреи оставались полностью обособленными от всех остальных под охраной собственного закона.

“С помощью эмансипации правящей еврейской секте удалось достичь власти над нееврейскими правительствами и добиться второго “возвращения” в обетованную землю, — пишет Дуглас Рид. — Этим был восстановлен Закон 458 г. до н. э. с его миссией разрушения других народов и господства над ними. В вены мирового еврейства был влит яд шовинизма, и действие этого яда с течением времени усиливается.

Власть секты над правительствами Запада была умело использована для достижения намеченной цели. И весь мучительный процесс современного разрушения Запада — результат честолюбивых замыслов Сиона, возрожденных из древности и ставших в 20–м веке мерилом западной политики” [82].

Пятый период истории еврейства — сионистский — начался на переломе XX века, и в нем мы живем в настоящий момент.

Однако вернемся к истории “кочующего правительства” иудеев. Как было ранее отмечено, после разрушения Иерусалима в 70 г. н. э. правительство иудеев переселилось в Ямнию. Они поставили своей целью установить новый центр власти и контроля, чтобы держать в повиновении рассеянных по всему миру иудеев. Фарисейские старшины образовали своего рода кочующее правительство, веками накапливая тайны управления и до сегодняшнего дня осуществляя власть над евреями.

Древний Синедрион, источник законодательной, административной и юридической власти, был восстановлен в Ямнии под другим названием. Здесь же была создана и Академия для дальнейшей разработки и усовершенствования Закона. Книжники продолжали трудиться над толкованием закона, приспосабливая его к новым, постоянно изменяющимся условиям.

Вскоре возник новый фактор, христианство, и иудеям необходимо было определить к нему отношение Закона. Так прежний закон, т. е. Тора, получил обширное дополнение в виде Талмуда, вскоре приобретшего равный и еще больший авторитет.

Как пишет Дуглас Рид, “Закон, исходивший из Ямнии, “воздвиг непреодолимый барьер против внешнего мира”, принудил к подчинению “смертельно строгой” дисциплине и держал новообращенных в должном подчинении. Целью всего этого было сделать жизнь евреев совершенно отличной от жизни других народов.

Любой закон, решенный в Синедрионе большинством голосов, становился обязательным для иудейских общин в рассеянии; “неподчинение наказывалось отлучением, что полностью исключало провинившегося из общины” [83].

Во время этого периода кочующее правительство в Ямнии издало секретный указ, разрешавший евреям приспосабливаться к обстоятельствам и, в случае нужды, переходить в другие религии, для вида отказываясь от своей веры.

Управление в Ямнии продолжалось около столетия, после чего кочующее правительство переехало в Ушу в Галилее, где снова был восстановлен Синедрион.

В 320 г. н. э. римский император Константин принял христианство, издав законы, воспрещавшие браки между христианами и евреями и запрещавшими евреям держать рабов — христиан. Талмудистское правительство восприняло это как новое “преследование” евреев и переселилось в Вавилон, где еще была иудейская колония. Обосновавшись в Суре, они учредили Академию в Пумбедиту, где и была закончена работа над Талмудом, который сменил Тору.

В течение 600 лет талмудистское правительство в Ямнии, Уше и Суре оставалось в родных, восточных землях, где его характер был близок и понятен окружающему населению.

Потом произошло событие, результатом которого стали грозные потрясения нашего времени: талмудистское правительство переселилось в христианскую Европу, обосновавшись среди народов, для которых их догма и методы были не только чужды, но вообще непостижимы. Это привело в ходе столетий к постоянным столкновениям чужой веры и амбиций с интересами местного населения, что продолжается и в наше время.

Уход евреев в Европу был результатом завоеваний Ислама. Арабы изгнали римлян из Палестины и вскоре вторглись в Испанию, куда из Вавилона перенесли свой центр управления талмудисты. Переселение еврейского правительства в Европу стало для Запада фактом первостепенной важности. Разрушительная доктрина и управляющий центр вторглись теперь на европейский континент.

Господство мавров в Испании длилось почти 800 лет. И когда в 1492 г. испанцы сбросили это иго, они выгнали не только мавров из своей страны, но и евреев. После этого центр талмудистского правительства был переведен в Польшу. Для многих исследователей такое перемещение является более чем странным.

Даже сионистские исследователи обходят эту проблему стороной. Когда в начале XVI в. “центр” иудаизма был перенесен в Польшу, “там начало существовать еврейское население числом в несколько миллионов”, — пишет еврейский историк, сионист Йозеф Кастейн [84].

Но откуда они там появились? Как пишет Рид,

“...мировой “центр” еврейского правления был в то время перенесен в район наибольшего скопления народа, неизвестного до тех пор как еврейского, и фактически никогда им в буквальном смысле слова и не бывшего. В нем не было никакой иудейской крови (а надо сказать, что к тому времени иудейская кровь почти полностью иссякла даже среди западно–европейских евреев), а их предки никогда не знали Иудеи, будучи взращенными на татарской земле.

Это были татары — народ тюркско–монгольской расы, обращенные в иудаизм в VII в. нашей эры — единственный в истории случай, когда большая масса людей чужой крови приняла иудейство” [85].

Можно только догадываться, почему талмудистские старейшины разрешили и поощряли переход хазар в иудейство. Без этого прилива новой крови “еврейский вопрос”, по–видимому, давно уже был бы разрешен, перестав попросту существовать. Падение Хазарского каганата породило несколько волн миграции, составивших основное ядро исповедующего иудаизм населения Восточной Европы.

Об этом же пишет и известный английский исследователь хазар Артур Кестлер: “Однако собранный массив доказательств заставляет принять точку зрения польских ученых, дружно утверждавших, что в “ранний период основное количество происходило из страны хазар” и что, соответственно, хазарский вклад в генетический код еврейства должен считаться значительным и даже, по всей видимости, доминирующим” [86].

Пионерами новых поселений в Польше были богатые хазарские торговцы, которые хорошо знали эту страну через наезженные торговые пути в направлении Венгрии.

“Из нашего исследования вытекает два основных факта, — пишет Кестлер, — исчезновение хазарского народа из региона, бывшего его историческим ареалом, и одновременное появление в соседней области на северо–западе крупнейшего сосредоточения евреев со времени начала Диаспоры.

Эти два фактора находятся в тесной взаимосвязи, поэтому историки согласны, что иммиграция из Хазарии способствовала, видимо, росту польского еврейства — вывод, в пользу которого говорят свидетельства из предшествующих глав... Иными словами, тот факт, что хазары в немалых количествах эмигрировали в Польшу, сомнений не вызывает” [87].

Многие известные историки, изучавшие средневековые источники по Хазарии, высказывают аналогичную точку зрения. Наиболее выдающиеся среди них — покойный профессор Пауль Эрик Кале и его бывший ученик Дуглас Мортон Данлоп — профессор истории средневековой Европы в Колумбийском университете, Абрахам Н. Поляк и др.

Справка. Пауль Эрик Кале (1875-1965) был одним из ведущих востоковедов. Он родился в Восточной Пруссии, стал лютеранским пастором и прослужил 6 лет в этом качестве в Каире. Впоследствии он преподавал в разных университетах в Германии и в 1923 г. стал руководителем знаменитого Восточного семинара в Боннском университете.

Он был единственным в Германии профессором, имевшим в ассистентах еврея, польского раввина. Работал в Оксфорде, где получил две докторские степени (по философии и по теологии). В каталоге Британского музея числится двадцать семь его трудов, в том числе “Каирская Гениза” и “Изучение Свитков Мертвого моря” [88].

Еще одним выдающимся исследователем был наш земляк Абрахам Н. Поляк, который родился в Киеве в 1910 г. и в 1923 г. прибыл с родителями в Палестину. Заведовал кафедрой средневековой еврейской истории Тель–авивского университета, автор множества трудов на иврите. Его статья на иврите “Обращение хазар в иудаизм” появилась в 1943 г. в журнале “Сион” и вызвала противоречивые отклики.

Реакция на его книгу “Хазария”была еще более неоднозначной. Книга издана на иврите в Тель–Авиве в 1944 г. и была встречена враждебно, что отчасти понятно, так как в ней увидели попытку опровергнуть священную традицию вести происхождение современного еврейства от библейского племени [89].

В “Еврейской энциклопедии” 1971-1972 гг. издания имя А. Н. Поляка не упоминается.

С момента переноса еврейского “центра” в Польшу азиаты начали двигаться на запад под маской евреев, приведя Европу в ее нынешнее критическое состояние. Их обращение в иудейство произошло настолько давно и они проживали так далеко от Европы, что западный мир никогда ничего о них бы не узнал, если бы талмудистский центр не был основан среди них, сгруппировав их вокруг себя.

“Когда они стали известны в Европе как “восточные евреи”, — пишет Дуглас Рид, — то им помогла переделка слов “иудаист” в “еврея”, поскольку, разумеется, никто никогда не поверил бы, что они были иудеями или выходцами из Иудеи. С той поры как они стали руководителями еврейства, догма “возвращения” в Палестину проповедуется от имени народа, не имевшего ни капли семитской крови, ни даже намека на палестинское происхождение их предков.

Талмудистское правительство управляло с тех пор армиями совершенно чуждого им народа азиатского происхождения. Опять, на этот раз в Польше, было основано, по сути, независимое государство в государстве, снова воспользовавшееся благосклонностью коренного населения к пришельцам. И снова, как и раньше, и как много раз позже, талмудистские евреи оказались непреклонно враждебными к приютившему их народу” [90].

Автономное талмудистское правительство получило название Кагала. На собственной территории Кагал был полновластным правительством под польским протекторатом. Он облагал налогами гетто и общины, выплачивая польскому правительству определенную сумму, издавал законы, регулировавшие все без исключения отношения и сделки между евреями, и имел право привлекать к ответственности, судить, осуждать или освобождать.

Фактически в Польше было воссоздано еврейское государство, управляемое талмудистами.

В 1772 г. произошел раздел Польши, и эта громадная община “восточных евреев”, сплоченная как государство в государстве, оказалась разъединенной новыми государственными границами, причем большая часть ее оказалась в пределах Российской империи. В этот момент, впервые за два с половиной тысячелетия и более чем за двести тридцать лет до наших дней, “центр” еврейского правительства вдруг исчезает из поля зрения.

До 1772 г. он существовал непрерывно: в Иудее, Вавилоне, снова в Иудее, в Галлилее, опять в Вавилоне и, наконец, в Испании и в Польше. Многие еврейские историки пытались внушить, что центрального контроля над мировым еврейством больше не существовало. Однако нет ни малейшего сомнения, что “центр” продолжал работать тайно и после 1772 г.

Конец XVIII в. был началом эпохи революционных заговоров, коммунистических и сионистских — этих двух доминирующих политических движений прошлого века. Талмудистский “центр” был одновременно и центром этого заговора. Оставаясь открытым, он сделал бы видимым и источник этой конспирации, а заодно и отождествил бы восточных, талмудистских евреев с этим заговором.

Ситуация прояснилась в 1917 г., когда бывшая Российская империя оказалась под властью правительства, состоящего практически из одних евреев.

“Однако к этому времени власть евреев над европейскими правительствами была уже столь велика, — пишет Рид, — что вокруг характера этого нового “русского” правительства был организован заговор молчания.

Если бы международный центр оставался видимым, то европейские народы вовремя распознали бы, что правительство талмудистского еврейства, борясь на словах за “эмансипацию”, в действительности подготовляло революции для уничтожения всего, что народы могли бы в результате этой эмансипации выиграть” [91].

Другими словами, талмудистское правительство продолжало действовать, хотя и тайно, а возможно, и в видоизмененной форме в виде “еврейского интернационала”. Есть основания считать, что в настоящее время “центр” не расположен в какой-либо одной стране, и что хотя его власть сконцентрирована главным образом в Соединенных Штатах Америки, она осуществляется в форме директората, размещенного внутри многих государств и работающего согласованно, поверх голов правительств и народов этих стран.

Когда были написаны эти строки, пришло сообщение, что 13 октября 2004 г. в израильском городе Тиверия состоялась уникальная, невиданная за последние 1600 лет церемония — открытие нового синедриона.

“Теперь эта организация снова претендует на роль высшей судебной инстанции Израиля. Согласно Талмуду синедрион должен быть воссоздан после частичного возвращения евреев из рассеяния, до полного восстановления Иерусалима. Пророк Илия явится перед синедрионом для того, чтобы возвестить приход машиаха (то есть, в христианском понимании — антихриста).

Одним из участников церемонии был директор Института храма в Иерусалиме раввин Израэль Ариэль:

“Это на самом деле возобновление процесса рукоположения (священников для Третьего храма), который начался несколько месяцев тому назад”.

Итак, в середине октября состоялось открытие нового синедриона, а уже в начале декабря его члены, стараясь особенно не привлекать к себе внимания, совершили паломничество на Храмовую гору. В этом мероприятии принимали участие около 50 недавно рукоположенных раввинов, а перед восхождением все они прошли ритуальное омовение в “микве” [92].

Синедрион собирается рассматривать вопрос: восстановление монархии и царского дома Давида. На его заседании также был зачитан доклад о возобновлении пасхальных жертвоприношений, хотя некоторые члены синедриона считают, что время для них еще не пришло, и предлагают дождаться того момента, когда откроется точное местоположение алтаря на Храмовой горе.

Очередное же заседание нового синедриона состоялось в середине февраля 2005 г., и главным вопросом, который на нем обсуждался, было как раз точное местоположение Храма. Естественно, от успешного решения этого вопроса зависит многое — в частности, возобновление пасхальных жертвоприношений и, в конечном итоге, строительство третьего и последнего Храма.

Сотрудник института Храмовой горы раввин Менахем Маковер сообщил, что его институт уже закончил реконструкцию всей утвари Храма, за исключением алтаря, который должен быть физически восстановлен непосредственно на Храмовой горе. Остается напомнить, что это тот самый храм, в котором воссядет для управления миром машиах–антихрист.

Малый Синедрион, безусловно, функционирует и в Украине, и в России. Сейчас уже нет особого секрета в том, как этот директорат получает и осуществляет свою власть над нееврейскими правительствами. За последние сто лет собрано достаточно достоверной и открыто опубликованной информации по данному вопросу.

Чрезвычайно важным и трудным для понимания вопросом является факт многовекового закабаления еврейства, рассеянного по всему миру: как удается маленькой секте держать этот народ в тисках примитивного племенного закона в течение двадцати пяти столетий?

Доктрина разрушения

На протяжении почти пятнадцати лет мы наблюдаем страшное и непонятное явление на территории нашей страны, нашей родной Украины. Уничтожена собственными руками промышленность, развалено сельское хозяйство, уничтожается система образования, наука, культура, вымирает невиданными темпами народ. Что же происходит на нашей многострадальной земле?

Чтобы понять все это, необходимо обратить внимание на хасидскую секту Хабад, лихо обосновавшуюся на территории Украины, и мы придем к пониманию ее основной миссии, явно выраженной в лаконичных словах еврейского писателя Мориса Самуэля: “Мы евреи — разрушители, и навсегда останемся разрушителями: ...что бы ни делали другие народы, никогда не будет отвечать ни нашим нуждам, ни нашим требованиям”.

На первый взгляд кажется, что это сказано хвастуном или неврастеником, однако углубленное изучение вопроса показывает, что это откровенные и продуманные слова. Они означают ни более ни менее, что человек, родившийся и остающийся евреем, получает разрушительное задание, отказаться от выполнения которого он не в состоянии.

Уклоняясь от “закона”, он перестает быть в глазах руководства хорошим евреем. Если он хочет или вынужден им быть, он должен этому “закону” повиноваться. В этом объяснение того, что роль еврейского руководства на всем протяжении истории всегда была и не могла быть иной, как разрушительной.

В жизни нашего поколения 20–го века его разрушительная миссия достигла своей наибольшей силы, приводя к результатам, которые полностью еще трудно предвидеть. Это мнение не одного только автора этой книги. Как сами сионистские книжники, так и изменившие иудейству раввины, не говоря уже о нееврейских историках, всегда находили согласие между собой относительно еврейской миссии разрушения. По этому поводу не существует сомнений у серьезных исследователей, в этом, пожалуй, одном вопросе царит полное единодушие.

Вся история человечества преподносится евреями в таком изложении, что разрушение является необходимой предпосылкой для выполнения иудейского “закона” и окончательного торжества еврейства.

“История человечества” означает для евреев совсем не то, что для христиан. Для последних история означает, примерно, летопись христианства, и то, что было раньше, пока не начинается область легенд и мифов. Для еврея история записана в Торе–Талмуде и в проповедях раввинов, ее начало восходит к 3760 г. до Р. Х., якобы точной дате сотворения мира.

Между “законом” и “историей” нет разницы, и не существует иной истории, кроме еврейской. Все повествование развертывается перед глазами еврея, как последовательный ряд разрушительных действий и еврейской мести, будь то в наше время или 3000 лет тому назад.

В подобном изложении жизнь всех других народов теряет всякий интерес и значение. Весьма поучительно и неевреям взглянуть на прошлое и настоящее мира еврейскими глазами: они увидят, что все, что казалось им существенным, чем они гордились или чего стыдились, окажется просто не существующим или же будет лишь серым фоном для красочной истории Сиона. Как будто смотришь одним глазом на себя с обратного конца подзорной трубы, а другим через увеличительное стекло на Иудею.

Для правоверного еврея мир все еще плоский, как для нас в средние века, а Иудея, будущий его хозяин, находится в центре Вселенной. Правящей иудейской секте в значительной степени удалось навязать и народам Запада свои теории, как раньше она сумела заставить иудеев принять ее “закон”.

Приказ “разрушать” составляет основу созданного левитами “закона”. Если его выбросить, то не останется и самого “Моисеева Закона”, а вся религия превратится в нечто совсем иное, повелительное: “разрушай” — ее основная характеристика, и именно это слово было выбрано неспроста.

Можно было поставить и другие слова: завоюй, победи, подчини и так далее, но избрано было — “разрушай”. Слово это выдумали книжники, но они вложили его в уста Бога. Именно это извращение Ветхого Завета разоблачил Иисус Христос, сказав фарисеям: “Вы... учите законам человеческим”.

Извращение левитами истории начинается с самого начала, когда Господу Богу приписываются слова, якобы сказанные Им при обещании земли обетованной: “... истребишь все народы, которые Господь Бог твой дает тебе”. И еще до того, первый акт мести язычникам также приписывается Богу:

“И простру руку Мою и поражу Египет... и поражу всякого первенца в земле египетской...”

Начиная с этого, требование “истребляй” проходит через весь “закон”. Оно стоит на первом месте, и только после него идет описание исторических событий. Иногда акт истребления представляется как сделка между Богом и избранным народом: либо Бог сам предлагает истребить, либо избранный народ просит Его это сделать.

В обоих случаях истребление изображается как столь похвальное действие, что ответная услуга подразумевается сама собой:

“Если ты будешь... исполнять все, что Я скажу, то врагом буду врагов твоих... и истребишь все народы, которые Господь Бог твой дает тебе” (Исход).

Здесь Господь Бог обещает истребление в обмен на “соблюдение”; главным же из всех “законов и предписаний” является:

“истребите все места, где народы, которыми вы овладеете, служили богам своим” (Второзаконие).

Приказание “истреби полностью” — одна из основных догм “закона”, а всякое проявление милосердия или снисхождение расценивается не как ошибка, а как тяжкое нарушение закона.

Именно за это преступление (согласно “закону” это был не проступок, а именно преступление) был наказан Саул, первый и единственный царь объединенного иудеоизраильского царства. Левиты лишили Саула трона, поставив на его место иудея Давида, причем, знаменательна и причина возвышения Давида: будущий “царь всего мира” должен происходить из его рода.

Тоже требование полной безжалостности по отношению к побежденным неоднократно повторяется в книгах “закона”, в частности в аллегорическом рассказе об избиении мадианитян, заключающем повесть о Моисее (Числа). Такова была основа, на которой строился весь Закон и по которой преподавалась история древности и всех последующих эпох.

С того момента, когда Израиль отверг их, оставив иудеев одних с левитами, они подпали под полную власть своих священнослужителей, которые учили, что главным требованием Иеговы якобы было истребление всего “чужого” и что они, иудеи, божественно избраны для этой цели. Так иудеи превратились в единственный в истории народ, миссией которого является разрушение и истребление как таковые.

Разрушение, как привходящий фактор войны — хорошо знакомая черта мировой истории. Но идея разрушения, как открыто объявленная цель, была известна до описываемых событий из единственного источника, которым является Тора–Талмуд. Намерение организовать постоянно действующие силы разрушения было столь очевидным, что мы можем быть благодарны Морису Самуэлю за цитированное выше откровенное признание.

В течение долгого времени энергия большой массы людей, рассеянных среди других народов и подчинявшихся таким законам, неизбежно должна была направляться на разрушение. В 458-444 гг. до Р. Х., когда левитам удалось с персидской помощью заковать в цепи своего Закона массы своего народа, родилась нация, которая с тех пор играет роль катализатора: не меняясь сама, она постоянно и целенаправленно изменяет жизненные условия и характер окружающих ее народов, что приводит к губительным последствиям.

Этот процесс принес много горя и несчастий нееврейским народам (которые своей услужливостью правящей секте сами навлекли на себя эти бедствия), не дав, однако, ничего хорошего и самим евреям, унаследовавшим эту дьявольскую миссию в наказание за их собственные “нарушения”.

Нееврейские народы выжили и будут жить дальше, несмотря на всех даниилов и мордехаев.

Теперь, надеюсь, читателю понятно, почему все разрушено в нашей стране, идет семимильными шагами “истребление” украинского народа. И чтобы у него не оставалось и тени сомнения относительно исполнителей, приведу небольшой пример из книги Эдуарда Ходоса, иллюстрирующий “истребление” промышленности города Харькова.

“Для более близкого знакомства с новым персонажем ниже прилагается перечень “заводов, газет, пароходов”, принадлежащих народному депутату Гиршфельду, а посему имеющий полное право быть названным “Списком Гиршфельда”. Небольшое уточнение: данный список датирован 2001 г., и, к сожалению, его многократно дополненный с тех пор вариант пока отсутствует в личном архиве автора этой книги. Депутатская неприкосновенность, знаете ли...

СПИСОК ГИРШФЕЛЬДА

  • ОАО “Харьковский завод “Кондиционер”, код ОКПО 00240265;
  • ОАО “ГСКБД” (Главное специализированное конструкторское бюро по двигателям средней мощности, бывшее КБ харьковского завода “Серп и молот”), код ОКПО 00237863;
  • ООО “Купянский чугунолитейный завод”, код ОКПО 30136420;
  • ОАО “Купянский хлебозавод”, код ОКПО 05509688;
  • ОАО “ХАРП” (Харьковский подшипниковый завод), код ОКПО 05808853;
  • ОАО “Харверст” (бывший Харьковский станкостроительный завод), код ОКПО 00223243;
  • ОАО “Лозовской кузнечно–механический завод”, код ОКПО 05750289;
  • ОАО “Швейная фабрика им. Тинякова”, код ОКПО 00309915;
  • ОАО “Укрэлектромаш” (бывший ХЭЛЗ — Харьковский электротехнический завод), код ОКПО 00213799;
  • ОАО “Каравай” (объединение по производству муки и хлебопродуктов), код ОКПО 00384414;
  • ЗАО “Транссервис”, код ОКПО 30428944;
  • ЗАО “РЕРРО 5. А.” (деятельность, связанная с металлоломом), код ОКПО 30753280;
  • ЗАО “Энергопром”, код ОКПО 30592660;
  • ЗАО СП “Славянский союз”, код ОКПО 14346423;
  • ООО “Современное здание”, код ОКПО 30753316;
  • ООО НПП “Телепорт СВ”, код ОКПО 24270879;
  • ООО ПКФ “Фаст”, код ОКПО 14074261;
  • ООО “Агрофирма “Маяк”, код ОКПО 30773966;
  • ООО “Агрофирма “Мрия”, код ОКПО 30773992;
  • ООО “Агрофирма “Заря”, код ОКПО 30774027;
  • ООО “Агрофирма “Нива”, код ОКПО 30959767;
  • ООО “Агрофирма “Дружба”, код ОКПО 31092479;
  • ООО “Агрофирма “Смирновка”, код ОКПО 31148746.

Кроме того, в империю Гиршфельда входят харьковский “Факториал–банк”, фирмы “Укрпостачпідшипник”, “Евромоторс”, “Харвестмаркет”, “Итерпортв, “Фотомастер”, “Власовское”, “Торговый дом “Харьков–Ташкент”, “Харьковская региональная лизинговая компания” и ЗАО “УПЭК–Агротехимпекс”.

Сельскохозяйственным предприятиям Гиршфельда принадлежат 4 элеватора и порядка 40 тысяч гектаров пахотных земель...

Ну что, впечатляет? Еще как! Более того, в отличие от Александра Борисовича Фельдмана, своего собрата по невероятному “еврейскому счастью” и крупнейшего специалиста по базарному бизнесу, воздвигнувшего на нем личную империю “Концерн АВЭК и К°”, Анатолий Моисеевич Гиршфельд “выступает” преимущественно по промышленно–производственным объектам, некогда входившим в самое “сильное звено” не только украинской, но и всей советской индустрии.

Чего стоит один только Лозовской кузнечно–механический завод! Этот уникальный комплекс по обработке металлов давлением и горячей штамповкой являлся важнейшей составляющей отечественного тракторостроения и единственным (!) подобным производством во всем бывшем СССР!

А такие промышленные гиганты, как Харьковский станкостроительный, Купянский чугунолитейный, Харьковский подшипниковый, Харьковский электротехнический и многие другие заводы, обеспечивавшие Харьковщине устойчивую репутацию одного из самых мощных промышленных и индустриально–развитых регионов СССР!

Эти уникальные предприятия, входившие в золотой фонд промышленности бывшей Советской Империи, сегодня оказались “подданными” личной империи Анатолия Моисеевича Гиршфельда, спрятанной за невыразительной аббревиатурой УПЭК (Украинская промышленная энергетическая компания).

Я неоднократно становился свидетелем одной и той же сцены: после ознакомления со “Списком Гиршфельда” у совершенно разных людей была абсолютно одинаковая реакция — “Господи, зачем ему столько?” Зачем? Исчерпывающий ответ на этот, уже можно сказать, риторический вопрос содержат “Протоколы сионских мудрецов” и уже знакомые вам комментарии Сергея Нилуса:

беспрепятственное “проползание” символического Змия может совершиться

“только по сглаженным равнинам государственной мощи” страны, то есть “через экономическое расстройство и разорение, всюду вносимое Сионом”.

И Анатолий Гиршфельд является всего лишь одним из “змеенышей”, “проползание” которого по государственной мощи” Украины сопровождается небывалым экономическим расстройством и разорением целого региона, о чем свидетельствует трагическая судьба харьковских промышленных гигантов, попавших “под крышу” одного из главных спонсоров “Дома Менахема”.

О том, как виртуозно Анатолий Моисеевич Гиршфельд расширял свою империю и чем это обернулось для попавших в его руки украинских предприятий, на своей шкуре испытавших все прелести его “спонсорства”, рассказывает статья в газете “Известия”, отрывки из которой я предлагаю вашему вниманию.

СПЕЦИФИКА УКРАИНСКОГО ПЕРЕДЕЛА

(Фрагмент статьи)

... К опытному юристу обратился за консультацией работник Купянского литейного завода в Харьковской области. Причиной обращения стала приватизация этого предприятия, из-за которой он и его коллеги остались без работы и средств к существованию. Проводимая сейчас приватизация еще одного завода, теперь уже в городе Лозовая, чревата теми же последствиями для его работников. Выяснилось, что в процессе приватизации нарушены права работников предприятий и нанесен огромный ущерб государственному бюджету Украины. Поэтому необходимо обнародовать некоторые факты.

Пример 1

ОАО “Лозовской кузнечно–механический завод” (г. Лозовая Харьковской области)

Хроника развала этого некогда известного на весь СССР предприятия типична для Украины и весьма познавательна. В лучшие годы здесь работало 15 тысяч человек, приехавших со всего Союза. Без продукции завода не могли обойтись многие отрасли народного хозяйства, так как он был ведущим поставщиком горячих штамповок различных деталей и узлов. В первую очередь это касалось отечественного тракторостроения.

В 1996 г. на предприятии еще было свыше 7 тысяч работников, но их количество постоянно сокращалось. В этом нет ничего удивительного, если учесть упадок промышленности на Украине. Странно другое. Руководство завода в лице В. Христофорова упорно отказывалось от любого сотрудничества с заказчиками и потенциальными инвесторами.

Даже когда в 1999 г. поступило предложение от иностранцев о производстве профильной для завода продукции на сумму $15 млн в год с перспективой увеличения заказа, руководство предприятия осталось непреклонным. На фоне многомесячной задолженности по зарплатам и хронического простоя производства (загрузка мощностей не превышала 10 %) такая позиция выглядит, по меньшей мере, удивительно.

Однако старательные попытки руководства не допустить проведения сборов акционеров и надлежащей проверки его финансово–хозяйственной деятельности показывают: завод намеренно доводился до плачевного состояния.

ЗАО “УПЭК–Агротехимпекс”, контролируемое А. М. Гиршфельдом, не теряя времени, скупало акции завода.

...В марте 2001 г. по заводу был издан приказ № 94 удивительного содержания. Отныне все обеспечение деятельности предприятия передавалось в руки “Транссервис”, а реализация выпускаемой продукции — все тому же “УПЭК–Агротехимпекс”. Надо ли говорить, что за обеими структурами стояло одно и то же лицо — господин Гиршфельд, “положивший глаз” на Лозовской завод.

...19 июля 2001 г. Арбитражный суд Харьковской области признал Лозовской кузнечно–механический завод, оцененный государством в 167 млн гривен (это свыше $30 млн), банкротом за неспособность вовремя вернуть тому самому “Транссервису” копеечный долг — всего 407,6 тыс. гривен.

После этого “УПЭК–Агротехимпекс” въехал на завод на белом коне. За смехотворную сумму в его руки перешел основной производственный цех. А все остальное — вспомогательные цеха, огромные долги по зарплате и перед бюджетом, водоканалом, энергетиками и поставщиками газа — осталось на заводе (...).

Шансы возвратить хотя бы 9 млн гривен в Пенсионный фонд могли бы появиться, если бы завод работал. Или 400 тыс. гривен, которые завод задолжал теплоэнергетикам. Ведь Лозовая — город с 80–тысячным населением — из-за этого сидит зимой без тепла. Но стараниями “УПЭК–Агротехимпекс” на заводе были спешно организованы демонтаж и продажа оборудования на металлолом...

(От себя добавлю, что упомянутый здесь г–н Христофоров, директор, сознательно банкротивший собственное предприятие и издававший “странные приказы”, в результате которых “УПЭК–Агротехимпекс” въехал на завод “на белом коне”, впоследствии оказался... доверенным лицом кандидата в народные депутаты Украины А. М. Гиршфельда, участвовавшего в выборах в Верховную Раду в марте 2002 г. — Э. Х.)

Пример 2

ОАО “Купянский литейный завод” (г. Купянск Харьковской области)

(...) 30 октября 1995 г. по распоряжению № 275 тогдашнего главы Харьковской областной администрации А. Масельского заводу был выделен сроком на год беспроцентный кредит в 40 млрд карбованцев (более $200 тыс.). Александр Масельский считался признанным авторитетом среди хозяйственников Украины. И его стремление поддержать завод было встречено всеми с пониманием.

Однако со временем дела на заводе только ухудшались. Кредит в областной бюджет не возвращался. И 10 декабря 1997 г. распоряжением первого заместителя главы обладминистрации А. Колесникова № 1227 срок погашения кредита был продлен до 1 октября 1998 г. В связи с появлением новой валюты — гривни — его сумма определялась в 400 тыс.

По договору № 4-11 от 30 октября 1995 г. о предоставлении заводу кредита финансовое управление обладминистрации за невозвращение денег имело право забрать предприятие в бесспорном порядке. Долгое время именно этот пункт договора спасал завод от полного уничтожения “теневыми” дельцами. Руководство было вынуждено хоть как-то поддерживать завод “на плаву”. Но стоило облфинуправлению по необъяснимым причинам отказаться от этого права — и процесс разгрома предприятия начал набирать обороты.

13 марта 2000 г. по дополнительному соглашению № 4-30 к памятному договору 1995 г. долг был реструктуризирован. Завод обязывался погасить кредит перед бюджетом в течение 2003-2009 гг. Если же учесть, что к этому моменту гривна уже изрядно “похудела”, сократив реальную стоимость кредита с $200 тыс. до неполных $100 тыс., то до 2009 г. кредит превратится в копейки. И “УПЭК-Агротехимпекс” пришел на предприятие.

Уже в апреле 2001 г. завод окончательно остановился... 18 июля 2001 г. парламентская газета “Голос Украины” сообщила о банкротстве Купянского завода.

К началу февраля 2002 г. два основных цеха предприятия перешли к новому владельцу. После этого у рабочих не осталось иной перспективы, кроме как оказаться на улице. Первые 800 человек были уволены 6 февраля 2002 г. разовым решением о сокращении штатов. Опять начался демонтаж и распродажа оборудования, погребая шансы на возвращение долгов кредиторам и областному бюджету.

Приведенные примеры являются настолько вопиющими, что ими следовало бы заняться не только юристам, но и правоохранительным органам Украины. Тем более что кроме Купянского и Лозовского заводов коммерческая империя Гиршфельда прибрала к рукам два десятка предприятий... И это все на фоне свертывания производства на захваченных заводах, увольнений рабочих и распродажи оборудования.

Сценарий такой приватизации во всех случаях одинаков. Денежные средства завода уходят к специально созданным фирмам–посредникам... Оставшийся без оборотных средств, завод оказывается в бедственном положении, его задолженность искусственно “накручивается”. Дальше предприятие разоряется и объявляется банкротом. Но при этом 1-2 основных производственных цеха — самых лакомых куска — уходят за долги к кредитору, уничтожившему завод. Остальное имущество отправляется на металлолом. Как следствие, убытки для государства и безработица.

За обоими примерами стоит ЗАО “УПЭК–Агротехимпекс”. По имеющейся информации, его хозяин А. М. Гиршфельд выдвигается на присвоение одной из номинаций рейтинга “Золотая фортуна”. Эта всеукраинская награда присваивается наиболее успешным бизнесменам и политикам. Надо думать, он ее достоин. Так мастерски завладеть заводами сможет не каждый. Тут нужен талант особого рода... (Известия. - 2002. - 27 марта(№ 52).

Прежде чем перейти к дальнейшему повествованию, не могу вновь не процитировать С. Нилуса, слова которого являются лучшим комментарием ко всему вышесказанному:

“Собственность и даже жизнь народов они считают своим достоянием и расправляются с ними по своему усмотрению, когда, конечно, это можно сделать безнаказанно”.

На чем же основывается сегодняшняя уверенность Анатолия Моисеевича Гиршфельда в безнаказанности за содеянное с “собственностью и даже жизнью” десятков тысяч людей, судьбы которых тесно переплетены с судьбами разоренных им предприятий? Хотя, наверное, правильнее было бы говорить не о “чем”, а о “ком”. Кто же в таком случае стоит за спиной харьковского олигарха, надежно прикрывая его “тылы” и обеспечивая гарантию безнаказанности за Пир при открытых шторах, устроенный евреем Гиршфельдом на “сглаженных равнинах” былой мощи харьковского региона?..

Напомню, что ранее приведенная статья из газеты “Известия”, рассказывающая о методах поглощения украинских предприятий коммерческой империей Анатолия Гиршфельда, заканчивалась словами:

“Так мастерски завладеть заводами сможет не каждый. Тут нужен талант особого рода...”

Думаю, не менее лестной характеристики заслуживают деяния Анатолия Моисеевича и на выборном поприще: при наличии многочисленных объективных “противопоказаний” так мастерски завладеть депутатским мандатом — тут уж действительно нужен талант особого рода! В этом смысле Анатолий Гиршфельд представляет собой уникальное еврейское дарование, многочисленные таланты которого в сочетании с почти безграничными финансовыми возможностями позволяют добиться гарантированной победы во всех его устремлениях — и рыбку съесть, и в парламент сесть...

И вновь в памяти всплывает “сюжет” об Антихристе, поразительным образом накладывающийся на “ситуацию в округе”, которая “такая же, как во всей стране”: мало ли кому и что обещал лукавый, ведь “небо не хочет дать земле дождя, а земля не дает плодов”...

На первый из них ответил Сергей Нилус: главный объект удара — “все государственные нееврейские силы”, которые Змий должен пожирать, проникая в самые недра встречаемых им на пути государств.

Исчерпывающий ответ на второй вопрос содержится в нынешних социально–экономических показателях Украины, приведенных Михаилом Павловским: в списке 160 стран, оценку уровня жизни которых дает ООН, Украина, начинавшая реформы с седьмого места, сегодня докатилась до 139–го, а в “бедных” ходит более 90 процентов населения.

И наконец, ответ на третий вопрос вновь находим у Нилуса: “МЫ” — это тот самый иудеонацистский КАГАЛ, состоящий из гиршфельдов, фельдманов и прочих Рабиновичей под управлением якобы религиозной фашиствующей секты в маске блюстительницы Моисеевых законов, тот самый Кагал, который “собственность и даже жизнь народов считает своим достоянием и расправляется с ними по своему усмотрению, когда, конечно, это можно сделать безнаказанно”.

Безусловно, сложно было бы найти более яркий иллюстративный материал, чем харьковская суперпара — Анатолий Гиршфельд и Александр Фельдман, отвечающая всем требованиям Кагала и стремительно продвигающаяся к “полной и безоговорочной” победе в его авангардных рядах.

Их совместный вклад в общее “богоизбранное” дело трудно переоценить: блестящие успехи на поприще проникновения “в самые недра” государственной власти, невероятные достижения в области проведения социально–экономических “реформ не только в харьковском “округе”, но и в масштабах всей страны, и главное — точное следование кагальным догматам, круто замешанным на иудеонацистской идеологии, олицетворенной якобы религиозной сектой Хабад, преданными адептами которой являются наши герои” [93].

Столь большой отрывок из книги Э. Д. Ходоса приведен потому, что он показывает типичный пример того, как действуют представители секты Хабад по разрушению Украины. Если учесть, что первый президент Украины Л. Кравчук, за свидетельством русского ученого Данилова, является польским евреем Флягом, то теперь доподлинно известно кто превратил “Святую Русь в Дикое Поле, расчищенное для беспредельного Жидовского Куража!”

Латентное управление миром

Не только теоретикам заговоров был понятен принцип латентного управления миром. Наиболее проницательно о существовании тайного правительства высказался президент Колумбийского университета доктор Николас Мюррей Батлер:

“Мир разделен на три класса людей: очень маленькую группу людей, которые управляют ходом событий, несколько большую группу, которая следит за ходом событий, и подавляющее большинство, которое не ведает, что происходит” [94].

Эта мысль очень четко определяет ситуацию, которая имеет место в действительности.

Не менее интересен вывод, сделанный британским премьер–министром Бенджамином Дизраэли (Биконсфилд), который еще в 1856 г. открыто высказался на эту тему в Палате общин:

“В Италии существует сила, о которой мы редко упоминаем в этом здании (парламента)... Я имею в виду тайные общества... Это бесполезно отрицать, ибо невозможно скрыть, что большая часть Европы — вся Италия, Франция и значительная часть Германии, не говоря уже о других странах, — охвачены сетью тайных обществ...

И каковы же их цели? Они не пытаются скрывать их. Они не хотят конституционного правительства... Они хотят изменить порядок владения землей, вытеснить нынешних владельцев и положить конец существованию духовных учреждений” [95].

Представитель американского Верховного суда Феликс Франкфуртер однажды признался, что

“реальные правители в Вашингтоне невидимы и осуществляют власть из-за кулис” [96].

Предупреждения относительно тайных правительств в Соединенных Штатах Америки на протяжении ХХ в. были сделаны многими видными людьми.

Во время избирательной кампании 1912 г. 26–й президент США Теодор Рузвельт сказал:

“Позади видимого правительства на троне сидит невидимое правительство, которое ни в малейшей степени не доверяет народу и не несет никакой ответственности. Уничтожение этого невидимого правительства, разрушение безбожной связи между коррумпированными дельцами и коррумпированными политиками — вот в чем задача государственного деятеля” [97].

В письме, датированном 23 ноября 1933 г., недавно избранный президентом США Франклин Делано Рузвельт написал высшему советнику президента Вудро Вильсона полковнику Эдварду Хаусу:

“Истинная правда состоит в том, что как Вы, так и я знаем, что правительствами в больших центрах со времен Эндрю Джексона управляет финансовый рычаг” [98].

Сын Рузвельта, Элиот, писал:

“В нашем мире, возможно, есть только дюжина организаций, которые придерживаются установленных правил также неукоснительно, как регулярно меняются правительства” [99].

Бывший нью–йоркский мэр Джон Ф. Халин заявил в 1922 г., что

“существует реальная угроза нашей Республике, представляющая собой некое невидимое правительство, которое подобно гигантскому спруту распространяет свои липкие щупальца по всему нашему городу, государству и нации... В голове этого спрута — интересы “Рокфеллер Стандарт Ойл” и небольшой группы мощных банкиров, обычно называемых международными банкирами, которые фактически управляют американским правительством, исходя из своих собственных эгоистичных целей” [100].

Отставной полковник Л. Глетчер Праути служил офицером связи между Пентагоном и ЦРУ с 1955 г. по 1963 г. С высоты своего положения Праути имел возможность стать свидетелем механизмов управления разведкой и всей военной системой. Так, в 1973 г. Праути написал, что Америкой управляет некая “тайная команда”, составляющая ядро нового религиозного ордена, подотчетного только самому себе.

“Власть этой команды, — пишет он, — заключается в ее обширной межгосударственной тайной инфраструктуре, ее прямых связях с крупными частными отраслями промышленности. В ее состав входят различные фонды, инвестиционные компании, университеты, средства массовой информации, включая американские и иностранные издательства.

Как правило, члены команды остаются в центре власти, выполняя служебные обязанности в действующей администрации, или за ее пределами, оставаясь в ядре. В зависимости от ситуации, они могут переходить с места на место: с официальных административных должностей в бизнес, или находят работу в учебных заведениях” [101].

Праути писал:

“Этот огромный механизм был построен такими способными людьми, как Доннован, Кларк Клиффорд, Уолтер Беделл Смит, Ален Даллес, Максвелл Тейлор, Макджордж Банди и многие другие, руководившие и собиравшие все это в неукротимую громадину, какой она стала сегодня. Это — большой бизнес, большое правительство, большие деньги, большое давление... все это работает самостоятельно, осуществляя контроль за обеспечением безопасности и секретности” [102].

Великий американский мыслитель Р. Бакминистер Филлер также пришел к пониманию, что Соединенные Штаты Америки управляются влиятельными людьми из-за кулис.

“Так называемое “демократическое” правительство в действительности не руководит США, — писал он незадолго до своей смерти в 1983 г. — Нет ничего более жалкого, чем та роль, которую должен играть президент Соединенных Штатов, чья власть практически равна нулю. Однако средства массовой информации и большинство граждан США в возрасте за тридцать продолжают думать, что президент обладает высшей властью” [103].

Президент Франклин Д. Рузвельт, непосредственно близко связанный со многими видными членами тайных обществ, однажды заметил:

“В политике ничего не происходит случайно. Если это случилось, вы можете держать пари, что так было запланировано заранее” [104].

Артур Эдвард Уайт, посвятивший много трудов теме тайных обществ, написал следующее:

“Под мощными волнами человеческой истории текут незаметные подводные течения тайных обществ, которые часто на глубине определяют перемены, происходящие на поверхности” [105].

Президент Вудро Вильсон, имея тесные и глубокие связи с заговорщическими силами, писал:

“Некоторые из великих людей в Соединенных Штатах Америки, в области торговли и промышленности, боятся кого-то, боятся чего-то. Они знают, что где-то существует власть настолько организованная, неуловимая, осторожная, сплоченная, совершенная и всепроникающая, что, осуждая ее, следует говорить шепотом” [106].

Таким образом, многие авторы утверждали, что главные события прошлого были подготовлены тайными обществами. А президент Вильсон предупреждал об опасности тех, кто спешил осудить эти организации.

Масон 33–й степени посвящения Альберт Пайк в своей книге “Мораль и догма” писал о том, что все тайные ордена и ассоциации “... имели две доктрины, одну тайную для Учителей... другую общественную” [107].

Одним из тайных обществ, имеющем две доктрины, был Орден иллюминати, о котором речь пойдет ниже, а его основатель, профессор Адам Вейсгаупт, очень гордился секретностью своей организации. Он понимал, что эта секретность даст им возможность вершить судьбы народов и, поскольку намерения их были тайными, никто извне не должен был вмешиваться. Он писал:

“Великая сила нашего Ордена в его утаивании; никогда не давайте ему появиться под собственным именем, но всегда прикрывайте его другим названием и другим занятием” [108].

Позже Вейсгаупт писал о секретности в письме единомышленнику из организации иллюминати:

“Ничто не принесет это (новый мировой порядок), кроме тайных обществ. Тайные школы мудрости являются средством, которое однажды освободит людей от их пут (от “пут” религии, как будет показано далее)” [109].

Итак, тайные общества организовывались, чтобы создать в мире новое общество, известное как новый мировой порядок. Члены этих организаций, очевидно, считали, что их цель настолько благородна, что они могут выполнить любые поставленные перед ними задачи для воплощения ее в жизнь. Это означает, что убийство, грабеж и обман — все становится приемлемым до тех пор, пока эти методы помогают членам таких организаций в осуществлении их цели.

Но масоны заинтересованы в том, чтобы мир знал — они не являются одним из обществ, вовлеченных в изменение мировой цивилизации. Когда их в этом обвиняют, они мгновенно бросаются себя защищать. На вопрос о том, что же представляет собою масонство, ответ Альберта Маккэя, масона 33–й степени, в “Энциклопедии масонства” звучит так:

“Наиболее часто масонство обвиняют в склонности к революции, конспирации, политическим организациям, способным повлиять на мир в обществе, и к вмешательству в права правительств. Институт масонства во все времена несправедливо обвиняли в том, что его целью является обретение власти и контроля в государственных делах. Это притом, что в анналах истории нет примеров такой незаконной связи масонства с политикой, напрасно клевещут на древнюю конституцию ордена, которая однозначно запрещала подобные связи” [110].

Итак, общественность должна поверить, что просто по причине запрета масонской конституцией подобной деятельности масоны в нее не вовлечены.

Еще одним посвященным лицом, подтверждающим, что тайные общества существуют и механизм заговора действует, был первый министр обороны Америки Джеймс Форрестол, который, возможно, поплатился жизнью за свою прямоту. Начиная с 1947 г., Форрестол выказывал свою обеспокоенность тем, что государственные лидеры США последовательно делали уступки Советскому Союзу.

Он собрал более трех тысяч страниц записей, которые, как он сказал своему другу, станут книгой, раскрывающей реальные мотивы действий руководства.

“Эти люди не являются некомпетентными или глупыми. Они умны и хитры. Последовательность никогда не была показателем глупости. Если бы они просто были глупыми, они бы случайно допустили ошибки в нашу пользу” [111], — отмечал он.

Форрестол, посвященный во многие тайны, был в числе тех людей, кто входил в состав суперсекретной группы, изучающей проблемы неопознанных летающих объектов. Он оставил свою работу по просьбе президента Трумэна 2 марта 1949 г. Двумя месяцами позже, вновь по просьбе Трумэна, Форрестол проходил обычное обследование в военно–морском госпитале в Бетесде. Доктор заверил его брата Генри, что с Форрестолом все в порядке, однако не разрешил ему и семейному духовнику проведать его. В тот день, когда Генри приехал, чтобы забрать брата из госпиталя, его известили, что Джеймс Форрестол покончил жизнь самоубийством.

Вот что пишет об этом Ральф Эпперсон:

“Говорят, что 22 мая 1949 г. бывший министр обороны разбился, выбросившись из окна 16 этажа госпиталя. Его тело было обнаружено нелепо распростертым на выступе третьего этажа здания. Шнурок от купального халата туго перетягивал его шею и был завязан узлом. Госпиталь напечатал заготовленное сообщение о самоубийстве Форрестола. Сразу же за этим последовало почти идентичное заключение следователя” [112].

Его заметки и дневники были изъяты правительством за год до того, как тщательно “отредактированная” версия книги, наконец, увидела свет.

Хотя различные должностные лица заявляли, что Форрестол потерял рассудок, его неуравновешенное состояние, должно быть, вызвало способность заглянуть в будущее. Как раз перед отъездом в Бетесду Форрестол сказал другу, что американские солдаты скоро будут умирать в Корее. Это заявление было сделано за пятнадцать месяцев до того, как Северная Корея неожиданно напала на Южную Корею.

Другим сумасшедшим, высказывавшим пророческие видения войны, был сенатор Джозеф Мак–Карти, ошибочно принявший свидетельство всемирного заговора за поддержку своего предубеждения против коммунизма.

Мак–Карти, в его ничем не объяснимых и рьяных нападках на коммунизм, в своих оценках, однако, напал на след заговора, связанного с развязыванием войны ради прибылей. Он утверждал, что Ялтинское соглашение 1945 г. между Рузвельтом, Черчиллем и Сталиным выходило за рамки конфликтов послевоенного мира.

Секретные соглашения между этими тремя мировыми лидерами — среди них уступка Восточной Европы Сталину, Ближнего Востока Англии, а Тихоокеанского региона и Юго–восточной Азии Америке — были подтверждены в середине 1970–х годов появлением некоторых документов из переписки Черчилля.

23 сентября 1950 г. Мак–Карти заявил:

“Здесь (в Ялте) был подписан смертный приговор молодым людям, гибнущим сегодня на холмах и равнинах Кореи. Здесь был подписан смертный приговор молодым людям, которые будут умирать завтра в джунглях Индокитая (Вьетнама). Как мы можем объяснить нашу ситуацию сегодня, если не верим, что люди, занимающие высокие правительственные посты, сговариваются обречь нас на несчастье?

Это должно быть результатом огромного заговора, заговора такого невероятного масштаба, что рядом с ним кажутся мелкими все прежние подобные авантюры в истории человечества, — предупреждал Мак–Карти. — Что можно сделать с этой бесконечной серией решений и постановлений, способствующей стратегии поражения? Их нельзя приписать к некомпетентности” [113].

Мак–Карти пришел к своему бесславному концу, поскольку не мог (или не успел) увидеть, что скрывалось за спектром всемирного “коммунистического” заговора. К несчастью, через какое-то время стало возможно дискредитировать его достаточно обоснованные, но опрометчивые обвинения. К сожалению, угасание “маккартизма” оставило тайны нетронутыми.

Были ли все эти люди введены в заблуждение теоретиками заговора или все же они, основываясь на своих неполных и ограниченных возможностях, пробовали раскрыть общественности тайны, скрытые историей?

Комментаторы, подобно Ноаму Хомскому и Гору Видалу, высказались о существовании влияния на “состояние национальной безопасности” левых сил. Покойный сенатор Барри Голдуотер и евангелист Пэт Робертсон высказались о таком влиянии со стороны правых. Даже центристы, имеющие большинство в Конгрессе, подобно комментатору Биллу Мойерсу и прокурору Гарри Спенсу, предупреждали о существовании “тайного мирового правительства”.

Об этом предупреждали еще в начале прошлого века Алексей Шмаков и Лев Тихомиров. В этом убеждены сегодня Александр Игнатов, генеральный директор информационного аналитического агентства при Управлении делами президента Российской Федерации, очень информированный генерал–полковник Леонид Ивашов и др.

Таким образом, когда с полярных сторон политического спектра исторические личности говорят одно и то же, значит, настало время обратить пристальное внимание на то, что происходит в мире, и, в частности, в американском государстве сегодня.

Авторы Дэвид Вайс и Томас Б. Росс рассказали об этих проблемах в начале 1960–х годов в своей книге “Невидимое правительство”, которую ЦРУ попыталось запретить. Они предупреждали, что тайные правительственные учреждения имели финансовые связи с фондами и университетами и что они использовали деловые американские круги для прикрытия своих действий, что было прямым нарушением их уставов. Ранее эти авторы писали:

“Ничего не сделано... чтобы убедить нас, что опасность невидимого правительства в открытом обществе как-то уменьшилась” [114].

Скрытный характер тайных обществ делает любую попытку обнаружить абсолютное доказательство их методов и окончательных целей почти невозможной. Точно так же, как в юридических структурах при расследовании преступлений, следователи часто должны искать образцы поведения и личных связей между людьми и организациями, так и нам необходимо внимательно изучить весь комплекс проблем во избежание ложных умозаключений. Много исторической информации является неполной или искаженной летописцами того времени.

Что же тогда представляют собой тайны, которые связывают, например, Совет по международным отношениям с масонством и с американскими президентами?

Отбросим предвзятые мнения и присоединимся к попыткам раскрыть историю и цели тех, кто двигает латентными структурами мировой политики.

Выводы

Сегодня наступили критические времена для всего мира. Это произошло в силу агрессивного наступления западной материалистической (демонической) цивилизации, руководимой биороботами [115], которые хотят построить рай на земле.

Создав свое масонское государство, ростовщическую финансовую систему, которая дает возможность собирать “налоги” практически со всех государств мира, западный истеблишмент приступил к заключительной фазе построения нового мирового порядка. В этом он опирается на тайную мощнейшую организацию, которая удушающе опоясала весь мир.

Масонское государство — США в условиях величайшего, системного и тщательно скрываемого социально–политического кризиса пытается сделать последний рывок для своей пирровой победы. Больше не таясь, заявив о своем преимущественном праве на идеологический и информационный диктат, прикрываясь примитивными лозунгами типа “демократизации” и “права человека”, США объявляют все, что не соответствует их стандартам, фашизмом, фанатизмом, терроризмом, антисемитизмом.

А какие их стандарты?

Это извращение тысячелетних понятий человека разумного, способного формировать свою культуру, свою среду жизни. Опустошая сознание, их стандарты приучают общества воспринимать все ненормальное, болезненное и даже преступное как нормальное и допустимое, как выражение некоей свободы и демократии. Считая весь мир идиотами, они внедряют ситуативную этику, позволяющую им создавать свое понятие общественной и личной морали.

Действительность становится настолько мерзкой в своей противоестественности, что человеку и впрямь хочется уйти в мир грез с помощью наркотиков. Стоп... Вот здесь и наступает победа сил зла — это не для нас. Это отступление и примирение с истязателями, примирение с биороботами.

Нашим главным оружием являются знания и твердая уверенность в том, что силы зла паразитируют на теле добра и никогда не смогут победить. Поэтому чтение литературы, дающей знания о том, что происходит в мире, защищающей естественные многовековые понятия красоты, правды, добра, справедливости и права, является первостепенной необходимостью каждого думающего Человека. Повторяю, Человека, а не биоробота!

Знания и солидаризм знающих людей — наиболее грозное оружие в четвертой мировой войне.


СОВРЕМЕННЫЕ ТАЙНЫЕ ОБЩЕСТВА

Движение “Нового века”

Главным широкомасштабным движением поборников единого мирового правительства под руководством религиозного лидера является новое всемирное движение “Новый век” (New Age). Текс Маррс, исследовавший новую религию, написал две книги на эту тему. Обе они являются великолепными учебниками для тех, кто хочет узнать больше о верованиях этой религии.

Эти книги вышли под названиями “Темные секреты нового века” и “Тайная метка нового века”. Он писал: “Движение “Новый век” неоспоримо приняло четкую форму религии с согласованной доктриной, напечатанным священным писанием, образцом поклонения и ритуала, функциональной группой священников и светских лидеров” [116].

Другим автором, написавшим две книги о религии “Новый век”, вышедшие под названием “Скрытые опасности радуги” и “Запланированный обман”, является Констанция Камби. Вот что она пишет: “Движение “Новый век” представляет собой религию с собственной Библией, молитвами и мантрами, городами–эквивалентами Ватиканом и Иерусалимом, священниками и гуру, опытом рождения заново (они называют его возрождением), духовными законами и заповедями, медиумами и пророками и почти всеми остальными атрибутами религии” [117].

Так что же это за религия “Новый век”, которая будет царить на земле по крайней мере 1000 лет?

Констанция Камби попыталась ответить на этот вопрос в своей книге “Скрытые опасности радуги”, определяя основные принципы новой религии:

1. “План” будущего включает в себя водворение нового мирового “Мессии”, воплощение в жизнь нового мирового правительства и новой мировой религии под руководством Майтрейи.

2. Будет введена универсальная система кодирования людей и кредитных карт.

3. Управляющие мировым провиантом будут контролировать все мировые запасы пищи.

4. Предусмотрено введение всеобщего налога.

5. Планируется полностью уничтожить людей, верующих в Библию и поклоняющихся Богу и полностью растоптать Христианство [118].

На Западе некоторые увидели врага в облике Католической церкви, но, как утверждает госпожа Камби, врага они видят не только в облике Католической церкви, но и в облике всего Христианства.

Во что бы ни верили представители движения “Новый век”, оно, похоже, приобретает растущую популярность. “Bantam Books”, одно из ведущих издательств США, сообщило, что за последнее десятилетие количество проданных книг “Нового века” увеличилось в 10 раз. По сообщению журнала “Таймс”, количество книжных магазинов “Нового века” удвоилось за последние пять лет и составляет 2500.

По данным статьи в журнале “Форбс” издатели подсчитали, что общая розничная продажа литературы о “Новом веке” сегодня составляет, по крайней мере, 100 млн долларов [119].

Итак, во что бы они ни верили, верят в это многие. Но, наверное, главную суть того, во что верит религия “Новый век” и кому поклоняются ее последователи в качестве своего бога, поняла госпожа Камби, когда написала в своей книге “Скрытые опасности радуги”, что у них есть “... намерение ввести новый мировой порядок — порядок, который удаляет со сцены Бога и обожествляет сатану” [120].

Итак, если госпожа Камби и другие писатели, исследующие эту тему, правы, то движение “Новый век” необходимо глубоко изучить.

Новая религия имеет ряд лидеров. Один из них — женщина по имени Алиса Бейли, написавшая очень много на тему религии “Новый век”. Она основала организацию “Школа тайны”, одно из главных подразделений которой “Люцис Траст” (Светлая Вера). В своей книге под названием “Экстернализация иерархии” Алиса Бейли рассказала читателю, какие организации собираются распространять в мире религию “Новый век”.

По ее утверждению, “...в качестве трех главных каналов, по которым ведется подготовка к Новому Веку, можно рассматривать церковь, масонское братство и область образования” [121].

Еще одним из основных авторов движения “Новый век” является Бенджамин Крим, который в своей книге “Второе пришествие Христа и хозяева мудрости” признает, что “новая религия проявится, к примеру, через организации, подобные масонству. В масонстве заложена сердцевина секрета оккультных тайн” [122].

Поэтому масонство скрывает великую тайну внутри своих храмов — тайну, которая как-то связана с движением “Новый век”.

Религия “Новый век” имеет своего мирового лидера — человека, которого они называют господь Майтрейя. Этот человек еще не заявлял о себе публично, но апологеты “Нового века” утверждают, что он в настоящее время уже на земле и поселился в азиатской общине восточного Лондона в Англии в июле 1977 г., “спустившись” после давнего ухода в Гималайские горы вдоль границы Индии и Тибета.

Они уверены в том, что “его неизбежное явление широкой общественности гарантировано”. Они также утверждают, что этот человек тот, кого христиане называют Христом, евреи — Мессией, буддисты — пятым Буддой, индуисты — Кришной, а мусульмане — Имамом Магун.

Иными словами, все основные религии мира ожидают прихода этого одного человека. Они утверждают, что этот один человек, живущий сейчас в Лондоне, является именно тем, кого ожидают все религии. И сейчас на земле он терпеливо ожидает назначенного часа, чтобы объявить народам мира о своем существовании. Он, очевидно, возьмет на себя руководство всеми религиями, и когда это произойдет, создаст единую мировую религию.

Движение “Новый век”, которое его приверженцы выдают за новую религию, является полной противоположностью религии старого века, то есть религии христиан. Именно эта религия направила многие страны мира на истинный и справедливый путь развития, подчеркивая, что человечеству присущи такие основные права, как права человека.

Христианская религия придерживается мнения о том, что семья — основная ячейка общества во всем мире, что каждый человек имеет право на частную собственность и неотъемлемое право на жизнь. Религия признает за каждым человеком право поклоняться своему богу и что все имеют право на свободу собраний.

Эти положения считались истинными и не подлежали обсуждению для авторов Американской декларации независимости и Конституций многих стран мира, они стали краеугольными камнями и американской цивилизации. Однако сегодня эти краеугольные камни жизни Америки уже не являются “сами собой разумеющимися”. Их широко обсуждает общественность: люди и организации проводят сейчас дебаты о том, имеет ли каждый человек основное право на жизнь, свободу и собственность.

Немецкий философ Фридрих Вильгельм Ницше, один из учителей многих ведущих коммунистических революционеров мира, привел в следующем своем утверждении очень краткий аргумент:

“Я осуждаю христианство. Я выдвигаю против Христианской Церкви самое ужасное из возможных обвинений. Для меня это высшая степень разложения, которую только можно себе представить” [123].

Текс Маррс, автор, выступавший против апологетов “Нового века”, писал об их ненависти к христианам следующее:

“Верующему “Нового века” говорят: “Ты смог бы стать богом мгновенно, если бы не окружение этих ужасных христиан с их отвратительной позицией” [124].

Эта мысль была проиллюстрирована еще одним важным представителем “Нового Века” Дэвидом Спэнглером, который в своей книге “Размышления о Христе” писал следующее:

“Мы можем взять все писания, и все учения, и все скрижали, и все законы... и сделать большой красивый костер, потому что больше они ни на что не годятся” [125].

Итак, представители “Нового века” подобно масонам считают христианство врагом, силой, которой нужно противостоять не открытыми дебатами, а презрением, насмешкой и... даже убийством.

Если обратимся к истории, то обнаружим, что некоторые движения и партии участвовали в дебатах о религии и Христианстве. В 1911 г. Социалистическая партия Великобритании опубликовала брошюру под названием “Социализм и религия”, в которой раскрыла свою точку зрения на религию:

“Таким образом, выходит, это истинная правда, что социализм — естественный враг религии. Христианин–социалист на самом деле антисоциалист.

Христианство... является антитезой социализма”

[126]. Итак, войну христианам объявили социалисты, адепты религии “Нового века” и масоны. И как на любой войне, враг должен быть повержен, даже ценой кровопролития, если возникнет необходимость. Эта война ничем не отличается от обычных войн. Все участники битвы против Христианства предвкушают кровопролитие.

Лаведи Лафферти и Бад Холловел — два представителя “Нового века” — положили начало дискуссии по поводу того, разрешает ли их религия применение насилия против христианского общества. В своей книге “Вечный танец” они пишут:

“Это время возможностей для тех, кто ею воспользуется (очевидно, представители “Нового века”). Для других (очевидно, христиан), если земля им не подходит (если они не принимают религию “Нового века”), они перейдут в другие миры” [127].

Еще один пример мышления “Нового века”, касающегося этой темы, взят из брошюры, которая продавалась в книжном магазине вместе с другими материалами о “Новом веке”. Она была издана “Гардиан экшн пабликэйшнз” в Нью–Мексико под названием “Космический отчет”. В ней утверждается, что эти мысли якобы получены от некоего “высшего разума”, направившего свое внимание на проблему голода — болезни третьего мира:

“Мир нужно предупредить о необходимости опасаться болезней, которые подавлялись годами, но неожиданно подняли свои отвратительные головы и косят каждого десятого, а население стран третьего мира уже на грани голодной смерти.

Хотя эти народы, в конце концов, будут заменены новой коренной расой, которая вот–вот появится во вновь очищенном мире, тем не менее, в данный момент это трагедия” [128].

Эти слова раскрывают невероятный по своему цинизму замысел: население стран третьего мира должно быть полностью заменено “новой коренной расой”. Это, в результате, не будет трагедией, трагедией является то, что эти люди умирают сейчас из-за голода и болезней.

О концепции, упомянутой выше и состоящей в том, что новая человеческая раса будет населять мир в новом тысячелетии, когда будет господство “Нового века”, высказывались и другие апологеты этой религии. Так, Руфь Монтгомери писала об этих переменах:

“Те, кто переживут эту замену, превратятся в новый тип людей по сравнению с теми, кто наделен физической оболочкой сегодня; они освободятся от борьбы и ненависти и будут стремиться служить всему человечеству... Те души, которые помогли распространить хаос сегодняшнего века (очевидно, Христиане), отправятся в духовную сферу пересматривать свое отношение к жизни” [129].

Чтобы убедиться в том, что апологеты “Нового века” имеют в виду физическую смерть “врага”, достаточно обратиться к произведениям представителя этого движения Руфь Монтгомери, которая была любительницей писать на тему о гибели тех, кто не примет новую религию. В интервью журналу “Волшебная смесь” она сказала:

“Миллионы выживут, а миллионы нет. Те, кто не выживут, перейдут на духовный уровень, потому что в действительности смерти не существует” [130].

Некоторыми сторонниками “Нового века” предпринимались попытки подсчитать количество людей, которым суждено погибнуть. Одним из них был Джон Рандольф Прайс, которого цитировал Текс Маррс в своей книге о “Новом веке”. Он сказал, что

“Джону Рандольфу Прайсу было передано из духовного мира сообщение о том, что около 2,5 млрд человек может погибнуть в надвигающемся хаосе” [131].

Это примерно половина нынешнего населения мира. Еще одну оценку количества обреченных на смерть из-за неприятия новой религии предложил так называемый Тибетский учитель Джован Хул, которому по его каналам общения с духовным миром было сообщено, что 1/3 всего человечества должна погибнуть к 2000 г. Это составит примерно 2 млрд человек. Как видим, это все вымысел.

Связь с духовным миром по каналам — один из странных видов деятельности, происходящей в рамках религии “Нового века”. Некоторые верующие утверждают, что обладают способностью вызывать духов тех, кто покинул этот мир много лет назад.

Довольно часто эти духи утверждают, что являются “вознесенными учителями”, теми, кто вознесся, чтобы обнаружить высшие истины творения. Одной из таких верующих, утверждавших, что имеет связь с “учителем”, была Алиса Бейли. Общавшийся с ней дух называл себя Джованом Хулом, и, по ее утверждению, вещал через нее следующее:

“Смерть не является несчастьем, которого нужно бояться; работа Разрушителя на самом деле не является жестокой или нежелательной... Поэтому хранителям плана разрешены многие разрушения и многое зло, которые были превращены в добро” [132].

О том, что представлял собой этот “план”, поведал миру Бенджамин Крим, еще один лидер “Нового века”. Он поместил 25 апреля 1982 г. примерно в 20 газетах по всему миру информацию, в которой, в частности, говорилось:

“Что представляет собой этот “план”? Он включает вступление в должность нового мирового правительства и введение новой мировой религии под владычеством Майтрейи” [133].

Но, пожалуй, самый поразительный пример учения новой религии вышел из-под пера Барбары Маркс Хаббард, одной из наиболее ясно излагающих писателей. В своей книге “С днем рождения, планета Земля”, она писала:

“Выбор таков: хотите ли вы быть естественным Христом, универсальным человеком, или хотите умереть? Люди или изменятся, или умрут. Таков выбор” [134].

Итак, людям мира будет предоставлен выбор: им придется решать, принимать ли новую религию или умирать! Линия битвы прочерчена! Придется делать выбор.

Некоторые ведущие специалисты прошлого показали, что и им приходилось выбирать. Одним из них был Адольф Гитлер, глава правителей Германии во время Второй мировой войны, который не считал, что истребление свыше 50 млн человек во время той войны было неправильным. Он мнил себя агентом невидимого бога по уменьшению численности населяющих землю людей, которых он считал нежелательными. Он писал:

“У меня есть право уничтожать миллионы представителей низших рас, которые размножаются как паразиты” [135].

И он делал то, что считал приемлемым в рамках своей религии. Те, кто не верил в его новую религию, не имели выбора, и они погибали.

Человеком, игравшим наиболее важную роль в жизни Гитлера, был Дитрих Эккарт, один из семерки, основавшей нацистскую партию, и тот, кого действительно называли “духовным основателем нацизма”. Один писатель подчеркивал, как важен был Эккарт в жизни Гитлера:

“Сам Адольф Гитлер считал Эккарта личностью, оказавшей самое большое влияние на его жизнь” [136].

Известно, что Эккарт проводил многочисленные эксперименты с наркотиками, пытаясь достичь “высшего сознания”. Сейчас выясняется, что и Гитлер пытался делать то же самое:

“... Гитлер достигал высших уровней сознания с помощью наркотиков и проводил глубокое изучение средневекового оккультизма и ритуальной магии...” [137]

Эккарта называли “...преданным сатанистом... и центральной фигурой в могущественном и широко распространенном кругу оккультистов — обществе Туле” [138].

Но он также верил в будущее явление господа Майтрейи, мессии “Нового века”. Эккарт участвовал в серии сеансов с двумя русскими генералами, покинувшими родину, чтобы перебраться в Германию. Во время этих сеансов Эккарту и его партнерам было объявлено о неминуемом появлении немецкого мессии — “господа Майтрейи”.

И он специально направлял карьеру Гитлера в оккультный мир поклонения Люциферу. Находясь на смертном одре, он сказал своим собратьям, собравшимся вокруг него:

“Следуйте за Гитлером! Он будет плясать, но мелодию заказал я! Я посвятил его в “тайную доктрину”, открыл его центры для видения и снабдил средствами для общения с высшими силами.

Не плачьте обо мне: я окажу на историю большее влияние, чем любой другой немец” [139].

Эккарт заявил своим собратьям–адептам в обществе Туле, что он лично получил своеобразное возвещение от Сатаны о том, что ему предназначено подготовить сосуд Антихриста — человека, вдохновленного Люцифером покорить мир и привести арийскую расу к славе.

Еще одним звеном, связывающим общество Туле с поклонением Люциферу, является эмблема, выбранная как символ самой нацистской партии: свастика. Менгли Холл в книге “Лекции по древней философии” объяснял, что символизирует свастика: “Свастика... это вращающийся крест, символизирующий централизованное движение “Вечного” [140].

Словарь определяет свастику как крест с равными, загнутыми под прямым углом концами. Есть два вида этого символа: один с концами, загнутыми влево, другой — с концами, загнутыми вправо. Первый повсеместно считается символом добра, второй — символом зла.

Гитлер лично утверждал окончательный вариант кровавого флага нацистов (того, на котором изображена свастика как эмблема, символизирующая нацистскую партию). И он выбрал свастику, которая была символом общества Туле и имела форму, символизирующую зло. Его официальные знаки отличия состояли из свастики, пересеченной двумя пиками.

Один из изначальных основателей общества Туле, Рудольф фон Себоттендорф, отождествлял свастику с другим символом — солнцем. “Я собираюсь вовлечь общество Туле в эту битву... я клянусь на этой свастике, на этом священном для нас символе, чтобы ты слышало все это, о “Великолепное Солнце!” [141], — заявлял он в ноябре 1918 г.

Масонский писатель Альберт Пайк, рассуждая о жизни и смерти, написал в своей книге “Мораль и догма” следующее:

“Неверно говорить, что “один человек, как бы мал он ни был, не может быть принесен в жертву другому, как бы велик он ни был, большинству или всем людям”. Это заблуждение, причем весьма опасное. Часто и одним человеком, и многими людьми нужно жертвовать, в обычном смысле слова, в интересах многих... Интерес и даже жизнь одного человека часто должны приноситься в жертву интересам и благополучию его страны” [142].

С точки зрения религии, “жертвовать” одной жизнью в интересах “многих” есть убийство, и тем, кто верит в Бога и Библию, велено не совершать этого поступка. Заповедь против этой практики содержится в книге Исхода 20:13 Ветхого Завета и в Евангелии от Матфея 5:21 в Новом Завете, и выражена простыми словами: “Не убий”.

Этот принцип легко объясним: ни один человек не имеет право отнимать жизнь у другого. Такое понимание присущее почти всему человечеству (есть, конечно, культуры, считающие человеческие жертвы, каннибализм и убийство приемлемыми формами поведения, но это редко встречается в истории человечества).

Однако здесь перед нами раскрывается совсем новая религиозная точка зрения, растущая и крепнущая изо дня в день, которая открыто защищает кровавое уничтожение целых человеческих рас.

Члены Ордена иллюминати не посвящались в истинные намерения ордена относительно религии вплоть до получения ими определенных званий. Достигнувшему ранга старшего или младшего иллюмината, шотландского рыцаря или священника сообщали все тайны ордена. Адам Вейсгаупт, основатель Ордена иллюминати, убежденный, что убийство не есть зло, утвердил этот принцип, включив его в церемонию посвящения в орден, где посвящающий говорит вновь посвященному:

“Помнишь, как, встретив тебя, мы говорили, что в планах нашего ордена нет замыслов против религии. В этом же мы уверяли тебя, принимая в ряды новичков, и это же мы повторяли, когда ты поступал в нашу Академию минервалов...Ты помнишь, с каким умением и притворным уважением мы говорили тебе о Христе и Евангелии; но, став полноправным иллюминатом, шотландским рыцарем или священником, ты должен знать, что мы чтим не Евангелие Христа, а наш разум, и не его веру, а законы природы; мы говорим о религии, разуме, морали и природе, но наши религия и мораль — это права человека, равенство и свобода...

Нам нужно было избавить тебя от множества предрассудков, чтобы суметь убедить тебя, что лживая религия Христа — не что иное, как выдумка священников, обманщиков и тиранов. А если такова наиболее известная и почитаемая религия, то что уже говорить обо всех остальных?

Пойми, что все они повторяют одни и те же выдумки, все они в равной мере основаны на лжи, ошибках, нелепых идеях и откровенном мошенничестве. Храни нашу тайну. Да, чтобы полностью уничтожить христианство и все прочие религии, мы притворялись, что исповедуем единственно верную из них — но помни, что цель оправдывает средства и что мудрый совершает добро с помощью тех же орудий, которыми люди порочные творят зло.

То, к которому мы прибегли, чтобы освободить тебя, то, с помощью которого мы однажды освободим от религии человечество — это не что иное, как благочестивый обман, который мы когда-нибудь разоблачим устами мага или философа” [143].

Посвящаемому в орден говорили, что для достижения целей организации он может использовать любые средства, вплоть до убийств. И что главной целью Ордена иллюминати было уничтожение всех религий, включая христианство. Это означало, что если христиане будут продолжать настаивать на своем, их можно просто уничтожить физически.

Для ордена все способы борьбы были равно хороши, так как его ведущим принципом был лозунг “Цель оправдывает средства”. В письме к товарищу в 1778 г. он писал: “Ни один не достоин вступать в наш орден, если он... не готов идти на крайние меры” [144].

Вейсгаупт писал об этом еще раз, несколько другими словами: “Этого нельзя добиться никак, только созданием тайных организаций, которые будут постепенно, тихо захватывать правительства государств и использовать для этой цели те средства, которые негодяи используют для достижения своих основных целей” [145].

Вейсгаупту было хорошо известно огромное могущество правительства, и он желал этого могущества для членов своей организации. Он подверг свою организацию тщательной чистке. Он не остановился даже перед тем, чтобы дать членам своей организации разрешение искажать правду и лгать, если это будет содействовать целям. Он писал:

“Не должно возникать и малейшего подозрения, что наши цели направлены против религии и государства. Иногда нужно говорить одно, иногда — другое, но никогда не противоречить себе и чтобы, с уважением относясь к нашему истинному образу мышления, мы могли оставаться непроницаемыми для непосвященных” [146].

Прекрасный пример клятвы, которую эти посвящаемые давали где-то по пути к вершине масонской иерархии внутри тайного общества, приведен в книге Джорджа Оруэлла под названием “1984”. В своем повествовании господин Оруэлл описывает, как посвящаемому в тайное общество “Братство” задают следующие вопросы:

“Готов ли ты отдать свою жизнь? Готов ли ты совершить убийство? Готов ли ты совершить акты саботажа, которые могут стать причиной гибели сотен невиновных людей? Готов ли ты выдать свою страну другим державам?

Готов ли ты к обману, подлогу, шантажу, растлению умов детей, распространению наркотиков, поощрению проституции, распространению венерических заболеваний — ко всему, что может деморализовать и ослабить (людей)? Готов ли ты совершить самоубийство, когда мы прикажем тебе это сделать?” [147]

Это пример философии о том, что “цель оправдывает средства”. Посвященному следовало поступать так, как его просили, пока его действия будут идти на пользу братству. Такая клятва аморальна.

Итак, убийство неподготовленных, тех, кто не желает принимать новую религию, станет приемлемым. И уничтожающие не должны чувствовать угрызений совести. С точки зрения религии “Новый век”, убийцы оказали человечеству хорошую услугу. Однако это бездушное попрание права каждого человека на земле было предсказано ранее. В Новом Завете, в Послании Иоанна 6:12, написано: “Да наступит время, когда убивающий тебя будет думать, что служит Богу”.

Новый мировой порядок приплывет по морю крови.

Экс–президенты США и тайные общества

Тайные общества не только существуют, они играют важную роль в национальных и международных событиях вплоть до сегодняшнего дня.

При изучении успехов в деятельности современных тайных обществ рекомендуется сначала пристальнее взглянуть на президентов Соединенных Штатов Америки последнего времени, а также на события, которые происходили в стране в периоды их правления.

Администрация президента Джимми Картера настолько была заполнена членами Трехсторонней комиссии, что у исследователей заговоров есть пища для размышлений и по сегодняшний день. Даже светская хроника стала об этом поговаривать.

Президент Джордж Буш (старший) был членом Трехсторонней комиссии, членом СМО и братом таинственного Ордена “Череп и Кости”.

Президент Рональд Рейган, бывший представитель “Дженерал электрик”, официально не принадлежал к этим обществам, но его администрация была буквально насыщена нынешними и прежними членами тайных обществ.

Журнал “Новый век” (New Age), который является официальным изданием Верховного совета древнего масонства Шотландского обряда южной юрисдикции, утверждает, что он является ведущим журналом этой всемирной организации.

а обложке апрельского номера журнала за 1988 г. помещена довольно интересная фотография. На ней изображен тогдашний президент Рональд Рейган вместе с масонами. Президент держит взятое в рамку свидетельство, преподнесенное ему масонами: Фрэдом Кляйнкнехтом, независимым Великим командором Шотландского обряда южной юрисдикции, и Ворсом Кингом, имперским Властителем древнего арабского дворянского Ордена тайных святынь Северной Америки.

На снимке свидетельство, которое держит президент, слишком мало, чтобы его можно было прочесть, но с его содержанием знакомит колонка, написанная господином Кляйнкнехтом в журнале “Новый век”.

Он пишет, что взятое в рамку свидетельство, которое вручено президенту Рейгану, является почетным свидетельством, в котором ему выражалась благодарность за “работу на общее благо”. Затем он говорит, что вместе с Великим командором Полом вручил президенту еще и свидетельство о присуждении ему титула почетного масона Шотландского обряда южной юрисдикции. Здесь же имперский Властитель Кинг вручил президенту также сертификат, делающий его почетным членом Имперского совета. Президент Рональд Рейган стал почетным членом масонства Шотландского обряда южной юрисдикции.

Журнал воспроизводит письмо, написанное президентом Рейганом “Прославленному брату Кляйнкнехту”. Вот отрывок из него: “Прошу принять мою искреннюю благодарность за обрамленное свидетельство о членстве и другие знаки дружбы, которые Вы и прославленный брат Поль вручили мне. Для меня честь вступить в ряды ассоциации шестнадцати бывших президентов, которая связывала их с масонством” [148].

Из письма президента явствует, что он считал себя полным, а не “почетным” членом масонства Шотландского обряда южной юрисдикции. Заметьте, что он употребил фразу “свидетельство о членстве”, и сообщил, что вступил в ряды “ассоциации шестнадцати бывших президентов”, которые были связаны с масонами. В письме он также обращается к господину Кляйнкнехту и к господину Полю, что допустимо только в том случае, когда человек действительно является членом их организации.

Итак, вопрос о степени вовлеченности президента Рейгана в масонство останется открытым для обсуждения. Некоторые могут справедливо заметить, что президент фактически вступил в масонскую ложу, точно так, как это сделал бы любой другой член официальной ложи в своем родном городе. Однако масоны утверждают, что его членство является почетным.

В любом случае, степень вовлеченности президента, настоящая или будущая, и степень его членства не так уже и важны. Главным поводом для беспокойства является то, что этот человек, претендующий на звание христианина, вступил в ту организацию, в которую, по утверждению многих христиан, не следует вступать никому из верующих. Иными словами, другие христиане предупреждали президента о том, чтобы он не вступал в эту организацию ни в каком качестве. Но президент не послушался.

Позже, в августе 1988 г., Рейган произнес несколько загадочных фраз в своем обращении на съезде республиканской партии, которая созывалась в Нью–Орлеане с целью отобрать кандидатов на пост президента и вице–президента. Здесь президент произнес речь в честь открытия конвенции.

Расшифровка стенограммы этой речи была напечатана в газете “Нью–Йорк таймс”, и внимательное ее прочтение объясняет многое. Президент говорил о Джордже Буше, своем вице–президенте, как о человеке, стремящемся баллотироваться на пост президента от Республиканской партии. Президент Рейган, начиная одну фразу со слов: “Приближаясь к новому тысячелетию с Джорджем Бушем...” [149], не объяснил, что он имел в виду под словами “новое тысячелетие”, но ее разгадку можно найти, прочитав следующие слова:

“С Джорджем Бушем... мы будем иметь... нацию, сознательно стремящуюся к тому, чтобы ее повели в неотмеченные на карте пределы “нового века” [150].

Здесь он действительно употребил выражение “новый век”. Но, вероятно, фактическое объяснение значения этих выражений Рейган дал в заключительной фразе своей речи, сказав: “Это новый день — наш освещенный солнцем новый день...” [151]

Президент решил охарактеризовать новый день как “освещенный солнцем” новый день. Но масоны знают, что Солнце было символом Люцифера в течение 6000 лет. Знал ли об этом Президент, когда называл новый день “освещенным солнцем”? Можно только гадать, что он имел в виду, употребляя эти слова, поскольку он не объяснял их.

Надо полагать, он знал, что говорил, произнося речь. Мысль о том, что какой-то умник написал речь за него и заставил произнести эти слова неосознанно, неправдоподобна. Невероятно также и то, что президент произносил их, не понимая, о чем идет речь. Напрашивается единственный вывод: он обязан был знать, о чем идет речь.

Спустя три дня, в четверг вечером, вице–президент Джордж Буш был выдвинут кандидатом в президенты США от Республиканской партии. Он выступил с обращением к съезду и к американскому народу по национальному телевидению. Газета “Нью–Йорк таймс” сделала запись этого выступления, и внимательное прочтение его показывает, что и он использовал некоторые довольно загадочные выражения.

В своей речи вице–президент говорил о тысячах и десятках тысяч добровольных организаций в Америке. По его словам, они представляли собой “общину” в ее истинном значении. Он противопоставил свое объяснение объяснению “либералов”, у которых, по его мнению, было довольно узкое определение общины. Вот что он сказал:

“Есть другая традиция. Это община — красивое слово с глубоким смыслом, хотя либеральные демократы смотрят на нее странно. Они рассматривают “общину” как ограниченную группу заинтересованных лиц, не выходящую в своих действиях за рамки странных догм. С такой точки зрения страна пассивно ждет, пока Вашингтон установит правила. Но в моем понимании “община” означает совсем другое. Ведь мы нация “общин”. Тысяч и десятков тысяч организаций, причем все они разнообразны, добровольны и неповторимы. Это Америка (а затем вице–президент назвал группу добровольных организаций, подобных обществу американских ветеранов–инвалидов)”.

В заключение этого абзаца он произнес следующее:

“... блестящее разнообразие разбросано подобно звездам, подобно тысячам световых точек в широком и мирном небе” [152].

Президент ссылался на большое количество добровольных организаций (ссылаясь на них, он не конкретизировал цифры, произнося “тысячи и десятки тысяч”). Это значит, что он не знал, сколько их было. Позже он признал, что ему неизвестно их точное количество, насчитывающее “тысячи”. Разумным единственным объяснением является то, что, “говоря о тысяче световых точек”, он имел в виду нечто другое.

Заметьте, он ссылался на эти организации, как на “световые точки” в широком и мирном небе. И снова речь идет о том, что “свет” рассматривается как “истина”, идущая от солнцебога Люцифера в течение 6000 лет. Число “тысяча” это точное количество лет владычества господа Майтрейи, как предсказывают адепты религии “Новый век”. Ссылался ли Джордж Буш на тысячелетнее правление миром во главе с господом Майтрейи? Можно лишь догадываться.

Джордж Буш продолжает объяснять, что ссылался на “тысячи и десятки тысяч” добровольных организаций. И совершенно неправдоподобно, чтобы он подтвердил это, ссылаясь на тысячелетнее правление господа Майтрейи. Вероятно, он не захотел, чтобы народы мира узнали об этом.

В конце своей речи он повторил фразу, сказав: “Я добьюсь, чтобы Америка двигалась вперед, всегда вперед — к лучшей Америке, к бесконечной, постоянной мечте и тысячам световых точек. Такова моя миссия. И мне предстоит ее реализовать” [153].

В дальнейших своих выступлениях Джордж Буш многократно использовал эту фразу во время дебатов с кандидатом от демократов Майклом Дукакисом. Он ссылался на нее во время своей агитационной предвыборной кампании по Соединенным Штатам. И опять повторил ее в своем инаугурационном обращении после того, как произнес клятву президента США в 1989 г. Но есть и другие ключи к разгадке.

16 марта 1989 г. радиостанция передала отрывок из речи Президента, произнесенной в каком-то американском штате. Президент сказал: “Что мы делаем, для того чтобы подготовиться к приходу нового века, который наступит через одиннадцать коротких лет”.

Здесь Президент связал приход “нового века” в 2000 г., как раз через “одиннадцать коротких лет” со своими предыдущими комментариями. Он говорил, что знает о том, что “новый мировой порядок” грядет, и наступит через одиннадцать лет.

Небезыинтересной была статья, появившаяся в газете “Аризона Дейли стар” 3 января 1989 г. Заголовок гласил: “Общество “Тысячелетие” ожидает Буша в 1999 г. в Египте”. В статье сообщалось, что “избранный президент Буш встречает наступивший Новый год в Кэмп Дэвиде (штат Мэриленд), но через 10 лет, возможно, будет встречать его в Египте. Организаторы общества “Тысячелетие” говорят, что он уже пообещал встретить следующее столетие у великой пирамиды Хеопса в Гизе”.

Далее в статье говорилось, что господин Буш послал обществу “Тысячелетие” телеграмму: “Барбара (жена господина Буша) и я желаем вам счастья в наступающем году и с нетерпением ждем вашего торжества в Египте в 1999 г.” [154]. Организация, которой господин Буш отправил телеграмму, была обществом “Тысячелетие”.

Тысячелетие — это период длиной в 1000 лет. Поэтому общество “Тысячелетие” собирается ехать к великой пирамиде, чтобы встретить не следующее столетие, а следующее тысячелетие, следующие 1000 лет.

И наконец, местом проведения большого праздника является великая пирамида Хеопса, где в древности проводились церемонии посвящения и поклонения Люциферу. Этот праздник был упомянут и в статье, которая появилась 27 июня 1988 г. в “Уолл–стрит”. Заголовок статьи гласил: “Некоторые торжества по встрече 2000 г. пройдут вне этого мира”. В статье говорилось о “неминуемом наступлении нового тысячелетия” и некоторых планах, которые готовились различными людьми и организациями. Далее сообщалось, что “некая группа заказала великую пирамиду Хеопса в Египте для монументального удара в канун нового тысячелетия”.

В статье группа, организовавшая торжественный вечер, была названа обществом “Тысячелетие”. Итак, Джордж Буш собирался ехать к великой пирамиде в 1999 г. встречать тысячелетие господства Люцифера — период, названный “Новым веком” или “новым мировым порядком”.

Является ли этот вывод неправильным истолкованием очевидного? Может ли кто-нибудь сказать, что такая интерпретация всех этих доказательств неверна? Возможна ли другая интерпретация? Сегодня мы знаем ответы на эти вопросы наверняка: торжественное начало “нового мирового порядка” пока откладывается.

Наступит ли он? Все в наших руках. Мы должны помочь миру предотвратить владычество господа Майтрейи и наступления “нового мирового порядка”.

Чтобы избежать политических осложнений, не будем акцентировать внимание на нынешнем американском президенте Джордже Буше, а остановим взгляд на Билле Клинтоне, “большом” друге российского президента Бориса Ельцина.

В то время как большинство людей обычно рассматривали президента Билла Клинтона как моложавого саксофониста, любителя женщин и сексуального извращенца, многие находились в неведении относительно его причастности к трем наиболее известным современным тайным обществам: Трехсторонней комиссии, Совету по международным отношениям и Бильдербергскому клубу.

Трехсторонняя комиссия публикует список своих членов и должностей, но ее внутренняя деятельность остается секретной. СМО также печатает информацию о членах Совета, которые дают подписку о неразглашении информации относительно его целей и задач. Бильдербергский клуб держит свои задачи и членство в тайне.

Влиятельные члены администрации Клинтона, принадлежавшие к Совету по международным отношениям, включали Энтони Лейка, Альберта Гора, Уоррена Кристофера, Колина Пауэлла, Леса Оспина, Джеймса Вулси, Вильяма Коуэна, Сэмюеля Льюиса, Джона Еделмана Спиро, Тимоти Вирта, Уинстона Лорда, Ллойда Бентсена, Луару Дайсон, Джорджа Стивенопоулоса, а также прежнего президента СМО Питера Тарноффа. Отдельные сотрудники администрации Клинтона были ранее членами Трехсторонней комиссии: Брюс Баббит, Стивен В. Босворт, Вильям Коэн, Томас Фоули, Алан Гринспан, Донна Шалела и Строуб Тэлбот.

Издатель Джон Ф. МакМанус отметил, что осенью 1998 г., находясь под угрозой импичмента, Клинтон поспешил в Нью–Йорк искать поддержки среди своих друзей в СМО. “Билл Клинтон хорошо знает, что он является президентом только потому, что члены тайного общества, к которому он принадлежит, выбрали его и ожидали, что он будет осуществлять их планы” [155], — писал МакМанус.

Совет по международным отношениям

Концепция монополярного сообщества уходит далеко за пределы двадцатого века. Сегодня она обобщена наследником тайных американских обществ — Советом по международным отношениям (Council on Foreign Relations). Эта полусекретная организация управляется рокфеллеровским синдикатом и неким секретным европейским сообществом, называемым “Комитет 300”, о котором речь будет идти ниже.

В списке членов Комитета 300 среди всех прочих обнаруживаем: сэра Джона Дж. Лоудена — представителя “Банка Н. М. Ротшильда” в Лондоне. Он занимает также и иные посты: председатель Международного консультативного комитета “Чейз Манхэттен Банк” (Рокфеллер), председатель консорциума “Ройял Датч Петролеум”, директор корпорации “Шелл Петролеум Компани Лтд.” и управляющий “Фондом Форда”.

Это является иллюстрацией невообразимого могущества и влияния, которыми обладает один–единственный человек.

Но как же он попал на такой пост?

В этом — заслуга тех секретных сообществ и орденов, членом которых он является, в данном случае Комитета 300. Как утверждает бывший сотрудник британских спецслужб доктор Джон Колеман, автор книги “Комитет 300”, таких влиятельных людей имеется ровно 300. Можете себе представить, какие резолюции и решения принимаются на встречах таких людей и какое невероятное влияние оказывают они на все процессы, происходящие в нашем мире.

Совет появился в результате ряда встреч политических деятелей США и Великобритании, проводимых в ходе Первой мировой войны. В 1917 г., в Нью–Йорке, в доме полковника Эдварда Манделлы Хауса, тайного советника президента Вудро Вильсона, собралось около ста видных людей, чтобы обсудить вопросы послевоенного обустройства мира. Якобы выражая “обеспокоенность”, они строили планы мирного урегулирования, которые, в конечном счете, вылились в знаменитые “четырнадцать пунктов” Вильсона, впервые представленных Конгрессу США 8 января 1918 г.

Все они были глобалистскими по природе, призывавшие к ликвидации “всех экономических барьеров” между народами, “равенству торговых условий” и созданию “общего содружества наций” [156].

Полковник Хаус, когда-то называвший себя марксистом–социалистом, хотя все его действия больше напоминали фабианский социализм, был автором вышедшей в 1912 г. книги под названием “Филипп Дру: Администратор”. В этой работе Хаус описал “заговор” в Соединенных Штатах с целью создания центрального банка, градуированного подоходного налога и контроля над обеими политическими партиями. Спустя год после публикации книги, его отдельные литературные предположения действительно начали сбываться. Так в 1913 г. был создан центральный банк под названием Федеральная резервная система.

К концу 1918 г. безвыходное положение на Западном фронте и вступление Америки в войну вынудило правительство Германии принять условия Вильсона для заключения мира. Известно, что больше всех от событий 1914-1918 гг. выиграли США. Реально вступив в войну в самом ее конце, они понесли минимум человеческих потерь, зато получили максимум финансовых выгод. Ее промышленность нажилась на поставках обеим конфликтовавшим сторонам, банки распухли от европейского золота.

Даже могущественная Великобритания оказалась в должниках. Доллар стал активно теснить традиционные валюты в международных расчетах. Последовавшая за этим Парижская мирная конференция 1919 г. стала результатом Версальского соглашения, вынудившего Германию выплачивать непосильные репарации союзникам.

Символично, что состав участников Парижской конференции, определявший условия мира, в основном включал представителей крупных банков. Например, семейный клан Варбургов направил в американскую делегацию Пола Варбурга, а в германскую его брата Макса Варбурга. Естественно, произведенный там дележ мира соответствовал интересам не государств, а Финансовому интернационалу.

Это разрушило немецкую экономику, ведя к депрессии и, соответственно, подъему национал–социалистов во главе с Адольфом Гитлером.

На Парижской мирной конференции присутствовали президент Вудро Вильсон и его самые близкие советники: полковник Хаус, банкиры Пол Варбург и Бернард Барух, около двадцати членов тайного общества “Дознание”. Участники конференции рассмотрели мирный план Вильсона, включающий и создание Лиги Наций. Однако, согласно американскому закону, соглашение должно было быть ратифицировано Конгрессом США, который не сумел этого сделать, потому что не верил ни в какую сверхнациональную организацию.

Однако беспокойный полковник Хаус, английские и американские делегаты Парижской мирной конференции встретились 30 мая 1919 г. в парижском отеле “Мажестик” и решили создать “институт международных отношений” с отделениями в Соединенных Штатах Америки и Англии. Английским отделением стал “Королевский институт международных дел”. Одной из задач института было формирование общественного мнения для создания единого мирового правительства и концепции глобализма.

Американское отделение было создано 21 июля 1921 г. как Совет по международным отношениям на базе существовавшего нью-йоркского обеденного клуба с тем же названием. Этот клуб был создан в 1918 г. видными банкирами и адвокатами для обсуждений торговых и международных финансовых вопросов.

Статья 2 положения о Совете по международным отношениям гласила, что любой, кто раскрывает детали заседаний СМО, нарушает его правила и может быть лишен членства, что квалифицирует Совет по международным отношениям как тайное общество [157].

Эта тайна усердно защищалась ведущими средствами массовой информации Америки. “Аналитики советской печати отмечали, что деятельность Совета по международным отношениям освещалась более регулярно в советских газетах “Правда” и “Известия”, чем это делала газета “Нью–Йорк таймс” [158], — писал журналист Энтони Лукас в 1971 г.

В 1945 г. Совет по международным отношениям открыл свою штаб–квартиру в шикарном Доме Гарольда Пратта в Нью–Йорке. Здание было пожертвовано семейством Пратт из компании “Рокфеллер стандарт ойл”. Особняк, с его приукрашенными французскими дверями, изящными гобеленами и каминами, создавал своеобразную клубную атмосферу.

Характеристика Совета по международным отношениям как “клуба старых мальчиков” усиливалась тем фактом, что большинство членов принадлежали и к другим высшим клубам типа “Ассоциации столетия”, “Клуба связей”, “Университетского клуба” и “Вашингтонского метрополитен клуба”.

В докладе Совета по международным отношениям за 1997 г. председатель правления Питер Г. Питерсон подтвердил, что есть “рациональное зерно” в обвинениях в адрес совета как организации “нью–йоркской либеральной элиты”. Он заявил, что СМО сегодня “охватывает всю Америку”, поскольку значительно возросло число его членов, проживающих вне Нью–Йорка и Вашингтона [159].

Число членов Совета по международным отношениям, первоначально ограниченное 1600 участниками, сегодня достигло больше чем 3300 человек, представляющих собой наиболее влиятельных людей в финансах, торговле и академическом мире. Вступление в члены СМО избирательный и болезненный процесс: кандидата должны рекомендовать два его члена, он должен быть одобрен специальным приемным комитетом, изучен профессиональным штатом и, наконец, одобрен правлением директоров.

Чтобы приспособиться к реалиям современного мира, к началу 1970–х годов Совет расширил свое членство с тем, чтобы включить несколько чернокожих и более дюжины женщин. Для расширения своего влияния за пределами восточного побережья СМО создал по всей Америке свои отделы. Более тридцати семи отделов, насчитывающих приблизительно три тысячи членов, просуществовали до начала 1980 годов [160].

Основателями СМО были полковник Хаус, бывший нью–йоркский сенатор и госсекретарь Рут, влиятельный комментатор Уолтер Липпманн, Джон Форстер Даллес и Христиан Хертер, которые в дальнейшем стали госсекретарями, и брат Даллеса Ален, позднее ставший директором ЦРУ.

Президент Совета по международным отношениям, миллионер Джон В. Дейвис, был личным поверенным финансиста Моргана. Первый председатель Совета Рассел Леффингвелл был одним из партнеров Моргана. Поскольку большинство первых членов Совета по международным отношениям, которые так или иначе были связаны с Морганом, можно утверждать, что СМО находился под его сильным влиянием и защищал интересы Моргана.

Почти с самого своего создания СМО начал осуществлять контроль над средствами массовой информации, которые контролировались еще с 1915 г. Вот как выглядит комментарий бывшего в то время конгрессменом Оскара Каллоуэя в протоколах Конгресса:

“В марте 1915 г. группа Дж. П. Моргана собрала 12 высокопоставленных человек из газетного мира и наняла их, чтобы отобрать наиболее влиятельные газеты в США и достаточное их количество для осуществления общего контроля за политикой ежедневной прессы США. Эти 12 человек тщательно поработали и отобрали 179 газет, а затем начали процесс ликвидации, чтобы оставить только газеты, необходимые для осуществления контроля. Они посчитали необходимым купить право контроля над 25 крупнейшими газетами.

В каждую из этих газет был направлен редактор, чтобы надлежащим образом осуществлять контроль и редактировать информацию по вопросам милитаризма, финансовой политики и другим вопросам внутренней и внешней политики, представляющихся жизненно важными для интересов страны” [161].

“Давно начатый контроль Моргана над газетами продолжается и сейчас и выражается в том, что большая часть различных видов средств массовой информации либо принадлежит членам СМО, либо нанимает таковых” [162], — пишет Ральф Эпперсон.

Финансирование Совета по международным отношениям осуществлялось банкирами и финансистами типа Моргана, Джона Д. Рокфеллера, Бернарда Баруха, Джейкоба Шиффа, Отто Куна и Поля Варбурга. Сегодня финансирование СМО осуществляется ведущими корпорациями мира, такими как “Ксерокс”, “Дженерал моторс”, “Бристоль фаундейшн”, “Скуиб”, “Тексако”, а также фондами: “Маршалла”, “Макнайт Фаундейшн”, “Диллона”, “Форда”, “Эндрю Меллона”, “братьев Рокфеллеров”, “Стар”.

Согласно данным исследовательского центра “О защите некоммерческих структур и политических групп” члены правления Совета по международным отношениям связаны со многими влиятельными организациями. Среди них можно выделить: “Комитет экономического развития”, “Институт международной экономики”, “Комитет контроля федерального бюджета”, “Институт урбанизации”, “Деловой круглый стол”, “Совет по вопросам конкуренции”, “Американская торговая палата”, “Национальный союз бизнеса”, “Институт Брукингса”, “Форум высшего образования в области бизнеса”, “Вашингтонский институт ближневосточной политики”, “Центр этики и общественной политики”, “Институт Гувера”, “Центр стратегических и международных исследований”, “Американский бюджетный совет”.

Совет по международным отношениям играл ключевую роль в американской политике в ходе Второй мировой войны. Как отмечает журналист Энтони Лукас: “С 1945 до 1960 гг. члены Совета были в центре активной глобалистской деятельности Америки” [163].

В специальном заявлении от 1997 г. официальные представители Совета по международным отношениям заявили, что Совет всего лишь “специфическая организация и мозговой центр, который обучает членов и персонал служить нации во имя лучшего и более безопасного мира” [164].

Критики спорят относительно этой цели, отмечая, что СМО приложил свою руку к каждому крупному конфликту двадцатого столетия. Много авторов считают, что Совет по международным отношениям является объединением людей, стремящихся к мировому господству посредством деловых межнациональных контактов, международных соглашений и создания единого мирового правительства.

Даже посвященным лицам, видимо, иногда было тяжело убедить своих коллег, что не было никаких попыток реализации тайных планов. Адмирал Честер Уорд, отставной судья американских военно–морских сил и давний член СМО, как-то сказал, что “Совет по международным отношениям не создает идеологий и политических партий, не избирает нужных ему кандидатов в президенты, не управляет американской оборонной и внешней политикой. Но отдельные члены СМО, индивидуально, или во взаимодействии с другими представителями Совета по международным отношениям, это делают” [165].

Журналист Лукас согласен с этим, отмечая, что, если даже кто-нибудь отрицает “бесхитростные” диктаторские взгляды СМО, то “следует признать, что его влияние осуществляется через более сложные каналы. Они включают личные связи, вынужденно возникающие между ними, поскольку их пути пересекаются в раздевалках, клубах, конференц–залах, на спортивных площадках, в залах заседаний. Если Совет имеет влияние, а многое свидетельствует об этом, следовательно, это и есть то влияние, которое члены Совета по международным отношениям осуществляют через указанные каналы” [166].

Адмирал Уорд объясняет, что одной общей целью членов СМО является “обеспечить утрату суверенитета и национальной независимости Соединенных Штатов....Прежде всего им нужна мировая банковская монополия над существующей властью, а конечная цель — создание мирового правительства”.

Он в соавторстве с Виллисом Шлефли детально описал методы деятельности СМО в 1975 г. в книге “Киссинджер в руководстве”: “Если уж руководство Совета по международным отношениям приняло решение, что американское правительство должно придерживаться соответственной политики, все самые мощные исследовательские силы СМО подключаются для выработки аргументов поддержки нового политического курса и дискредитации любой оппозиции”, — объяснял он.

Для широкой общественности СМО издает сборник “Иностранные дела”, который называют “неофициальным голосом американского внешнеполитического истеблишмента”. Хотя сторонники Совета утверждают, что “статьи в “Иностранных делах” не отражают общей точки зрения...”, критики считают, что СМО этими публикациями информирует своих членов о желательных направлениях политики.

Даже объемная энциклопедия “Британика” признает, что “идеи, часто помещаемые в этом журнале, которым обеспечивается хорошая реклама в сообществе, в дальнейшем проявляются как американская правительственная политика или законодательство. Не прошедшая такое испытание идея обычно снимается с повестки дня” [167].

Эрвин Москоу, биограф семейства Рокфеллеров, выразился еще более точно: “Членство в Совете было настолько влиятельным, что различные круги в нем видели сердце восточного истеблишмента. Все, что касается иностранных дел, это компетенция восточного истеблишмента. Фактически, трудно найти такое направление внешней политики США, проводимой со времен президента Вильсона, которое было бы диаметрально противоположным замыслам Совета по международным отношениям” [168].

У Совета есть два способа распространения своих мыслей и взглядов: регулярные встречи в ходе завтраков или деловых обедов, где известные умы и лидеры со всего мира общаются с членами Совета, и исследовательские группы Совета, которые периодически представляют отчеты и взгляды по проблемам, интересующим политиков.

Совет также предлагает услуги корпораций, которые “два раза в год” предусматривают организацию обедов–брифингов с участием правительственных должностных лиц, например, министра финансов или директора ЦРУ. Упомянутый ранее автор Джон Кеннет Голбрайт, вышедший из СМО в 1970 г. “по причине скуки”, назвал эти переговоры “не для протокола — скандалом”. “Бизнесменам нужна информация правительственных должностных лиц не доступная публике, потому что это материально выгодно” [169], — рассуждал он.

Автор Эдвард Гриффин согласен, что первоначально СМО как ударная сила круглого английского стола был во власти семейства Морганов. “Группа семейства Морганов постепенно была заменена консорциумом Рокфеллера, и список ныне участвующих в нем бизнесменов теперь насчитывает приблизительно “500 счастливчиков” [170], — писал он в 1994 г.

Можно привести пример доминирования Рокфеллера в Совете по международным отношениям в начале 1970–х годов, когда Дэвид Рокфеллер, просмотрев кандидатуры на выдвижения в комитете, предложил должность редактора журнала “Иностранных дел” Уильяму Банди, бывшему представителю ЦРУ, имеющему непосредственное отношение к актам осуждения войны во Вьетнаме.

Демонстрируя, что каждая американская администрация с момента создания Совета была, фактически, напичкана членами СМО, консервативный журналист и исследователь Совета по международным отношениям Джеймс Перлофф подчеркнул: “Исторические документы говорят сами за себя... Вплоть до 1988 г. членами СМО были 14 госсекретарей, 14 министров финансов, 11 министров обороны и большое количество других глав федеральных структур” [171].

Почти каждый директор ЦРУ, начиная с Алена Даллеса, был членом СМО, включая Ричарда Хелмса, Уильяма Колби, Джорджа Буша, Уильяма Вебстера, Джеймса Вулси, Джона Дейча и Уильяма Кейси. “У многих членов совета есть личная финансовая заинтересованность в зарубежных связях, — отмечал исследователь Лори Стрэнд, — потому что это их собственность и инвестиции, которые защищаются Государственным департаментом, военными и ЦРУ”.

Многие исследователи утверждали, что ЦРУ, фактически, является органом безопасности не только для Америки, но и для друзей, родственников и братьев своеобразного ордена — Совета по международным отношениям. Это двухсторонняя улица. Согласно информации бывшего помощника заместителя директора ЦРУ Виктора Марчетти, а также бывшего аналитика Государственного департамента Джона Д. Маркса “влиятельный, но частный Совет, состоящий из нескольких сотен высших политических, военных, деловых и академических лидеров страны, длительное время использовался ЦРУ в качестве прикрытия в американском обществе.

Когда управлению нужно было решить вопрос взаимоотношений влиятельных граждан с компаниями или оказания специальной помощи, оно часто обращалось к членам Совета по международным отношениям” [172].

Члены СМО, занимающие правительственные посты, имеют тенденцию приводить своих товарищей в качестве новых членов. Когда член Совета Генри Стимсон был назначен в Вашингтоне на должность министра обороны в 1940 г., он привел с собой товарища Джона Дж. МакКлоя, помощника министра по личному составу. МакКлой, в свою очередь, внес лепту по увеличению количества членов СМО в правительстве.

“Всякий раз, когда нам нужен был новый человек на какую-то правительственную должность, мы только просматривали список членов Совета по международным отношениям и направляли запрос в Нью–Йорк” [173], — сказал однажды МакКлой, бывший председатель СМО, председатель “Чейз Манхэттен Банка”, наставник Дэвида Рокфеллера и советник по вопросам внешней политики шести американских президентов.

Еще один пример влияния Совета по международным отношениям — стремительное возвышение Генри Киссинджера. В 1955 г. Киссинджер был никому не известный академик, принявший участие во встрече в школе морской пехоты в Квантино, штат Вирджиния, организованной в то время помощником президента по внешним связям Нельсоном Рокфеллером. Эта встреча стала началом длительной дружбы между ними, кульминацией которой был подарок Киссинджеру стоимостью в 50 тыс. долларов от Рокфеллера.

Киссинджер вскоре был представлен Дэвиду Рокфеллеру и другим видным членам СМО. Через Совет по международным отношениям Киссинджер получал финансирование для высокопоставленных лиц Комиссии по ядерной энергии, трех отраслей министерства обороны, ЦРУ и Государственного департамента. Он использовал этот доступ, чтобы выпустить бестселлер под названием “Ядерное оружие и внешняя политика”, в которой категорически возражал против того, что ядерная война может быть “победоносной”. До прихода администрации Никсона Киссинджер был госсекретарем, но еще и сегодня он остается влиятельной фигурой в мировых делах.

Справка. Киссинджер, Генри Альфред (р. 1923) - государственный деятель, политолог. Родился в Германии, в 1938 г. эмигрировал с родителями в США, в 1943 г. получил американское гражданство. В 1943-1946 гг. служил в армии США. В 1950 г. окончил Гарвардский университет, в 1954 г. защитил диссертацию по международным отношениям, с 1962 г. - профессор. В 1951-1969 гг. вел преподавательскую и исследовательскую работу в Гарвардском университете.

С начала 50–х годов регулярно привлекался госдепартаментом, министерством обороны, Советом национальной безопасности и другими ведомствами в качестве консультанта. В 1969-1975 гг. - помощник президента по вопросам национальной безопасности. В 1973 г. был одновременно назначен государственным секретарем США, пробыл на этом посту до 1977 г. С 1977 г. - консультант по внешнеполитическим вопросам ряда корпораций и научно–исследовательских центров США: преподает в Джорджтаунском университете, научный сотрудник Аспенского института.

При администрации Рейгана стал привлекаться в качестве консультанта по внешнеполитическим проблемам. В 1984 г. назначен в президентский консультативный совет по вопросам разведывательной деятельности. Автор книг по вопросам внешней политики и военно–политической стратегии, мемуаров: “Ядерное оружие и внешняя политика” (1957), “Необходимость выбора: перспективы американской внешней политики” (1961), “Потревоженное партнерство: переоценка Атлантического союза” (1965), “Годы в Белом доме” (1979), “Годы сдвигов” (1982) и другие.

В последние годы Киссинджер стал известен тем, что с ним жаждет встречи правосудие нескольких стран. Следователи хотели бы задать ему ряд неприятных вопросов о его деятельности в далеко минувшие 60–е в качестве госсекретаря США. Против Киссинджера выдвигаются обвинения в том, что он способствовал военным преступлениям, совершенным, в частности, в Индонезии, где в середине 60–х годов путчисты, захватив власть, уничтожили сотни тысяч членов Компартии Индонезии, а затем занялись истреблением населения Восточного Тимора, добивавшегося отделения от Индонезии. После выдвижения этих обвинений Киссинджер не рискует, например, приехать во Францию, где его могут взять под белы руки и препроводить на допрос...

12 января 2005 г. в Независимой газете появилась заметка: “ЦРУ отказалось от Киссинджера”: “Патриарх американской дипломатии, бывший госсекретарь США Генри Киссинджер отстранен от должности советника ЦРУ. Ему и ряду других видных експертов заявлено, что разведка США в их услугах больше не нуждается, сообщает журнал “Ньюсуик”. Письма были подписаны новым директором ЦРУ Портером Госсом. Их получили члены трех консультативных органов при ЦРУ, которые в течение многих лет давали экспертные оценки и советы руководству разведки”.

Возникает вопрос, свидетельствует ли это решение о том, что ЦРУ и правительство США намереваются проводить собственную политику, освободившись от опеки Великобритании и Комитета 300, или здесь что-то другое? Как известно, создание Комитета 300 и его деятельность — это история триумфа британской монархии над Соединенными Штатами.

Путь к власти Генри Киссинджера, главного агента Королевского института международных дел (КИМД) Великобритании в США, который является исполнительным органом Комитета 300, достаточно необычен. Приведем несколько главных фактов взлета Киссинджера к славе, богатству и власти. После обязательной службы в армии США, где он был шофером генерала Фрица Кремера и исколесил всю разрушенную войной Германию, Киссинджер был отобран — благодаря семье Опенгеймеров — для дальнейшего обучения в Уилтон Парк. В то время Киссинджер имел звание рядового. В 1952 г. Киссинджера направили в Тавистокский институт, где его обработкой занимался Р. В. Дикс, а затем его направили служить в нью–йоркское отделение СМО.

Многие исследователи считают, что с проектом официальной ядерной программы США Киссинджер был ознакомлен в Тавистоке. В дальнейшем он принимал непосредственное участие в оформлении этого проекта во время семинара организации “Круглый стол” по теме: “Ядерное оружие и внешняя политика”. На этом семинаре была выдвинута доктрина, известная как “гибкий ответ”, которая вскоре стала известной под сокращенным названием MAD (“безумная”).

Благодаря Уильяму Янделлу Эллиоту и при попечительстве главного директора “Круглого стола” и шефа по полевым операциям английской разведки МИ-6 в США Джона Уилера Беннета, Киссинджер стал “любимым сыном” Уильяма Эллиота и направлен в “Круглый стол” для проталкивания монетаристской политики Финансового интернационала.

Киссинджер четко выполнял наставления Эллиота и очень сильно изменился. Он уже не был похож на человека, которого генерал Кремер когда-то описывал как “моего маленького шофера–еврейчика”. Он стал рьяным учеником и приверженцем прогнившей британской аристократии. Восприняв философию Арнольда Тойнби, главного директора по разведке для МИ-6 в Королевском институте международных дел, Киссинджер к середине 60–х годов доказал свою полезность и “Круглому столу”, и КИМД, то есть британской монархии.

В качестве поощрения и одновременно испытания Киссинджер был отдан в распоряжение небольшой группы исследователей, в которую входили Джеймс Шлезингер, Александр Хейг и Даниэл Элсберг. С этой группой сотрудничал и главный теоретик “Института политических исследований” Ноам Хомски.

Александр Хейг, как и Киссинджер, работал на генерала Кремера, и тот нашел несколько различных вакансий в Министерстве обороны для своего протеже. Как только Киссинджер был назначен советником по национальной безопасности, Кремер добился, чтобы Хейг был назначен его заместителем. Несколько позже Элсберг, Хейг и Киссинджер реализовали уотергейтский план КИМД, чтобы изгнать Никсона с поста президента за неподчинение распоряжениям Комитета 300.

Уотергейтское преследование Никсона было самым крупным переворотом, реализованным “Круглым столом”, который был агентством и инструментом политики КИМД. Унижение Никсона было предметным уроком и предупреждением будущим президентам США, чтобы они не воображали, что могут пойти против Комитета 300 и победить.

В свое время безжалостно был убит президент Джон Кеннеди на виду всего американского народа по той же причине. Фигура же Никсона не считалась столь значительной, чтобы его удостоить участи президента Кеннеди. Но какой бы метод устранения президентов не избирался, Комитет 300 принимает меры, чтобы до сознания каждого президента Белого дома дошло предупреждение: “нет ни одного человека вне пределов нашей досягаемости”.

О том, что это предупреждение остается в силе, как во времена убийства Кеннеди и изгнания Никсона, свидетельствует поведение Джорджа Буша, чье старание услужить своим хозяевам должно стать причиной серьезной озабоченности общественности США, обеспокоенной будущим своей страны [174].

Согласно опубликованным сообщениям администрация Клинтона была перенасыщена членами СМО, которые способствовали его восхождению на должность. Члены Совета были назначены послами многих стран мира, например, Испании, Великобритании, Австралии, Чили, Сирии, Южной Африки, России, Румынии, Японии, Кореи, Мексики, Италии, Индии, Франции, Чешской Республики, Польши, Нигерии и Филиппин. Полтора десятка членов Палаты представителей и Сената — члены Совета по международным отношениям.

Автор Роберт Энтон Вильсон отметил, что “если бы у СМО были миллионы членов подобно, скажем, Пресвитерианской Церкви, этот список много бы не значил. Но у СМО только 3300 членов” [175].

Учитывая свое банковское происхождение (из Уолл–стрит) и присущие ему тайны, Совет по международным отношениям находился под острой критикой консервативных авторов. Такое пристальное общественное внимание к Совету по международным отношениям было одной из причин, которые способствовали созданию такой более открытой организации, как Трехсторонняя комиссия.

Увеличение численности членов Совета по международным отношениям в правительстве привлекло огромное общественное внимание к этому факту и послужило широкой популярности Гарри Алена, чья книга о глобалистских организациях “Никто не посмеет назвать это заговором” разошлась тиражом больше чем в пять миллионов экземпляров. И это несмотря на ее игнорирование средствами массовой информации, которые сообщали как раз перед национальными выборами 1972 г. следующее:

“Действительно нет никакой разницы между кандидатами в президенты. Избирателям давали право выбора между мировым правительством СМО в пользу Никсона и мировым правительством СМО в пользу Хэмфри. Чтобы одурачить массы, была изменена только риторика” [176].

Призывая к действию, Ален повторил замечание многих исследователей, подозрительно относящихся к мотивам Совета по международным отношениям, когда написал:

“Демократы и республиканцы должны ломать традиции контроля над партиями, к которым они проявляют благосклонность. Представителей из СМО и их прислужников, а также тех, кто стремится взобраться по служебной лестнице, следует попросить удалиться, либо удалиться должны патриоты” [177].

Многие исследователи заговора видят аналогичную ситуацию и в выборах 2000 г. Конкурентная борьба между демократом Альбертом Гором и республиканцем Джорджем Бушем носила символический характер для страны, так как у обоих претендентов на пост президента существовал давний бизнес и семейные связи с банкирами Уолл–стрит и членами Совета по международным отношениям.

Аналогичная ситуация была и на выборах 2004 г. Зададимся вопросом, а что объединяло в 2004 г. претендентов на пост президента Соединенных Штатов Америки нынешнего президента Джорджа Буша–младшего и его основного соперника Джона Керри?

Ответ простой. Членство в одном тайном обществе, имеющем название Орден “Череп и Кости” (Skull and Bones). Оба претендента на пост президента США закончили Йельский университет и во время учебы вступили в тайное общество этого учебного заведения. Поэтому предвыборная борьба — это спектакль с известным исходом. Кто бы ни пришел к власти, он будет управляем членами Ордена высшей степени посвящения.

Исследователь Перлофф предостерегал от Христианской перспективы, когда грандиозное сражение происходит между царством Христа и

“царством зла — монополярным правительством: царством Антихриста... Много представителей американского истеблишмента посвятили себя изучению одной стороны этого конфликта, которая не связана с древними священными писаниями... Заговорщики они или нет, осознают ли они конечный результат своих действий, их мощное влияние двигает мир в сторону апокалипсических событий” [178].

Бесспорно, Совет по международным отношениям обеспечил себе монопольное влияние, если не сказать прямой контроль американской политики, осуществляемой на протяжении почти столетия. Но последние годы все большую активность на международной арене проявляет другое детище Финансового интернационала — Трехсторонняя комиссия.

Трехсторонняя комиссия

Благодаря развитию технологии средств коммуникаций к началу 1970 годов все большее количество людей стало узнавать о тайных организациях типа Совета по международным отношениям. Прежний председатель СМО Дэвид Рокфеллер, чтобы отвлечь общественное внимание от действий Совета, выступил с инициативой создания общественной организации открытой для широкой публики, а именно — Трехсторонней комиссии (Trilateral Commission).

Трехсторонняя комиссия (ТК), как и ее предшественник СМО, создавалась по принципу тайных организаций, которые могут руководить общественной политикой в различных направлениях.

Мысль о ТК была первоначально подброшена Рокфеллеру профессором Збигневом Бжезинским, который тогда возглавлял Институт проблем коммунизма при Колумбийском университете. В то же время в Бруклинском институте Бжезинский занимался исследованиями, которые привели его к осознанию необходимости более близкого сотрудничества между Европой, Северной Америкой и Азией.

В 1970 г. Бжезинский в “Форин Эфеарз” написал статью о СМО, где отмечал: “Необходим новый и более широкий подход к созданию сообщества развитых наций, которое сможет эффективно решать вопросы, с какими сейчас сталкивается человечество... Хорошим началом такого сотрудничества мог бы стать совет, куда войдут Соединенные Штаты, Западная Европа и Япония, с регулярными встречами глав правительств, а также выработкой механизмов его работы” [179].

В том же году он издал книгу “Между двумя эпохами: Роль Америки в технотронную эру”, в которой изложил свое видение будущего. Он пророчески предсказал общество, “которое культурно, психологически, социально и экономически будет сформировано под воздействием развития технологий и электроники, особенно в области компьютерной техники и средств коммуникации” [180].

Взгляды Бжезинского могли вызвать подозрения тех, кто настроен против консолидации мировой политической и экономической власти. Провозглашая, что “национальный суверенитет не является более жизнеспособной концепцией”, он предсказывал “движение к широкому сообществу развивающихся стран... через разнообразие косвенных связей и ограничения национальных суверенитетов” [181]. Он предполагал, что это сообщество будет финансироваться с помощью “глобальной системы налогообложения”.

Объясняя, что такой центр, как Трехсторонняя комиссия, должен стать основой для будущей консолидации, он писал:

“Хотя цель создания сообщества развитых наций менее честолюбива, чем цель единого мирового правительства, последняя более достижима” [182].

Бжезинский, надеясь на создание всемирного глобального общества, не исключал из него страны, находившиеся тогда под коммунистической властью. Дальнейшую эволюцию коммунистических стран он охарактеризовал как “творческую стадию в утверждении универсальных взглядов человечества” и “победу внешнего человека над внутренним, пассивным человеком, победу разума над верой” [183].

Планы Бжезинского относительно Трехсторонней комиссии были сначала представлены на встрече в то время сверхсекретной группы Бильдербергского клуба в апреле 1972 г., в маленьком бельгийском городе Кнокке–Хайст [184]. Предложение Бжезинского было воспринято с энтузиазмом. Международные финансисты были обеспокоены никсоновской девальвацией доллара, дополнительными налогами на импорт и отношениями с Китаем, что комплексно влияло на ухудшение отношений с Японией. А увеличение цены на нефть Организациями стран — экспортеров нефти (ОПЕК) привело к усугублению энергетических проблем.

С благословения членов Бильдербергского клуба и СМО, Трехсторонняя комиссия начала организационную работу 23-24 июля 1972 г. на территории, принадлежащей Рокфеллеру (Покантино Хиллз, Нью–Йорк). В этой встрече участвовали Рокфеллер, Бжезинский, директор Бруклинского института внешней политики Генри Оуэн, Макджордж Банди, Роберт Буи, С. Фред Бергстен, Бейлис Маннинг, Карл Карстенз, Гиде Колонна де Пальяно, Франсуа Душен, Рене Фок, Макс Констамм, Кличи Миязава, Сабура Икота и Тадаши Ямамото. Все это были люди отобранные Рокфеллером и Бжезинским [185].

1 июля 1973 г. Трехсторонняя комиссия была основана официально. Ее председателем стал Дэвид Рокфеллер, будучи тогда председателем Чейз Манхэттен Банк. Профессор Гарвардского университета Збигнев Бжезинский, ставший позднее помощником президента Джимми Картера по вопросам национальной безопасности, был назначен директором Североамериканского отделения, куда входили: губернатор Джорджии Джимми Картер, конгрессмен Джон Б. Андерсен, главный редактор “Тайм” Хедли Доннован. Зарубежные члены группы включали: Реджинальда Модлинга, лорда Эрика Ролла, редактора журнала “Экономист” Алистера Барнета, президента концерна “Фиат” Джованни Аннелли и французского вице–президента Комитета европейских сообществ Раймонда Бара.

Первоначально, в 1972 г., Рокфеллер и Бжезинский выбрали 200 ее членов по всему миру, включающих около одной трети североамериканцев, одной трети европейцев и одной трети японцев. В 1993 г. эта цифра в мире увеличилась примерно до 325 членов, названных Трехсторонней комиссией “выдающимися гражданами”, но фактически отражающих чрезвычайно узкий спектр мирового мнения и культуры, слой совершенно никем не избранных и не представляющих ничего, кроме личных взглядов Дэвида Рокфеллера [186].

Однако в популистских политических кругах Трехстороннюю комиссию считают откровенным механизмом достижения нового мирового порядка, что звучит подозрительно, как и другие диктаторские “Мировые порядки”.

С этой точки зрения “трехсторонние” являются врагами свободы и служат для установления монополии на мировую политическую власть в своих собственных интересах.

Тридцать лет тому назад у Трехсторонней комиссии была очень короткая история, и трудно было обнаружить ее намерения. Сегодня можно несколько по–иному взглянуть на историю Трехсторонней комиссии и более точно оценить ее цели в свете прошлых политических акций.

С самого начала комиссию назвали “частной” и “неофициальной”, с объявленной целью “собрать вместе неофициальную группу наивысшего уровня для совместного рассмотрения общих проблем, стоящих перед нашими тремя регионами”, и “для укрепления сотрудничества”.

Во всех отчетах Трехсторонней комиссии можно обнаружить смешение “частного” и “общественного”. Комиссия утверждается как частная группа, основанная частным гражданином — Дэвидом Рокфеллером. Однако ее цели и операции ориентированы на общественную политику.

Из документов Трехсторонней комиссии:

“В полном составе Комиссия собирается один раз каждый год: в Лиссабоне — в 1992 г., в Вашингтоне — в 1993 г., в Токио — в 1994 г. В дополнение к специальным тематическим заседаниям и обзорам текущих событий в наших регионах значительная часть каждой ежегодной встречи посвящается рассмотрению проектов отчетов, представленных в Комиссию.

Эти отчеты являются в целом совместным продуктом авторов от каждого из трех регионов, которые собираются на уровне консультантов в процессе своей работы. За дискуссией на ежегодной встрече Комиссии следует публикация. Авторы ответственны за свой окончательный текст. Отдельная публикация представляется на ежегодной встрече. В результате региональной деятельности иногда появляются неформальные труды.

У каждой региональной группы есть председатель и его заместитель, которые совместно составляют руководство Комиссии. Исполнительный комитет из общего числа членов включает в себя еще 36 человек” [187].

Короче говоря, эта группа частных граждан организована таким образом, чтобы обеспечить ее коллективным взглядам значительное влияние на общественную политику. Они встречаются, они рассматривают, они обсуждают, они докладывают и после этого обнародуют свои рекомендации.

Согласно информации ежегодного издания журнала “Триалог” (“Треугольник”. — Н. С.): “Трехсторонняя комиссия была создана в 1973 г. частными лицами Западной Европы, Японии и Северной Америки, чтобы способствовать более близкому сотрудничеству между этими тремя регионами по общим проблемам” [188]. Скептики видели в этом “более близком сотрудничестве” скорее тайный “сговор” международных банкиров и корпоративной элиты с целью создания единого мирового правительства.

Три штаб–квартиры этой организации размещены в Нью–Йорке, Париже и Токио. Исполнительный комитет, состоящий из тридцати шести членов, управляет делами Трехсторонней комиссии, проводит встречи членов комитета каждые девять месяцев поочередно в каждом из этих трех регионов.

Но кто финансирует эту организацию? Ее представители подчеркивают, что она не получает никакого государственного финансирования. В докладе за 1978 г. отмечено, что финансирование комитета с середины 1976 г. до середины 1979 г. составило 1,18 млн долларов, большая часть этой суммы поступила от необлагаемых налогами фондов, типа фонда братьев Рокфеллеров.

Только в 1977 г. этот фонд перечислил на счета Трехсторонней комиссии 120 тыс. долларов. Были также пожертвования от фондов Форда, немецкого подразделения фонда Маршалла и корпораций типа “Таймс”, “Бетчел”, “Эксон”, “Дженерал моторс”, “Веллс–Фарго” и “Тексах Инструментс” [189].

Кроме информационного бюллетеня “Триалог”, Комиссия регулярно выпускает большое количество “Докладов о текущих задачах” или “Документов Треугольника”, которые являются общественно доступными. “Многие годы эти заговорщические информационные бюллетени правых и левых разглашали тайны, которые поступали непосредственно из Трехсторонней комиссии!” [190], — насмехался журналист и исследователь ее деятельности Роберт Ерингер. — Большинству исследователей ясно, что документы были доступны публике, и они не содержат никакой внутренней “тайны”.

Любопытный документ под названием “Кризис демократии” был опубликован комитетом в 1975 г. Один из его авторов, гарвардский политолог Сэмюель П. Хантингтон признавал, что Америке необходима “большая степень умеренности в демократии”. Он считал, что демократические институты не способны адекватно ответить на кризисы типа ядерного инцидента в Карибском море или операций по вылавливанию в море кубинских беженцев. В документе декларировалось, что сегодня нужны лидеры с “опытом, зрелостью и особым даром” для преодоления “возрастающих запросов демократии” [191].

Через три года после выхода этого документа Хантингтон был назначен координатором планирования вопросов безопасности в Совет национальной безопасности 39–го президента США Джимми Картера. В этой должности Хантингтон подготовил президентский обзорный Меморандум-32, который послужил основой для создания Федерального агентства управления чрезвычайными ситуациями. Президентским указом в 1979 г. была создана гражданская организация, имеющая право контроля правительственных функций в случае национальной “критической ситуации”.

Экономист Йельского университета Ричард Купер возглавил подразделение Трехсторонней комиссии по вопросам валютной политики, рекомендовавшее продавать государственные золотые запасы частным рынкам. Вскоре Купер стал заместителем государственного секретаря по экономическим вопросам. При его председательстве Международный валютный фонд продал часть своего золотого запаса [192].

Один из членов ТК Джон Сохилл был автором первого доклада комитета “Энергетика: Управление в переходный период”, высказавший рекомендации, в каком направлении необходимо двигаться, чтобы обеспечить более высокую стоимость энергии. Тогда же Джимми Картер назначил Сохилла заместителем министра энергетики. Помощь в подготовке доклада “Реформа международных институтов” оказывал С. Фред Бергстен, который вскоре стал помощником министра финансов Совета по международным отношениям.

“Многие из основателей Трехсторонней комиссии заняли высокие правительственные должности, где они составляют основу, способную осуществить рекомендации политического курса комиссии, рекомендации, которые они же и готовят в интересах Трехсторонней комиссии, — отмечал журналист Эрингер. — Вот почему ТК приобрела репутацию теневого правительства Запада” [193].

“Щупальца Трехсторонней комиссии дотягиваются до политической и экономической сферы, что свидетельствует о способности власть имущих управлять миром, создавая супернациональное сообщество, в котором главенствующую роль играют многонациональные корпорации”, — писал исследователь Лори К. Стрэнд в статье “Кто виноват — шесть возможных соперников” (“Народный Альманах” № 3).

Даже “Ю. С. ньюс энд Уорлд рипорт” заметила глобализм планов комиссии, сообщив, что “члены ТК не делают никакой тайны из своих планов. Они принимают на работу только людей, заинтересованных в глобальном международном сотрудничестве” [194].

Исследователи Энтони К. Саттон и Патрик М. Вуд в своей книге “Трехсторонняя комиссия над Америкой” выразили подозрения относительно планов комиссии и высказали свое мнение об этой организации:

“Трехсторонняя комиссия была основана постоянными стратегическими маневрами Дэвида Рокфеллера и Збигнева Бжезинского.

Рокфеллер тогда был председателем сверхмощного Чейз Манхэттен банка, директором многих многонациональных корпораций и фондов. Длительное время Рокфеллер является центральной фигурой в таинственном Совете по международным отношениям. Збигнев Бжезинский, великолепный прогнозист однополярного идеализма, профессор Колумбийского университета и автор книг, служивших руководством для осуществления политического курса СМО, был исполнительным директором Трехсторонней комиссии со дня основания и до 1976 г., когда президент Картер назначил его на должность помощника по вопросам национальной безопасности” [195].

Именно Бжезинский ввел Джимми Картера в 1973 г. в состав Трехсторонней комиссии. Поэтому в период президентства Картера было обнародовано так много материалов о ТК, что в средствах массовой информации разгорелись серьезные дебаты.

Даже такая солидная газета, как “Вашингтон пост”, в начале 1977 г. прокомментировала: “Есть нечто тревожащее, что касается Трехсторонней комиссии. Избранный президент Картер и вицепрезидент Уолтер Мондейл являются ее членами. Там же и вновь назначенные государственный секретарь Сайрус Вэнс, министр обороны Гарольд Браун, министр финансов Майкл Блюменталь, а также Збигнев Бжезинский, бывший директор ТК, советник Картера по национальной безопасности и ряд других личностей, которые будут формировать внешнюю политику Америки в последующие четыре года” [196].

В администрацию Картера входили и другие члены ТК: Люси Уилсон Бенсон — помощник госсекретаря по вопросам безопасности;

Генри Оуэн — помощник госсекретаря по экономическим вопросам; заместитель госсекретаря Уоррен Кристофер; Ричард Холбрук — заместитель госсекретаря по странам Восточной Азии и Тихого океана; У. Энтони Лейк — заместитель госсекретаря по политическому планированию; Ричард Купер и Люси Бенсон — заместители госсекретаря по экономическим вопросам и вопросам безопасности; Пол Варнак — директор агентства по разоружению и контролю над вооружениями; Энтони Соломон — заместитель министра финансов; Эндрю Янг — представитель США в ООН; Сол Линовиц — член делегации по переговорам о договоре по Панамскому каналу; Джералд Смит — посол по особым поручениям на переговорах о ядерной энергии; послы Ричард Гарднер и Элиот Ричардсон.

Для того чтобы не сложилось мнение, что Трехсторонняя комиссия была обычным органом Демократической партии, “Ю. С. ньюс энд Уорлд рипорт” в 1978 г. опубликовала список влиятельных республиканцев, членов Трехсторонней комиссии. Он включал прежнего госсекретаря Генри Киссинджера, Уильяма Коулмена (министерство транспорта), Карла Хиллза (благоустройства и городского развития), Питера Питерсона (торговли) и Капера Вайнбергера (здравоохранения, образования и благосостояния).

В списке также были фамилии бывших высокопоставленных чиновников. Среди них директор ЦРУ и будущий президент Джордж Буш, заместители госсекретаря Роберт Ингерсолл и Чарльз Робинсон, заместитель министра обороны Дэвид Паккард, руководитель Управления по охране окружающей среды Рассел Е. Трен. К ним следует добавить послов Уильяма Кантона (ООН) и Эндо Армстронга (Англия), членов Конгресса Джона Андерсена, Уильяма Брика, Уильяма Коэна, Бербера Конабла, Джона Данфорта и Роберта Терта–младшего, а также экономического советника Мартина Уитмена.

Банкир Пол Волкер был назначен президентом Картером председателем центрального банка Америки — Федеральной резервной системы (ФРС). Согласно сообщениям, назначенный по указанию Дэвида Рокфеллера банкир Волкер был председателем Североамериканского отделения Трехсторонней комиссии, а также членом таких тайных обществ, как Совет по международным отношениям и Бильдербергский клуб. На посту ФРС, в период президентства Рональда Рейгана, его сменил Алан Гринспен, также член Трехсторонней комиссии, СМО и Бильдербергского клуба.

Такие назначения дают повод многим общественным деятелям считать, что американская государственная политика осуществлялась при помощи вышеназванных рокфеллеровских организаций.

Слова Саттона и Вуда, написанные почти двадцать лет назад, очень правдоподобно звучат и сегодня для тех, кому небезразлична судьба их государства и кто не доверяет суперэлите, пытающейся осуществлять мировой контроль. Они писали:

“По библейским стандартам, Соединенные Штаты Америки, конечно, заслуживают осуждения — извращенность нравов, насилие над детьми, жадность и алчность — пароль к успеху, загнивающая мораль. Если мы намерены погрузиться в пучину мрачных времен, то наиболее логичным катализатором и двигателем их служит Трехсторонняя комиссия” [197].

Бывший сенатор и кандидат в президенты Барри Голдуотер выразил опасения многих, написав, что

“истинные намерения членов Трехсторонней комиссии заключаются в создании всемирной экономической надстройки, стоящей над политической властью отдельно взятых государств, входящих в ее состав. Как менеджеры и создатели системы, они будут управлять миром” [198].

Такая критика побудила в 1980 г. Дэвида Рокфеллера защитить Трехстороннюю комиссию публикацией в “Уолл–стрит джорнал”, где он писал:

“Далекая от кругов международных заговорщиков с их тайными планами управления миром, Трехсторонняя комиссия в действительности является группой обеспокоенных граждан, заинтересованных в создании большего взаимопонимания и тесного международного сотрудничества” [199].

Но иногда критика исходила и непосредственно от администрации Картера. Госсекретарь Эдмонд Маски заявлял, что Бжезинский больше занимался внешней политикой, чем координировал ее. Уильям Салливан, в то время американский посол в Иране, обвинил Бжезинского в саботаже американских усилий по улучшению отношений с Ираном после свержения шаха.

“К ноябрю 1978 г. Бжезинский стал проводить свою собственную политику и создавать свое собственное посольство в Иране”, — жаловался Салливан.

Подобные обвинения вызвали обеспокоенность в Вашингтоне относительно существования тайных организаций. Комментатор Николс фон Гофман отмечал:

“Бжезинский длительное время запугивал тех, кто интересовался Трехсторонней комиссией, что в группу Рокфеллера входят мировые влиятельные личности, имеющие большие полномочия. Для большинства американцев, как правых, так и левых взглядов, комиссия, пытающаяся влиять на торговую и дипломатическую политику правительств, является заговором, вызывающим беспокойство” [200].

Беспокойство выразила и организация ветеранов. В 1980 г. национальное собрание Американского легиона приняло постановление № 773, которое призывало Конгресс к расследованию деятельности Трехсторонней комиссии и Совета по международным отношениям. Через год аналогичное постановление приняли члены организации “Ветераны войн за рубежом”.

Конгрессмен Лэрри Макдональд, председатель общества Джона Бирча, представил эти постановления в Палату представителей, однако реакции не последовало. Таким образом, Макдональд стал единственным критиком этих тайных обществ, и вскоре, 1 сентября 1983 г., он погибнет в авиакатастрофе самолета Корейских авиалиний 007. Причины катастрофы до сих пор неизвестны.

В период президентской кампании 1980 г. кандидат–республиканец Рональд Рейган продолжил разоблачения, назвав девятнадцать членов Трехсторонней комиссии в администрации Картера, включая самого Картера. Он писал, что ТК у него ассоциируется с “роскошной возможностью проведения расследований” и поклялся провести расследование в случае его избрания президентом. Конкурируя с Джорджем Бушем за президентское кресло, Рейган подверг жестокой критике членство Буша в Трехсторонней комиссии и СМО и пообещал не давать Бушу никакой должности в своей администрации.

Тем не менее в тот период имел место ряд странных событий. В то время как Рейган был бесспорным кандидатом в президенты, объектом ожесточенной борьбы стал пост вице–президента. Комментаторы национальных средств массовой информации стали говорить о некоторой “власти мечты”, состоящей из президента Рейгана и вице–президента (и бывшего президента) Джеральда Форда. Это предполагало создание совместного президентства и, следовательно, разделение власти. Если же Форд станет президентом, он мог сформировать половину кабинета из сторонников Рейгана.

Возникшая перспектива осуществлять контроль только над половиной правительства заставила Рейгана поздно вечером заявить:

“Я знаю, что нарушил сложившееся правило, обращаясь к вам сегодня вечером....Однако, посмотрев телевидение в гостинице и прослушав распространяемые слухи и сплетни, сделал соответствующие выводы.

Большое количество республиканских лидеров понимает, что включение прежнего президента Соединенных Штатов Джеральда Форда на второе место в списке может расколоть будущий президентский кабинет. Поэтому завтра, когда сессия возобновит работу, я намерен выдвинуть Джорджа Буша кандидатом на пост вице–президента” [201].

Рейган никогда больше не сказал ни единого слова против Трехсторонней комиссии и Совета по международным отношениям. После его избрания переходная команда президента Рейгана — пятьдесят девять членов — состояла из двадцати восьми членов СМО, десяти членов Бильдербергского клуба и не менее десяти членов Трехсторонней комиссии.

Он даже назначил влиятельных членов СМО руководить тремя наиболее важными направлениями: госсекретарем — Александра Хейга, министром обороны — Каспера Вайнбергера и министром финансов — Дональда Ригана. Кроме того, руководителем аппарата стал организатор выборной кампании Буша Джеймс А. Бейкер, который был представителем четвертого поколения семейства, имевшего тесные связи с Рокфеллером по нефтяному бизнесу.

Через два месяца после вступления в должность на президента Рейгана было совершено покушение. 25–летний Джон У. Хинкли, человек без определенных занятий из Эвергрина (штат Колорадо), стрелял в Рейгана 30 марта 1981 г., когда президент вышел из отеля “Хилтон” в Вашингтоне, где выступал с речью. Хинкли схватили сразу же после того, как он сделал то ли четыре, то ли шесть выстрелов из револьвера калибра 0,22 — того самого вида оружия, которое чаще всего фигурирует в сообщениях американской криминальной хроники. На мгновение президент застыл у двери своего лимузина, но тут же агент спецслужбы буквально втащил его внутрь машины. В тот момент Рейган даже не понял, что в него стреляли, и подумал, что просто повредил себе что-то, неловко садясь в машину. Только на пути в госпиталь выяснилось, что президент ранен.

Пули, посланные Хинкли, попали также в Джеймса С. Брейди — пресс–секретаря президента, Тимоти Дж. Маккарти — агента спецслужбы, Тимоти К. Делаханти — офицера полиции округа Колумбия. Все они впоследствии выздоровели.

Хинкли, схваченный на месте преступления, был сыном служащего нефтяной компании. Он вырос в Далласе в благополучной в материальном отношении семье, откуда она переехала в Колорадо в 1974 г. Хинкли учился в Техасском техническом университете, но так и не закончил его. Он много путешествовал по стране и в 1978 г. вступил в Национал–социалистическую партию, чаще именуемую нацистской. Ее представитель поспешил заявить, что еще до нападения на Рейгана Хинкли отказали в продлении членства ввиду его “необузданного темперамента”.

В августе 1981 г. Хинкли предстал перед судом по обвинению в покушении на жизнь президента США. ФБР вскоре утвердилось во мнении, что Хинкли действовал в одиночку. Директор ЦРУ Уильям Кейси не был столь убежден в этом и распорядился провести серьезное расследование в отношении того, не могло ли КГБ иметь отношение к делу. Лишь самые убедительные доводы экспертов ЦРУ о непричастности Москвы окончательно развеяли его сомнения. Приговор, вынесенный судом, потряс всю страну — присяжные признали Хинкли невиновным по причине его невменяемости и поместили его в клинику для душевнобольных.

В 1987 г. была опубликована книга Боба Вудворда, репортера “Вашингтон пост”, под названием: “Покровы: секретные войны ЦРУ в 1981-1987 годах”, в которой он утверждал, что Рейган находился гораздо ближе к смерти, чем принято считать, и что его выздоровление проходило намного труднее, чем утверждали официальные бюллетени.

Вудворд также пишет, что нападение Хинкли стало причиной повышенной озабоченности директора ЦРУ вопросами безопасности президента. Некоторое время спустя ЦРУ и Белый дом приняли очень серьезные меры предосторожности в ответ на неподтвержденные данные о том, что ливийский лидер Каддафи послал в США боевиков с заданием убить Рейгана. Проведенное расследование по поводу слухов о ливийских боевиках привело к Манухеру Горбанифару — торговцу оружием, имевшему связи с разведками Израиля и Ирана. Впоследствии этот человек сыграл заметную роль в истории, связанной с продажей американского оружия Ирану.

Странным является то, что брат потенциального убийцы Джон В. Хинкли в тот день, когда было совершено покушение на Рейгана, планировал пообедать с сыном Буша Нейлом. Отец Хинкли, техасский нефтяник, и Джордж Буш были давними друзьями. Следует также отметить, что имя Буша, как и не очень тогда известное прозвище “Мак”, а также его адрес и номер телефона нашли в личной записной книжке геолога–нефтяника Джорджа де Мореншильдта, который был близким другом Ли Харви Освальда.

В докладе Федерального бюро расследования (ФБР) от 1963 г. содержалось упоминание о “Джордже Буше из ЦРУ” в связи с реакцией американского Кубинского сообщества на убийство Кеннеди. Это привлекло внимание средств массовой информации в ходе выборов 1992 г. Многие исследователи рассматривают эти кажущиеся незначительными и несвязанными между собой детали, о которых практически ничего не сообщалось, как важные определяющие совпадения.

Неопровержимые связи, подтверждающие лидерство Америки в СМО и Трехсторонней комиссии — наряду с тем фактом, что известный глобалист и банкир Дэвид Рокфеллер был лидером обеих групп, вызвали ажиотаж среди исследователей заговоров, а также среди левых и правых политических сил.

“Если Совет по международным отношениям можно назвать благодатной почвой для концепции монополярного идеализма, то Трехстороннюю комиссию следует считать “тактической, пробивной силой”, — писали исследователи Саттон и Вуд в 1979 г. — Комитет уже расставил своих членов... на высшие посты США, вакансий больше нет” [202].

Президент “Лизинг трут паблишерз” в Остине, штат Техас, Тексе Марс, предостерегал: “Трехсторонняя комиссия — это общество, имеющее целью ускорить наступление эры мирового правительства и создания международной экономики, управляемой из-за кулис тайным братством (Орденом иллюминати)”. Покойный сенатор Барри Голдуотер в книге “Никаких извинений”, вышедшей в 1979 г., предупреждал:

“Самая новая международная интрига Дэвида Рокфеллера (Трехсторонняя комиссия) предназначена стать движущей силой для многонациональной консолидации коммерческих и банковских интересов, обеспечения контроля деятельности правительства Соединенных Штатов” [203].

Такие утверждения послужили выходу в 1981 г. одной публикации в газете “Вашингтон пост”, обычно не интересовавшейся никакими теориями заговоров. Авторы публикации, подтверждая существование Трехсторонней комиссии, саркастически писали:

“Помните этих ужасных трехсторонников, международных заговорщиков, возглавляемых Дэвидом Рокфеллером, собравшихся завоевать мир? Джимми Картер был одним из них. Джордж Буш также их человек, и это ему дорого обошлось в прошлом году в его кампании против Рональда Рейгана... Ну, так теперь догадайтесь, кто придет в Белый дом и кто пригласил их. Догадайтесь, кто возглавит кампанию. Правильно. Идут трехсторонники. Их попросил прийти президент Рейган. Они будут во главе с Дэвидом Рокфеллером. Трехсторонники спустились на землю, а теоретики заговоров, без сомнения, будут находиться рядом” [204], — издевались они.

Однако в дальнейшем все администрации после Картера имели в своем составе большое число членов Трехсторонней комиссии. Номинально они уходят из Трехсторонней комиссии при вступлении в правительство, но сразу же возвращаются в Трехстороннюю комиссию, уходя из правительства, “отставка” — это фарс — часть вращающейся двери “правительство — частный сектор”, которая сохраняет влияние в маленькой одинаково мыслящей самой элитной группе.

Президент Билл Клинтон — это “бывший член Комиссии на государственной службе”. Когда Клинтон ушел из Белого Дома, он снова вернулся в Трехстороннюю комиссию. Он не смог бы достигнуть президентства без одобрения и поддержки Трехсторонней комиссии.

В списке должностей кабинета от июля 1993 г. мы находим следующих членов Трехсторонней комиссии: Билл Клинтон, президент Соединенных Штатов; Уоррен Кристофер, заместитель директора переходного периода, Вернон К. Джордан.

Так, переходный процесс полностью контролировался Трехсторонней комиссией: Брюс Беббитт — министр труда США; Донна Е. Шалала — министр здравоохранения и гуманитарных служб США; Генри Уиснерос — министр жилищного строительства и городского развития США.

Должности в кабинете на 1994 г. возглавляли члены Трехсторонней комиссии: Грехем Эллисон — заместитель министра обороны по планированию и политике; Линн Э. Девис — заместитель госсекретаря по вопросам международной безопасности; Джон М. Дойч — заместитель министра обороны по комплектованию; Дэвид Джерген — помощник президента по коммуникациям; Уинстон Лорд — заместитель госсекретаря по странам Восточной Азии и Тихого океана; Элис М. Ривлин — заместитель директора офиса управления и бюджета; Дуюан Эдельман Сперо — заместитель госсекретаря по экономическим и сельскохозяйственным делам; Строуб Тэлботт — заместитель госсекретаря, бывший посол в России; Питер Тарнофф — заместитель госсекретаря по политическим делам; Клифтон Р. Уортон — заместитель госсекретаря в 1991-1993 гг. до Строуба Тэлботта.

Другие правительственные посты в администрации Клинтона: Уильям Дж. Кроу–младший — посол США в Великобритании; Элан Гринспен — председатель совета губернаторов, Федеральная резервная система; Джеймс Р. Джонс — посол США в Мексике; Джозеф С. Най–младший — председатель Совета национальной разведки, Центральное разведывательное управление.

В 1978 г. исполнительным директором ТК стал Джордж Франклин–младший. Трехсторонняя комиссия приглашает только членов со взглядами и целями нового мирового порядка.

Тогда президент Билл Клинтон являлся идеальным членом Трехсторонней комиссии, особенно потому, что вся его карьера сформировалась под опекунством и руководством сторонников нового мирового порядка.

И наконец, следует привести высказывание З. Бжезинского как члена ТК — важнейшей мондиалистской организации, занятой созданием нового мирового порядка. Он является человеком, хорошо осведомленным о замыслах и планах его созидателя. На закрытом заседании американо–украинского совещательного комитета по случаю присвоения ему звания “Почетный гражданин Львова”, Бжезинский открыто заявил, что “новый мировой порядок при гегемонии США создается против России, за счет России и на обломках России”.

У него нет сомнений в том, что “Россия будет раздробленной и под опекой”. В полной мере эти слова можно отнести и к Украине. Поэтому современный этап истории приобретает для нашей страны невидимую прежде остроту и драматичность, ведь решается вопрос: быть или не быть Украине.

Через 30 лет после основания Трехсторонней комиссии мы теперь можем оценить ее цели и намерения. Хотя вначале она была представлена как “исследовательская группа” заинтересованных граждан, занятых мировыми проблемами, мы обнаруживаем, что она является чем угодно, но не только этим.

Первое открытие — это то, что с самого начала Трехсторонняя комиссия представляла крайне узкие круги населения в каждой отдельной стране. Она настолько представляет мир, потребности и мировые нужды, насколько лиса представляет цыплят в курятнике.

Доминирующее влияние в ней всегда было за Дэвидом Рокфеллером и международными банкирами, теми, кто осуществляет в значительной степени контроль за направлениями мировых событий через финансовые рычаги. Более того, Дэвид Рокфеллер долгое время был председателем Федерального резервного банка в этой частной системе.

Федеральная резервная система — это не общественная организация, а частная, и этот факт надо иметь в виду. Дистанция между ФРС и господствующим в данный момент правительством сохраняется намеренно, чтобы контролировать финансовую систему в интересах тех, кто является хозяином Федеральной резервной системы.

У Рокфеллера действует маленький исполком, который приглашает известных граждан присоединиться к Трехсторонней комиссии. Это утверждает влияние Рокфеллера, ибо новые члены, по крайней мере, симпатизируют задачам Рокфеллера в своих частных суждениях.

Это само по себе не вызывало бы возражений, если бы Трехсторонняя комиссия действительно была “исследовательской группой” и если бы Трехсторонняя комиссия проявляла такой же интерес в дисквалификации федерального правительства при назначениях, какой она проявляет в работе ФРС.

Но Трехсторонняя комиссия — это не “исследовательская группа”. Ее исследования отданы на откуп теоретикам, которые могут также отражать взгляды Трехсторонней комиссии. Эти исследования являются затем основой для дискуссии в ТК, а согласованная политика становится политическими взглядами отдельных членов.

Когда их назначают в федеральное правительство, а обычно около одной трети членов всегда входят в действующую администрацию, тогда они воплощают эту политику на практике. Вывод таков, что Трехсторонняя комиссия является политически ориентированной группой, имеющей возможность перевести политику в действия независимо от пожеланий всего населения.

Мы нигде не найдем никаких политических устремлений в пользу свободного личного предпринимательства и личной свободы. Но мы найдем много утверждений о том, что мир “неуправляем” и что требуются действия правительства, чтобы привести в соответствие цели граждан с амбициями Трехсторонней комиссии.

Главы этой книги и примеры того, как пытаются решить социальные проблемы путем “войн”, демонстрируют политику, у которой должны быть скрытые цели. Что бы ни заявляли члены Трехсторонней комиссии, мы приходим к заключению, что целью их является новый мировой порядок под контролем членов Трехсторонней комиссии. Это был бы запланированный новый мировой порядок без индивидуальной свободы и без конституционных гарантий.

Так называемые проблемные “войны” предназначены для формирования такого решения проблем, которые привели бы к целям нового мирового порядка, и ни для чего иного [205].

Несмотря на общественные протесты, Трехсторонняя комиссия, конечно, считает, что поскольку это тайное общество, то его заседания не должны быть доступными для общественного исследования. И вполне вероятно, что она является лишь продолжением латентного Совета по международным отношениям, поскольку все восемь Североамериканских представителей на встрече по созданию Трехсторонней комиссии были членами СМО.

Но какое тайное общество было прародителем Совета по международным отношениям и Трехсторонней комиссии? Им был Королевский институт международных дел.

Королевский институт международных дел

Цели и методы современных тайных американских обществ зародились не в Америке, а были привнесены тайными обществами, доминировавшими в Европе на протяжении столетий.

Возвращаясь к встрече в Париже в 1919 г., приведшей к созданию Совета по международным отношениям, следует отметить, что Совет был просто американским отделением упомянутого “Института международных дел”. Английское отделение сохранило первоначальное название, известное как Королевский институт международных дел (КИМД), (Royal Institute for international Affairs).

Подобно СМО, создание института было инициировано советником Вудро Вильсона полковником Хаусом, банкирами Варбургом и Барухом, другими членами интернациональной группы “Расследования”. КИМД создавался по принципу существующего тайного общества под названием “Круглый стол”, основанного приблизительно в 1910 г. трестом английского алмазного магната Сесила Джона Родса.

Исследователь Дональд Гибсон появление этого института объясняет просто: “Королевский институт был создан в 1919 г., чтобы увековечить британскую мощь в мире, и это помогло создать Совет по международным отношениям с целью связать верхний класс Англии и его интересы в области внешней политики с аналогичными организациями в Соединенных Штатах Америки” [206]. По сути КИМД — это внешнеполитический исполнительный орган британской короны, с помощью которого британские семьи управляли и продолжают управлять США через свое тайное правительство.

Эту точку зрения повторил автор Ик, написавший: “Так называемые особые отношения между Англией и Америкой в действительности являются отношениями между КИМД и Советом по международным отношениям” [207].

КИМД расположен в районе Чэтем Хаус, находящемся в Лондоне, на площади Сен–Джеймс, напротив дома богатого семейства Астор. Британская внешняя политика, как часто считают, исходит из Чэтем Хауса.

Возглавил создание КИМД Лайонел Кертис, ветеран Бурской войны в Южной Африке, который был секретарем сэра Альфреда Милнера, британского верховного комиссара в Южной Африке. Лайонел Кертис был одним из блестящих молодых протеже Милнера из так называемого Детского сада Милнера. Его характеризовали как “английского общественного администратора и автора, защитника британского имперского федерализма и мирового государства, имевшего значительное влияние на создание Содружества наций... Он был ответственным за замену термина “Британская империя” на “Содружество наций” [208].

Милнер, “приверженец империализма”, получивший образование в Оксфорде и Нью Колледже, спровоцировал Бурскую войну 1899-1902 гг. своей жесткой позицией, и после победы обеспечил английский контроль над алмазными копями Южной Африки и значительной долей ее золотых запасов. Не случайно поэтому Милнер стал главным опекуном состояния Сесила Родса, алмазного магната, который представлял интересы Ротшильдов в Южной Африке [209].

У Сесила Родса, больше чем у кого?либо другого, был стимул для создания нескольких тайных обществ, начиная с “Круглого стола” и включая КИМД и СМО.

Профессор Кэрролл Квигли, видный историк и профессор истории в школе дипломатической службы Джорджтаунского университета и академический наставник президента Клинтона, объяснял: “Стипендии Сесила Родса (Клинтон тоже ее получал)... известны каждому. Менее известно то, что Родс в пяти предыдущих завещаниях все свое состояние определил на создание тайного общества, деятельность которого была направлена на сохранение и расширение Британской империи. Но что наверняка не известно никому, это то, что созданное тайное общество... продолжает существовать и сегодня” [210].

В 1968 г. Клинтон получил в Джорджтаунском университете степень бакалавра наук по международным делам. Он учился там под началом Кэррола Квигли, чья знаменитая книга “Трагедия и надежда” была опубликована в 1966 г.

В ней Квигли рассказал историю Королевского института международных дел, который создан по образу и подобию самой элитной английской группы под названием “Круглый стол”, финансируемой Ротшильдами и Сесилем Родсом, целью которой было управлять миром. Родс установил стипендии своего имени в Оксфордском университете — и Клинтону, преданному ученику миссии нового мирового порядка, дали стипендию Родса в Оксфордском университете.

В истории Квигли есть другая малоизвестная сторона. Квигли искренне верил в новый мировой порядок, но не знал о темной стороне глобалистов до тех пор, пока они не отказались печатать его книгу и уничтожили матрицы. В своей книге Квигли обращал внимание слишком многих честных ученых и граждан на теневую сторону нового мирового порядка.

Разница между Квигли и Клинтоном — в принципах поведения. Мы знаем, что Квигли был честным академиком, немного наивным, искренне удивленным, поэтому истеблишмент хотел засекретить замысел “Трагедии и надежды”. Клинтон же быстро усвоил уроки выгоды политической власти нового мирового порядка в традициях Ротшильда и Родса. В результате в то время как Квигли умер озадаченным человеком, каждый шаг Билла Клинтона (до начала 1994 г.) комментировался членами Трехсторонней комиссии и их соратниками, чтобы создать ему репутацию человека обмана и неискренности, который превзошел в этом всех бывших президентов Соединенных Штатов.

Чтобы узнать, почему Квигли и многие другие считают общество “Круглого стола” прародителем многих современных тайных обществ, следует более внимательно взглянуть на Сесила Родса, его наставника Джона Раскина, его опекуна лорда Милнера и понять их убеждения. Но об этом несколько позже.

В последние пятьдесят лет влияние на мировую политику было тесно связано и с другой тайной организацией — Бильдербергским клубом.

Бильдербергский клуб

Бильдербергский клуб составляет группа влиятельных мужчин и женщин, многие из них принадлежат к европейской знати, которые, ежегодно тайно встречаясь, обсуждают злободневные вопросы. Некоторые дотошные исследователи заявляют, что на этих тайных встречах клуба группа договаривается, как управлять мировыми событиями.

Несмотря на то что многие влиятельные в Америке представители средств массовой информации встречаются с членами Бильдербергского клуба, о членах этой группы и ее деятельности практически нет никакой информации. И несмотря на заверения многих авторов массмедиа о свободе слова и информации, факты свидетельствуют о том, что цензура и контроль информации все-таки существуют.

Как в Трехсторонней комиссии и Совете по международным отношениям, в Бильдербергском клубе существует взаимное членство этих трех обществ.

Английский исследователь Дэвид Ик рассказал историю доктора Катти Литтл, прекрасно дающую понять механизм долгосрочного планирования деятельности тайной группы. Доктор Литтл, работавшая в английском Министерстве авиастроения в годы Второй мировой войны, а позднее в Комитете по исследованию атомной энергии, вспоминает, как она в 1940 г. присутствовала на встрече “исследовательской группы” Лейбористской партии в Оксфордском университете.

Ведущим в тот вечер был молодой человек, утверждавший, что был непосредственным участником заговора, так называемого Марксистского переворота. Ведущий сказал, что является членом неизвестной организации (у нее не было никакого названия, чтобы труднее было доказать ее существование), ставившей своей целью установить марксистский контроль в Англии, Европе и некоторых частях Африки.

Он объяснил, что, поскольку англичане не доверяют экстремистам, члены организации будут изображать из себя умеренных, что позволит им устранить консервативных критиков. Ведущий добавил, что его кандидатуру отобрали, чтобы возглавить политическую секцию организации и что он надеется когда-нибудь стать премьер–министром Великобритании.

Ведущим был Гарольд Вильсон, действительно ставший премьер–министром в 1960–х и 1970–х годах [211].

Гарольд Вильсон ссылался на организацию, которая позже стала известной как “Бильдербергский клуб”, отмечал, что “она все еще не имеет никакого официального названия, но ассоциируется с отелем “Бильдерберг” в Остербике (Нидерланды), где впервые стала известной общественности в 1954 г. Встреча членов Бильдербергского клуба в феврале 1957 г. на острове Сен–Симон, что недалеко от острова Джекилл, штат Джорджия, была первой встречей на американской земле” [212].

Вильсон был не единственным главой государства, входившим в Бильдербергский клуб. В 1991 г. Билл Клинтон, который в то время был губернатором штата Арканзас, удостоился приема как гость Бильдербергского клуба. В следующем году он баллотировался в президенты и победил на выборах в Соединенных Штатах Америки. После своего избрания Клинтон никогда не упоминал о встречах в Бильдербергском клубе, но, согласно “Спотлайт” (вашингтонская бульварная газета, которая годами освещала встречи членов Бильдербергского клуба) [213], Хиллари Клинтон была на их заседании в 1997 г., став первым членом клуба как первая американская леди. После этого стали все чаще поговаривать о ее будущей роли в политике, что сегодня и нашло свое выражение в политических амбициях Хиллари Клинтон [214].

Официальное создание этой строго секретной организации можно отнести к началу 1950–х годов, когда состоялись неофициальные встречи между членами европейской элиты. В них принимали участие европейские министры иностранных дел, принц Голландии

Бернард и польский социалист доктор Джозеф Иероним Ретингер, основатель Европейского движения после Второй мировой войны. Ретингер стал известным как “отец Бильдербергского клуба” [215].

Вот как объясняет его создание известный русский ученый и писатель Олег Платонов:

“Возникновение Бильдербергского клуба прежде всего связано с попыткой иудейско–масонской элиты Европы каким-то образом сдержать притязания США на руководство всей мировой политикой, которое взял на себя состоящий преимущественно из американцев Совет по международным отношениям.

С другой стороны, американские политики с охотой пошли на участие в Бильдербергском клубе, так как рассчитывали более активно и непосредственно влиять на “власть предержащих” Европы. Реальными создателями Бильдербергского клуба стали американские спецслужбы.

В 1948 г. по их инициативе возник Американский комитет Объединенной Европы, председателем которого был У. Донован (бывший руководитель стратегических служб), вицепредседателем — А. Даллес (директор ЦРУ). В одной упряжке с ними работал другой кадровый американский разведчик — Д. Ретингер, которого в дипломатических кругах называли “серым кардиналом”. Он был генеральным секретарем Европейского движения, через него ЦРУ переводило деньги на подрывную деятельность в Европе [216].

Доктора Ретингера привел в Америку Аверелл Гарриман (СМО), в то время американский посол в Англии, где он посещал видных граждан, таких как Дэвид и Нельсон Рокфеллеры, Джон Форстер Даллес и тогдашний директор ЦРУ Уолтер Беделл Смит. Вначале Ретингер создал американский комитет Объединенной Европы совместно с будущим директором ЦРУ и членом СМО Алленом Даллесом, тогдашним директором СМО Джорджем Франклином, высокопоставленным представителем ЦРУ Томасом Баденом и Уильямом Донованом, в то время руководителем Управления стратегических служб (УСС), предшественника ЦРУ.

Донован начал свою карьеру в разведке как представитель Моргана младшего и был известен как “Англофил”, сторонник близких англо–американских отношений [217]. Ретингер продолжал участвовать во встречах Бильдербергского клуба до самой смерти в 1960 г.

Другим, связанным с ЦРУ человеком, помогшим создать Бильдербергский клуб, был издатель журнала “Лайф” Джексон, который при президенте Эйзенхауэре был “специальным консультантом по ведению психологической войны” [218].

В этих ассоциациях возникла идея проведения регулярных встреч видных бизнесменов, политических деятелей, банкиров, педагогов, владельцев средств массовой информации, менеджеров и военных лидеров всего мира. Члены Бильдербергского клуба были также близко связаны с европейской знатью, включая английское королевское семейство. Согласно нескольким источникам, встречи часто посещали королевские особы из Швеции, Голландии и Испании.

Первый пример встречам Бильдербергского клуба показал голландский принц Бернард, полное имя и титул которого были Бернард Юлиус Керт Карел Готфрид Питер, принц Нидерландов и принц Липпе–Бистерфельд.

Бернард был бывшим членом Наци Шуцстаффель (СС) и служащим немецкой компании “ИГ Фарбен” в Париже. В 1937 г. он женился на принцессе Нидерландов Джулиане и стал главным акционером и служащим голландской компании “Шелл” наряду с английским лордом Виктором Ротшильдом.

После того как немцы вторглись в Голландию, королевская пара переехала в Лондон. Именно здесь, после войны, Ротшильд и Ретингер, при покровительстве принца Бернарда, создали Бильдербергский клуб. Принц лично возглавлял его до 1976 г. и ушел в отставку после того, как обнаружилось, что он принимал крупные “вознаграждения” от компании “Локхид” за способствование в продаже ее самолетов в Голландии.

Начиная с 1991 г., руководство Бильдербергским клубом осуществлял английский лорд Питер Харрингтон, бывший член кабинета министров, генеральный секретарь НАТО и президент Королевского института международных дел, дочерней организации СМО. Харрингтон был связан с банковской империей Ротшильдов деловыми контактами и браком. Штаб–квартира Бильдербергского клуба находится в Нью–Йорке, в помещении фонда Карнеги. Заседания клуба проходят в полной секретности, по особым приглашениям, дата их созыва в печати не оглашается. Организацию совещания и безопасность участников обеспечивает та страна, на территории которой собираются члены клуба.

Американцами с известными именами, посещавшими встречи Бильдербергского клуба, были члены СМО Джордж Бол, Дин Ачесон, Дин Раск, Макджордж Банди, Кристиан Хертер, Збигнев Бжезинский, Дуглас Диллон, Роберт Оппенгеймер, Уолтер Рейтер, Джейкоб Джавитс, Роберт Макнамара, Уолтер Беделл Смит и генерал Лейман Леминицер. Следует также упомянуть такие заметные личности, как Уильям Фулбрайт, Генри Форд, Жорж Жан Помпиду, Жискар д'Эстен, Гельмут Шмидт и французский барон Эдмонд Ротшильд.

“По сути, Бильдербергский клуб — это “своего рода” неофициальный СМО, расширенный до международного масштаба” [219], — заявил исследователь Нейл Вилгус.

Автор книги “Комитет 300” и бывший офицер британской разведки доктор Джон Колеман отмечал: “Группа Бильдербергского клуба — творение английской разведки МИ-6 под руководством Королевского института международных дел” [220]. Учитывая связи и с американской разведкой, можно также смело утверждать, что Бильдербергский клуб был, по крайней мере, частично, создан и поддержан ЦРУ.

Согласно “совершенно секретным” документам, на первом заседании Бильдербергского клуба было сказано, что “недостаточное внимание пока уделяется долгосрочному планированию и установлению международного порядка, смотрящего намного дальше современного кризиса (холодной войны). Настало время расширить наш взгляд на всемирные проблемы” [221].

Дотошный репортер Джеймс Такер, многие годы внимательно наблюдавший за деятельностью Бильдербергского клуба, писал: “Планы Бильдербергского клуба почти такие же, как у ее собрата — Трехсторонней комиссии... У этих двух групп есть много точек соприкосновения и единое видение мира. Дэвид Рокфеллер основал Трехстороннюю комиссию, но отдал часть власти Бильдербергскому клубу и группе Ротшильдов в Европе и Англии” [222].

Члены Бильдербергского клуба обычно встречаются один раз в год на шикарных курортах по всему земному шару, и их деятельность держится в абсолютной тайне, несмотря на то что их посещают высокопоставленные американские представители средств массовой информации. Хотя группа утверждает, что проводит обычные неофициальные дискуссии по мировым проблемам, есть свидетельства, что ее рекомендации часто становятся официальной политикой.

Концепция объединенной Европы под единым контролем — цель средневековых рыцарей тамплиеров — кажется, воплощается в действительность благодаря деятельности Бильдербергского клуба. Джордж Маги, член Бильдербергского клуба и бывший американский посол в Западной Германии, подтвердил, что “Римский договор, давший европейцам Общий рынок, был задуман на встречах Бильдербергского клуба” [223].

Джек Шейнкман, председатель Объединенного банка и член Бильдербергского клуба, сделал в 1996 г. следующее заявление: “В некоторых случаях дискуссии действительно влияли на политику. Идея общей европейской валюты обсуждалась за несколько лет до того, как получила практическую реализацию. У нас была дискуссия относительно установления формальных отношений между США и Китаем прежде, чем Никсон фактически реализовал ее” [224].

Шейнкман, возможно, один из тех членов Бильдербергского клуба, кто не знал истинных целей элитной группы. Исследователь тайных обществ Ик утверждает, что “элита Бильдербергского клуба и члены комиссии по выработке регламента координируют регулярные встречи участников Бильдербергского клуба, знающих все правила игры, и тех, кто редко участвует в заседаниях клуба и не знает истинных планов организации. Эти последние и поддерживают мнение, что мировые институты служат делу мира и процветания” [225].

Но каковы же эти “истинные планы”? Они частично были раскрыты принцем Бернардом, заявившим: “Тяжело перевоспитать людей, воспитанных на идеях национализма, отказаться от части своего суверенитета в пользу супернационализма” [226].

Чтобы понять планы этого клуба, необходимо вспомнить о тех вопросах, которые ставятся на повестку дня его заседаний, которые иногда становятся известными широкой общественности. Так, на встрече Бильдербергского клуба в июне 1997 г., проходившей в США на курорте Ренесанс Пайн возле города Атланты, обсуждалась проблема создания трех административных центров мирового правительства: европейского, американского и тихоокеанского.

В 1998 г. встреча Бильдербергского клуба проводилась 14-18 мая в роскошном отеле “Тернберри” возле Глазго, Шотландия. Как обычно, об этом событии практически отсутствовала какая?либо информация в массмедиа США [227].

В отличие от своих американских коллег, некоторые члены средств массовой информации Шотландии решились дать информацию о заседаниях Бильдербергского клуба. Под заголовком “Весь мир в их руках” журналист Джим Макбет из “Скотсмен” описал жесткие меры безопасности, окружавшие встречу, отметив, что “любого приближающегося к гостинице, не имевшего права управления планетой, поворачивали обратно”.

Макбет определил представительский уровень гостей Бильдербергского клуба как “международных представителей, богатых, влиятельных и властных...”. Далее он добавил: “Один раз в год эти 120 мужчин и женщин, наделенных властью посадить Билла Клинтона в Овальный кабинет и удалить Леди (Маргарет Тэтчер) из Номера 10 (на Даунинг–стрит), встречались, чтобы обсудить мировые события и, как некоторые заявляют, управлять ими”. По крайней мере, один репортер, Кемпбелл Томас из “Скотин Дейле Мейл”, был арестован офицерами охраны, на него надели наручники и держали в течение восьми часов за попытку проникнуть на заседание Бильдербергского клуба.

Еще в 1995 г. на закрытом совещании Объединенного комитета начальников штабов Билл Клинтон очертил круг задач на ближайшее десятилетие:

1. Расчленение России на мелкие государства путем межрегиональных войн, подобных тем, что были организованы в Югославии.

2. Окончательный развал военно–промышленного комплекса России и армии.

3. Установление режимов в оторвавшихся от России республиках, нужных Америке.

Это выступление созвучно намерениям членов Бильдербергского клуба, которые на одном из своих недавних заседаний в Великобритании рассматривали вопросы дальнейшего расчленения России.

Сообщалось, что одним из решений встречи Бильдербергского клуба в 1998 г. была поддержка английского премьер–министра Тони Блэра оказывать более сильное давление на вхождение Великобритании в расширяющийся Европейский Союз, шаг, к которому с таким недоверием относилась его предшественница Маргарет Тэтчер. Блэр, возможно, пошел далее в вопросе ослабления британской независимости, поскольку его план роспуска Палаты лордов был успешно реализован в 1998 г. В то время как большинство неосведомленных людей считали Палату лордов бездельниками, другие считали богатых, но патриотичных лордов защитой от эрозии английского суверенитета со стороны сторонников “нового мирового порядка”.

В отличие от своих американских собратьев, канадские средства массовой информации широко освещали встречу Бильдербергского клуба в 1996 г. около Торонто такими заголовками, как “Канадский премьер–министр Жан Кретьен выступает на секретной встрече властителей мира”, “Канадский издатель Конрад Блек принимает мировых лидеров” и “Мировое господство или партия в гольф?”.

На вопрос журналиста Уильяма Ф. Бакли об отсутствии полной информации о заседаниях присутствовавший на встрече Бильдербергского клуба в Канаде секретарь прокомментировал: “Я думаю, что это из-за характера встречи, не так ли?” Еще один участник встречи, журналист Поль Гигот от издания “Уолл–стрит джорнал”, объяснил: “Правила конференции, которых все мы твердо придерживаемся, запрещают сообщать о том, что там говорится. Это все не для печати. Факт моего участия в заседаниях клуба не является тайной” [228].

Возможно, эти репортеры не говорят о том, что услышали на этих секретных встречах, но ясно, что их участие позволяет формировать необходимые взгляды на будущие события в мире. Критики СМИ давно осуждают такие незначительные различия в редакционных подходах к основным новостям Америки.

“Бильдербергский клуб — это не какая-нибудь тайная организация, плетущая заговоры, она действует таким образом, чтобы создавать видимость подобной деятельности”, — писал журналист лондонской газеты “Файнэншл таймс” Гордон Тетера в 1975 г. Спустя примерно год, после бесконечных споров о цензуре, член Трехсторонней комиссии редактор газеты “Файнэншл таймс” Макс Генри Фишер уволил Тетера [229].

Очевидным связующим звеном между СМО, Трехсторонней комиссией и Бильдербергским клубом является семейство Рокфеллеров, особенно самый молодой член семейства Дэвид Рокфеллер.

Несколько богатых и известных бизнесменов составили то, что стало “американской знатью” в самом начале двадцатого века: стальной магнат Эндрю Карнеги, банкир Эндрю Меллон и транспортные магнаты Корнелиус Вандербилт и Эдвард Гарриман.

Но ни один из них не мог сравниться с могуществом и международными связями с кланами Рокфеллеров и Морганов.

В конце прошлого столетия начала появляться информация о нынешних членах Бильдербергского клуба, часть этого списка напечатана в книге А. Виноградова “Тайные битвы ХХ столетия” с комментариями сотрудников различных спецслужб. Приведу комментарий бывшего офицера восточногерманской службы безопасности (“штази”) Гюнтера Герке. Вот что он сказал:

“Перед самым развалом ГДР и объединением Германии мы получили от одного нашего источника почти такой же список и даже несколько протоколов заседания “Бильдерберг–клуба”, в котором говорилось о скрытом давлении на Горбачева для скорейшего вывода советских войск из Восточной Германии. Нами была осуществлена попытка шантажа некоторых членов “мирового правительства” — немцев.

Однако вскоре протоколы и списки самым странным образом исчезли из наших архивов, а источник, передавший бумаги, и специалист (“штази”), занимавшийся “мировым правительством”, в течение месяца умерли “естественной” смертью. Источник попал под машину, а офицер покончил жизнь самоубийством. На этом дело само собой заглохло, а ГДР вскоре прекратила существование как государство”.

В связи с существованием Бильдербергского клуба возникает вопрос о членстве в нем представителей бывшего СССР. Сегодня есть достоверные сведения о том, что единственным россиянином в списке членов клуба является А. Чубайс, бывший вицепремьер и глава администрации президента, а ныне руководитель РАО “ЕЭС России”.

В компании с А. Чубайсом значатся такие члены “мирового правительства”, как президент Всемирного банка Джеймс Вольфенсон, президент Федерального банка Нью–Йорка Вильям Мак Донахью, президент “Сорос фонд менеджмент” Джордж Сорос, президент “Чейз Манхеттен банк” Дэвид Рокфеллер и др.

Как известно, Анатолий Чубайс, будучи первым вице–премьером, отвечавший за приватизацию госсобственности, распродал российские военные секреты и технологии с выгодой для Запада и, в частности, для НАТО. В отчете о проверке итогов приватизации Счетной палатой сказано: “...исполнительная федеральная власть активно привлекала иностранных специалистов и организации. В разработке принимала участие фирма “Бейн энд компани”. В списке “Бильдерберг–клуба” значатся некто Орит Гантис, президент компании “Бейн энд компани”, и Роберт Букейнон, член правления “Бейн энд компани”.

В закрытом письме службы внешней разведки РФ и ФСБ от 26.08.94 говорится: “Приватизация по типовой схеме приводит к массовой утечке высоких новейших технологий, уникальных научно–технических достижений практически даром на Запад. В целом Запад приобрел в России столь большой объем новых технологий, что НАТО учредило для их обработки специальную программу”.

Как только А. Чубайс и сотоварищи при участи и “Бейн энд компани” провели приватизацию, на Россию буквально пролился дождь кредитов Всемирного банка, где был президентом Дж. Вольфенсон, одноклубник А. Чубайса. Труд главного приватизатора России был серьезно оплачен?! [230]

Римский клуб

Многие аналитики считают Римский клуб (РК) организацией научного профиля, финансирующей научные исследования глобального характера. В 1990–х годах прошлого столетия членством в Римском клубе очень гордились некоторые ученые Национальной академии наук. Один из них, нынешний президент академии наук Б. Е. Патон, куда ему составил протекцию тоже член Римского клуба, глобалист украинского происхождения Богдан Гаврилишин.

Это заблуждение объясняется тем, что созданный в 1968 г. РК был сформирован при старейшей в мире академии наук — римской Academia dei Lincei. Будучи созданным как научная организация для изучения глобальных проблем, Римский клуб вскоре стал политической организацией, служащей определенным политическим силам, пытающимся навязать человечеству новый мировой порядок.

Очень точное определение РК дал украинский ученый, академик РАЕН Л. П. Фоминский:

“Римский клуб — просионистская организация, являющаяся исполнительным органом при “Мировом правительстве” (тоже тайная сионистская организация), которое вот уже второе столетие пытается вершить все дела на планете. Еще 20 лет назад клуб принял решение, одобренное правительством США, по сокращению народонаселения Земли с 6 млрд (“золотой миллиард”) под предлогом того, что нефти, которая вот–вот закончится на Земле и которая является основным источником энергии, на всех не хватит.

Первыми претендентами на сокращение называют славянские и арабские народы, потом народы Азии и т. д. В конечном счете, на Земле должен остаться только “народ, избранный богом” [231].

Но они не планируют уничтожить все “туземное население”. Они прекрасно понимают, что без него они не смогут прожить. Какую-то часть населения они планируют оставить, превратив их в рабов, как это завещано Талмудом. “И не просто в рабов, а в рабов-наркоманов, живущих в общежитиях, которые ни о чем другом не мечтали бы, кроме как о порции наркотика в наркокафе после изнурительного трудового дня” [232].

А какова участь украинского народа? Может, мы являемся членами общества, именуемого “золотым миллиардом”? Как бы не так. Разыскивая подтверждающий материал, я обнаружил в июне месяце 1999 г. в международном компьютерном ежегоднике “Chip” карту с делением стран мира на пять регионов. На карте продемонстрирована селекция развития стран в соответствии с планами мирового правительства. Привилегированным регионом, где размещается основной контингент “золотого миллиарда”, является территория США и Канады.

Странами второй категории, которые будут интеллектуально и технологически обслуживать элиту, избраны страны Западной Европы, Израиль, Япония, Аравийский полуостров и Южноафриканская республика.

К третьей категории отнесены страны: Индонезия, Тайвань и Южная Корея, которые развивают свои технологии и обеспечивают новейшими достижениями “золотой миллиард”.

Страны Латинской Америки и Австралия — четвертая категория — должны обеспечивать продуктами питания все население планеты, но экологически чистыми продуктами — только мировую “элиту”.

И последняя, пятая категория включает “туземное население” стран Африки, Индии и бывшего Советского Союза. Эти страны должны обеспечивать “золотой миллиард” сырьем, дешевой рабочей силой, а их территория должна превратиться в “мировую свалку” вредных отходов производства.

У внимательного читателя возникает вопрос: а где же Китай с его почти полуторамиллиардным населением? Римский клуб считает Китай самым опасным препятствием на пути реализации планов мирового правительства. Эта страна накопила достаточный опыт в осуществлении контроля над рождаемостью и перераспределением благ. Китай может возглавить борьбу “туземного населения” за свои права. Поэтому не случайно на карте нет Китая, который по планам мирового правительства подлежит уничтожению.

В этой связи чрезвычайно полезным может быть “опыт” Пол Пота в Камбодже, когда в 70–х годах им было убито около двух миллионов своих соотечественников. Как утверждает офицер английской разведки доктор Джон Колеман, это был эксперимент Комитета 300 по уменьшению населения больших городов. Технология сокращения населения была разработана одним из исследовательских центров Римского клуба [233]. Пригодится и опыт сионобольшевиков по организации голодоморов в Украине.

Таким образом, многим странам мира Римским клубом был вынесен смертный приговор — уничтожение населения с помощью голода, болезней и путем разжигания локальных конфликтов и ограниченных войн, что мы и наблюдаем сегодня. Это часть сатанинского плана “Глобал-2000”.

“Путем ограниченных войн в развитых странах, а в странах третьего мира — посредством голода и болезней, — пишет Джон Коллеман, — осуществить к 2000 г. уничтожение 3 миллиардов человек — тех, которых они называют “бесполезными едоками”.

По этому вопросу Комитет 300 поручил Сайрусу Венсу написать доклад о том, как лучше всего осуществить этот геноцид. Работа эта вышла под названием “Отчет Глобал-2000” (Global 2000 Report) и была одобрена и принята в качестве руководства к действию правительством США в лице президента Картера, а также госдепартаментом США в лице тогдашнего госсекретаря Эдвина Маски. Согласно положениям “Глобал-2000” население США к 2050 г. должно быть сокращено до 100 миллионов человек” [234].

Римский клуб, созданный в 1968 г., является организацией, в которую входят примерно по два представителя из 25 стран. Он был основан кланом Рокфеллеров, им финансируется и территориально находится в имении Рокфеллера в Беллаго (Италия). Организатором и идеологом клуба был ныне покойный Аурелио Печчеи, член многих латентных структур мировой политики.

Он предложил “сильным мира сего” объединиться, чтобы ускорить приход нового мирового порядка и реализовать планы по созданию мирового правительства. За период с 1968 г. по 1972 г. Римский клуб превратился в организацию, объединяющую представителей “новой науки”, глобалистов, футурологов и интернационалистов разных направлений.

Римский клуб имеет свои частные разведывательные агентства, ему доступен Интерпол, контролируемый все тем же Рокфеллером. С клубом очень тесно сотрудничают разведслужбы многих стран, а особенно ЦРУ, Моссад и, в недалеком прошлом, советский Комитет государственной безопасности (КГБ).

Доктор Джон Колеман утверждает, что в распоряжении Римского клуба имеется специальное бюро PERMINDEX. Его сотрудники организовали убийство президента США Джона Кеннеди, папы Римского Иоанна Павла I, премьера Италии Альдо Моро и президента Пакистана А. Бхутто.

За убийствами двух последних маячит зловещая фигура “придворного еврея” при Комитете 300 — Г. Киссинджера, который долгое время был госсекретарем США, а теперь является главной связующей фигурой в мировом правительстве.

Вот что пишет об этом Колеман:

“Киссинджер... претворил в жизнь свои угрозы уничтожить Моро, если тот не откажется от своих планов экономического и индустриального развития Италии и не согласится с планами Римского клуба о “нулевом росте” промышленности и неувеличения численности населения в его стране” [235].

Напомним, что премьер–министр Италии Альдо Моро, лояльный член Христианско–демократической партии, был похищен в 1978 г. террористами “Красных бригад”, а затем убит наемными убийцами, как впоследствии оказалось, связанными с пресловутой масонской ложей П-2.

На суде, в Риме 10 ноября 1982 г., близкий соратник и единомышленник Моро, его близкий друг Горрадо Герцони, свидетельствовал, что бывшему премьер–министру угрожал Генри Киссинджер, государственный секретарь США, член Комитета 300. Эти свидетельские показания были переданы по итальянскому телевидению и радио в тот же день, а также напечатаны во многих итальянских газетах. В стране “развитой демократии” эта информация замалчивалась. Ни одна из газет не опубликовала даже строчки из сенсационного заявления Герцони. Вот это цензура!..

Благодаря свидетельским показаниям Герцони, сделанным под присягой, в Италии и Европе люди узнали, что за смертью Альдо Моро стоял Киссинджер. Эта трагическая история демонстрирует способность Комитета 300 и его детища Римского клуба навязывать свою волю любому правительству без исключения. Будучи членом столь мощной организации, Киссинджер не только угрожал Альдо Моро убить его, если тот не откажется от своих планов экономического и индустриального развития Италии, но и претворил в жизнь свои угрозы.

В июне и июле 1982 г. жена Альдо Моро свидетельствовала на открытом судебном заседании, что убийство мужа произошло после серьезных угроз его жизни, сделанных, по ее словам, “высокопоставленной политической фигурой из США”. Аналогичные показания дал и другой свидетель, Герцони: “Либо вы прекратите вашу политику, либо дорого заплатите за это” [236].

Судья повторно вызвал Герцони и спросил его, может ли он назвать лицо, о котором говорила госпожа Моро. Герцони подтвердил, что эту фразу произносил Генри Киссинджер, о чем он заявлял ранее. При этом он также добавил, что разговор и угрозы Киссинджера премьер–министру Моро происходили в номере отеля во время официального визита итальянских лидеров в США. Альдо Моро был не только премьер-министром Италии, но и министром иностранных дел страны, членом НАТО, и он... подвергался давлению и угрозам в “лучших” традициях мафиозных структур.

Полиция Рима, расследовавшая дело об убийстве Альдо Моро “Красными бригадами”, вышла на несколько известных фамилий итальянских семейств, тесно сотрудничавших с этой террористической группой.

Свою лепту в разрушение моральных устоев внесли и официальные американские представители, при этом особо постарался официальный посол президента США Картера в Риме Ричард Гарднер. Он действовал под непосредственным руководством влиятельного члена Римского клуба Беттино Краски. Вдвоем они достигли феноменальных успехов в дестабилизации Италии. Им удалось протащить через итальянский парламент ряд законов, разрешающих разводы и аборты, что привело к далеко идущим и разрушительным социальным и религиозным последствиям. Это был один из самых сильных в истории ударов по Католической церкви, подорвавший ее авторитет и, как следствие, моральные устои итальянской нации.

Но Альдо Моро не единственный высокопоставленный чиновник, которому угрожал Киссинджер. Он был воинственно настроен и против президента суверенного государства Пакистан, покойного Али Бхутто. Чем же не угодил мировым правителям законно избранный президент? Его “вина” состояла в том, что он способствовал созданию в своей стране ядерного оружия. Мусульманское государство Пакистан постоянно чувствовало угрозу своей независимости со стороны Израиля. Это не прошло для него бесследно. В 1978 г. он был хладнокровно убит представителем Совета по международным отношениям в Пакистане генералом Зия Уль Хаком.

Однако вскоре и он будет уничтожен за вмешательство в войну в Афганистане. Его личный самолет “Геркулес С-130” будет поражен направленным электрическим импульсом низкой частоты (новым видом оружия), в результате чего сразу после взлета самолет рухнул на землю. При этом, действуя по приказу Комитета 300 об устранении генерала Уль Хака, Римский клуб пожертвовал жизнями военнослужащих группы “Оборонного разведывательного агентства”, которые находились на борту этого самолета, включая и бригадного генерала Герберта Вассома.

Генерал Аль Хак был предупрежден секретной турецкой службой, чтобы он избегал летать самолетами, так как им стало известно, что планируется взорвать его самолет в воздухе. Учитывая предупреждение спецслужб, Уль Хак взял на борт самолета группу военнослужащих из США для подстраховки, как он объяснял это своим ближайшим советникам. Однако для Комитета 300 и его подельников из Римского клуба это не стало препятствием для выполнения своих грязных замыслов.

Но самой большой победой Киссинджера на службе Комитета 300 было уотергейтское дело, спровоцированное Римским клубом и приведшее к вынужденной отставке президента США Ричарда Никсона. Римский клуб ставил в вину Никсону подписание договора с Л. И. Брежневым об ограничении системы противоракетной обороны, а также его последовательную борьбу с наркобизнесом, руководит которым во всем мире все тот же Комитет 300.

Римским клубом было поручено Киссинджеру заполнить все должности в администрации Никсона преданными РК людьми. Они заблокировали деятельность всех органов, имеющих отношение к разведке, в результате чего Никсон перестал получать оперативную информацию. Подготовив затем фальшивые магнитофонные записи разговоров, якобы подслушанных по распоряжению президента в штаб–квартире оппозиционной партии, передали их в прессу. В результате чего Америка получила запуганного президента, который вынужден был, по совету генерала Хейга (ставленника Киссинджера), подать в отставку. Унижение президента Никсона было предметным уроком и предупреждением будущим президентам США, чтобы они не воображали, что могут идти против Комитета 300.

Все это наглядно демонстрирует, что Римский клуб и Комитет 300 являются очень серьезными организациями, с которыми шутки плохо кончаются. Помимо различных бюро типа бюро убийств к услугам Римского клуба всегда готова израильская служба разведки МОССАД, которая имеет огромные преимущества перед подобными организациями других стран потому, что в каждой стране есть еврейская община, на помощь которой она может всегда рассчитывать.

Значительная часть исследований Римского клуба посвящена работам по перевоспитанию населения, а точнее, по воспитанию рабов, где особое внимание уделено наркотикам.

Об этом рассказывал следователям масон Раковский в далеком 1938 г., спасая свою жизнь. Повествуя о планах масонства, он вдруг заговорил о княжестве Монако:

“Мир знает о процветающем кусочке европейской территории, где властвует такое низменное развлечение, как рулетка. На самом деле вовсе не рулетка правит бал в Монако, а наркотики. Только не надо делать изумленных глаз! Карточный азарт — один из самых пагубных и неодолимых. Но что он значит по сравнению с наркотической зависимостью!

На этом и построена одна из самых мощных индустрий планеты — торговля наркотиками. В Европу этот дурман вливается как раз через Монако. Крохотное княжество не имеет ни границ, ни пограничной стражи, но обладает суверенитетом. Наркотики из Азии доставляют на Корсику и оттуда без помех ввозят в Монако. Преступление? Как посмотреть.

Торговля наркотиками приносит не только астрономические доходы, но и позволяет держать в зависимости миллионные массы населения. Особенно молодежь! Кто не слышал о знаменитой Ост–Индской компании? Она процветала на торговле с Азией. Но редко кто знает, что основной ее доход — наркотики, азиатский опий. И вовсе не чай доставляли на Британские острова парусные клипперы, огибая Африку. Они везли в своих трюмах суррогаты, изготовленные из опийного мака. Баснословные прибыли оседали в сейфах Английского Банка.

А контроль его деятельности осуществлял королевский дом Великобритании. Наркотики — это очень важно. Это важнее хлеба! Кто владеет наркотиками, тот управляет миром. Недаром деловая активность на планете руководствуется ценами на два предмета: на золото и на опий. Поверьте, сейчас это не так уж трудно сделать. И считайте, что вы предупреждены!” [237]

Сегодня много написано о капиталах, накопленных на торговле наркотиками, об опиумной войне Великобритании и Франции с Китаем. В наше время торговля наркотиками взята под контроль Комитетом 300. Разработанный Римским клубом план “Глобал-2000” предусматривает его шестым пунктом легализацию наркотиков и порнографии, а затем открытие для “туземного населения”, обслуживающего элиту наркотических баров, заменяющих им и кинотеатр, и семью.

В докладе, копию которого передал Джону Колеману его коллега–разведчик, имеющем название “Программа изменения образа человека”, написано следующее:

“Употребление “восстанавливающих силы” наркотиков будет обязательным. Такие изменяющие сознание людей наркотики будут добавляться в пищу без согласия людей. Так трудящиеся массы будут низведены до уровня дрессированных животных без собственной воли, легко подчиняемых и управляемых. Наркотические бары позаботятся о непокорных и несогласных индивидуумах, а потенциальные революционеры будут превращены в безвредных наркоманов, не обладающих собственной волей” [238].

Имеется много доказательств, что ЦРУ и британская разведка МИ-6 уже с начала 80–х годов плотно работают над достижением этой цели.

За последние 20-30 лет география выращивания наркотического зелья значительно расширилась. Опиумный мак и листья коки, из которых производят героин и кокаин, сегодня выращивают в Пакистане, Иране, Афганистане, Ливане, Турции, Бирме, Южном Китае, Таиланде, Перу, Колумбии, Эквадоре, Боливии... После того как в Афганистан вошли американские войска, производство героина здесь возросло в десятки раз.

Торговля героином финансируется гонконгскими банками, банками Лондона и рядом ближневосточных банков, такими, например, как “Британский банк Ближнего Востока”. А в доставку и распространение героина вовлечены: Болгария, Италия, Монако, Франция (Корсика и Марсель), Турция, Албания, Ливан, Пакистан, Гонконг. [239]

Римский клуб, основной задачей которого является все то же установление мирового правительства, разработал концепцию единой религии и распространяет через прессу и другие средства массовой информации предрассудки относительно перенаселения планеты и мирового энергетического кризиса. Таким способом запуганному населению легче навязать своего правителя и установить новый мировой порядок на планете Земля.

Орден “Череп и Кости”

Зададимся вопросом, а что объединяло президента Соединенных Штатов Америки Джорджа Буша–младшего и его основного соперника на выборах демократа Джона Керри? Ответ простой. Членство в одном тайном обществе, имеющем название Орден “Череп и Кости” (Skull and Bones). Оба закончили Йельский университет и во время учебы вступили в тайное общество этого учебного заведения. Поэтому предвыборная борьба — это спектакль с известным исходом. Кто бы ни пришел к власти, он будет управляем членами Ордена высшей степени посвящения.

Кто же такой Джон Керри?

Справка. “Об аристократических корнях семейства Керри, восходящих к первым годам образования молодой Американской Республики и даже к королевской династии Великобритании, написано немало. Однако менее известны другие факты семейной истории, которые гораздо более прозаичны, но вместе с тем проясняют корни политических устремлений кандидата в президенты США от Демократической партии в политическом сезоне 2004 г.

Уже в самый канун предвыборной кампании, в 2003 г, в американской печати всплыли подробности истории о некоем Фрице Коне, чешском еврее, женатом на Иде Лоув, происходившей из еврейской семьи, проживавшей в Будапеште, которая на рубеже ХІХ–ХХ в. стала объектом антисемитских гонений в Австро–Венгерской империи. Тогда Коны решили эмигрировать из “кошмарной” Европы в “страну обетованную” — Америку.

Новый Свет — новые имена: усевшись вокруг карты Европейского континента, словно готовясь к гаданию на кофейной гуще, они крутанули карандаш. Его острие указало на графство Керри в Ирландии. Это был знак свыше — супруги быстро поменяли фамилию и стали Керри (при этом Фриц превратился во Фредерика).

В 1902 г. они приняли католичество и в 1905 г. прибыли, наконец, в “рай земной” и незамедлительно приобщились к американскому процветанию. Вначале Фредерик Керри обзавелся своим бизнесом в Чикаго, затем семья переехала в Бостон, где наладила успешный обувной бизнес. Через 15 лет после прибытия в США Ф. Керри мог уже парковать свой “кадиллак” на автостоянках в самых престижных районах города.

В 1920-1021 гг. США поразил довольно жестокий послевоенный кризис. События развивались по худшему классическому сценарию, описанному еще в новеллах О’Генри: 23 ноября 1921 г. в туалете одной из бостонских гостиниц выстрелом из пистолета в голову “свел дебет с кредитом” бизнесмен Ф. Керри. Тут-то и выяснилось, что его долги примерно равны нажитому им состоянию. Тем не менее впоследствии вдова изыскала средства на то, чтобы их сын Ричард окончил и Йельский университет, и Гарвардскую школу права.

Самоубийство отца долго оставалось глубокой, незаживающей раной в душе Ричарда. Возможно, оно навсегда оттолкнуло его от карьеры в мире бизнеса и заставило искать других, окольных путей к богатству. Летом 1937 г. студент Гарварда Р. Керри приехал на летний семестр для занятий скульптурой во Францию и случайно встретился с Джеймсом Форбсом, также выпускником Гарвардского университета, одним из представителей известного состоятельного семейства США.

Жена Маргарет Уинтроп была прямым потомком Уинтропов, которые в свое время основали штат Массачусетс. Дж. Форбс пригласил Ричарда провести выходные в семейном поместье Форбсов в Нормандии. Там Ричард познакомился с Розмари, дочерью именитой пары. Дружба молодых людей переросла в романтическую любовь, и в начале 1941 г. они поженились.

Лично Р. Керри, возможно, и не выиграл от богатств семейства своей жены, но его дети были обязаны доступу в высший свет Новой Англии двоюродной бабушке Кларе Уинтроп, владелице достаточно большого состояния, которая взяла на себя расходы на их образование. Особой заботой она окружила племянника Джона (Ричард Керри, скончавшийся в 2000 г. в возрасте 85 лет, был отцом четверых детей — двух сыновей, Джона и Кэмерона, и двух дочерей, Маргарет и Дианы).

Джон Форбс Керри родился 11 декабря 1943 г. в г. Денвере (штат Колорадо), где его отец, добровольцем пошедший на военную службу после вступления США во Вторую мировую войну и ставший летчиком–испытателем американских ВВС, проходил курс лечения и реабилитации после перенесенного заболевания туберкулезом. Болезнь избавила Р. Керри от отправки на фронт, и вскоре после рождения сына семья вернулась в родной штат Массачусетс.

После войны Керри–старший начал карьеру профессионального дипломата и сотрудника Государственного департамента США. Семья переехала в Вашингтон, затем последовали назначения в ФРГ, в том числе в Западный Берлин и Норвегию. Жизнь в Вашингтоне в дипломатической среде способствовала тому, что разговоры о политике стали постоянной темой в доме Керри.

В 1950–е годы вся семья с большим интересом следила за политической карьерой своего земляка сенатора Дж. Ф. Кеннеди. Учеба в частных школах Швейцарии и США, щедро оплачиваемая любящей бабушкой, уже с юных лет приобщила Джона Керри к миру американской элиты.

1958-1962 — годы учебы, Керри–младшего в престижной частной школе Св. Павла в г. Конкорд (штат Нью–Хэмпшир). Там он познакомился и подружился с Робертом Першингом, внуком известного американского генерала времен Первой мировой войны Дж. Першинга, а также с Харви Банди, дяди которого Уильям и Макджордж Банди играли ключевую роль в определении внешней политики в администрациях Дж. Кеннеди и Л. Джонсона.

В 1962 г. Джон Керри поступил на юридический факультет Йельского университета — альма-матер американской политической элиты. На него сразу обратили внимание. Согласно устоявшейся традиции на последнем курсе университета Джона в числе 15 самых “избранных и перспективных” студентов приняли в члены тайного студенческого общества “Череп и Кости”.

В 1966 г. он познакомился с У. Банди, который приезжал в университет с программной речью о стратегических целях войны США в Индокитае. Банди популярно рассказал молодым людям о роли и значении войны во Вьетнаме в формировании будущей политической элиты США. Он провел параллель между Второй мировой войной — передовой линией борьбы с “мировым нацизмом”, сформировавшей современных политических деятелей США, начиная с Д. Эйзенхауэра и Дж. Кеннеди, и Вьетнамом, который служил передовой линией борьбы с “мировым коммунизмом”.

Слова Банди падали на благодатную почву, тем более что Дж. Кеннеди уже тогда являлся образцом для подражания с точки зрения студента Керри” [240].

Пути Джона Керри и семейства Буша пересекались несколько раньше и были связаны со скандалом в 1980–х годах, когда всплыли связи президента Буша с преступной деятельностью Международного банка кредитов и торговли. В этой афере было задействовано много влиятельных лиц, которых тут же взяла под свою опеку администрация Буша, предприняв попытку блокирования и препятствования расследованиям.

Расследование проводил подкомитет Сената по иностранным делам, терроризму и наркотикам, во главе которого стоял сенатор от штата Массачусетс Джон Керри. Сенатор Керри был председателем Демократического комитета Сената, который получал значительные суммы от этого банка. Но он также был и членом Ордена “Череп и Кости”, имевшем свои устоявшиеся традиции и устав.

Тогда расследование под руководством Керри провалилось. Джек Блюм, специальный советник подкомитета Керри, заявил:

“Когда я предложил провести серьезное расследование деятельности банка, меня тут же отстранили от работы. Все, что имело отношение к банку, прикрывалось на самом высоком уровне, поэтому расследование в Майами относительно отмывания денег пробуксовывало” [241].

Это пример того, как решаются корпоративные интересы на самом высоком уровне и как этому помогает членство в тайных орденах.

Как отмечают исследователи, Орден “Череп и Кости” есть тайным братским орденом, явные следы которого были обнаружены в Йельском университете. Изначально он создавался для того, чтобы готовить студентов, членов этого Ордена, к управленческой деятельности во всех сферах американского общества. Он является источником беспрецедентного числа правительственных должностных лиц, содействовавших глобалистским целям таких же тайных братских групп.

“Если членов Совета по международным отношениям обвиняли в тайной деятельности, то они выражали свой протест. И, по большому счету, они правы, — писал Энтони К. Саттон, уроженец Лондона, профессор экономики, один из исследователей института Гувера Стэндфордского университета. — Большинство членов СМО не участвовали в заговорах и ничего не знали о каких-либо заговорах...

Однако в рамках Совета по международным отношениям существует внутренняя группа, принадлежащая к тайному обществу, контролирующему СМО и присягнувшему соблюдать тайну” [242].

Этой внутренней группой и является Орден “Череп и Кости”. Согласно Саттону и другим конспирологам, это тайное общество — американский аналог более ранней немецкой тайной организации. Она была известна, по разным версиям, как “Братство Смерти”, “Глава 322” или “Орден”, но наиболее распространенное его название — “Череп и Кости” или просто “Кости”.

Американское ответвление Ордена основано в Йельском университете в 1832 г. генералом Уильямом Хантингтоном Расселом и Альфонсом Тафтом.

Альфонс Тафт, ставший в 1876 г. военным министром, был впоследствии американским министром юстиции и генеральным прокурором, послом в России. Его сын Уильям Говард Тафт, единственный политик, сочетавший пост президента страны и судьи Соединенных Штатов Америки.

Генерал Рассел был членом законодательного органа штата Коннектикут. Его семейство возглавляло компанию “Рассел”, которую контролировали представители “голубой крови” из Бостона, заработавшие свое состояние в начале XIX в. сначала на торговле рабами, а затем на контрабанде опиума. Некоторые исследователи полагают, что эта сомнительная основа объясняет пиратскую символику — череп и перекрещенные кости, принятые как эмблема Ордена, первоначально используемая как флаг старых рыцарей тамплиеров.

Исследователи пишут, что Орден был привнесен в Йельский университет из Германии Расселом, чей кузен, Сэмюель Рассел, был главным действующим лицом, подстрекавшим Англию на ведение “опиумных войн” в Китае.

В одной из публикаций упоминается о расследовании в 1876 г. деятельности воинственного тайного общества “Череп и Кости” (известном как “Могила”), штаб–квартира которого находилась в Йеле. Там же отмечалось, что “ее основатель Рассел был в Германии перед високосным годом и установил теплую дружбу с одним из главных членов немецкого общества. Он пришел с ним к руководству колледжа, чтобы основать американское отделение. Так было основано общество “Череп и Кости” в США” [243]. Изначально общество имело название “Клуб Евлогии” (Eulogiam Glub), в честь греческой богини красноречия.

Тайное немецкое общество, возможно, было не чем иным, как таинственным Орденом иллюминати. Журналист Рон Розенбаум, один из немногих глубоких исследователей Ордена “Череп и Кости”, отмечал, что эмблема ордена череп и перекрещенные кости были также официальным знаком Ордена иллюминати. В одной любопытной статье журнала “Эсквайр” Розенбаум писал:

“Я, вероятно, обнаружил конкретные, хоть и малозаметные, связи между происхождением ритуалов “Костей” и пресловутыми баварскими иллюминатами... которые реально и видимо исторически существовали... с 1776 г. по 1785 г. Это тайное общество с вольнодумными мистическими ложами немецкого масонства” [244].

Здесь следует добавить, что следы Ордена иллюминати можно обнаружить и сегодня. Поэтому утверждение о существовании его до 1785 г. не является достоверным. Орден умеет заметать следы и всегда возникает, словно Феникс из пепла, когда необходимо подтолкнуть общество какой-то страны к революционным изменениям.

Автор Экке также пишет, что

“Орден “Череп и Кости” это, по сути, скрытый Орден иллюминати... Его символика и церемонии посвящения указывают, по крайней мере, на близкую связь с масонскими ложами” [245].

Масонские эмблемы, символы, немецкий девиз, даже расположение комнат для посвящения, — все это очень похоже на то, что обнаружено в масонских ложах Германии, связанных с Орденом иллюминати.

Зная о низком происхождении его основателей и их семейств, исследователи Вебстер Гриффин Терпли и Антон Чайкин подчеркивали:

“Происхождение Ордена “Череп и Кости” тесно связано с историей распространения опиума и ожесточенной борьбой за политический контроль над новой Американской Республикой” [246].

Что касается его статуса, то Орден “Череп и Кости” официально учрежден в 1856 г. как “Рассел Траст”. Орден проводит ежегодные встречи в клубе на Сент–Лоренс Ривер в Нью–Йорке, который называется “Рука Оленя”.

Несомненно, что этот тайный клуб Ордена не единственный. Согласно данным исследователей Терпли и Чайкина “в Принстоне есть “обеденные клубы”, в частности Клуб “Айвы” и Клуб “Коттедж”, чьи олигархические традиции берут начало от Джонатана Эдвардса и Аарона Бура, вплоть до братьев Даллес.

В Гарварде есть ультра–благородный “Порцелиан”, известный также как “Пор” или “Свиной Клуб”. Даже Теодор Рузвельт бравировал перед немецким кайзером своим членством в нем. Франклин Д. Рузвельт был также членом стоящего немного ниже по рангу “Флай Клуба” [247].

В Йеле существуют и другие тайные клубы. Два из них: “Волчья голова” и “Свиток и Ключ”, согласно исследованиям Розенбаума, объединяют многих представителей восточного истеблишмента, которые не принадлежат к Ордену “Череп и Кости”. Но ни в одном из этих тайных клубов нет таких очевидных тесных, кровных и деловых связей, как в Ордене “Череп и Кости”. Ежегодно пятнадцать молодых людей Йельского университета отбираются для принятия в эту тайную организацию в будущем году.

В дополнение к чрезвычайной таинственности члены этого Ордена дают клятву сохранять тайну и не упоминать о его существовании. В Ордене есть собственные правила членства. Членов–новичков называют “Рыцарями”, по принципу тайных ранних обществ типа рыцарей тамплиеров, мальтийских рыцарей или рыцарей святого Джона.

Став полноправным членом Ордена, они получают название Патриарха, им отдают почести как отцу–основателю. Посторонних неуважительно называют “язычниками” или “вандалами” [248].

Исследователь Саттон отмечал, что активными членами Ордена “Череп и Кости” на начальной стадии “были представители 2030 семейств... Здесь присутствует линия старейших американских семейств, прибывших на Восточное побережье в семнадцатом веке. Среди них, например, такие семьи, как Уитни, Лорд, Фелпс, Уодсворт, Ален, Банди, Адамс и другие.

Здесь есть и представители семейств, ставших состоятельными в последние 100 лет, обучавших своих сыновей в Йельском университете и желавшие стать “знатными”, например, Харриман, Рокфеллер, Пейн, Дэвисон” [249].

Исследователь Экке писал, что эти семейства проявляли интерес к наследию и родословной Старого Мира. Они практиковали договорные браки, “чтобы защитить или “продвинуть” генетическую линию псевдоэлиты, чтобы узаконить аристократическое происхождение благодаря тщательному выбору партнеров для заключения брака, а не купли родословной и появления богатого наследства за счет получения огромных прибылей вследствие оборота наркотиков или работорговли.

Эти смешанные семейства помогают и поддерживают друг друга в своем стремлении к финансовому, политическому и генетическому господству” [250].

“Вас... охватывает чувство, что здесь огромное количество смешанных браков среди семейств, которые являются членами Ордена “Череп и Кости”, — отмечает Розенбаум. — Фактически, можно утверждать, что функционально “Череп и Кости” является своего рода неофициальной организацией евгеники, которая привносит энергичные новые гены в кровное родство Смитсонской элиты” [251].

Кумовство своими корнями уходит глубоко в Орден. Так, например, современные финансы компании “Рассел Траст” были накоплены Джоном Б. Мадденом младшим, партнером компании “Браун Бразерс Харриман”, возникшей в результате слияния компаний “Браун Бразерс” и “Харриман” в 1933 г. Мадден начал работать в этой компании в начале 1940–х годов под руководством своего старшего партнера Прескотта Буша, отца бывшего президента Джорджа Буша. Все они являются членами Ордена “Череп и Кости” [252].

Интересы Морганов и Рокфеллеров также хорошо представлены в Ордене. Член Ордена “Череп и Кости” Перси Рокфеллер связал Орден со “Стандарт Ойл”, а преданные Моргану люди обнаружены в документах Ордена “Череп и Кости”.

В то же время Морган не был членом этого Ордена, но Гарольд Стэнли (член Ордена с 1908 г.) примкнул к банковской фирме Моргана “Гаранте Траст” в 1915 г. и таким образом стал партнером Моргана и президентом объединенной компании “Морган, Стэнли и Компания”. Аверелл Харриман (Орден, 1913) был членом правления фирмы “Гаранте Траст”, а Уитни (Орден, 1894) и его отец В. С. Уитни (Орден, 1863) были директорами фирмы “Гаранте Траст”. Некоторые люди из компаний Морганов входили во внутреннее ядро Ордена “Череп и Кости”, например, их партнер Гарольд Стэнли из компании “Морган, Стэнли и Компания” и др.

Путь к финансовой власти не всегда лежал через прямое членство в Ордене “Череп и Кости”. Несмотря на то что Орден контролировал значительную часть богатства Эндрю Карнеги, сам Карнеги никогда не был его членом. Орден бесцеремонно использовал богатство “Фонда Форда”, несмотря на возражения семейства Форда, из-за чего два представителя семейства Форда были вынуждены уйти из правления “Фонда Форда”. Никто из семейства Фордов никогда не был членом Ордена.

А вот президентом “Фонда Форда” с 1966 г. по 1979 г. был Макджордж Банди, член Ордена с 1940 г. С 1960 г., почти шесть лет, Банди служил советником по национальной безопасности у президентов Джона Ф. Кеннеди и после его смерти у Линдона Джонсона. В то же время его брат Уильям Банди, член Ордена с 1939 г., работая в Центральном разведывательном управлении (ЦРУ), служил помощником госсекретаря по делам Восточной Азии и Тихоокеанского региона.

Членами Ордена “Череп и Кости” были довольно влиятельные люди Америки: президент США Уильям Тафт (1909-1913); судья Верховного суда США Потер Стюарт; Генри Стимсон, бывший министром обороны в период президентства Франклина Д. Рузвельта (1933-1945) и Гарри С. Трумэна (1945-1953), которого характеризовали как “человека основы основ американского правящего класса”; американского посла в России Аверелла Харримана; основателя журнала Тайм (Time) Генри Люсе; управляющего хозяйством Рокфеллера Ричардсона Дилворта.

Много других известных имен связано с Орденом “Череп и Кости”, например, Лову Форс, Кулидж, Делано, Стимсон и другие. Знаменитыми членами Ордена являются: президент Джордж Буш (1949 г.); Уильям Бисселл (1925 г.), брат Ричарда Бисселла, заместителя директора ЦРУ по планированию; Мори Хоув Бредфорд (1943 г.), женившийся на Кэрол Варбург Ротшильд в 1941 г. и вскоре ставший главным управляющим “Нью–Йорк таймс”; Генри Лус (1919 г.), возглавивший мощную и влиятельную издательскую империю “Лус”, в которую вошли журналы “Тайм” и “Лайф”; известный консервативный комментатор Уильям Ф. Бакли (1950 г.).

Исследователи В. Терпли и А. Чайкин писали:

“Нынешний век обязан большинству своих ужасных событий влиятельным американским проанглийским семействам, пришедшим сюда, чтобы властвовать. Они использовали Орден “Череп и Кости” как политическое вербовочное агентство, в частности, Харриманы, Уитни, Вандербилды, Рокфеллеры и их сторонники — Лорды, Тафты и Банди” [253].

Другие исследователи считали, что Орден “Череп и Кости” является центром Нового мирового порядка. Орден также называли “краеугольным камнем”, а точнее внутренним кругом или управляющим и координационным центром таких латентных структур мировой политики, как Совет по международным отношениям, Бильдербергский клуб и Трехсторонняя комиссия.

Исследовав влияние и контроль, осуществляемый Орденом в областях внешней политики, финансов, образования и религии, христианский автор и издатель Текс Марс предупреждал: “Следует разоблачить Орден “Череп и Кости”, поскольку его сущность представляет огромную и реальную опасность для наших свобод и для наших конституционных прав” [254].

Исследователь Розенбаум, пытаясь объяснить зловещие уловки Ордена, писал, что все это из-за “впечатлительного молодого Рассела, в котором взыграл материнский инстинкт такой псевдомасонской секты, как Орден иллюминати” [255].

Хотя, возможно и с некоторой долей сарказма, Розенбаум высказал предположение, что

“Восточный истеблишмент является демоническим творением тайной элиты, манипулирующей историей, а “Череп и Кости” — один из его вербовочных центров... и что он заметил угасание Ордена “Череп и Кости”, который в последние годы стал более вялой, гедонистической, неудобной и даже, как некоторые говорили, декадентской группой” [256].

Противоречивые суждения об Ордене высказывались в ходе президентских выборов в 1980 г. Бывший лидер американской Лейбористской партии Линдон Х. Ляруш был независимым кандидатом в президенты. На первичных выборах в Нью–гемпшире Ляруш подверг нападкам республиканца Джорджа Буша за его членство в Ордене, заявив, что “Череп и Кости” — это никакое не братство, не специальная ассоциация выпускников и тому подобное.

Он утверждал, что это очень серьезный, предназначенный для избранных культовый заговор против американской Конституции. Подобно апостолам Кембриджа, новички Ордена “Череп и Кости” — избранные агенты секретной английской службы на всю жизнь” [257].

Многие исследователи полагают, что разоблачение связи Джорджа Буша с Орденом “Череп и Кости”, а также с такими структурами, как Совет по международным отношениям и Трехсторонняя комиссия, повлияли на голоса в Нью–Гемпшире и, в конечном счете, на избрание его президентом в 1980 г.

“Орден либо способствовал, либо препятствовал практически каждому существенному исследованию, политике и принимающей решение организации в Соединенных Штатах Америки” [258], — писал Саттон.

Судя по всему, Саттон, видимо, прав. Одним из наиболее глубоких исследований уставных акционеров, когда-либо осуществляемых, было проведено в 1980 г. Комитетом Сената по государственным делам под названием “Структура общей концентрации”. Его выводы, как сообщил автор Дональд Гибсон, были таковы:

“Финансовые учреждения, как составная часть тех структур, что экстенсивно взаимодействовали с комплексом Моргана-Рокфеллера, являются доминирующей силой в экономике... В Правление директоров Моргана входили личности, которые работали в руководстве 31 из 100 ведущих фирм. Компания “Ситикорп” была связана с 49 ведущими компаниям, а также с банками “Чейз Манхэттен”, “Химическим Банком” и “Метрополитен Лайф”, а они, в свою очередь, были связаны с членами правления 24–х других ведущих компаний.

Эти фирмы создают густую сеть связей, усиленных частными контактами посредством частных клубов, образовательных учреждений, браков и членства в организациях типа Совета по международным отношениям, Ордена “Череп и Кости”, Трехсторонней комиссии и группы Делового Совета” [259].

Гибсон также отметил, что, по крайней мере, два учреждения Моргана–Рокфеллера были среди шести самых влиятельных акционеров, таких как: “Дженерал Моторс”, “Дюпон”, “Эксон”, “Дженерал Электрик”, Ай–Би–Эм, “Юнайтед Технолоджиз” и “Юнион Пасифик”.

Как и в других тайных обществах, заметно прослеживались взаимовыгодные связи между Орденом “Череп и Кости” и ЦРУ. Кроме вышеупомянутых Буша, Банди и Висселла, членами “Череп и Кости” также были (ставшие впоследствии высокопоставленными должностными лицами ЦРУ) директор кадрового управления Ф. Труби Дэвисон (Орден, 1918 г.); руководитель бейрутского отдела ЦРУ Джеймс Бакли (Орден, 1944 г.); стипендиат Сесила Родса и заместитель директора по планированию Хьюз Каннингем (Орден, 1934 г.); поэт Арчибальд Макалей (Орден, 1915 г.), оказавший помощь Уильяму Доновану, руководителю Отдела стратегических служб, в создании ЦРУ в конце 1940–х годов.

“Йель оказывал на центральную спецслужбу большее влияние, чем любой другой университет, создавая для ЦРУ атмосферу единения класса” [260], — заявил профессор истории Гайдис Смит.

А исследователь Розенбаум счел необходимым акцентировать, что йельский жаргон для члена тайного общества является определяющим “признаком” так же, как в ЦРУ этот жаргон используется для определения своего человека.

Однако Центральное разведывательное управление — это только одно из многочисленных американских правительственных “алфавитных” агентств, в адрес которого звучат обвинения в том, что его агенты осуществляют контроль над десятками других организаций, фондов, мозговых центров и исследовательских групп, созданных и/или финансируемых тайными обществами. Многие исследователи заявляют, что такие частные организации фактически были созданы ведущими членами тайного общества.

Теперь мы знаем, кто стоит за президентами США. Это Орден “Череп и Кости”, за которым нависает зловещая тень сатанинского Ордена иллюминати, появившегося 1 мая 1776 г. в Баварии и снова исчезнувшего. Но его идеи, планы и пренебрежение к человеческой жизни поразительно воспроизводятся сегодня президентами США. Война в Ираке, затем Югославия и снова Ирак, и везде гибнут невинные люди.

Ну а теперь догадайтесь, кто придет в Белый дом, кто пригласил их, кто возглавит президентскую администрацию США. Правильно. Идут масоны, члены Ордена иллюминати. Их попросили прийти члены Ордена “Череп и Кости”. Посвященные будут во главе Соединенных Штатов Америки, а теоретики заговоров, без сомнения, будут находиться рядом.

Мировой Форум (Фонд Горбачева)

Штаб–квартира этой организации находится на западном побережье США, в Сан–Франциско, на улице с характерным названием Масонская (Masonic street). Здесь на берегу Тихого океана, где среди тенистых пальм на территории бывшей военной базы США Президио с 1992 г. ведет подрывную работу против народов мира

Фонд Горбачева, получивший в 1995 г. новое название — Мировой Форум.

Когда Горбачев развалил мировую социалистическую систему и предал свой народ, он получил в качестве вознаграждения эту американскую военную базу в районе Сан–Франциско.

“Базу ликвидировали, Горбачева туда вселили, дали особняк. А сейчас для него возводят масонский комплекс в Сан–Франциско. А должность ему пророчат — генеральный секретарь всех религий.

Горбачев получил две премии царя Давида, даже среди евреев нет таких, которые получили сразу две такие премии. А нееврей Горбачев получил с формулировкой “За заслуги перед еврейским народом”. Все это было сделано в рамках Гарвардского проекта” [261].

Создание и дальнейшее развитие этой организации непосредственно связано с деятельностью как крупнейшей мондиалистской структуры — Совета по международным отношениям, — так и государственных учреждений и спецслужб США.

Решение о создании Фонда Горбачева было принято на Совете по международным отношениям. Причем появлению этого Фонда предшествовала сложная процедура. В самом конце 1991 г. два члена Совета по международным отношениям Д. Гаррисон и А. Воссбринк получили задание сформировать специальную организацию, служащую прикрытием подрывной политики США на территории бывших республик СССР.

Организация эта получила название Международной ассоциации иностранной политики и зарегистрирована Агентством США по международному развитию как частное добровольческое учреждение, “способствующее переходу к демократии и рынку бывших советских республик”. Деятельность “ассоциации” сводилась к организации транспортов гуманитарных грузов в Россию и Грузию.

Через эту “ассоциацию” Министерство обороны США направляло в Россию на своих военных самолетах залежавшиеся на складах Пентагона продовольствие, медикаменты и списанные за ненадобностью одежду и обмундирование. Под прикрытием этих акций, пользуясь тем, что содержимое самолетов не досматривалось, а прибывшие на них люди пропускались без виз и учета, ЦРУ и военная разведка США переправили в СССР большое количество новых агентов и специальной техники.

“Через три–четыре месяца после создания Ассоциации те же Д. Гаррисон и А. Воссбринк получили разрешение бывшего президента СССР Горбачева создать Фонд его имени, — пишет Олег Платонов. — Новая организация возникла на базе персонала той же Международной ассоциации иностранной политики.

В течение двух лет обе организации — и Ассоциация, и Фонд — существуют как сиамские близнецы в двух лицах, но под одним руководством.

После создания Фонда Горбачев совершил поездку по США, где выступал перед многочисленными аудиториями, заявляя, что с падением СССР мир вступил на качественно новую ступень развития. Разрушение Российской цивилизации ознаменовало победу новой глобальной цивилизации. Происходит замена старой парадигмы исторического развития на новую [262].

Горбачев встретился с президентами США Д. Бушем, Р. Рейганом, Д. Картером, Р. Никсоном, бывшим госсекретарем США Д. Шульцем. На встрече с президентом Рейганом Горбачев заверил его, что сделает все для достижения “новой интегрированной глобальной цивилизации”, управляемой из одного центра. По–видимому, именно на этих встречах были в основном определены задачи и этапы создания единого мирового правительства и полного подчинения человечества руководителям иудейско–масонской цивилизации.

Осенью 1993 г. Фонд Горбачева, как российский, так и американский, совместно с Фондом Раджива Ганди провел серию международных совещаний, где обсуждались шаги, которые необходимо предпринять в течение “исторического переходного периода” от цивилизации старого типа к интегрированной глобальной цивилизации. Именно Фонд Горбачева (США) в том же 1993 г. поставил вопрос о необходимости создания международной организации, которая возьмет под свой контроль все религии мира, — так называемой Организации Объединенных Религий.

План установления глобального контроля над человечеством осуществлялся под прикрытием выдвинутого Фондом Горбачева “Проекта глобальной безопасности”. Этот проект, декларируя бесспорные истины построения мира без войн и конфликтов, предусматривал резкое усиление власти наднациональных международных организаций, и прежде всего НАТО. Фактически, в слегка закамуфлированном виде, полный контроль над человечеством по проекту Фонда Горбачева передавался в руки США и их союзников по Северо–Атлантическому блоку.

Неудивительно, что “Проект глобальной безопасности” был одобрен Советом по международным отношениям 19 октября 1994 г. Тогда же СМО принимает решение о преобразовании Фонда Горбачева (США) и Международной ассоциации иностранной политики в одну новую мондиалистскую структуру — Мировой Форум (МФ), возглавляемый Д. Гаррисоном.

Формируя эту новую структуру, мировая закулиса как бы легализует идею единого мирового государства и мирового правительства. Перед МФ ставится задача поэтапного движения к созданию “глобального государства” и “интегрированного глобального управления”, а также подготовка мирового общественного мнения к мысли о “прогрессивности” и “необходимости” этих шагов.

На первой конференции МФ, состоявшейся в сентябре 1995 г. в Сан–Франциско (США), участвовали многие представители Совета по международным отношениям, Бильдербергского клуба, Трехсторонней комиссии, а также многих масонских лож. Символично, что заседания МФ проходили в большом конференц–зале главного масонского темпла Калифорнии.

Билет на право участвовать в конференции (пять дней) стоил 5 тыс. долларов (включая питание и гостиницу). В речах таких видных деятелей мировой закулисы, как Д. Буш, Д. Бейкер, З. Бжезинский, М. Горбачев, М. Тэтчер, Т. Тернер, К. Саган, Д. Денвер и многих других, постоянно звучали слова “новый мировой порядок”, “мировое правительство”, “глобальное управление”.

Так, например, один из главных теоретиков мировой закулисы — З. Бжезинский заявил, что “глобализация мирового управления не акт доброго желания или доброй воли, но неизбежный процесс”, который необходимо контролировать. Для контроля над этим процессом и создается МФ. Сам Горбачев на этой конференции провозгласил эру новой цивилизации. В своей книге “В поисках нового начала: развитие новой цивилизации”, выпущенной к открытию конференции, он заявил, что “пришло время развивать интегрированную глобальную политику”.

Горбачев выдвигает идею “консенсуса” между будущим мировым правительством и национальными государствами, предлагая последним отказаться от своего суверенитета в пользу международных законов, которые будут диктовать всем жителям Земли “общие верования, ценности, стандарты, образ жизни”, сформулированные группой мировых лидеров.

Горбачев предлагает отобрать 100 человек “новаторов–мыслителей”, называемых им “Глобальный мозговой трест”, или “Совет мудрецов”, поручив им ежегодно собираться в Президио для управления глобальными процессами человечества. Бывший генсек ЦК КПСС предлагает создать Хартию Земли — Билль о правах планеты, по которому обязаны будут жить люди всей Земли.

Многие заседания конференции носили строго закрытый характер. Представители печати и обычные посетители на них не допускались. В особо секретной обстановке проходили встречи по таким вопросам, как отказ от либерального подхода в отношении регулирования численности населения Земли и сокращения природных ресурсов, упрощения образа жизни, а также перераспределения всемирных богатств.

За закрытыми дверями представители иудейско–масонской цивилизации решали, каким образом им сократить население Земли, чтобы его “излишняя” численность не мешала процветанию населения западных стран. Обсуждая вопрос о перераспределении богатств, лидеры мировой закулисы не были озабочены проблемами слаборазвитых государств и не стремились поделиться с ними богатствами, полученными Западом в результате эксплуатации третьего мира, а изыскивали новые пути и источники неправедного стяжания, прежде всего имея в виду ресурсы бывших советских республик.

В последний день конференции между присутствовавшими на съезде крупнейшими деятелями мировой закулисы — Бушем, Тэтчер и Горбачевым — развернулась дискуссия о роли ООН в будущем “глобальном управлении человечеством”. Из этой дискуссии явствовало, что мировую закулису не устраивает нынешнее состояние и организация ООН, ибо состав ее делегаций формируется по национальному признаку и государства–участники направляют своих делегатов по собственному усмотрению.

Значительная часть представителей государств — членов ООН неподвластна диктату мировой закулисы и склонна принимать самостоятельные решения, соответствующие их национальным интересам. Мировое правительство, выражающее позицию только стран иудейско–масонской цивилизации, стремится ограничить возможности ООН, превращая ее в технический аппарат претворения в жизнь решений, вынесенных закулисными владыками мира.

Так, М. Тэтчер откровенно заявляла на конференции 1995 г., что самые важные мировые проблемы не следует оставлять на усмотрение ООН — их будет решать новая, более подходящая для этого организация. Поднимая вопрос о мировом правительстве, деятели мировой закулисы не собираются закладывать в его основу принцип ООН о справедливом представительстве национальных сил всех стран.

Они стремятся к созданию наднационального органа, обладающего правом попирать государственные суверенитеты любой страны, использовать военную силу против неподчинившихся. Согласно планам членов МФ, персональный состав мирового правительства будет определяться не народами нашей планеты, а на секретных заседаниях таких мондиалистских структур, как Бильдербергский клуб, Совет по международным отношениям и Трехсторонняя комиссия.

Мировая закулиса использует ООН как технический инструмент оказания влияния на свободные народы мира. На конференции Мирового Форума была одобрена программа регулирования численности населения мира, проводимая Всемирным банком ООН совместно с правительством США. Главная цель программы — обеспечить резкое снижение рождаемости в странах, не относящихся к иудейско–масонской цивилизации.

Программа эта охватывает около 100 стран мира, предусматривая самые различные меры, вплоть до принудительной стерилизации мужчин и женщин. Одним из главных ответственных за проведение этой антигуманной программы является директор Всемирного Банка Д. Вольфензон, влиятельное лицо мировой закулисы, директор финансов комитета Фонда Рокфеллера, один из руководителей Бильдербергского клуба и член Совета по международным отношениям [263].

Следующая конференция МФ прошла также без особой огласки в начале октября 1996 г. там же, в Сан–Франциско. Открыл ее член Совета по международным отношениям, один из руководителей международной еврейской масонской ложи “Бнай–Брит”, президент корпорации Карнеги Давид Гамбург.

Вопрос о создании мирового правительства и глобальном управлении всесторонне рассматривался в рамках так называемой Стратегической инициативы МФ. В докладах раввина А. Герцберга, сенатора из США А. Крэнстона, бывшего главнокомандующего войсками стратегического назначения США Л. Батлера поднимались вопросы о необходимости конструирования “новой архитектуры Глобальной Безопасности”, которая понималась ими как обеспечение условий паразитического существования иудейско–масонской цивилизации за счет природных ресурсов всего человечества и подавления сопротивления стран Третьего мира, несогласных принимать такой мировой порядок.

Высказывая благие пожелания о разоружении, деятели Мирового Форума имели в виду одностороннее разоружение армий тех правительств, которые не согласны подчиняться диктату США и других западных стран. Выносится предложение провести через ООН международный закон о запрещении продажи оружия и стратегических компонентов тем странам, в которых “нарушаются права человека” или у власти находятся “диктаторские режимы”.

Раввин Герцберг, бывший вице–председатель Всемирного еврейского конгресса, выступил с инициативой “Хартии человеческих обязанностей”, которая, по сути дела, сводится к поклонению космополитическим ценностям Западного мира, отрицанию христианских основ и патриотизма.

Всеобщий духовный кризис человечества рассматривался на МФ 1996 г. не как разрушение Христианской цивилизации иудейско–масонским миром, а как сопротивление значительной части человечества попыткам навязать ей космополитические ценности и чуждый образ жизни. В докладах религиозных философов С. Кина, М. Палмера, уже упомянутого выше деятеля мировой закулисы Д. Гамбурга западная система ценностей, основанная преимущественно на иудейской культуре, рассматривалась как точка отсчета для всего человечества, а всякое противостояние ей — как устаревший, реакционный взгляд на жизнь.

С. Кин, например, предложил МФ такое решение экологической проблемы Земли:

“Если мы урежем население земного шара на 90 %, то не останется людей для того, чтобы наносить экологический ущерб”.

Предложение это было встречено бурными аплодисментами присутствовавших.

Самой важной отличительной особенностью всех конференций, собиравшихся МФ, была их антихристианская направленность. Деятели мировой закулисы как бы демонстрировали свое отрицательное отношение к Заветам Иисуса Христа, Позиция Христианства не была отражена ни в одном из докладов. Во многих выступлениях доминировали взгляды представителей религии “Нового века”, являющейся, по сути, сатанинско–пантетистическим учением, близким к атеизму [264].

Большинство докладчиков выражали сатанинский комплекс “строителей вавилонской башни”, декларируя “истины” религии будущего, в которых не будет места Заповедям Спасителя, а только удобные представления о Боге космополита–бизнесмена, охваченного страстью стяжания богатства ценой страданий и даже смерти большей части человечества.

Элита последователей религии “Нового века”, к которой принадлежит сам президент МФ Д. Гаррисон, была на конференции этой мондиалистской организации представлена такими громкими в Западном мире именами, как музыкант “Нового века” Д. Денвер, актеры Ш. Маклейн и Д. Вивер, писатель (в основном сатанинско–мистические книжки о переселении душ) Д. Чорпа, основатель Института Есалем М. Мерфи, футуролог Д. Нейсбитт, директор Института мира Р. Мюллер, глава секты дианетики Б. Хаббард.

Представитель религии “Нового века” Д. Денвер фактически открыл первую конференцию, исполнив вместе с детским хором ритуальную песню в духе “Нового века”. Во всех главных вопросах “нововековцы” задавали тон: о проблемах регулирования населения Земли говорил гуру–философ С. Кин, ведущими докладчиками на конференции были В. Гарман (президент Института духовных наук, гуру психоделической наркомании 60–х годов), Д. Шигэн, М. Мерфи.

К началу 1997 г. вполне сложилась структура органов управления МФ. Общее руководство осуществлялось президентом Д. Гаррисоном и председателем правления М. Горбачевым, при котором состояли 17 сопредседателей и совет из 10 человек. При этих руководящих органах состояли Международный координационный совет из 44 человек и сан–францисский координационный совет из 16 человек.

Оперативное управление организацией осуществлял директорат из 14 человек. Общее число состоявших в руководстве МФ составляло 100 человек, по–видимому, мистическую для М. Горбачева цифру, так как еще на первой конференции этой организации он говорил о необходимости создания Всемирного мозгового треста, или “Совета мудрецов” из 100 человек.

Итак, кто же вошел в сформированный мировой закулисой и М. Горбачевым “Совет мудрецов”?

Сопредседателями М. Горбачева, в частности, были члены Совета по международным отношениям, бывший госсекретарь США Д. Бейкер и М. Эдельман, член Бильдербергского клуба, бывший премьер–министр Нидерландов Р. Лубберс, член Трехсторонней комиссии, бывший премьер–министр Японии Я. Накасоне, вдова премьер–министра Израиля Л. Рабин, вдова предателя арабского народа А. Садата Д. Садат, один из мировых столпов космополитической информационной системы, член всех возможных структур мировой закулисы Т. Тернер.

В состав директората, кроме уже упомянутых членов Совета по международным отношениям Д. Гаррисона и А. Воссбринка, вошли С. Донован (президент Института Эсалема, “Новый век”), Д. О'Нейл (президент Центра обновления руководства), Т. Рабин (президент информационной корпорации “Фокус медиа”), Б. Сэдлих (президент корпорации “Рейчем”).

В Совет при председателях МФ вошли такие известные деятели мировой закулисы, как члены Совета по международным отношениям: бывший руководитель большинства в Сенате США (19881994) Д. Митчелл и бывший сенатор (1969-1993) А. Крэнстон, президент Американской академии наук Б. Альберте, футуролог и писатель Д. Нейсбитт.

В Международном координационном совете выделялись члены Совета по международным отношениям: Л. Браун (президент “Волд Вотч Инститьют”), Ф. Мастер (председатель Фонда Горбачева в Нидерландах), С. Райнс–мит (президент фирмы “Райнсмит энд ассошиейтс”), А. Виллар (директор журнала “Лэтин Американ бизнес репорте”), В. Велч (главный редактор журнала “Ворлд тайме”).

Таким образом, “мудрецами” “Совета мудрецов” МФ были преимущественно представители мировой закулисы, и прежде всего Совета по международным отношениям, что не оставляло сомнений в вопросе о мондиалистском характере и задачах этой организации. Это подтверждается также и составом спонсоров МФ, в их числе — такие глобальные масонские структуры, как Фонд Рокфеллера, Фонд Карнеги, Фонд глобального общества, Фонд Натана Каммингса, телекомпания Си–эн–эн, а также корпорации, руководители которых входят в состав мировой закулисы: “Шеврон”, “Джонсон энд Джонсон”, “Паккард”, “Продиги”, “Оксидентал петролеум”, “Бритиш эйрвейс” и др.” [265].

Фонды, не облагаемые налогом, и алфавитные агентства

Сегодня только на территории Соединенных Штатов Америки существует более сорока тысяч не облагаемых налогами фондов, большинство из которых не скрывает своих истинных намерений. Еще такое же количество оказывает содействие планам тайных обществ в вопросах глобализации и централизации правительства.

Норманн Додд, отвечающий за работу избирательного комитета Палаты представителей, который изучает фонды и приравненные к ним организации, сообщил, что в 1952 г. президент “Фонда Форда” лично сказал ему, что его фонд, “действующий по указаниям из Белого дома”, предназначен “для изменения нашей жизни в Соединенных Штатах Америки” [266] с целью обеспечения мирного сосуществования с Советским Союзом. С крахом коммунизма, появлением Организации Объединенных Наций и НАТО, а также различных экономических договоров, казалось, что эта цель близка к достижению.

Поверхностный взгляд отдельных авторов на общества и фонды, связанные с Орденом “Череп и Кости”, СМО, Трехсторонней комиссией, Орденом иллюминати и другими тайными обществами вызывает некоторое удивление. Среди них: Агентство международного развития, Американский союз за гражданские свободы, Американский совет расовых отношений, Американский институт прессы, Антимонопольная Лига, Арабское бюро, Институт Аспена, Ассоциация гуманистической психологии, Мемориальный институт Беттела, Исследовательский центр поведенческих наук, Центр конституционных прав, Центр изучения Кубы, Центр демократических институтов, Христианская социалистическая лига, Коммунистическая лига, Фонд окружающей среды, Фабианское общество, Фонд Форда, Фонд национального прогресса, немецкий Фонд Маршалла, Гудзонов институт, Институт тихоокеанских отношений, Институт наркомании, преступности и правосудия, Международный институт стратегических исследований, Институт Меллона, Метафизическое общество, Группа Милнера, Общество Мэн Пелерин, Национальная ассоциация помощи цветным людям, Национальный совет церквей, Фонд нового мира, Институт корпорации Рэнд, Стэндфордский научно–исследовательский институт, Институт человеческих отношений Тависток, Союз обеспокоенных ученых, Международный Красный Крест и ИМСА.

Например, Институт Аспена является “всемирным концерном со значительным дипломатическим влиянием”. Имея почти 60 млн долларов чистых активов, он “регулярно оказывает гостеприимство президентам, премьер–министрам, философам, государственным деятелям, советникам, педагогам, журналистам, художникам, активистам и другим представителям, конкурируя со Списком 500 (влиятельных людей)” [267], как отмечал Поль Андерсен, журналист “Аспен Уикли”. Однако, несмотря на свою национальную, или международную известность, Институт остается загадкой для большинства местных представителей и тех, кто его посещает.

Институт основан в 1940–х годах как Институт гуманистических исследований Аспена. Приложение, касающееся гуманизма в 1970–х годах, было опущено. Его основатели промышленник из Чикаго Уолтер Пепк; президент Рокфеллерского университета Чикаго Роберт Мейнард Хатчинс; философ Мортимер Адлер; член СМО и Ордена “Череп и Кости” Генри Лус, глава влиятельных изданий “Лайф” и “Тайм”. Все эти люди были близко связаны с имеющим отношение к Университету чикагским филиалом компании “Энциклопедия Британика”.

Несмотря на ряд серьезных разногласий с городом по вопросу расширения и использования земли, Институт Аспена продолжает использовать успокоительную атмосферу Скалистых Гор, где он расположен, принимая посетителей на своих многочисленных семинарах и конференциях.

Институт политических исследований (ИПИ), организация прикрытия, насчитывающая сотни различных групп, представляющих как левый, так и правый политический спектр, действовала в Вашингтоне. Это еще один пример организации, связанной с тайными обществами. Автор Д. Колеман писал:

“ИПИ определял и менял внешнюю и внутреннюю политику Соединенных Штатов Америки, начиная с момента основания семействами Джеймса П. Варбурга и Ротшильда, при поддержке Бертрана Рассела и английских социалистов.

Цели ИПИ были определены английским Круглым столом. Одной из наиболее известных целей было создание “Новых левых” как базового движения в США. ИПИ должен был организовывать противостояние, создавать волнения и беспорядки, неконтролируемые ситуации, распространять “идеалы” левого нигилистического социализма, поддерживать неконтролируемое распространение наркотиков всех типов, быть “большой дубиной”, сотрясающей политический истеблишмент Соединенных Штатов Америки” [268].

Согласно Колеману, основатели ИПИ Ричард Барнетт и Маркес Раскин управляли такими разнообразными структурами при помощи общества “Черных пантер” Дэниела Еллсберга, сотрудника Совета Национальной безопасности Мертона Гальперина, организаций “Уэдермен”, “Венцерамос” и штаба кампании кандидата Джорджа Макговерна.

Автор С. Стивен Пауэлл отметил, что целью, провозглашенной ИПИ, являлась “ликвидация всех экономических, политических, социальных, и культурных учреждений в Соединенных Штатах Америки”. В результате всеобъемлющего расследования, предшествовавшего краху коммунизма, он сделал вывод, что “отчет расходов деятельности ИПИ свидетельствует, что многое из того, чем занимался институт, отвечало интересам Советского Союза. Особых успехов ИПИ добился в создании основ либерального академического исследовательского центра” [269].

Согласно исследователям, большая часть финансирования ИПИ поступала от связанных с СМО организаций, в частности, от “Фонда Рубина”, который представляла нью–йоркская юридическая фирма “Лорд, Дей и Лорд”. Члены семейства Лордов были членами “Черепа и Костей” с 1898 г. Уинстон Лорд (Орден, 1959 год), бывший помощник Генри Киссинджера, в 1983 г. был председателем Совета по международным отношениям, а при президенте Рейгане — послом в Китае.

Длительное время президентом “Фонда Форда” был вездесущий Макджордж Банди, член СМО и Ордена “Череп и Кости”, советник Совета национальной безопасности, осуществлявший контроль за инцидентом в Тонкинском заливе, приведший к Вьетнамской войне [270].

В середине 1980–х годов, благодаря деятельности Центра изучения демократических учреждений, была выдвинута инициатива внесения изменений в американскую конституцию, финансовое обеспечение которой осуществлял Фонд Форда. Однако, из-за массовых протестов населения, она оказалась неуспешной.

Особый взгляд на мир богатых людей оказал влияние на их последователей, которые стали создавать крупные просветительские центры типа лондонской школы экономики и политических наук. Финансирование создания этой школы осуществлял Фонд Рокфеллера, английский трастовый фонд Карнеги и другие, связанные с фирмой “Морган и Компания”. Эта престижная школа была основана Сиднеем Джеймсом Веббом, основателем Фабианского общества.

Основанное в Лондоне в 1883 г., Фабианское общество было группой эволюционных социалистов, позаимствовавших имя у римского генерала Фабиуса Кунктатора, сумевшего нанести поражение огромной армии Ганнибала, благодаря удачным атакам. Избегая генеральных сражений, Фабиус, в конечном счете, сумел победить. Фабианские социалисты, чьей целью была “реорганизация общества путем уравнивания земельного и промышленного капитала индивидуумов и классовая собственность”, взяли на вооружение тактику Фабиуса.

По сути, вопрос тактики был единственным различием между фабианскими социалистами и коммунистами. Там, где коммунисты хотели установить социалистические правительства путем революции, фабианцы старались медленно двигаться к социализму через пропаганду и законодательство.

Фабианцев однажды уличил в их методах один из их видных членов, автор Герберт Уэльс. В 1906 г. Уэльс сказал: “Я нахожу в нашем обществе... любопытное тщеславие хитрости, что-то вроде веры, что мир может вступить в социализм, даже не подозревая об этом” [271]. Вместо того чтобы принять этот призыв к большей открытости, фабианцы проигнорировали замечание Уэльса и продолжали придерживаться своей тактики скрытности и хитрости.

Другими известными фабианцами были Джордж Бернард Шоу и английский экономист Джон Мейнард Кейнс, чьи “новые экономические взгляды” на увеличение долга и больший экономический контроль над правительством были основой американской экономики до введения “Рейганомики” и “контрреформирования”, спровоцированных экономистом Чикагского университета Милтоном Фридманом и его монетаристской теорией.

После неудачи в реализации своих социалистических идеалов в рамках английских Либеральной и Консервативной партий, фабианцы в 1906 г. создали мощную английскую Лейбористскую партию.

В начале XX в. основатель Фабианского общества Веб реорганизовал Лондонский университет в Федерацию образовательных учреждений, разработал английские Законы об образовании 1902 и 1903 гг. и основал Лондонскую школу экономики.

Среди известных студентов Лондонской школы экономики были Дэвид Рокфеллер, Джозеф Кеннеди–младший и его младший брат, будущий президент Джон Ф. Кеннеди, Роберт Кеннеди–младший, будущий сенатор Дэниел Мойниген, писатель Захария Ситчин и диктор Эрик Севарейд.

Правительственными “алфавитными” агентствами, близкими к тайным обществам, являются не только Центральное разведывательное управление (ЦРУ), но и Совет национальной безопасности (СНБ), Федеральное бюро расследований (ФБР), Агентство национальной безопасности (АНБ), Разведывательное управление (РУ), Национальное разведывательное сообщество (НРС), Агентство по борьбе с наркотиками (АБН), Бюро по контролю за алкоголем, табаком и огнестрельным оружием (БКАТОО), Федеральное агентство по контролю чрезвычайных ситуаций (ФАКЧС) и многие другие. Эти агентства носят латентный характер, исходя из условий национальной безопасности, специфических функций и необходимости защиты информации об уголовных делах или осведомителях.

Показательным примером жесткого внутреннего контроля над правительством со стороны членов тайных обществ является Совет национальной безопасности, главной задачей создания которого, в соответствии с Актом национальной безопасности 1947 г., было влиять на американскую политику, включая использование вооруженных сил. Большинство американцев понятия не имеет, кто конкретно входит во влиятельный Совет национальной безопасности.

Они бы очень удивились, узнав, что руководителями Совета являются президент, вице–президент, госсекретарь и министр обороны, должностные лица, которые заранее были предусмотрены членами СМО или Трехсторонней комиссии в двадцатом веке [272].

Если высшее руководство правительства и бизнеса контролируется тайными обществами, как предполагает большинство исследователей, то деятельность подчиненных агентств и подразделений не должна иметь больших последствий. Правительственные бюрократы, главным образом честные и полные благих намерений рабочие, просто выполняют распоряжения и указания старших. Многие правительственные служащие потеряли свои рабочие места в результате предписаний, вводивших в заблуждение или озадачивавших непосвященных во внутренние тайны.

Много людей сегодня полагают, что маленькая группа мужчин и женщин с друзьями и партнерами не только управляет многими главными мировыми проблемами, но также и контролирует не облагаемые налогами фонды. Эти люди поддерживают контакты друг с другом различным способом. Это международный бизнес и политика, конференции, общественные собрания, фонды, и поэтому представляют собой взаимосвязанную группу.

У этой группы есть много названий: Новый мировой порядок, Комитет 300, Орден иллюминати, Тайное братство, а часто просто “Они”. Некоторые авторы даже предполагают, что этими людьми руководит или управляет внеземной интеллект, который называют “тюремными начальниками” или “хранителями”.

“На заре двадцатого века этот план Нового мирового порядка принадлежал масонству, впоследствии иллюминированному масонству, но с появлением групп Круглого стола, которые все еще существуют сегодня, и их американских братьев, Совета по международным отношениям, факел передавался из столетия в столетие” [273], — писал журналист Уильям Т. Стил.

К середине 1999 г. оказалось, что тот же старый факел все еще годится для выборов 2000 г. Отстаивая “сочувственный консерватизм”, Джордж Буш, старший сын бывшего президента и директора ЦРУ, принадлежавший ко всем тайным вышеупомянутым обществам, был главным республиканским кандидатом. Вице–президент Клинтона и член СМО Альберт Гор возглавлял скандальную группу демократов. Ранее Гор искал покровительства ведущих светил Уолт–стрит [274].

Вновь американский электорат должен был выбирать между поддерживаемым глобалистами Бушем и поддерживаемым глобалистами Альбертом Гором. Само собой разумеется, что глобалисты окажутся победителями, независимо от результата выборов.

В конце 1999 г. глобализм претерпел небольшой застой, когда более шестидесяти тысяч демонстраторов, представляя странную смесь членов профсоюза, защитников окружающей среды и строгих сторонников конституции, выразили свой протест против утраты суверенитета Соединенными Штатами Америки и рабочих мест во время заседания Всемирной торговой организации (ВТО) в Сиэтле.

Контролируемые средства массовой информации организовали бойкот против действий “незаконных мятежников”, хотя проблемы возникли после того, как вооруженная полиция начала избивать и травить газом участников марша протеста.

Проще говоря, спорное Генеральное соглашение по тарифам и торговле (ГАТТ), переименованное во Всемирную торговую организацию в 1995 г., широко было известно как двигатель реализации целей Бильдербергского клуба в устранении всех торговых барьеров. Отмечая, что свободная торговля “разбивает старые нации” и “ускоряет социальную революцию”, Карл Маркс в 1848 г. заявлял: “Я — за свободную торговлю” [275].

Поскольку цели Нового мирового порядка сегодня становятся все ближе к действительности, авторы и исследователи, верящие в роль тайных обществ и их финансовых покровителей в правительстве и бизнесе, чувствуют, что они столкнулись с безвыходным лабиринтом преград в своем стремлении донести правду общественности.

Ведущие издатели не издадут, а агентства новостей не примут и не распространят эту информацию, а зачастую и просто высмеют таких авторов, назвав их “паникерами” и “теоретиками заговора”. Иногда существует даже угроза насилия по отношению к тем исследователям, которые “роют” слишком глубоко.

Выводы

Нет никаких сомнений относительно существования тайных обществ сегодня. Существование групп, подобных Трехсторонней комиссии, Совету по международным отношениям и Бильдербергскому клубу, подтверждено документально. Единственный вопрос, который предстоит выяснить, — какова степень их контроля и манипулирования главными мировыми событиями.

Нет также сомнений в том, что члены этих обществ осуществляют самый тщательный контроль над многими крупными корпорациями и банками в мире. Эти корпорации, в свою очередь, контролируют основные полезные ископаемые, энергию, транспорт, фармацевтическую промышленность, сельское хозяйство, телекоммуникации и досуг, иными словами все то, что составляет основы современной жизни.

Они также обеспечивают ротацию основных высокопоставленных правительственных должностных лиц. Эти должностные лица осуществляют ту политику, которая задумана и поощряется этими обществами.

Латентные общества оказывают существенное влияние на национальные выборы и национальную политику разных стран, но, вместе с тем, являются удивительно недоступными для каких бы то ни было исследований как правительственными органами, так и средствами массовой информации.

Приведенные факты говорят о том, что конечная цель этих тайных обществ состоит именно в намерении создать единое мировое правительство с постоянным централизованным социальным контролем и утратой всеми странами национального суверенитета. Эта цель становится все более реальной благодаря возрастающему корпоративному и финансовому контролю над правительствами и экономикой отдельных стран.

Сэмюель Бергер, советник по национальной безопасности президента Клинтона и регулярный участник встреч Бильдербергского клуба, раскрыл истинные цели латентных обществ. В одной беседе в Институте Брукингса он заявил: “Глобализация процессов ускорения экономической, технологической, культурной и политической интеграции не ставит проблему выбора. Это — свершившийся факт. Это событие, которое происходит в мире, хотим мы того или нет. Это факт, который мы можем игнорировать в случае опасности”.

Никто не считает, что эту проблему можно игнорировать. Даже наоборот. Авторы, освещающие заговоры, ищут возможности более открытого диалога на эту тему. А ведущие СМИ пытаются нас увести от данного вопроса.

Может быть, Мировое правительство является желательным. И даже кажется неизбежным. Здесь нет ничего нового. Мировое господство является целью для людей еще до Александра Великого.

Почему же тогда так много секретности вокруг данной проблемы сегодня?

Главный вопрос — действительно ли план создания единого Мирового правительства является зловещим заговором с целью порабощения народов или это просто попытка облегчить естественный эволюционный процесс. Этот вопрос ждет своего решения, очевидно, при поддержке, или ее отсутствии, со стороны средств массовой информации.

Но одно абсолютно ясно, что глобализация, единое Мировое правительство и новый мировой порядок являются не воображением теоретиков заговора или параноиков, а четко сформулированными целями тайных братств, организаций и групп, на которых лежит печать старых орденов масонства, круглых столов и зловещего Ордена иллюминати, которые мы рассмотрим немного позднее.

Признание хорошо осведомленными экспертами, подобно Квигли и другими, а также членами правящей элиты, усиливается подозрениями об осуществлении гораздо более сильного тайного контроля, создает климат, в котором обычный человек ощущает постоянно неослабевающий контроль над судьбами народа и его собственной.

Не обязательно верить в такие широко распространенные заговоры. Главное — надо знать, что другие верят и действуют соответственно. Чтобы постичь мир вокруг нас, мы должны изучить широкий круг свидетельств, если хотим избежать разрушительной паранойи или неоправданной и наивной веры.

Свидетельства четко указывают на общность цели членов тайного общества, которые находятся в тесной взаимосвязи со своими родственниками, партнерами и наемниками.

Основу современных тайных обществ составляют люди, объединенные кровными узами, браками, общественными и деловыми связями. Они контролируют международные корпорации, стоящие над многим в нашей современной жизни благодаря своей власти над бизнесом, рекламой, управлением и средствами массовой информации. И это бесспорно. Они всегда доминировали, начиная с Майера и Натана Ротшильдов, Сесила Родса и Альфреда Милнера, Моргана и Джона Д. Рокфеллера.

И следы этих обществ ведут к древним тайным организациям, которые плели свои заговорщические сети на протяжении всей истории человечества. Они, вероятно, следуют разработанному ими плану, который составлен сотни лет назад. Этот план, представляет собой реализацию целей Ордена иллюминати и масонства. Он нашел свое выражение в Круглых столах масона Сесила Родса, а также осуществлялся “иллюминизированными” членами Королевского института международных дел, Совета по международным отношениям, Трехсторонней комиссии и их многочисленными фондами и трастами. Это кровосмесительное братство очень активно использовало для реализации своих планов секретные разведывательные службы Англии и Америки.

В связи с этим возникает несколько вопросов. Если члены СМО, Трехсторонней комиссии, Бильдербергского клуба, Ордена “Череп и Кости” являются всего лишь невинными, полными благих намерений людьми, стремящимися, как они заявляют, создать спокойный и преуспевающий мир, то зачем все эти тайны? Зачем они прикрываются организациями, которые, по сути, не те, за кого пытаются себя выдавать? Почему они, попросту, избегают общественного внимания?

Единственный, наиболее важный вопрос: если они создают централизованное монополярное правительство, как предотвратить появление некоего тирана, подобного Адольфу Гитлеру? Или они и создают этих тиранов?!

Тайна — это ключ. Любая деятельность, которая оправдана и благородна, должна быть подвластна общественному исследованию. Когда тайны этих обществ раскрыты перед общественностью, каждый может сам судить, каковы их цели и задачи.

А до этого времени прилежный исследователь должен просеять массу исторических документов, сопоставляя факты, которые подтвердят или опровергнут причастность тайного общества к мировым событиям, ища беспрекословные свидетельства следов заговора.

И наконец, следует сделать небольшое замечание относительно утверждения В. С. Герасимова (с. 196), что М. С. Горбачев не еврей. В статье «Так как же Руси избавиться от “энергетической петли”?» автор Ю. П. Бровко пишет:

«... что СССР продал и предал “потомок Моисея” Гольдзиберт Мордехай Соломонович (кличка М. С. Горбачев)»

(См. журнал “Национальная безопасность и геополитика России”. — 2006. — № 3-4. — С. 98).


ВЛАСТЬ ФИНАНСОВОГО ИНТЕРНАЦИОНАЛА

Теперь толкуют о деньгах.

В любых заброшенных снегах, В портах, в постелях, в поездах Под всяким мелким Зодиаком. Тот век рассыпался как мел, Который словом жить умел. Что начиналось с буквы “Л”, Заканчиваясь мягким знаком.

Юрий Визбор

Масон 33 степени посвящения Христиан Раковский

Возвращаясь к революционным событиям начала прошлого века, нельзя обойти вниманием установленный факт, что революционное движение 1905-1917 гг. имело две стороны: явную и тайную. Явная сторона достаточно известная и включает события, связанные с отречением царя, установлением власти Временного правительства и октябрьского переворота.

Тайные главы этих исторических событий лишь частично представлены миру исследователями. Введение в научный оборот новых архивных документов показывают, что “рабоче–крестьянская” революция имела своих спонсоров и вдохновителей не только внутри страны, но и за рубежом. Одним из таких документов является протокол допроса обвиняемого Христиана Георгиевича Раковского следователем Народного комиссариата внутренних дел (НКВД) Гавриилом Кузьминым (Дювалем–Габриэлем).

В 1960–х годах в Испании огромной популярностью пользовалась книга, представляющая собой записки доктора Ландовского — врача НКВД о всемирной революции “Красная симфония”. Ценность этих записок, в частности, состоит и в том, что Ландовский присутствовал на допросах известного большевика Х. Раковского, которые в целях секретности велись на французском языке, и помогал вести и переводить протоколы.

Подследственный был масоном 33–й степени посвящения, членом Исполкома Коминтерна, колоритной и значимой фигурой мирового коммунистического движения. Подлинная его национальность вызывает споры: согласно его анкетным данным, он родился в Северной Добрудже, которая до Первой мировой войны принадлежала Болгарии, а затем Румынии. Согласно другим сведениям, он появился на свет в одном из еврейских местечек в Бессарабии, до восемнадцати лет жил там и именовался Хаимом Раковером, а затем бежал от царской воинской повинности в Румынию.

Крупнейшая фигура мирового сионизма — Раковский был революционером–космополитом, активистом болгарских социал–демократов, поднимал “революцию” в Болгарии, попал в тюрьму. Сбежал в Румынию, где был лидером румынских анархистов. Там тоже неудача, арест и ясская тюрьма. Долго колесил по Европе и, в конце концов, в 1919 г. очутился в России, на посту председателя Совета народных комиссаров Советской Украины, а закончил карьеру советским послом в Париже [276].

Любопытно само появление Раковского в России. Едва в Румынию пришло известие о царском отречении, тамошние власти спешно выпустили Раковского из тюрьмы и снарядили специальный поезд, доставивший его в Одессу. Оттуда он добрался до Петрограда и оказался там примерно в одно время с Троцким.

Точно так же, как и Троцкий, он сразу же попадает в объятия Ленина. Вождь уговаривает его вступить в партию большевиков и обеспечивает ему избрание в члены Центрального Комитета (ЦК). Если учесть, что в те времена количество членов ЦК не превышало десяти человек, то легко представить, какую власть сразу же обретал этот засланный в Россию деятель.

Такое сосредоточение разрушительных сил, собираемых со всего света, лишний раз убеждает в плановости действий, в стратегической и тактической направленности усилий по сокрушению не только самодержавия, но и самой Российской империи.

В румынскую тюрьму Раковского привел случайный изгиб его сложной жизненной судьбы. Из Польши он бежал, спасаясь от призыва в русскую армию. Масонство помогло этому выходцу из захолустья пожить в Швейцарии, Германии, Франции. Он бегло говорил на четырех европейских языках и знал все балканские языки. Дома с женой он разговаривал по–румынски, с Троцким — на французском языке.

После Октября главным полем деятельности Раковского стала Украина. Ненавистники России старались (и стараются сегодня) вбить клин между Русью Белой, Малой и Великой, сделать народы, населяющие эти территории, не братскими, а вражескими. На память сразу же приходит поведение И. Якира во время боевых действий в Украине. Заняв село, он часто принимал решение “о сокращении мужского населения”. Начинал работать пулемет... Не предвидел ли Якир–расстрельник, что украинские мужики, дай срок, поднимутся с вилами и обрезами на картавых завоевателей? [277]

Посланный в Украину, Раковский тайно установил связь с масоном гетманом Скоропадским, получившим свой высокий титул от кайзера Вильгельма [278]. В тот год, когда Янкель–Свердлов проводил кровавейшее расказачивание, Раковский объявил борьбу с украинским антисемитизмом. Ведь не случайно сионистско–масонские прихвостни уничтожали одновременно казаков и украинское население. Они их боялись “как черт ладана”, потому что от своих местечковых раввинов получили соответствующее представление о том периоде, когда великий украинский гетман Богдан Хмельницкий выгнал евреев с нашей земли.

Сохранив в “своей” республике комитеты бедноты, он всячески натравливал их на хозяйственных мужиков и вскоре добился того, чего и хотел: чудовищного голода на нашей богатой, но вконец разоренной земле. То, что начинал массовыми расстрелами кишиневский аптекарь Иона Якир, завершил польский местечковый деятель Хаим Раковер.

Теперь же в тюрьме мрачная обстановка лубянских подвалов сильно действовала на мятущуюся душу Раковского. Помощи ждать было не от кого. Он долго высчитывал, прикидывал, соображал. Окончательное решение он принял, когда почувствовал, что следствие располагает сведениями о его финансовой помощи Троцкому. Он знал, что за связь с Троцким ему грозит смерть. И тогда он решился побороться за жизнь собственными силами. Теперь он мог помочь себе только сам. Путь был один–единственный и состоял в том, чтобы рассказать следствию о самых сокровенных замыслах мирового масонства.

Следователям НКВД Раковский давал интересные сведения, в частности о том, что большевики и Коминтерн с самого своего зарождения действовали заодно с интернационалом финансистов, которые стремились разрушить национальные границы и установить всемирную диктатуру — правда, не рабочих и крестьян, а финансового интернационала.

Здесь следует сделать оговорку, что на определенном этапе задачи тех и других совпадали. Российская империя со своим монархическо–консервативным режимом представляла для них преграду и была огромнейшим полигоном для “эксперимента”. Доверенным лицом хозяев всемирной ростовщической паутины был Лейба Троцкий–Бронштейн, который распоряжался огромными средствами, предоставляемыми ему Шиффом, Варбургами и другими международными сверхбогатыми банкирами. По словам Раковского, агентом банкиров был и А. Ф. Керенский, секретарь Всемирного Совета российского масонства, который, следуя указаниям финансового интернационала, уступил свою власть старшему в масонской иерархии Троцкому–Бронштейну.

Как это неудивительно, но всемогущий диктатор, как его теперь называют, И. В. Сталин паталогически боялся масонов. Вот что об этом пишет выдающийся русский исследователь и писатель В. Д. Успенский, цитируя записи тайного советника вождя Н. А. Лукашова:

“Иосифу Виссарионовичу никак не откажешь в смелости, в решительности, и все же он с какой-то странной осторожностью, понижая голос, говорил о масонстве, испытывая, как мне кажется, страх и ненависть к этой организации, более тайной и более сильной, чем даже всемирный сионизм.

Масонство — словно бы запретная тема: заговоришь, и сразу кто-то услышит, сделает выводы. Насколько помню, до войны при мне Иосиф Виссарионович лишь несколько раз, в минуты крайнего раздражения, не сумев сдержать себя, упоминал о масонах. Впервые — до процесса над Бухариным, в середине тридцатых годов. В то время Бухарин несколько раз ездил за границу, выясняя судьбу какого-то архива, чуть ли не архива Карла Маркса в Париже, в Вене.

На стол Иосифа Виссарионовича легло донесение (не могу припомнить: или от руководителя нашей агентурной разведки в Европе Кривицкого, или от заведующего особым отделом Наркомата иностранных дел Деканозова), в котором сообщалось, что в Вене дважды встречался и беседовал Бухарин с высокопоставленными масонами и, вероятно, получил от них какие-то инструкции.

“Опять масоны, опять они! — взорвался тогда Сталин, резким движением сбросив со стола пепельницу. — Они не душат до смерти, но они давят, сковывают руки и ноги! У этого дракона неисчислимое количество голов! Мы рубим одну — появляются десять! Но масоны не заставят меня служить им! Я не глупее их! Поглядим, кто окажется наверху!”

— “Вы один, а они во всем мире”.

— “Со мной партия”.

— “Партий было и будет много, а масонство едино и долговечно. Если не при жизни, то после смерти они сделают с вами, что захотят. Свалят на вас все грехи века, затопчут в грязь”.

— “А пролетариат, а интернационал — они не позволят!” — “Ну, не знаю”, — ответил я.

Еще раз подобный разговор произошел между нами, когда стало известно о второй женитьбе Якова Джугашвили... И опять Иосиф Виссарионович опасливо и гневно посетовал на то, что масоны все тесней окружают его, проникают к нему, стараются навязать свою волю” [279].

Вот что странно. Прошло много лет, давно нет Иосифа Виссарионовича. После Второй мировой войны снята, хоть и далеко не полностью, таинственная завеса со всемирного масонства. О масонах пишут за рубежом, о них знают, некоторых из них (без особого, впрочем, успеха) пытаются привлекать к судебной ответственности.

Только у нас — полное молчание. Будто и не существует этой организации, щупальца которой проникли во все уголки земного шара. А пора бы задуматься над тем, какую роль играли масоны из ближайшего окружения Сталина, других наших руководителей, какие задания они выполняют, какими средствами добиваются своих целей.

Свидетельства Х. Раковского хотя и расходятся с большинством известных исторических версий событий, тем не менее, обретают и ряд подтверждений. Например, то, что белое правительство формировалось “союзниками” из масонов, полагал и известный писатель Роман Гуль. Факт финансирования Гитлера магнатами с Уоллстрит был подтвержден много позже после Второй мировой войны. Заслуживают внимания и некоторые мелочи, например, беглое упоминание в тексте “Красной симфонии” “вашего знакомого Навачина”.

Обратный перевод с испанского дал искажение фамилии Дмитрия Навашина, который действительно был знакомым Раковского, директором франко–советского банка и, по совместительству, хранителем фондов троцкистов и видным масоном. В 1935 г. он был убит при невыясненных обстоятельствах. Его жена в интервью газете “Пари–Суар” заявила: “Моего мужа убили за то, что он слишком много знал. Он стал жертвой оккультной силы, которая есть самой могущественной во всем мире”.

О связях Л. Троцкого–Бронштейна с финансовым интернационалом было известно задолго до выхода книги “Красная симфония”. В 1919 г. правительство Франции получило от своего вашингтонского резидента подробную записку (1618-6 № 912), где перечислялись американские банкиры–спонсоры Лейбы Троцкого–Бронштейна.

Здесь же было указано, что Троцкий–Бронштейн положил начало своим связям с финансовым интернационалом после женитьбы на дочери банкира Абрама Животковского. А главный финансист революции Феликс Варбург настолько скомпрометировал себя связями с большевиками, что его предпочли вывести из состава совета Федеральной резервной системы США, чтобы не давать повода говорить об официальной помощи американских банкиров революции в России.

Из информации французского разведчика следует, что Троцкий-Бронштейн вошел во внутренний семейный круг мирового финансового интернационала. Не является секретом и то, что еврейская финансовая группа, оказывавшая помощь революции, как будет показано дальше, представляет собой родственный клан, куда не допускаются не только христиане, но и простые единоверцы. Дрейфусы, лазары, шиффы, варбурги заключают браки только между собой, образуя среди евреев особую группу, имеющую специфические этнические признаки. Аналогично и клан Ротшильдов на протяжении более двух столетий держится исключительно на близкородных браках.

Многое становится понятным при внимательном чтении протоколов допросов Раковского. С ним разговаривали разные люди. И он старательно зарабатывал себе право на жизнь. Все протоколы внимательно анализировались специалистами, которые делали свои соображения и соответствующие выводы.

Эти важные документы предоставлялись Сталину. Он делал пометки на полях синим карандашом своим помощникам для уточнения вопросов, вызывающих у Сталина противоречивые мысли. И снова допрашивали Раковского, откровения которого становились все более глубокими и масштабными. Это давало возможность Генсеку постичь сложнейшую систему управления планетой мировой закулисой.

Особенно важными были сведения, которые мы приведем отдельно. Это о роли королевского дома Великобритании в мировых процессах и тайных рычагах всемирной власти. Вот что об этом поведал Хавим Раковер, он же Христиан Раковский.

“В Париже имеется тайная “Ложа девяти сестер”. В ней заседает девять неизвестных. В Лондоне функционирует “Ложа четырех корон”. Состоит она также из девяти персон. Девять да девять — восемнадцать. Вот они всем и заправляют! Для широкой публики этот ареопаг владык называется довольно буднично:

“Королевский институт по международным делам”. Знаменитый писатель Г. Уэллс вовсе не из любопытства два раза приезжал в Россию. Он выполнял ответственную миссию. Какую? Скорее всего, разведывательную. Но не такую, как, скажем, Б. Локкарт или С. Рейли. Он — персона более высокого ранга. Г. Уэллс считается близким другом Сессила Родса, иудея, любовника королевы Елизаветы I.

Оба они состоят членами узкого кружка, собирающегося раз в месяц за обедом в отеле “Сент Эрминс”. А на таких встречах обсуждаются самые сложные проблемы. Вопросы, связанные с Россией, — одни из самых–самых!” [280]

В своих повествованиях Раковский предостерегал от пренебрежительного отношения к членам королевской семьи Великобритании в вопросах мировой политики. Об этом много говорит и Джон Колеман, офицер английской разведки, который в своих статьях и книгах указывает, что именно королева Великобритании является одним из руководителей Комитета 300, который он считает мировым правительством [281].

“Кому-то взбрело в голову считать должность короля чисто номинальной, ритуальной, — продолжал дальше Раковский. — Глубочайшее заблуждение! Британская корона — центр мирового контроля. Что такое Английский Банк — объяснять не требуется. Одним из директоров этого Банка состоит А. Огильви, женатый на принцессе Александре, сестре герцога Кентского. А герцог Кентский — глава масонства шотландского обряда!

Уолл–стрит... Не нужно восторженных придыханий! Это улочка в центре Нью–Йорка — всего лишь подмандатная территория Английского Банка. На Версальской конференции присутствовал О. Янг, вписавший свое имя в историю своим разработанным планом по освоению измученной Европы. Но помощником Янга работал Д. Сарнофф, человек Ротшильда. Следовательно, весь “план Янга” не что иное, как план Ротшильда из Лондона!”

Далее Раковский продолжал:

“Человечество попросту не имеет права допускать хаоса в политике. Иными словами, человек, как животное общественное, требует жесткой руки, пусть и в бархатной перчатке. Если пастух управляет стадом при помощи кнута и окрика, то на человека лучше всего воздействовать через его мозговые центры.

Вспомните библейскую притчу о стаде свиней, в которых вдруг вселился нечистый дух. В итоге стадо само устремилось к обрыву и погибло в морской пучине. Какой впечатляющий образ! Свиней никто не гнал, не принуждал. Само! Вот в чем дело. Но разве нельзя то же самое сделать и с людьми? Задача, разумеется, не из легких, но достижимая вполне” [282].

Исповедь Раковского настолько поразила Сталина, что он надолго замкнулся в своих собственных размышлениях. Он вдруг осознал, насколько разнообразно и всесильно масонство, превратившее планету Земля в рассадник своих корыстолюбивых планов. Многие детали его подозрений сошлись и подтвердили его самые неожиданные догадки.

Раковский выпадал из общей когорты участников процесса. Он выделялся среди своих соучастников, сидевших рядом за деревянной загородкой: Бухарина, Радека, Сокольникова, Ягоды. Он был не исполнитель, а руководитель. Еще один подсудимый вел себя несколько обособлено. Это был Генрих Григорьевич Ягода.

Справка. В синагоге г. Рыбинска сделана запись: в семье аптекаря Гирша Фишелевича Иегуды (жена Хася Гершаевна) родился мальчик, которому дали имя Генах. Кроме него в семье имелось еще два мальчика и пять девочек.

Три поколения назад семья аптекаря породнилась с такой же многочисленной семьей Свердловых из Нижнего Новгорода. Сруль Свердлов выдал свою сестру за Фишеля Иегуду. Таким образом, мальчик по имени Генах (Генрих Ягода) приходится троюродным братом Я. М. Свердлову (Иешуа Соломону Мовшевичу), будущему председателю ВЦИК, верховному правителю Советской России.

Как и ожидалось, масоны проявили к судьбе Раковского большой интерес. Пока происходило судебное разбирательство, в Октябрьском зале, в первом ряду сидел американский посол Д. Дэвис. В первый же день он поймал взгляд Раковского и сделал ему условный масонский знак. К своему удивлению, посол отметил, что Раковский этому никак не обрадовался и перестал смотреть в его сторону. Это вызвало определенные подозрения Дэвиса, не раскрыл ли его “брат” все тайны масонских планов.

Запад всячески пытался спасти наиболее важных подсудимых московских процессов 1936-1937 гг. Этой цели были посвящены и частые визиты в Москву, и беседа с И. В. Сталиным писателя и видного члена еврейской ложи “Бней–Брит” Лиона Фейхтвангера.

В канун оглашения приговора Раковскому таинственная мощная радиостанция несколько раз передала одну и ту же фразу: “Помилование всем, или возрастет угроза нации”. Помилования не последовало. И день в день с окончанием процесса, 12 марта 1938 г., Европа вздрогнула от грохота фашистских танков — в 5 часов 30 минут гитлеровские войска вошли в Австрию.

О дальнейшей судьбе учасников этого процесса имеются противоречивые сведения. Многие исследователи считают, что некий договор состоялся, что Раковский не был расстрелян, в отличие от других, а отсидел небольшой срок и дожил до своей старости под чужой фамилией. Такая же участь постигла и Радека (Собельсона) Карла Бернгардовича, который в 1937 г. на московском процессе “троцкистов” в предчувствии трагического финала вдруг сказал: “Я раскрою вам важнейшую из тайн — тайну войны...” и был мгновенно прерван.

Какими сверхсекретными сведениями располагал ближайший соратник Троцкого? Почему его — единственного из обвиняемых на том процессе — не приговорили к смерти? Радек отсидел десять лет тюрьмы, а затем жил под чужой фамилией.

Однако есть и другие сведения.

“Радек и Сокольников отбывали наказание в разных местах, — пишет Николай Кузьмин, — но были убиты сокамерниками в один и тот же день — 19 мая 1939 г.

Раковского начало Великой Отечественной войны застало в старинном Орловском централе. Осенью 1941 г., когда фашисты приближались к Москве и во всех местах заключения проводилась первая “зачистка”, он был расстрелян вместе с М. Спиридоновой и О. Каменевой (женой Каменева и сестрой Троцкого)” [283].

Как видим, вопросов много и они ждут своего исследователя.

Из протокола допроса Х. Г. Раковского

Ввиду важности этого документа, для выяснения механизмов организации революций Финансовым интернационалом приведу его, но с некоторыми сокращениями. Отдельные фрагменты допроса приводятся в тексте, который органично связан с ответами Раковского. (Здесь: Р. - Раковский, К. - Кузьмин).

“26.1.1938 г., Москва.

Р. Не знаю, обратили ли вы внимание на странное сходство, которое существует между финансовым Интернационалом и Интернационалом пролетарским; я бы сказал, что один является оборотной стороной другого, и этой оборотной стороной является пролетарский, как более модерный, чем финансовый.

К. Где вы видите подобное в вещах столь противоположных?

Р. Объективно они идентичны. Как я это доказал, Коминтерн, дублируемый реформистским движением и всем синдикализмом, вызывает анархию производства, инфляцию, нищету и безнадежность в массах; финансы, главным образом финансовый Интернационал, дублируемый сознательно или бессознательно частными финансами, создают те же самые противоречия, но еще в большем количестве...

Теперь мы бы могли уже догадаться о причинах, по каким Маркс скрыл финансовые противоречия, каковые не могли укрыться от его проницательного взора, если бы не имелось у финансов союзника, воздействие которого — объективно–революционное — уже тогда было необычайно значительно.

К. Бессознательное совпадение, но не союз, предлагающий ум, волю, соглашение...

Р. Оставим эту точку зрения, если вам угодно... Теперь лучше перейдем к субъективному анализу финансов и даже еще больше: разглядим, что представляют собой персонально люди, там занятые. Интернациональная сущность денег достаточно известна. Из этого факта вытекает то, что организация, которая ими владеет и их накапливает, является организацией космополитической.

Финансы в своем апогее — как самоцель, финансовый Интернационал, — отрицают и не признают ничего национального, не признают государства, а потому объективно он анархичен и был бы анархичен абсолютно, если бы он — отрицатель всякого национального государства — не был бы сам, по необходимости, государством по своей сущности. Государство как таковое — это только власть. А деньги — это исключительная власть.

Это — коммунистическое сверхгосударство, которое мы создаем вот уже в течение целого века и схемой которого является Интернационал Маркса. Проанализируйте — и вы разглядите его сущность. Схема — Интернационал и его прототип СССР — это тоже чистая власть. Подобие по существу между обоими творениями — абсолютно. Нечто фатальное, неизбежное, ибо персональность их авторов была идентична: финансист на столько же интернационален, как и коммунист. Оба под разными предлогами и при помощи различных средств борются с национальным буржуазным государством и его отрицают.

Марксизм для того, чтобы преобразовать его в коммунистическое государство; отсюда вытекает, что марксист должен быть интернационалистом; финансист отрицает буржуазное национальное государство, и его отрицание заканчивается само в себе; собственно говоря, он не проявляет себя интернационалистом, но космополитическим анархистом... это его видимость на данном этапе, но посмотрим, что он собой представляет и чем он хочет быть.

Как вы видите, в отрицании имеется налицо индивидуальное подобие между коммунистами–интернационалистами и финансистами–космополитами; в качестве естественного результата такое же подобие имеется между коммунистическим Интернационалом и финансовым Интернационалом...

К. Случайное подобие, субъективное и объективное в противоречиях, но стирающееся и малозначащее в самом радикальном и реально существующем.

Р. Разрешите мне не отвечать сейчас, чтобы не прервалась логическая нить... Я хочу только расшифровать основную аксиому: деньги — это власть. Деньги — это сегодня центр всемирной тяжести... Надеюсь, что вы со мной согласны?

К. Продолжайте, Раковский, прошу вас.

Р. Понимание того, как финансовый интернационал постепенно, вплоть до теперешней эпохи сделался хозяином денег, этого магического талисмана, ставшего для людей тем же, чем был для них Бог и нация, есть нечто, что превышает в научном интересе даже искусство революционной стратегии, ибо это тоже искусство и тоже революция. Я вам это истолкую.

Историографы и массы, ослепленные воплями и помпой Французской революции, народ, опьяненный тем, что ему удалось отнять у короля — у привилегированного — всю его власть, не приметили, как горсточка таинственных, осторожных и незначительных людей овладела настоящей королевской властью, властью магической, почти что божественной, которой она овладела, сама этого не зная.

Не приметили массы, что эту власть присвоили себе другие и что они вскоре подвергли их рабству более жестокому, чем король, ибо тот в силу своих религиозных предрассудков и моральных был не способен воспользоваться подобной властью.

Таким образом, получилось, что высшей королевской властью овладели люди, моральные, интеллектуальные и космополитические качества которых позволили им ею воспользоваться. Ясно, что это были люди, которые от рождения не были христианами, но зато космополитами.

К. Что же это за мифическая власть, которой они овладели?

Р. Они присвоили себе реальную привилегию чеканить деньги... Не улыбайтесь, иначе мне придется поверить в то, что вы не знаете, что такое деньги. Я сказал: деньги; ясно, что в нашем воображении моментально изобразились очертания реальных денег из металла и бумаги. Но это не так.

Деньги — это теперь уже не то; реальная циркулирующая монета это настоящий анахронизм. Если она еще и существует и циркулирует, то только в силу атавизма, только потому, что удобно поддерживать иллюзию, чисто воображаемую фикцию на сегодняшний день.

К. Это блестящий парадокс, рискованный и даже поэтический...

Р....Так оно есть, и так было еще до Маркса и Энгельса, что финансы были самой мощной машиной революции, а Коминтерн при них был не более чем игрушкой. Но ни Маркс, ни Энгельс не станут раскрывать или разъяснять этого. Наоборот, используя свой талант ученых, они должны были вторично закамуфлировать правду для пользы революции. Это они оба и проделали.

К. Эта история не новая; мне все это несколько напоминает то, что лет десять тому назад написал Троцкий.

Р. Скажите мне...

К. Когда он заявляет, что Коминтерн — это консервативная организация по сравнению с Биржей в Нью–Йорке, он указывает на крупных банкиров как на избирателей революции.

Р. Да, он сказал это в маленькой книжке, в которой он предсказал падение Англии... Да, он сказал это и добавил: “Кто толкает Англию на путь революции? — и ответил. — Не Москва, а Нью-Йорк”.

К. Но припомните также его утверждение, что если финансисты Нью–Йорка и ковали революцию, то это делалось бессознательно.

Р. То объяснение, которое я уже дал для этого, чтобы понять, почему закамуфлировали правду Энгельс и Маркс, одинаково действительно и для Льва Троцкого.

К. Я ценю у Троцкого только то, что он в своего рода литературной форме интерпретировал взгляд на факт, сам по себе слишком известный... с которым считались уже раньше. Ибо, как правильно говорит сам Троцкий, эти банкиры “выполняют с непреодолимостью и бессознательно свою революционную миссию”.

Р. И они выполняют свою миссию, несмотря на то, что Троцкий заявляет об этом? Что за странная вещь! Почему же они не выправляются?

К. Финансисты — бессознательные революционеры, ибо они таковы только объективно... в силу своей умственной неспособности видеть окончательные результаты.

Р. Вы искренне верите этому? Вы думаете, что среди этих настоящих гениев есть кое-кто бессознательный? Вы считаете идиотами этих людей, которым на сегодняшний день подчиняется целый мир? Это-то действительно было бы глупейшим противоречием!

К. На что вы претендуете?

Р. Я просто утверждаю, что они революционеры объективно и субъективно; вполне сознательные.

К. Банкиры! Вы сошли с ума?

Р. Я — нет. А вы?.. Поразмыслите. Эти люди такие же, как вы и я. То, что они владеют деньгами в неограниченном количестве, поскольку они сами их создали, не дает нам возможности определить предел всех их амбиций... Если человеку доставляет что-либо вполне удовлетворение, то это удовлетворение его честолюбия. И больше всего — удовлетворение властолюбия. Почему бы им — этим людям–банкирам — не обладать импульсом к господству... к полному господству? Так же, точно так же, как это происходит у вас и у меня.

К. Но если, по–вашему, — так же думаю и я, — они уже обладают всемирной политической властью, то какой же еще другой хотят они обладать?

Р. Я вам уже сказал: полной властью. Властью, как у Сталина в СССР, но всемирной.

К. Такой властью, как Сталин, но с противоположной целью?

Р. Власть, если в реальности она абсолютна, может быть только одна. Идея абсолютности исключает множественность. Поэтому власть, к которой стремится Коминтерн и Капинтерн, являющиеся вещами одного и того же порядка, будучи абсолютной, в политике тоже должна быть одна–единственная и идентичная.

Абсолютная власть имеет цель в самой себе, или иначе она не абсолютна. И до сегодняшнего дня еще не изобретена другая машина полновластия, кроме Коммунистического государства.

Капиталистическая буржуазная власть, даже на самой высшей своей ступени, власть кесаря, есть власть ограниченная, ибо если в теории она была воплощением божества в фараонах и цезарях в древние времена, то все-таки благодаря экономическому характеру жизни в тех примитивных государствах и при технической отсталости их государственного аппарата, всегда оставалось поле для индивидуальной свободы.

Понимаете ли вы, что те, которые уже частично господствуют над нациями и земными правительствами, претендуют на абсолютное господство? Поймите, что это — то единственное, чего они еще не достигли...

К. Это интересно; по крайней мере, как пример сумасшествия.

Р. Разумеется, сумасшествия в меньшей степени, чем у Ленина, мечтавшего господствовать над целым миром на своей мансарде в

Швейцарии, или сумасшествия Сталина, мечтавшего о том же во время своей ссылки в сибирской избе. Мне кажется, что мечты о подобной амбиции гораздо более натуральны для денежных господ, живущих в небоскребах Нью–Йорка.

К. Давайте закончим: кто они такие?

Р. Вы так наивны, что думаете, что если бы я знал, кто “Они” такие, так я сидел бы здесь пленником?

К. Почему?

Р. По очень простой причине, ибо того, кто знаком с ними, не поставили бы в такое положение, когда он был бы обязан сделать на них донос... Это элементарное правило всякой умной конспирации, что вы должны понимать прекрасно.

К. Вы ведь сказали, что это банкиры?

Р. Я — нет; припомните, что я всегда говорил о финансовом Интернационале, а персонализируя, всегда говорил “Они” и больше ничего. Если вы желаете, чтобы я откровенно вас информировал, то я только сообщу факты, а не имена, ибо я их не знаю. Думаю, что я не ошибусь, если скажу вам, что ни один из “Них” не является человеком, занимающим политическую должность или должность в мировом Банке.

Как я понял, после убийства Ратенау в Раппале они раздают политические и финансовые должности только людям–посредникам. Ясно, что людям, заслуживающим доверия и верным, что гарантируется на тысячу ладов, таким образом, можно утверждать, что банкиры и политики — это только “соломенные чучела”... хотя они и занимают очень высокие посты и фигурируют как авторы выполненных планов.

К. Хотя все это понятно и одновременно логично, но не является ли обоснованное нами неведение только вашей уверткой? Как мне кажется и по имеющимся у меня сведениям, вы занимали достаточно высокое положение в этой конспирации, чтобы не знать гораздо больше... Вы даже не знаете персонально ни одного из них?

Р. Да, но, разумеется, вы мне не верите. Я дошел до того момента, где объяснил, что речь идет о человеке или о людях с персональностью... как бы это сказать?... мистической, как Ганди или что-нибудь в этом роде, но без внешнего показа. Мистики чистой власти, освободившиеся от всяких пошлых случайностей... Не знаю, понимаете ли вы меня?

Ну вот, что касается их резиденций и имен, то я этого не знаю... Представьте себе сейчас Сталина, реально господствующего в СССР, не окруженного каменными стенами, не имеющего охраняющего его персонала и имеющего для своей жизни такие же гарантии, как и другой любой гражданин. Какими средствами мог бы он избавиться от покушений? Он прежде всего конспиратор, как ни велика его власть: он аноним.

К. То, что вы говорите, логично, но я вам не верю.

Р. Но все-таки поверьте мне; я ничего не знаю, если бы я знал, то как счастлив бы я был! Я не находился бы здесь, защищая свою жизнь. Я великолепно понимаю ваши сомнения и то, что в силу вашего полицейского признания вы чувствуете необходимость узнать кое-что о личностях. В честь вас, а также потому, что это необходимо для той цели, которую мы оба себе поставили, я сделаю все возможное, чтобы вас ориентировать.

Знаете, что по неписаной, но известной только нам истории, основателем первого Коммунистического Интернационала указывается, конечно секретно, Вейсгаупт. Вы припоминаете его имя? Он был главой того масонства, которое известно под именем иллюминатов; это имя он позаимствовал из второй антихристианской коммунистической конспирации той эры — гностицизма.

Этот крупный революционер, семит и бывший иезуит, предвидя триумф Французской революции, решил, а может быть, это было ему приказано (некоторые указывают как на его начальника на крупного философа Мендельсона), основать секретную организацию, которая спровоцировала бы и подтолкнула Французскую революцию пойти дальше ее политических объективов с целью превратить ее в революцию социальную для установления коммунизма.

В те героические времена было колоссально опасно упоминать о коммунизме как о цели; отсюда и происходят всякие предосторожности и тайны, которые должны были окружать иллюминатов. Еще не хватило сотни лет для того, чтобы можно было человеку признаться в том, что он коммунист, без опасности попасть в тюрьму или быть покаранным смертью.

Это — более или менее известно. То же, что не известно, — это сношения Вейсгаупта и его приверженцев с первым из Ротшильдов. Тайна получения богатств самых известных банкиров могла быть разъяснена тем, что они были казначеями этого периода Коминтерна. Есть указания на то, что когда пять братьев распределились по пяти провинциям финансовой империи Европы, то они имели какую-то тайную помощь для составления этих баснословных богатств; возможно, что это были те первые коммунисты из Баварских катакомб, которые были уже рассеяны по всей Европе.

Но другие говорят — и я думаю, что с большим основанием, — что Ротшильды были не казначеями, а начальниками того тайного первоначального коммунизма. Это мнение опирается на тот известный факт, что Маркс и самые высокие начальники первого Интернационала — уже явного — и в том числе Герцен и Гейне, подчинялись барону Лионелю Ротшильду, революционный портрет которого был сделан Дизраэли, английским премьером, являвшимся его же креатурой, и оставлен нам в наследство; он обрисовал его в лице Сидонии, человека, который, согласно повествованию, будучи мультимиллионером, знал и имел власть над шпионами, карбонариями, масонами, тайными евреями, цыганами, революционерами и т. д....

Все это кажется фантастичным. Но доказано, что Сидония является идеализированием сына Натана Ротшильда, что также явствует из той кампании, которую он поднял против царя Николая в пользу Герцена. Кампанию ту он выиграл. Если все то, о чем мы можем догадываться при свете этих фактов, — реально, то, как я думаю, мы могли бы даже установить личность того, кто изобрел эту ужасную машину аккумуляции и анархии, каковой является финансовый Интернационал.

Одновременно, как я думаю, он был тем же лицом, которое создало и революционный Интернационал. Нечто гениальное: создать при помощи капитализма аккумуляцию в самой высокой степени, толкнуть пролетариат на забастовки, посеять безнадежность и одновременно создать организацию, которая должна объединить пролетариев с целью ввергнуть их в революцию. Это должно составить самую величественную главу истории. Даже еще больше: вспомните фразу матери пяти братьев Ротшильда:

“Если мои сыновья захотят, то войны не будет”.

Это обозначает, что они были арбитрами, господами мира и войны, а не императоры. Способны ли вы представить себе факт подобной космической значимости?.. И не является ли уже война революционной функцией? Война — Коммуна. С тех пор каждая война была гигантским шагом к коммунизму. Как будто бы какая-то таинственная сила удовлетворила страстное желание Ленина, которое он высказал Горькому.

Припомните: 1905- 1914. Признайте же, по крайней мере, что два из трех рычагов власти, ведущих к коммунизму, не управляются и не могут быть управляемы пролетариатом. Войны не были вызваны и не были управляемы ни третьим Интернационалом, ни СССР, которые тогда еще не существовали. Также не могут спровоцировать их, а тем более еще и руководить, те маленькие группы большевиков, которые прозябают в эмиграции, хотя они и жаждут этого. Это совершенно явная очевидность.

Еще меньшими возможностями, чем чудовищное накопление капитала и создание национальной или интернациональной анархии в капиталистическом производстве, обладали и обладают Интернационал и СССР. Такой анархии, которая способна заставить сжечь огромное количество продуктов питания, прежде чем раздать их голодающим людям, и способна на то, что Ратенау высказал одной своей фразой, т. е.:

“Сделать так, чтобы полмира занялось фабрикацией г...а, а другая половина мира стала бы его потреблять”.

И, в конце концов, разве может пролетариат поверить тому, что это он является причиной этой инфляции, вырастающей в геометрической прогрессии, этой девальвации, постоянного присвоения прибавочной стоимости и накопления финансового капитала, а не капитала ростовщического, и что по причине того, что он не может справиться с постоянным снижением своей покупательной способности, происходит пролетаризация среднего класса, который является действительным противником революции.

Не пролетариат управляет рычагом экономики или рычагом войны. Но он сам является третьим рычагом, единственным видимым и показным рычагом, наносящим окончательный удар могуществу капиталистического государства и захватывающим его... Да, они захватывают его, если “Они” его ему сдают...

К. Я опять повторяю вам, что все это, изложенное вами в такой литературной форме, имеет название, которое мы уже повторяли до пресыщения в этом нескончаемом разговоре: естественные противоречия капитализма, и если, как вы на это претендуете, имеется еще чья-то воля и деятельность помимо пролетариата, то я желаю, чтобы вы указали мне конкретно на личный случай.

Р. Вам достаточно только одного? Ну, так выслушайте небольшую историю: “Они” изолировали дипломатически царя для Русско–японской войны, и Соединенные Штаты финансировали Японию, говоря точно, это сделал Яков Шифф, глава банка Кун, Леб и Ко, являющегося наследником дома Ротшильдов, откуда и происходил Шифф.

Он имел такую власть, что добился того, что государства, имеющие колониальные владения в Азии, поддержали создание Японской Империи, склонной к ксенофобии; и эту ксенофобию Европа уже чувствует на себе. Из лагерей пленных прибыли в Петроград лучшие борцы, натренированные как революционные агенты; они были туда засланы из Америки с разрешения Японии, полученного через лиц, ее финансировавших.

Русско–японская война, благодаря организованному поражению Царской Армии, вызвала революцию 1905 г., которая хотя и была еще преждевременная, но чуть–чуть не завершилась триумфом; если она и не победила, то создала необходимые политические условия для победы в 1917 г. Скажу еще больше. Читали ли вы биографию Троцкого?

Припомните ее первый революционный период. Он еще совсем молодой человек; после своего бегства из Сибири он жил некоторое время среди эмигрантов в Лондоне, Париже и Швейцарии. Ленин, Плеханов, Мартов и прочие главари смотрят на него только как на обещающего новообращенного. Но он уже осмеливается во время первого раскола держаться независимо, пытаясь стать арбитром объединения.

В 1905 г. ему исполняется двадцать пять лет, и он возвращается в Россию один без партии и без собственной организации. Прочитайте отчеты о революции 1905 г., не “прочищенные” Сталиным; например, Луначарского, который не был троцкистом. Троцкий является первой фигурой во время революции в Петрограде. Это действительно так и было. Только он один выходит из нее, обретя влияние и популярность.

Ни Ленин, ни Мартов, ни Плеханов не завоевывают популярности. Они только сохраняют ее или даже несколько утрачивают. Как и почему возвышается неведомый Троцкий, одним взмахом приобретающий власть более высокую, чем та, которую имели самые старые и влиятельные революционеры? Очень просто: он женится. Вместе с ним прибывает в Россию его жена — Седова. Знаете вы, кто она такая? Она дочь Животовского, объединенного с банкирами Варбургами, компаньонами и родственниками Якова Шиффа, т. е. той финансовой группы, которая, как я говорил, финансировала также революцию 1905 г.

Здесь причина, почему Троцкий одним махом становится во главе революционного списка. И тут же вы имеете ключ к его настоящей персональности. Сделаем скачок к 1904 г. За спиной людей, покушавшихся на эрцгерцога, стоит Троцкий, а это покушение вызвало европейскую войну. Верите ли вы действительно тому, что покушение и война — это только просто случайности... как это сказал на одном сионистском конгрессе Лорд Мельчат.

Проанализируйте в свете “неслучайного” развития боевых действий в России. “Пораженчество” — это образцовое дело. Помощь союзников царю была урегулирована и дозифицирована с таким искусством, что дала право союзным посланникам выставить это как аргумент и добиться от Николая, благодаря его глупости, самоубийственных наступлений — одного вслед за другим.

Масса русского пушечного мяса была колоссальна, но неисчерпаема. Организованный ряд поражений привел за собой революцию. Когда угроза нависла со всех сторон, то нашлось средство в виде установления демократической республики — “Посольской республики”, как назвал ее Ленин, т. е. это обозначало обеспечение безнаказанности для революционеров. Но это еще не все.

Керенский должен спровоцировать будущее кровопролитное наступление. Он реализует его с той целью, чтобы демократическая революция вышла из берегов. И даже еще больше: Керенский должен сдать целиком государство коммунизму, и он это и завершает. Троцкий имеет возможность “неприметным образом” оккупировать весь государственный аппарат. Что за странная слепота? Вот это-то и есть реальность в столь воспеваемой Октябрьской революции. Большевики взяли то, что “Они” им вручили.

К. Вы осмеливаетесь говорить, что Керенский был сообщником Ленина?

Р. Ленина — нет. Троцкого — да; правильнее сказать — сообщником “Их”.

К. Абсурд!

Р. Вы не можете понять... именно вы? Меня это удивляет. Если бы вы, будучи шпионом и скрывая свою персональность, добились того, что стали бы начальником вражеской крепости... то разве вы не открыли бы ворота тем атакующим силам, которым вы по–настоящему служили? Не сделались бы вы пленником, потерпевшим поражение?

Разве вы не подвергались бы опасности смерти во время наступления на крепость, если какой-либо осаждающий, не зная о том, что ваша форма является только маскировкой, принял бы вас за врага? Поверьте мне: несмотря на статуи и мавзолеи, коммунизм обязан Керенскому гораздо больше, чем Ленину.

К. Вы хотите сказать, что Керенский был сознательным и добровольным пораженцем?

Р. Да, для меня это очевидно. Поймите, что я во всем этом лично принимал участие. Но я вам скажу еще больше. Знаете ли вы, кто финансировал Октябрьскую революцию? Ее финансировали “Они”, в частности через тех же самых банкиров, которые финансировали Японию и революцию в 1905 г., а именно Якова Шиффа, братьев Варбургов; это значит, через великое банковское созвездие, через один из пяти банков — членов Федерального Резерва — через банк “Кун, Лоэб и Ко”; здесь же принимали участие и другие американские и европейские банкиры, как Гугенхейм, Хенеауер, Брайтунг, Ашберг.

Я “случайно” там был... там, в Стокгольме, и принимал участие в перемещении фондов. Пока не прибыл Троцкий, я был единственным человеком, который выступал посредником с революционной стороны. Но, наконец, прибыл Троцкий; я должен подчеркнуть, что союзники изгнали его из Франции за то, что он был пораженцем. И те же самые союзники освободили его для того, чтобы он был пораженцем в союзной России... “Другая случайность”. Кто же добился этого? Те самые, которым удалось, чтобы Ленин проехал через Германию.

Да, “Им” удалось вытащить Троцкого–пораженца из Канадского лагеря в Англию и доставить его в Россию, дав ему возможность свободно пройти через все контроли союзников; другие из “Них” — некто Ратенау — добиваются приезда Ленина через враждебную Германию.

Если вы возьметесь изучать историю революции и гражданской войны без предубеждений и пустите в ход все свои исследовательские способности, которые вы умеете применять к вещам менее важным и менее очевидным, то, изучая сведения в их совокупности, а также изучая отдельные детали вплоть до анекдотичных явлений, вы встретитесь с целым рядом “поразительных случайностей”.

К. Хорошо, примем за гипотезу, не все было просто удачей. Какой вывод делаете вы здесь для практических результатов?

Р. Дайте мне докончить эту маленькую историю, а затем мы вместе сделаем выводы... Со времени своего прибытия в Петроград Троцкий был открыто принят Лениным. Как вы знаете достаточно хорошо, за время в промежутке между двумя революциями между ними имелись глубокие разногласия. Все забывается, и Троцкий оказывается мастером своего дела в деле триумфа революции, хочет этого Сталин или не хочет. Почему?

Этот секрет известен жене Ленина — Крупской. Ей известно, кто такой Троцкий в действительности; это она уговаривает Ленина принять Троцкого. Если бы он его не принял, то Ленин остался бы заблокированным в Швейцарии; это одно было уже для него серьезной причиной, и, кроме того, он знал о том, что Троцкий доставлял деньги и способствовал получению колоссальной интернациональной помощи; доказательством этого служил запломбированный вагон.

Затем делом Троцкого, а не результатом железной непоколебимости Ленина, было также и дело объединения вокруг незначительной партии большевиков всего левого революционного крыла, социал–революционеров и анархистов. Не напрасно настоящей партией “беспартийного” Троцкого был древний “Бунд” еврейских пролетариев, из которого родились все революционные московские ветви и которым он дал на девяносто процентов своих руководителей; не официальный и общественный Бунд, а Бунд секретный, вкрапленный во все социалистические партии, вожди каковых, почти что все, находились под их руководством.

К. И Керенский тоже?

Р. Керенский тоже... и еще некоторые вожди несоциалисты, вожди политических буржуазных фракций.

К. Как так?

Р. Вы забываете о роли масонства в первой фазе демократически–буржуазной революции.

К. Она тоже подчинялась Бунду?

Р. Разумеется, в качестве ближайшей ступеньки, но фактически подчинялась “Им”.

К. Несмотря на вздымающийся прилив марксизма, который угрожал также их жизни и привилегиям?

Р. Несмотря на все это; понятно, что они не видели такой опасности. Имейте в виду, что каждый масон видел и думал увидеть в своем воображении больше, чем в реальности, потому он воображал себе то, что ему было выгодно.

Доказательством политического могущества их ассоциации для них являлось то, что масоны находились в правительствах и во главе государств буржуазных наций, причем количество их все время увеличивалось. Имейте в виду, что в те времена все правители союзных наций были масонами за очень малыми исключениями... Это был для них аргумент большей силы. Они верили целиком в то, что революция задержится на буржуазной республике французского типа.

К. Согласно тем картинам, которые мне рисовали о России в 1917 г., нужно было бы быть очень наивным человеком, чтобы верить всему этому...

Р. Они такими были и есть. Масоны не научились ничему из того первого урока, каким была для них Великая Революция, в которой они играли колоссальную революционную роль; она пожрала большинство масонов, начиная со своего Великого Мастера Орлеанской ложи, правильней сказать, масона Людовика Шестнадцатого, чтобы затем продолжать уничтожать жирондистов, гебертистов, якобинцев и т. д., и если кто-либо выжил, то это получилось в результате месяца Брюмера.

К. Не хотите ли вы сказать, что масоны принуждены умирать от руки революции, вызванной при их же содействии?

Р. Совершенно точно. Вы сформулировали истину, облаченную большой тайной. Я масон, вы уже знали об этом. Не так ли? Ну так вот, я расскажу вам, что это за такой большой секрет, который обещают раскрыть масону на одной из высших степеней... но который ему не раскрывается ни на двадцать пятой, ни на тридцать третьей, ни на девяносто третьей и ни на какой самой высокой степени любого ритуала... Ясно, что я знаю об этом не как масон, а как принадлежащий к “Ним”...

К. И каков он?

Р. Каждая масонская организация стремится добиться и создать все необходимые предпосылки для триумфа коммунистической революции; это — очевидная цель масонства; ясно, что все это делается под различными предлогами, но они всегда прикрываются своей известной трилеммой. Понимаете?

Настоящий секрет масонства — это самоубийство масонства как организации и физическое самоубийство каждого более значительного масона

А так как коммунистическая революция имеет в виду ликвидацию как класса всей буржуазии, физическое уничтожение всех буржуазных политических правителей, то настоящий секрет масонства — это самоубийство масонства как организации и физическое самоубийство каждого более значительного масона...

Вы, конечно, можете понять, что подобный конец, подготовляемый масону, вполне заслуживает тайны, декоративности и включения еще целого ряда других секретов с целью скрыть настоящий... Если когда-нибудь вам случится присутствовать при какой-нибудь будущей революции, то не упустите случая понаблюдать жесты удивления и отражения глупости на лице какого-нибудь масона в момент, когда он убеждается в том, что должен умереть от руки революционеров... Как он кричит и хочет, чтобы оценили его заслуги перед революцией! Это зрелище, при виде которого тоже можно умереть, но от смеха.

К. И вы еще отрицаете врожденную глупость буржуазии?

Р. Я отрицаю ее у буржуазии как у класса, но не в определенных секторах. Наличие сумасшедших домов не обозначает еще всеобщего сумасшествия. Масонство — это тоже сумасшедший дом, только на свободе... Но я продолжаю дальше: революция победила; завершился захват власти.

Встает первая проблема: мир, а за ним и первые разногласия внутри партии, в каковой участвуют силы коалиции, пользующиеся властью... Я не буду излагать вам того, что слишком хорошо известно, насчет борьбы, развернувшейся в Москве между приверженцами и противниками Брестского мира.

Я только укажу вам на то, что уже здесь определилось и выявилось то, что потом было вызвано троцкистской оппозицией, т. е. это люди, часть которых в данный момент уже ликвидирована, а другая часть должна быть ликвидирована; все они были против подписания мирного договора.

Этот мир был ошибкой и бессознательной изменой Ленина Интернациональной революции. Представьте себе большевиков, заседающих в Версале на Мирной конференции, а затем в Лиге Наций, очутившимися внутри Германии с Красной Армией, вооруженной и увеличенной союзниками. Советское государство должно было включиться с оружием в руках в немецкую революцию... Совсем другой получилась бы тогда европейская карта.

Но Ленин, опьяненный властью, при содействии Сталина, который тоже уже попробовал сладость власти, поддерживаемые национальным русским крылом партии, располагая материальной базой, навязали свою волю.

Тогда вот и родился “социализм в одной стране”, т. е. национал–коммунизм, достигший на сегодняшний день своего апогея при Сталине. Само собой разумеется, что происходила борьба, но только в такой форме и в таких размерах, чтобы коммунистическое государство не было разгромлено: условие это было обязательным для оппозиции на все время ее последующей борьбы вплоть до сегодняшнего дня.

Это и была причина нашей первой неудачи и всех тех, которые за ней последовали. Но борьба была жестокая, хотя и скрытая с той целью, чтобы не скомпрометировать наше участие во власти.

Троцкий организовал при помощи своих связей покушение Каплан на Ленина. По его приказу Блюмкин убил посла Мирбаха. Государственный переворот, подготовлявшийся Спиридоновой с ее социал–революционерами, был согласован с Троцким. Его человеком для всех этих дел, стоявшим вне подозрения, был тот Розенблюм, литовский еврей, который пользовался именем О’Рейли и был известен как лучший шпион при Британской Интеллидженс.

На самом деле это был человек от “Них”. Причиной того, что был избран этот знаменитый Розенблюм, известный только как английский шпион, было то, что, в случае провала, ответственность за покушения и заговоры падала бы не на Троцкого и не на нас, а на Англию. Так оно и случилось.

Благодаря гражданской войне мы отказались от конспиративных и террористических методов, ибо нам предоставлялась возможность держать в наших руках реальные силы государства, поскольку Троцкий сделался организатором и начальником Советской Армии; до этого армия беспрерывно отступала перед белыми, и территория СССР уменьшалась до размеров прежнего Московского княжества.

Но тут, как по мановению волшебной палочки, она начинает побеждать. Как вы думаете, почему? Посредством магии или по случайности? Я вам скажу: когда Троцкий взял на себя высшее командование Красной Армией, то он, таким образом, уже имел в своих руках силы, необходимые для захвата власти. Ряд побед должен был увеличить его престиж и силы: белых уже можно было разгромить.

Считаете ли вы правдивой ту официальную историю, каковая приписывает разоруженной и недисциплинированной Красной Армии тот факт, что при ее содействии был достигнут ряд советских побед?

К. А кому же тогда?

Р. На девяносто процентов они обязаны этим “Им”. Вы не должны забывать, что белые были по–своему демократичны. С ними были меньшевики и остатки всех старых либеральных партий. Внутри этих сил “Они” всегда имели на службе много людей сознательных и несознательных.

Когда Троцкий начал командовать, то эти люди получили приказ начать систематически изменять белым и одновременно давать обещание на участие — в более или менее скором времени — в советском правительстве. Майский был одним из таких людей, одним из немногих, которым это обещание было выполнено; но он смог добиться этого только после того, как Сталин убедился в его лояльности.

Этот саботаж в соединении с прогрессивным уменьшением помощи союзниками белым генералам, которые, помимо этого, были несчастными идиотами, заставил их терпеть поражение за поражением... Наконец Вильсон ввел в свои знаменитые четырнадцать пунктов пункт номер шесть, наличие которого было достаточно для того, чтобы раз и навсегда прекратить попытки белых воевать с СССР.

Гражданская война укрепляет позиции Троцкого для наследования Ленину. Так оно и было, вне сомнения. Старому революционеру можно было уже умереть, будучи прославленным. Если он остался в живых после Каплан, то он не вышел живым после тайного процесса для насильственного прекращения его жизни, которому он был подвергнут.

К. Троцкий сократил его жизнь? Это большой гвоздь для вашего процесса! Не Троцкий ли лечил Ленина?

Р. Троцкий? Пожалуй, он принимал участие, но вполне точно то, что он об этом знал. Ну а что касается технической реализации... это несущественно; кто это знает? “Они” располагают достаточным количеством каналов для того, чтобы пробраться туда, куда они хотят.

К. Во всяком случае убийство Ленина является делом первостепенной важности, и стоило бы перенести его для рассмотрения на следующий процесс... Как вам кажется, Раковский, если вы случайно окажетесь автором этого дела? Ясно, в случае, если вы потерпите неудачу в этом разговоре... Техническое выполнение очень подходит к вам, как медику...

Р. Я вам не советую этого. Оставьте это дело в покое; оно достаточно опасно для самого Сталина. Вы сможете распространять свою пропаганду так, как вам это будет нравиться, но “Они” имеют свою пропаганду, более мощную, и вопрос о том, “кто выгадывает”, заставит видеть в Сталине убийцу Ленина, и этот аргумент будет сильней всех признаний, вырванных от Ленина, от меня или еще от кого-нибудь.

К. Что вы хотите этим сказать?

Р. То, что классическим и безошибочным правилом для выявления убийцы является проверка того факта, кому это убийство выгодно... а что касается убийства Ленина, то в этом случае оказался в выигрыше его шеф — Сталин. Подумайте насчет этого, и я очень прошу вас не делать этих введений, так как они меня отвлекают и не дают мне возможности докончить.

К. Хорошо, продолжайте, но вы уже знаете...

Р. Общеизвестно, что если Троцкий не наследовал Ленину, то не потому, что по человеческим соображениям в плане чего-нибудь не хватало. Во время болезни Ленина у Троцкого в руках находились нити власти более чем достаточные для того, чтобы он мог наследовать Ленину. И даже были приняты меры для объявления смертного приговора Сталину.

Троцкому–диктатору достаточно было бы иметь в руках письмо Ленина против его тогдашнего шефа Сталина, которое вырвала от своего супруга Крупская, чтобы ликвидировать Сталина. Но глупая случайность, как вы знаете, разрушила все наши планы. Троцкий случайно заболевает, и в решительный момент, когда умирает Ленин, он делается неспособным к какой-либо деятельности на срок в несколько месяцев. Несмотря на наличие у него огромных преимуществ, препятствием явилась наша организация дела...

Р....Мы не желаем, чтобы созданные нами в Версале крупные предпосылки для торжества коммунистической революции в мире, каковые, как вы видите, стали гигантской реальностью, послужили бы тому, чтобы дать восторжествовать сталинскому бонапартизму... Вам это достаточно ясно? Было бы все по–другому, если бы в этом случае диктатором в СССР был Троцкий; это обозначает, что главой интернационального коммунизма сделались бы “Они”.

К. Но ведь фашизм целиком антикоммунистичен как в отношении троцкистского, так и сталинского коммунизма... и если власть, которую вы приписываете “Им”, так велика, то как же они не смогли избежать его?

Р. Так как это именно “Они” дали Гитлеру возможность торжества.

К. Вы побиваете все границы абсурда.

Р. Абсурдное и чудесное смешиваются в результате недостатка культуры. Выслушайте меня. Я уже признал поражение оппозиции. “Они”, в конце концов, увидели, что Сталин не может быть низвергнут путем государственного переворота, и их исторический опыт продиктовал им решение повторения со Сталиным того, что было сделано с царем.

Имелось тут одно затруднение, казавшееся нам непреодолимым. Во всей Европе не было государства–агрессора. Ни одно из них не было расположено удобно в географическом отношении и не обладало армией, достаточной для того, чтобы атаковать Россию. Если такой страны не было, то “Они” должны были создать ее.

Только одна Германия располагала соответствующим населением и позициями, удобными для нападения на СССР, и была способна нанести Сталину поражение; вы можете понять, что Веймарская Республика не была задумана как агрессор ни с политической, ни с экономической стороны; наоборот, она была удобна для вторжения.

На горизонте голодной Германии заблистала скоротечная звезда Гитлера. Пара проницательных глаз остановила на ней свое внимание. Мир явился свидетелем его молниеносного возвышения. Я не скажу, что все это было делом наших рук, нет. Его возвышение, беспрерывно нараставшее в размерах, произошло благодаря революционно–коммунистической экономике Версаля.

Версаль имел в виду создать предпосылки не для торжества Гитлера, а для пролетаризации Германии, для безработицы и голода, в результате каковых должна была бы восторжествовать там коммунистическая революция.

Но поскольку, благодаря наличию Сталина во главе СССР и Интернационала, таковая не удалась, то впоследствии нежелания отдать Германию новому Бонапарту, в планах Дэвиса и Юнга эти предпосылки были частично смягчены в ожидании, пока в России восторжествуют оппозиция... но и этого не случилось, а наличие революционных предпосылок должно было дать свои результаты.

Экономическая предопределенность Германии принудила бы пролетариат к революционным действиям. По вине Сталина пришлось задержаться социал–интернациональной революции, а германский пролетариат просился в национал–социалистическую революцию. Это было диалектично, но при наличии всех своих предпосылок и по здравому смыслу никогда не могла бы там восторжествовать революция национал–социалистическая.

Это было еще не все. Нужно было, чтобы троцкисты и социалисты распределили бы массы с уже пробудившимся и цельным классовым сознанием — согласно инструкциям. Этим делом уже занялись мы. Но было необходимо еще больше: в 1929 г., когда националистическая партия начинала переживать кризис роста, у нее не хватает финансовых ресурсов, “Они” посылают туда своего посла.

Я знаю даже его имя; это был один из Варбургов. В прямых переговорах с Гитлером договариваются о финансировании национал–социалистической партии, и этот последний за пару лет получает миллионы долларов, пересланных ему с Уолл–стрит, и миллионы марок от немецких финансистов через Шиффа; содержание СА и СС, а также финансирование происходящих выборов, давших Гитлеру власть в руки, делается на доллары и марки, присланные “Ими”.

К. Те, которые, по–вашему, стремятся к полному коммунизму, вооружают Гитлера, каковой клянется в том, что искоренит первый народ–коммунист. Это, если верить вам, нечто весьма логичное для финансистов.

Р. Вы опять забываете о сталинском бонапартизме. Припомните, что против Наполеона, душителя Французской революции, укравшего у нее силы, стояли объективные революционеры — Людовик Восемнадцатый, Веллингтон, Меттерних и вплоть до царя–самодержца. Это — по строгой сталинской доктрине в двадцать два карата.

Вы должны знать на память его тезисы о колониях в отношении к империалистическим странам. Да, по нему эмир Афганистана и король Фарух объективно являются коммунистами в силу своей борьбы против ее Величества королевы Англии; почему же не может быть объективно коммунистом Гитлер, раз он борется с самодержавием царя “Кобой Первым”?

В конце концов, в общем, вот перед вами Гитлер со своей нарастающей военной мощью, и уже сейчас расширяющий свой Третий Рейх, а в будущем еще больше... до такой степени, чтобы иметь достаточно сил и возможностей напасть и целиком разбить Сталина... Вы не наблюдаете разве всеобщего благодушия версальских волков, которые ограничиваются лишь слабым рычанием? Что это, еще одна случайность?

Гитлер вторгнется в СССР и подобно тому, как это было в 1917 г., когда поражение, которое потерпел в те времена царь, дало нам возможность его низвергнуть, поражения, нанесенные Сталину, послужат нам для его свержения... Опять пробьет час для мировой революции. Хорошо было бы, чтобы Гитлеру позволили, обратите внимание — “позволили”, напасть на Сталина.

Не говорите мне о том, что Германию могли бы победить. Если русские просторы и отчаяние Сталина со своими людьми перед гитлеровским топором или перед местью его жертв не будут достаточны для того, чтобы добиться военного истощения Германии, то не будет никаких препятствий к тому, чтобы демократии, видя, что Сталин теряет силы, стали бы помогать ему мудро и методически, продолжая подавать эту помощь вплоть до полного истощения обеих армий.

Это в действительности было бы легко, естественно и логично, если бы те мотивы и цели, каковые ставят перед собой демократии и которые большинство их приверженцев считают настоящими, были бы реальностью, а не тем, чем они являются: предлогами. Существует одна цель, одна–единственная цель: торжество коммунизма; не Москва будет навязывать свою волю демократиям, а Нью–Йорк, не “Коминтерн”, а “Капинтерн” на Уолл–стрит.

Кто как не он был способен навязать Европе такое явное и абсолютное противоречие? Какая сила может вести ее к полному самоубийству? Только одна сила способна сделать это: деньги. Деньги — это власть и единственная власть.

К. Я буду откровенен с вами, Раковский. Я признаю за вами дар исключительного таланта. Вы обладаете блестящей диалектикой, захватывающей, тонкой: когда вам ее не хватает, то ваше воображение располагает средствами для того, чтобы растянуть свой красочный занавес, измышляя блестящие и ясные перспективы; но все это, хотя меня и восхищает, для меня недостаточно. Я перейду к тому, чтобы задавать вам вопросы, предположив, что я верю всему тому, что вы сказали.

Р. А я буду давать ответы, но с единственным условием, чтобы вы не прибавляли ничего к тому, что я скажу, и не убавляли.

К. Обещаю. Вы утверждаете, что “Они” препятствуют или будут препятствовать германо–советской войне, логично с точки зрения капиталистов. Правильно ли я разъяснил?

Р. Да, в точности так.

К. Но реальность данного момента такова, что Германии разрешено перевооружение и экспансия. Это факт. Я уже знаю, согласно вашему объяснению, что это было вызвано троцкистским планом, провалившимся благодаря происходящим сейчас “чисткам”; таким образом — цель уже утрачена. Перед лицом нового положения вы советуете только, чтобы Гитлер и Сталин заключили пакт и разделили Польшу. Я вас спрашиваю: как можем мы получить гарантию того, что, имея договор или не имея его, произведя или не произведя раздел, Гитлер не нападет на СССР?

Р. Этого нельзя гарантировать.

К. Значит, зачем же говорить больше?

Р. Не торопитесь. Великолепная угроза против СССР реальна и существует. Это не гипотеза и не словесная угроза. Это факт, и факт, который обязывает. “Они” уже имеют превосходство над Сталиным; превосходство, которого нельзя отрицать. Сталину предоставляется только одна альтернатива, право выбора, а не полная свобода. Нападение Гитлера произойдет само собой; “Им” ничего не нужно делать, чтобы оно произошло, а только всего лишь предоставить ему возможность действовать. Это основная и определяющая реальность, забытая вами при вашем кремлевском образе мышления... Эгоцентризм, господин, эгоцентризм.

К. Право выбора?

Р. Я уточняю еще один раз, но вкратце; или на Сталина будет сделано нападение, или будет реализован начерченный мною план, по которому капиталистические европейские государства уничтожат друг друга. Я обратил внимание на эту альтернативу, но, как вы видите, она только теоретическая. Если Сталин захочет выжить, то он будет вынужден реализовать план, предложенный и ратифицированный “Ими”!

К. А если он откажется?

Р. Это будет для него невозможным. Экспансия и вооружение Германии будут продолжаться. Когда Сталин увидит перед собой эту гигантскую угрозу... то, что же он станет делать? Это будет продиктовано ему своим собственным инстинктом самосохранения.

К. Похоже на то, что события должны реализоваться только по указке, намеченной “Ими”.

Р. Я уже говорил вам, что я не знаю, кто входит в состав “Их”, но имею заверение от лица, которое должно было знать “Их”.

К. От кого же?

Р. От Троцкого. От Троцкого я знаю только то, что один из “Них” был Вальтер Ратенау, известный по Раппалю. Вы видите последнего из “Них”, занимающего политический и общественный пост, ибо это он разрывает экономическую блокаду СССР. Несмотря на то, что он был одним из самых крупных миллионеров; разумеется, им был и Лионель Ротшильд.

С уверенностью могу назвать только эти имена. Конечно, я могу назвать еще больше лиц, деятельность и персональность каковых и определяют как целиком совпадающую с “Ними”, но я не могу подтвердить, чем командуют или же кому подчиняются эти люди.

К. Назовите мне нескольких.

Р. Как учреждение — банк “Кун, Лоэб и Ко” с Уолл–стрит, к этому банку принадлежат семьи: Шифф, Варбург, Леб и Кун; я говорю семьи, чтобы указать разные имена, ибо все они связаны между собой браками; затем Барух, Франкфуртер, Альтшуль, Кохем, Биньямин, Штраус, Штейнхарт, Блюм, Розенжан, Липман, Леман, Дрейфус, Ламонт, Ротшильд, Лож, Мендель, Моргентау, Эзекиель, Лазский.

Я думаю, что уже достаточно имен; если я напрягу свою память, то, может быть, припомню еще, но я повторяю, что я не знаю, кто из них может быть одним из “Них”, и я даже не могу утверждать, что обязательно кто-нибудь из них туда входит; я хочу избежать всякой ответственности.

Но я определенно думаю, что любое из перечисленных мною лиц, даже не принадлежащий к “Ним”, всегда сможет довести до “Них” какое-либо предложение существенного характера. Разумеется, независимо от того, угадано лицо или нет, нельзя ожидать непосредственного ответа. Ответ будет дан фактами. Это неизменная тактика, которую они предпочитают и с которой заставляют считаться.

Например, если вы решитесь начать дипломатические хлопоты, то вам не нужно пользоваться способом личного обращения к “Ним”; надо ограничиться высказыванием размышлений, изложением какой-нибудь рациональной гипотезы, зависящей от определенных неизвестных. Затем остается только ждать.

К. Вы понимаете, что в моем распоряжении не имеется сейчас картотеки, чтобы установить всех упомянутых вами лиц; я предполагаю, что они находятся, вероятно, где-то очень далеко. Где?

Р. Большинство в Соединенных Штатах.

К. Поймите, что если бы мы решили хлопотать, то пришлось бы потратить на это много времени. А дело срочное, и срочное не для нас, а для вас, Раковский.

Р. Для меня?

К. Да, для вас, помните, что ваш процесс будет очень скоро назначен для слушания. Я не знаю, но думаю, что не будет рискованным предположить, что в том случае, если все, что здесь обсуждалось, заинтересует Кремль, то оно должно заинтересовать его прежде, чем вы предстанете перед трибуналом; это было бы для вас делом решающим.

Я думаю, что в ваших личных интересах вы должны предложить нам что-нибудь более быстрое. Самое главное — это добиться доказательства того, что вы сказали правду, и добиться не за срок в несколько недель, а за срок в несколько дней. Я думаю, что если это вам удастся, то я почти что мог бы дать вам относительно большие заверения в возможности спасти свою жизнь... В противном случае я не отвечаю ни за что.

Р. В конце концов — я отважусь. Не знаете ли вы, находится ли сейчас в Москве Дэвис? Да, посланник Соединенных Штатов.

К. Думаю, что да; должен был вернуться.

Р. Только исключительный случай дает мне право, как я думаю, вопреки правилам, воспользоваться официальным посредником.

К. Значит, мы можем думать, что американское правительство находится позади всего этого...

Р. Позади — нет, но под этим.

К. Рузвельт?

Р. Что я знаю? Я могу только делать выводы. Вами все время владеет мания политического шпионажа. Я бы мог сфабриковать для того, чтобы доставить вам удовольствие, целую историю; у меня более чем достаточно воображения, дат и правдивых фактов для того, чтобы предать ей видимость правды, граничащей с очевидностью.

Но разве не более очевидны общественные факты? И дополните своим воображением остальное, если вам нравится. Смотрите сами. Припомните утро двадцать четвертого октября 1929 г. Придет время, когда этот день будет для истории

Революции более важным днем, чем октябрь 1917 г. В день двадцать четвертого октября произошел крах биржи в Нью–Йорке; начало так называемой депрессии, настоящая революция. Четыре года правления Гувера — это годы революционного продвижения двенадцати или пятнадцати миллионов забастовавших. В феврале 1933 г. происходит последний толчок кризиса с закрытием банков.

Трудно сделать больше, чем сделал капитал для того, чтобы разбить “классического американца”, находящегося еще в своем индустриальном оплоте и в экономическом отношении — порабощенного Уолл–стрит. Известно, что всякое объединение в экономике, будь то в отношении общества или животных, дает расцвет паразитизма, а капитал — это крупный паразит.

Но эта американская революция имела в виду не одну только цель — увеличить власть денег для лиц, имеющих право пользоваться ими; она претендовала на большее. Хотя власть денег и является политической властью, но до этого таковая применялась только косвенным образом, а теперь она должна была превратить ее в непосредственную прямую власть.

Человек, через посредство которого пользовались такой властью, был Франклин Рузвельт. Поняли? Заметьте себе следующее... в этом, 1929 г., первом году американской революции, в феврале выезжает из России Троцкий; крах происходит в октябре месяце... Финансирование Гитлера договорено в июле 1929 г. Вы думаете, что все это случайно?

Четыре года правления Гувера употреблены на подготовку захвата власти в Соединенных Штатах и в СССР; там — посредством финансовой революции, а здесь — посредством войны и последующего за ней поражения. Разве какая-нибудь хорошая новелла с богатым воображением была бы для вас более очевидна?

Вы можете понять, что выполнение плана в подобных масштабах нуждается в специальном человеке, направляющем исполнительную власть в Соединенных Штатах, предназначенных для того, чтобы стать организующей и решающей силой. Этим человеком был Франклин и Элеонора Рузвельт. И разрешите мне сказать, что это двуполое существо не является совсем иронией. Ему нужно было избежать возможных Далил.

К. Рузвельт один из “Них”?

Р. Я не знаю, является ли он одним из “Них”, или только подчиняется “Им”. Что вам надо больше? Я думаю, что он осознавал свою миссию, но не могу утверждать, подчинялся ли он в силу шантажа или он был одним из тех, кто управляет; верно то, что он выполнил свою миссию, реализовал все предусмотренные для нее действия со всей точностью. Не спрашивайте меня больше, потому что я больше ничего не знаю” [284].

Становление финансового интернационала

За период двух мировых войн тайные правители США беспрецедентно усилили военно–экономическую мощь Америки, а с помощью созданной международной еврейской олигархией Федеральной резервной системы (ФРС) они захватили в свои руки финансовую власть. С 1913 г. центральный частный банк Америки в виде ФРС контролирует всю финансовую систему США, выпускает долларовые банкноты и предоставляет их в долг под проценты американскому правительству. Таким образом, еврейские олигархи стали “невидимым правительством”, диктующим народу, элите и политической власти США свою волю.

Израильская писательница, профессор Ханна Арендт писала:

“Еврейский банковский капитал стал международным, объединился посредством перекрестных браков, и возникла настоящая международная каста... Что может быть более убедительной иллюстрацией фантастической концепции всемирного еврейского правительства, чем семья Ротшильдов, объединяющая в своем составе граждан пяти различных государств, частые конфликты которых ни на минуту не поколебали интересов их государственных банков” [285].

В 1920 г. Уинстон Черчилль писал:

“Постепенно вызревает мировой заговор, имеющий целью опрокинуть цивилизацию. Главные вдохновители и движущая сила — еврейские лидеры. Нет необходимости преувеличивать участие в создании большевизма и русской революции этих интернациональных и, по большей части, атеистичных евреев” [286].

Будущий британский премьер верно подметил обозначившуюся тенденцию, однако едва ли можно согласиться с ним в том, что касается атеистичности этих евреев.

Современный русский философ и писатель А. А. Зиновьев в книгах “Запад” (“Западнизм”), “Русский эксперимент” и “Глобальный человейник” писал о великом эволюционном переломе, происходящем в мире, и объяснял свой метод подхода к исследуемой проблеме так:

“Выделяется некоторый конкретный социальный феномен и исследуется как эмпирическое явление в его существенных свойствах и закономерностях. Исходя из этого выясняются его корни в прошлом, его зарождение и формирование” [287].

И он выделяет в западной цивилизации такой социальный феномен, называя его “западоидом”. Этот социальный элемент со своими особенными психологическими характеристиками, по его определению, и создал современную западную иудеофарисейскую цивилизацию, а также ее оплот — США. Другие народы в меру их податливости использовались “западоидами” в процессе строительства западной экономики и формирования западной культуры.

Однако, кого конкретно понимает Зиновьев и кого прячет за этим маловразумительным определением “западоид”, он не раскрывает, хотя и определяет, что этот феномен начал формироваться внутри западных обществ очень давно.

Такая таинственность связана с тем, что Александр Зиновьев больше западный ученый, чем русский, и потому занимается конспирацией, чтобы не вызывать гнева средств массовой информации, контролируемых теми же “западоидами”, которые контролируют в Америке все.

Многие американские президенты отмечали, что на развитие современного американизма не оказала ни одна из составляющих американский народ национальностей большего влияния, чем еврейская нация. Это подмечено и многими исследователями, утверждающими, что

Соединенные Штаты Америки “... вообще обязаны евреям своим существованием, — как пишет Вернер Зомбарт. — То, что мы знаем как американизм, есть в своих главных чертах не что иное, как кристаллизовавшийся еврейский дух” [288].

Да! Мир претерпевает трансформацию. Люди боятся говорить правду. И возникает вопрос: когда же мы все-таки дойдем до того, что будем говорить правду, а не юлить и заниматься какой-то политкорректностью?

Современная украинская интеллигенция тоже занимается политкорректностью, боясь, как бы фельдманы, найманы и рабиновичи не обвинили их в антисемитизме. Давно известно изречение: “Интеллигенция — проститутка капитала”. И суть проблемы не в том, говорить или не говорить правду, хотя это очень важный аспект проблемы, а в том, что негативное влияние иудеев на Украину и украинцев приняло массовый, а потому крайне опасный для евреев характер.

Говорить об этом влиянии опасно, а молчать — преступно. Можно предельно точно описывать события, приводить факты с достоверных архивных источников, находить виновных. Но чтобы искоренить зло в его самой сути, необходимо понять сущность явлений, происходящих во власти и обществе, показать, кто и какая идеология за этим стоит.

И как бы глубоко не укоренилось зло, его нужно вытащить из глубин тайных идеологий и обществ, показать всю экстремальность ситуации, сложившейся в мире, и поставить народ перед дилеммой выбора: жить по справедливым человеческим законам или принять их взгляд на историю и отдать им свою руку и сердце.

Почему и в XXI веке люди боятся говорить правду?

На этот вопрос ответил еще в 1869 г. известный русский монархист А. Бакунин, написавший в своей работе “Исследование о немецких евреях” следующее:

“Для начала я прошу вас поверить в то, что я никоим образом не являюсь врагом или хулителем евреев....Их история, начавшаяся задолго до христианской эры, выработала в них, в основном, меркантильность и буржуазность; в итоге как нация они выступают преимущественно в качестве эксплуататоров чужого труда и, естественно, боятся и опасаются народных масс, которые они презирают, когда явно, а когда тайно.

Привычка к эксплуатации, развивая интеллект эксплуататоров, придает ему особую и весьма опасную направленность, противоположную как интересам, так и инстинктам пролетариата. Я осознаю, что, выражая с такой прямотой мое личное мнение относительно евреев, я подвергаю себя крайней опасности.

Много людей разделяет его, но очень немногие осмеливаются высказать его публично, так как еврейский клан, куда более внушительный, чем иезуитский, католический или протестантский, являет собой ныне подлинную власть в Европе.

Он безраздельно господствует в торговле и в банковской сфере, он контролирует три четверти немецкой журналистики и весьма значительную долю журналистики других стран. Горе тому, кто имел неосторожность вызвать его неудовольствие!” [289].

Но Бакунин недооценил влияние евреев на прессу. Великий анархист мог безнаказанно угрожать княжествам и государствам, мог подстрекать к убийствам, грабежам и бунтам, но стоило ему сделать предметом своих нападок евреев — и его голос зазвучал в пустоте: указанная работа при жизни автора так и не увидела свет, появившись в печати вместе с другими сочинениями Бакунина лишь 30-40 лет спустя.

С того времени прошло почти полтора столетия. Но ситуация не изменилась. И пример тому поведение современных русских писателей Зиновьева и Солженицына. В своих работах они не указывают прямо на вину сионистов в развале СССР, их мессианскую установку на избранничество и мировое господство, на тот факт, что Америкой давно правит еврейская финансовая аристократия с ее идеологией иудеолиберализма. Порождение “западоидов” это и есть “кристаллизовавшийся еврейский дух”.

“Наше время как никогда требует беспристрастной и правдивой оценки еврейской истории, — пишет профессор Ханна Арендт. — События политической жизни ХХ века вовлекли еврейский народ в центр событий, еврейский вопрос и антисемитизм стали катализатором условий для возникновения нацизма и формирования структуры третьего рейха, а затем и беспрецедентной по своей жестокости мировой войны” [290].

Несмотря на настоятельную необходимость, многие ученые старательно обходят вопросы, связанные с влиянием евреев на исторические события ХХ века, на формирование финансовых олигархических кланов.

Однако давайте фрагментарно проследим формирование финансового интернационала в Америке и других странах, а также источники накопления капитала.

Праведным трудом невозможно накопить такие огромные капиталы, которыми сегодня владеют не только американские, английские, русские, но и украинские миллиардеры и миллионеры.

Следует отметить, что миллиардер — понятие новейшего времени. Средние века — XVI, XVII и XVIII столетия не знали его. Становление Америки давало возможность создавать миллионы из ничего, путем одной изобретательности и сделок. Примеров такого быстрого обогащения, как в США, Европа не знала до 1990–х годов, когда сионисты развалили Советский Союз и дали возможность власть имущим конвертировать власть на богатство, оставаясь при власти и не забыв при этом своих соплеменников.

“Сам европейский общественный строй представляет для деятельности отдельного человека гораздо больше преград, чем строй Нового Света, — пишет Е. А. Соловьев. — Верный традициям прошлого, европеец не столько ценит роскошь, сколько комфорт; его идеал — быть рантье, то есть жить хорошо, спокойно, безбоязненно, тогда как американец любит пляску миллионов, сам процесс обогащения — процесс, который дает ему сильные, жгучие ощущения...

Американцы — народ деловой, предприимчивый — более деловой, чем умный. Они до того заняты устройством своего земного житья, что вовсе не знают европейских мучительных болей и европейского разочарования” [291].

Как утверждает Зомбарт,

“Америка во всех своих частях является страной евреев, — таков неизбежный результат, к которому приводит подробное и серьезное изучение источников. А так как Америка со дня своего открытия приобретает исключительное влияние на экономическую жизнь и всю совокупность культурных явлений Европы, то интенсивное участие евреев в создании и развитии американского мира естественно приобретает особенное значение для хода нашей истории” [292].

Все финансирование экспедиций Колумба было осуществлено опять-таки евреями. Еврейский капитал сделал возможным оба первых путешествия Колумба. Свое первое путешествие он предпринимает с помощью займа, сделанного им у советника короля Луи де Сантанжеля, который, собственно, был главным покровителем его экспедиций. Первые два письма Колумба были адресованы Луи де Сантанжелю и марану Санчесу, казначею Аррагонии. Вторая экспедиция Колумба опять снаряжается на еврейские деньги.

Однако теперь эти деньги евреи дали не добровольно, а были оставлены изгнанными евреями и конфискованные в 1493 г. Фердинандом Арагонским в пользу государственной казны. На корабле Колумба было несколько евреев, и первый европеец, вступивший на американскую почву, был еврей Луис де Торрес. Так утверждают основанные на фактах исследования.

“Лишь только ворота Нового Света открылись для европейцев, как туда толпами устремились евреи, — пишет Зомбарт. — Мы уже видели, что открытие Америки хронологически совпадает с годом изгнания евреев из Испании; мы видели, что в последние годы XV в. и в первые десятилетия XVI в. массы евреев были принуждены эмигрировать.

Это была эпоха, когда еврейство Европы зашевелилось, как муравейник, в который воткнули палку. Нет ничего удивительного в том, что большая часть этого муравейника направилась в подававшие большие надежды области Нового Света. Первыми купцами в Америке были евреи. Первые промышленные учреждения в американских колониях обязаны своим происхождением евреям.

Уже в 1492 г. португальские евреи поселяются на острове св. Омы и начинают здесь вести в крупных размерах плантаторское хозяйство; они основывают многочисленные сахароварни, и у них работают 3000 негров–рабов. Приток евреев в Южную Америку непосредственно после ее открытия был так велик, что королева Иоганна в 1511 г. сочла необходимым прибегнуть к ограничительным мероприятиям.

Но соответствующее распоряжение, по–видимому, не имело последствий, потому что число евреев в Америке все росло. Законом 21 мая 1577 г. воспрещение эмигрировать в испанские колонии было формально отменено” [293].

Однако могущество евреев в Центральной и Южной Америке стало особенно велико с конца XVII столетия, когда установилась тесная связь между английскими колониями Северной Америки и Вест–Индии. Существованием этой связи европейская Северная Америка обязана, главным образом, еврейским купцам.

По сути, Соединенные Штаты Америки получили существующую экономическую формацию, главным образом, под влиянием еврейских элементов. Но в чем же заключается значение участия евреев в создании могущества Соединенных Штатов Америки?

Во–первых, среди самых крупных трестов есть некоторые, управление которыми находится в руках евреев. Так, плавильный трест, который со всеми находящимися под его контролем заводами представляет (1904 г.) номинальный капитал в 201 млн долларов, основан евреями (Гуггенгеймами). Табачным (500 млн долларов), асфальтовым, телеграфным и другими трестами руководят евреи [294].

Наконец, в руках евреев находится также целый ряд крупных банкирских фирм, которые контролируют значительную часть американского хозяйства. Так, например, “система Гаримана”, имевшая своей целью объединение всех американских железнодорожных сетей, поощрялась и поддерживалась, главным образом, нью–йоркским банкирским домом Лоэб, Кун и Ко.

Особенно много евреев занимает господствующее положение на Западе: Калифорния в значительной мере есть творение их рук. При основании этого штата евреи выдвинулись в качестве судей, депутатов, губернаторов, бургомистров и т. д., а также управленцами в области промышленности. Братья Зелигманы, Вил, Генри, Джессе, Джемс — в Сан–Франциско; Луи Слосс, Льюис Берстль — в Сакраменто (где они основали Alaska Commercial С°); Гельман и Ньюмарк — в Лос–Анджелесе, — таковы некоторые из известнейших фирм, развивших там свою деятельность.

Во время золотого периода евреи первые завязали сношения с Востоком и Европой. Крупнейшие финансовые сделки того времени совершались такими людьми, как Беном Давидсоном, агентом Ротшильда, Альбертом Пристом из Род–Эйланда, Альбертом Дайером из Балтиморы, тремя братьями Лазарь (основавшими международный банкирский дом “Lazars Fmrest” в Париже, Лондоне и Сан–Франциско), Зелигманами, Глэзье, Вормсерами.

Одним из крупнейших пшеничных королей был Мориц Фридлендер. Адольф Сутро занимался эксплуатацией Комстокских каналов (Comstock Lodes). И в настоящее время преобладающая часть банкирских домов и промышленных предприятий в Калифорнии находится в руках евреев.

Едва ли можно сомневаться, что, благодаря иммиграции большого числа евреев за последние десятилетия, значение евреев как количественного фактора в хозяйственной жизни Америки возрастает повсюду с гигантской быстротой. Следует принять в соображение, что уже теперь в одном Нью–Йорке живет больше миллиона евреев и что большая часть иммигрировавших евреев вообще не начинала еще капиталистической карьеры.

“Если общие условия в Америке будут развиваться дальше в том же направлении, как за последние десятилетия, если размеры иммиграции и процент прироста различных национальностей останутся такими же, как до сих пор, то через 50 или 100 лет Соединенные Штаты представляются моему умственному взору страной, населенной только славянами, неграми и евреями, и последним, конечно, будет принадлежать в ней экономическая гегемония” [295], — так писал Вернер Зомбарт в начале ХХ в.

Что же мы видим сегодня? Есть все основания утверждать, что пророчества Зомбарта относительно евреев полностью осуществились и не только в Соединенных Штатах Америки.

Жажда наслаждений настолько естественна и характерна для человека, что нет такой эпохи и такого периода, когда она не фигурировала бы на сцене и не играла первенствующей роли. Но только XIX в. признал эту жажду законной и с поразительной смелостью провозгласил, что ее, этой жажды, совершенно достаточно для руководства всеми помыслами человека на земле. Для этого надо было отрешиться от всех средневековых понятий, разрушить сословные перегородки, вытравить из мышления все следы влияния церкви.

XVIII в. реабилитировал человека и его тело. Он подорвал веру в Бога и загробную жизнь, он смеялся над бессмертием души, он учил, что человек есть цель в самом себе, что любовь к себе — его существенный руководитель, что счастье — не более чем сумма наслаждений.

Но что же такого случилось в этом XVIII в.? А случилось вот что. Вместе с Французской революцией свободу получили евреи. И на сцену вышла еврейская финансовая аристократия со своей иудейской идеологией. Уничтожив в заседаниях Национального собрания политическую силу французской аристократии и духовенства и поставив себя на их место, они увидели перед собой все двери открытыми, все дороги доступными, все перегородки разрушенными.

Теперь в жизнь можно было внедрить свою философию. Это не была философия Вольтера, Руссо, Кондильяка, Гельвеция, это была упрощенная философия, разменянная на мелкую ходячую монету.

Когда Дидро или Кант формулировали свое нравственное учение в словах “человек — цель в самом себе”, понимая под этим, что все в жизни должно служить человеческому счастью, что человеческая личность должна пользоваться как таковая, без внимания к ее общественному положению, ее капиталам и доходам — они с отвращением должны были видеть, как их формула была понята по упрощенному способу, с дерзким пренебрежением к логике и самым нравственным элементарным требованиям.

И вот тут-то и появилась на сцене спекуляция специально для того, чтобы дать действительную, реальную почву человеческой монопольности. Ведь знаменитая формула “человек — это цель в самом себе” понималась очень просто. Раз нет сдерживающего начала в жизни, раз сословные перегородки разрушены, раз все мое счастье — в земных наслаждениях, искать их, не останавливаясь ни перед чем. Но все земные наслаждения — любовь, власть, роскошь — я могу приобрести только за деньги. Следовательно, нужны деньги, деньги, деньги прежде всего.

Новые условия жизни потребовали более быстрых средств обогащения и сделали их возможными. В течение ста лет спекулировали на всем: акциях, кредитных билетах, земле, жизненных продуктах, приисках и промыслах. Спекуляция создала могущественный класс европейских и американских миллиардеров, разрушила старое производство, разорила миллионы и обогатила десятки и сотни людей.

Девятнадцатый век спекулировал на всем, на железных дорогах и на земле. Он развил биржевую игру до той степени азартности и до таких размеров, что проигрыши и выигрыши в течение нескольких часов стали обычным явлением. Американские миллиардеры созданы главным образом железнодорожными и земельными спекуляциями; европейские — фондовыми и железнодорожными...

Однако “еврейский дух” кристаллизировался очень долго. Чтобы накопить богатства, этот “дух” не брезговал ничем: торговля разнообразными товарами, включая алкоголь и наркотики, работорговля, ростовщичество, белое рабство или проституция, подкупы, войны и революции — вот далеко не полный перечень средств “кристаллизации”.

Еще в VI?VII вв. евреи, расселяясь в Европе, России, Азии и Африке, создавали своеобразные торговые общины с информационно–ростовщической системой коммуникаций, которая до сих пор монопольно контролируется евреями. Евреи торговали драгоценными камнями, сукном, шелком, платьем. В IX и Х вв. главным предметом торговли испанских евреев, судя по данным многих источников, являлась работорговля.

“Рабы закупались и приобретались, главным образом, в славянских землях, откуда вывозились как в Испанию, так и в страны Востока, — пишет А. Тюменев. — Однако, наряду с рабами–славянами, в известии Ибн–Хордадбе, как мы видели, упоминаются и андалузские девушки, которых еврейские купцы доставляли на восточные рынки” [296].

Все это давало возможность накапливать огромные капиталы и использовать их для создания военизированных коммерческо–религиозных организаций орденского типа.

Еще около половины двенадцатого столетия торговля испанских евреев представлялась настолько обширной и средства их настолько значительными, что, например, евреи–купцы в Толедо оказались в состоянии набрать и содержать крупную военную силу из 25 тысяч всадников и 20 тысяч пехотинцев.

Видимо, торговля славянскими рабами и андалузскими девушками приносила неплохие дивиденды [297].

Духовно–рыцарский Орден тамплиеров (храмовников), основанный в Иерусалиме в 1118 г., занимался, как и иудеи, ростовщичеством и банкирскими операциями, накопив при этом огромные состояния, которые и послужили причиной их преследований. Традиции тамплиеров были унаследованы и другими масонскими ложами, которые в своем большинстве контролировались евреями.

Именно масоны и стоят у истоков создания Соединенных Штатов Америки, что четко отражено на американской печатке и масонских памятниках, установленных в США. Так, например, памятник американскому президенту, масону Джорджу Вашингтону, в центре Вашингтона имеет ярко выраженный масонский характер. И сегодня почти 15–миллионная армия американских масонов контролирует всю политическую и экономическую жизнь Америки.

Исследователи отмечают, что короли и другие высокопоставленные лица относились к евреям благосклонно, чего не скажешь о ремесленниках и крестьянах. Такая ситуация возникала из-за кредитных отношений власти и евреев. Власть, расплачиваясь за кредит, взятый у еврея–ростовщика, предпочитала отдавать не деньги, а раздавать различные привилегии, в том числе и возможность грабить того же ремесленника или крестьянина, то есть людей, о которых эта же власть должна была заботиться.

“В Англии евреи с самого момента своего появления там занимались не столько товарной, сколько денежной торговлей, — пишет А. Тюменев, — эксплуатация подданных короной при посредстве евреев нигде не была так систематически организована, как в Англии, и притом еще в XII ст. В Англии же мы видим и первое враждебное выступление против евреев в более широких размерах” [298].

Позже, в начале XVII в., польские помещики сдавали свои имения евреям, и те, уже от своего имени, обирали украинских крестьян, зачастую спаивая их, что давало больший “эффект”. Это в значительной мере и послужило причиной освободительной борьбы украинского народа под предводительством Богдана Хмельницкого в 1648-1654 гг.

Иногда взамен возврата ссуды кредитор получал право сбора налогов. Сборщиками различных поборов и налогов были евреи. Неужели они ожидали к себе дружелюбного отношения со стороны народов, которых они жестоко обдирали? Чувство вины, которое может возникнуть у любого нормального человека, вынужденного обирать нищего или выгонять из дома вдову с детьми, обрекая их на голодную смерть, подавлялось национальной религией, для чего она и была изначально предназначена.

Любой народ для евреев — пастбище, или внешняя среда, объект эксплуатации. Но природа мстит людям за бездумную эксплуатацию и уничтожение жизни. Тогда почему иудеи удивляются возмущением внешней, по отношению к евреям, социальной среды в виде погромов и террористических актов?

Но чтобы понять все громадное значение евреев для развития торговли, — прежде всего с точки зрения чисто количественной, — достаточно того общего сообщения, что в течение всего XVI, XVII и большей части XVIII ст. левантинская торговля и торговля с Испанией и Португалией составляли важнейшие отрасли мировой торговли.

Евреи почти исключительно владели этими торговыми путями. Еще во время пребывания в Испании они заполучили большую часть левантинской торговли в свои руки; уже тогда они имели во всех левантинских приморских городах свои конторы. При изгнании их с Пиренейского полуострова значительная часть испанских евреев ушла на восток; другая часть направилась к северу, и, таким образом, торговля с Востоком незаметно перешла к северным народам.

В частности, только благодаря этим торговым связям, Голландия становится мировой торговой державой. Сеть мировой торговли становится больше, и петли ее все уже, по мере того, как евреи устраивают свои конторы в более отдаленных и ближе друг к другу лежащих местах.

Бросается в глаза факт, что евреи в течение долгого времени почти монополизировали торговлю предметами роскоши. А между тем, в аристократические XVII и XVIII ст. эта торговля была самой важной. Из предметов роскоши евреи торговали, главным образом, ювелирными изделиями, драгоценными камнями, жемчугом, шелком и шелковыми изделиями.

Золотые и серебряные ювелирные изделия находились в их руках, потому что евреи уже с незапамятных времен завладели рынками благородных металлов; драгоценные камни и жемчуг, потому что они первые завладели копями (главным образом в Бразилии); шелк и шелковые изделия, потому что у них издавна были сношения с торговыми центрами Востока.

С другой стороны, мы везде встречаем евреев или исключительно завладевших рынком, или пользующихся огромным влиянием в тех отраслях торговли, где дело идет о сбыте массовых продуктов. Можно утверждать, что они первыми доставляли на рынок в течение XVII и XVIII вв. наряду с некоторыми земледельческими продуктами, как, например, рожь, шерсть, кожа, а позже и спирт, новые, колониальные товары, такие как чай и табак.

В XIX в. западный экономический империализм вмешался в замкнутый китайский мир. Ситец и опиум, изделия из отходов Европы хлынули в Китай, нарушив, прежде всего равновесие китайской жизни портовых городов с тем, чтобы потом проникнуть все дальше, в глубь страны. Подавленные техническим величием, даже образованные китайцы “украшали” свои квартиры залежавшимся товаром крупных торговых домов европейского Запада и посылали своих сыновей в Европу и Америку, чтобы они научились там “новой мудрости”.

Эта ситуация очень напоминает сегодняшний день, когда масса западных учителей нахлынула в нашу страну учить нас “уму–разуму”. Но что принесли с собой в Китай миссионеры и всякие темные авантюристы? Европейцы проникли в Китай для пользы еврейскоторгашеской страсти к наживе. Они обесчестили себя, разрушив целый культурный мир, и принесли в эту страну проклятие наркотиков, а точнее опиума.

Китайское правительство очень скоро осознало вред этого продукта, и уже к 1729 г. запретило потребление опия и его разведение. Эти запреты в дальнейшем все более ужесточались, однако эти действия китайского правительства натолкнулись на сопротивление английской компании “Восточная Индия” (Ост Индия). А за деловыми господами из этой компании встало, логично как всегда, в качестве политической силы английское государство.

Для защиты контрабанды опиума пришлось использовать английские пушки. И разразилась первая опиумная война. Китай был побежден, а заключенный в Нанкине в 1842 г. договор установил, что Англии передается “на вечные времена” Гонконг, а ряд крупных городов Китая должны были быть открыты для британской торговли.

Кроме того, Китай был вынужден заплатить 21 миллион долларов на возмещение военных убытков. Англия при этом продала кораблям китайских контрабандистов право на плавание под британским флагом!

Это привело ко второй опиумной войне, которая разразилась в 1856 г. при участии Франции. Последующий за ней позорный для Китая договор, заключенный в Тьен Цзяне, полностью “оправдал” торговлю опиумом. Это, длившееся десятилетиями связывание Китая в интересах капиталистической системы, разрушающей народ, должно было, безусловно, каждый раз порождать напряжения, которые привели страну к величайшим потрясениям.

Однако даже для знатоков всех обстоятельств нелегко точно оценить и вычислить те силы, которые так упорно защищали английское и французское государства. Это уже типичный пример использования государственной мощи для защиты интересов частной компании. Попробуем установить, кому же принадлежала компания “Восточная Индия”?

Обратимся к свидетельствам Вернера Зомбарта. “У нас имеются данные, указывающие на то, что крупная часть акционерного капитала Голландско–Ост–индской компании находилась в руках евреев, — пишет он. — Мы также знаем, что генерал–губернатор

Голландско–Ост–индской компании, который, “если и не является основателем нидерландского могущества на Яве, то, во всяком случае, больше всех способствовал ее упрочению”, назывался Коном (Коеном). Просматривая портреты губернаторов Голландско–Ост-индской компании, мы можем легко убедиться в том, что Кон не был единственным еврейским губернатором в этих владениях.

Мы встречаем евреев также в должности директоров Ост–индской компании, словом, во всех касающихся колоний, делах и предприятиях” [299].

Ост–индская и Вест–индская компании давно принадлежали евреям, и об их участии в обеих компаниях свидетельствует доклад Манассэ бен Израиля Кромвелю [300], в котором автор замечает, “что евреи пользовались крупной частью (Голландской) Ост–индской и Вест–индской компаний”. Манассэ бен Израиль финансировал многие рискованные операции Кромвеля по уничтожению королевской власти в Англии и поэтому его доклад представляет важное доказательство того, чьи интересы защищало английское правительство.

Еще до Первой мировой войны еврейская финансовая аристократия объявила о совпадении своей политики с политикой Великобритании. Англия завоевала для еврейских торговцев бриллиантами когда-то Южную Африку (Левис, Бейт, Левизон и т. д.). Она передала крупным еврейским банкам во владение все финансовые трансакции (Ротшильд, Монтегю, Кассель, Лацардс и т. д.).

Она позволила также торговле опиумом все больше переходить в еврейские руки: еврей лорд Ридинг (Исаакс) организовал важные переговоры по вопросам кредита с Северной Америкой, пока, наконец, Англия в результате Бэлфуровской декларации не взяла на себя охрану еврейских интересов во всех государствах.

Ну а как же быть с Францией? Почему французское правительство принимало участие во второй опиумной войне с Китаем? Дело в том, что уже давно финансовая еврейская аристократия господствовала во Франции. Чтобы учесть значение евреев как финансовых деятелей во Франции, достаточно указать на то влиятельное положение, которое занимал Самуил Бернар в конце царствования Людовика XIV и в царствование Людовика XV.

Но руководящее значение на денежном рынке Франции евреи как крупные капиталисты приобретают лишь в начале XIX в., когда Ротшильды, Фульды, Серфберы, Дюпоны, Гушо, Дальмберы, Перейры начинают свои операции. Очень возможно, что, кроме названных семей, еще многие другие еврейские финансисты действовали во Франции в XVII и XVIII вв. Поэтому и неудивительно, что Франция участвовала в войне с Китаем.

Сегодня достоверно известно, что евреи в средних веках были носителями денежных связей, что, живя в различных местах Европы, они постоянно поддерживали сношения друг с другом. Они являются изобретателями многих финансовых операций, которые позволяли им мгновенно обогащаться.

Закладная, как и ипотечный банк, возникли в XVIII в. в Голландии. Отцами их, по всей вероятности, были голландские евреи. До нас дошли сведения, что приблизительно со средины XVIII в. голландские банкиры доставляли деньги плантаторам в колониях посредством выдачи процентных облигаций на предъявителя, принимая в заклад недвижимое имущество плантаторов.

Эти облигации циркулировали на бирже как “общественные облигации”. Купцы (банкиры), занимавшиеся этим делом, по–видимому, были частными банкирами, которые функционировали вроде наших современных ипотечных банков.

Однако спекуляции ценными бумагами начали приносить огромные прибыли с появлением бирж. История бирж распадается на два больших периода. Первый период начинается со времени ее зарождения в XVI в. и приблизительно до начала XIX в. Это был период внутреннего роста, в течение которого созревают все составляющие структуры биржи, между тем как сама биржа не составляет еще органического элемента хозяйственной жизни.

Второй период от начала XIX века до наших дней, т. е. период, в течение которого все части народного хозяйства мало–помалу проникаются сущностью биржи.

Не подлежит сомнению, что происхождение современной фондовой биржи следует искать в вексельной торговле, или точнее — в объединении торговцев векселями. Все те пункты, где в XVI, а затем и в XVII в. возникли наиболее значительные биржи, были раньше центрами оживленного вексельного обмена.

Но мы можем совершенно точно проследить, что в то время когда биржи начали процветать, вексельный рынок находился почти исключительно в руках евреев. Вексельное дело в XVI и XVII вв., отчасти и позже, считается во многих местах достоянием евреев.

Если евреи как господа вексельной торговли являются основателями современной фондовой биржи, то им обязано своим развитием и то еще более важное обстоятельство, что именно они придали бирже и биржевой торговле присущий этим учреждениям своеобразный отпечаток. Это объясняется тем, что они, по–видимому, были “отцами срочных сделок”, творцами техники биржевой торговли и, если угодно, родоначальниками биржевой спекуляции.

Яркий свет на положение биржевой торговли бросает история европейских бирж того времени. Обратимся прежде всего к бирже Лондона, которую, начиная с XVIII в., опеределил Амстердам и, как известно, впоследствии развился в крупнейший биржевой центр. В Лондоне же влияние евреев на развитие фондовой биржи заметно больше, чем в Амстердаме.

Кроме того, можно с некоторой уверенностью утверждать, что чрезвычайный толчок развитию биржевой спекуляции в Лондоне к концу XVII в. дали амстердамские евреи, переселившиеся к тому времени в Лондон. Таким образом, история лондонской биржи становится новым подтверждением справедливости того взгляда, что развитие биржевой торговли в Амстердаме было преимущественно делом евреев. Они были, очевидно, уже в то время настолько опытны в этих операциях, что могли стать наставниками даже в таком сравнительно важном центре коммерческой жизни, как Лондон.

Биржа появилась, наподобие Минервы, сразу во всеоружии. Главными негоциантами первого английского займа были евреи. Они помогали Вильгельму III Оранскому своими советами, а один из них, богатый Медина, был банкиром Мальбору, платил ему ежегодную пенсию в 6000 фунтов стерлингов и за это получал первые известия о различных военных кампаниях.

Дни победы английской армии доставили ему столько же материальной выгоды, сколько громкой славы английскому оружию. Различные уловки, такие как ложные сведения с театра военных действий, мнимое прибытие курьеров, тайные биржевые котировки, словом, вся закулисная система мамона была известна отцам биржи и изрядно ими эксплуатировалась.

Кроме сэра Соломона Медины, в котором следует видеть основателя фондовой спекуляции в Англии, известно о целом ряде других крупных еврейских капиталистов времен королевы Анны, ведущих биржевые спекуляции в большом масштабе. Менассэ Лопец приобрел большое состояние тем, что, воспользовавшись паникой (вследствие ложной вести о смерти королевы), скупил все правительственные фонды, быстро упавшие в цене.

Чтобы судить о финансовой мощи евреев в тогдашнем Лондоне, необходимо принять в соображение, что в начале XVIII в. число еврейских фамилий с годовым доходом в 1000 — 2000 фунтов стерлингов определялось в 100, а с 300 фунтов стерлингов годового дохода — в 1000 [301].

Специалисты считают, что введение евреями на лондонской бирже профессиональной фондовой торговли, а следовательно, и так называемой “профессиональной спекуляции, является еще более важным фактом, чем создание широкой биржевой спекуляции крупными капиталистами. Оба эти явления также возникли лишь в первой половине XVIII в. и были, по всей вероятности, вызваны к жизни брокерами.

Низкая степень развития биржевой торговли во Франции в течение XVIII века является показателем того ничтожного влияния, какое евреи имели в ту пору на французскую, а в особенности на хозяйственную жизнь Парижа.

Почти до конца XVIII в. даже капиталистически заинтересованные круги и слышать не хотели о фондовой спекуляции. Существующие коммерческие руководства и словари того времени или совсем не упоминают о фондовой торговле и фондовой спекуляции, а если уже говорят, то с негодованием против этих неслыханных заблуждений. Неудивительно, что при таком всеобщем осуждении фондовой спекуляции она в течение всего XVIII в. строжайшим образом запрещалась всеми законодательствами.

Развивался и кредитный капитал в виде ростовщичества. И наступило время, о котором Гугенот де Муссо, автор книги “Евреи, иудаизм и иудаизация христианских народов”, изданной в 1869 г., писал:

“Близок тот час, когда евреи–банкиры, благодаря своим огромным состояниям, станут нашими хозяевами и владыками” [302].

Сегодня можно констатировать, что слова, сказанные Гугенотом де Муссо полтора столетия назад, были пророческими.

“Современное состояние 358 наиболее богатых “глобальных миллиардеров” равно общему богатству 2,3 миллиарда бедняков, составляющих 45 процентов населения планеты”, — пишет З. Бауман [303].

Однако ростовщичество, фондовые спекуляции и другие ухищрения не смогли обогатить финансовый интернационал так, как его обогатили иудеобольшевики, взявшие власть в далеком 1917 г. в Российской империи. “Газета “Нью–Йорк таймс” в 1921 г. сообщала, например, что только за восемь месяцев 1921 г. в США поступило золота на сумму свыше 460 млн долларов общим весом порядка 767 тонн, причем львиная доля — из России.

Четверть этого золотого дождя пришлось на фирму, основанную небезызвестным спонсором иудейских большевиков Шиффом — “Кун, Лоеб и К°” [304]. В ценах 2002 г. это составляло более десяти миллиардов долларов, так как килограмм золота тогда стоил около 600 долларов. В итоге, если в 1913 г. золотой запас США составлял 1,9 млрд долларов, то в 1927 г. он увеличился до 4 млрд долларов [305].

Завоевание, разрушение и разграбление Российской империи иудейскими большевиками тесно связано с тайными планами мирового сионизма и масонства, построения мирового масонского государства. По их мнению, с падением самодержавия появились все предпосылки для создания надгосударственного и наднационального органа управления миром.

Эти планы были озвучены 24 июня 1917 г., когда франкмасонство всего мира торжественно праздновало двухсотлетний юбилей своего современного устройства. В ознаменование этого события масоны издали (конечно, только для масонов) юбилейный сборник “Deux Siecles de Franc?Maconnerie”, в котором помещено много данных о росте, развитии и современном состоянии франкмасонства во всех странах мира.

По отчету масонского юбилейного сборника (1717-1917), в 1917 г. действовало около 25 тысяч масонских лож с 2358000 масонов. В том же сборнике напечатаны фотографии множества величественных масонских храмов и общественных зданий, обслуживающих многообразные нужды масонской деятельности. В юбилейных списках масонских лож значатся и принц Уэльский, впоследствии Эдуард VII, и герцог Коннаутский, и Фридрих Великий, и Вильгельм I, и Фридрих III, и принц Фридрих Леопольд Прусский (Великий мастер с 1895 г.)...

Но издатели юбилейного сборника 1917 г. не удовлетворены столь сжатой и знатной добычей масонства: “Оно (масонство) удовлетворится только тогда, когда нити соединения протянутся и обовьют связями дружбы весь свет, образуя единый союз мира. Пережив государства и философов, наблюдая появление и исчезновение поколений, масонство будет жить еще, чтобы видеть осуществление своих принципов, и тогда оно будет удовлетворено”.

Буквально через два года после празднования двухсотлетнего юбилея была создана Лига Наций, которую возглавил масон из Франции Леон Буржуа, а членами Лиги стали американские, английские и французские масоны и сионисты. В том же 1921 г. создается и теневая масонская структура — Совет по международным отношениям.

Следует отметить, несмотря на то что Лига Наций создавалась как организация, способная избавить мир от военных катастроф, ее деятельность в этой области представляется неудачной. Лига оказалась бессильной помешать захвату Японией Маньчжурии в 1931 г., Италией Эфиопии в 1934-1935 гг., Германией Австрии в 1938 г. и Чехословакии в 1939 г., и наконец, вторжению Германии в Польшу в 1939 г., явившемуся началом Второй мировой войны.

Более того, Лига Наций, как утверждает исследователь Б. Борецкий, является “инструментом войны... служит исключительно делу порабощения одних народов другими”, является “орудием грабежа, орудием войны и разбоя” [306].

Все это действительно так, потому что нельзя стремиться к мировому господству, что является основной задачей масонов и сионистов, и препятствовать войнам, которые помогают достичь заданной цели.

О том, что представляет собой конкретно “интернационал банкиров”, несколько туманно упомянутый Раковским, показали исследования 1970–х годов американского профессора Энтони Саттона. Совершенно случайно в его руки попал документ со списком некой тайной организации, занимавшей ключевые позиции в американском истеблишменте.

Через несколько лет Саттон постепенно раскрыл структуру организации, названной им Орденом, и выяснил, что он оказывает огромное влияние на политическую и экономическую жизнь Америки. Орден контролирует систему образования США, общественные средства формирования мировоззрения молодежи, многие культурные общества и так далее вплоть до церкви.

Еще важнее международная деятельность этого тайного Ордена: он финансировал главные политические течения ХХ в. — большевиков и нацистов, помогал им укрепиться у власти, а затем сталкивал в мировом конфликте. В ходе войны ведущие корпорации, представленные в Ордене, получали сверхприбыли, одновременно ослаблялись государственные институты основных европейских держав и приближалась главная цель: создание “нового мирового порядка”, в котором Орден будет играть ведущую роль.

В этой могущественной организации состоят богатейшие американские семьи Рокфеллеры, Морганы, Дюпоны, Дэвидсоны, Пейны, Гарриманы, Варбурги, Куны, Шифы, Барухи и др. Они контролируют финансовые центры и ведущие отрасли промышленности. Орден создал собственные фонды и мозговые центры, свои исследовательские, консультативные и властные структуры.

В книге “Тайный культ ордена” [307] Энтони Саттон показал оккультные традиции организации, идущие от иллюминатов. Об этом упоминает и Раковский.

Любопытно, что символика черепа и костей, связанная с культом разрушения, появилась одновременно как на значках СС, так и в названии подчиненного Ордену тайного общества “Череп и Кости” Йельского университета, из которого вышли Буши, Джон Кери и др.

“Философская” стратегия — сталкивать “тезис” и “антитезис” и получать выгодный для себя “синтез”, базировалась на древней методике тайных обществ, которую “обогатил” диалектикой Гегеля основатель Ордена банкир Дж. П. Морган [308].

Федеральная резервная система

Деньги — будь то бумажный листок или цифра на мониторе компьютера — абсолютно ничего не стоят, пока они не способны двигать современный мир. Власть денег и банковского дела можно сравнить с влиянием религии, но только те, кто получает от этого прибыль, знают внутренний механизм культа денег. И они все делают для того, чтобы следовать этим курсом.

“В США Центральный банк, который имеет название Федеральная резервная система (ФРС), — это не государственная организация, а частная контора сионистской мафии. Борьба сионистской мафии за захват Центробанка в США велась длительно и упорно. Были убиты три президента: А. Линкольн, У. Мак–Кинли, Дж. Кеннеди. Был убит конгрессмен МакФэдден и брат президента Кеннеди — Роберт Кеннеди. Было два покушения на вице–президента Джексона и госсекретаря Стюарда” [309].

Почти столетие продолжалась борьба за создание Центрального банка США, которая только в 1913 г. увенчалась успехом. Это привело к тому, что в Америке полный контроль над деньгами принадлежит банкирам Федеральной резервной системы, “необъяснимая аномалия в самом сердце существующей демократии, полное противоречие общественным мифам о самоуправлении” [310], как назвал ее Уильям Грейдер, бывший помощник редактора газеты “Вашингтон пост”.

В книге “Тайны храма: Как Федеральная резервная система управляет страной”, написанной в 1987 г., он на примерах разоблачает “национальные теории заговоров”, представляя убедительные доказательства скрытого управления страной Федеральной резервной системой.

Получив возможность управлять финансовой системой страны, сионистская мафия искусственно создает экономический кризис в США 1929 г., после которого происходит перераспределение собственности и денег в пользу мафии. Около 16 тыс. банков США разорились. 100 банков стали контролировать более 50 % банковских активов США, а 14 крупных банков стали владеть 25 % депозитов страны. Так что кризис принес банкам мафии баснословные барыши.

Результаты деятельности Федеральной резервной системы привели к тому, что в 1982 г. правительство США было должно ФРС (сионистской финансовой мафии) 1,07 трлн долларов. За этот долг только за один год американские налогоплательщики заплатили сионистам в виде процентов 115 млрд долларов.

Через десять лет, в 1992 г. государственный долг США увеличился почти в пять раз и стал равным 5 трлн долларов и плюс проценты. Соответственно выросли и налоги, в то время как расходы ФРС сводятся только к покупке типографской краски и оплате труда печатников, которые печатают доллары.

Такой беспредельной наглостью люди обладать не могут. Такими качествами может обладать только сионистская мафия — дети дьявола (от Иоанна 8:44) [311].

Такая ситуация ждет и Украину. Пока сионистская мафия скупила всю астрономическую госсобственность бывшего СССР — это также деньги, только в материальном выражении. И эта собственность принадлежала украинскому народу. А ее украла сионистская мафия. У нас у всех украла. К каждому залезла в карман.

За первые годы “демократических реформ” все денежные сбережения, которые трудящиеся накопили за всю свою жизнь, в одночасье превратились в ничто. Вскоре и наша гривня превратится в цветную бумагу. Глобалисты ведут народы мира к полному уничтожению цивилизации на Земле.

Третий президент США Томас Джефферсон утверждал:

“Если американский народ когда-либо позволит частным банкам контролировать эмиссию долларов, то сначала посредством инфляции, а потом — дефляции, банки и корпорации, которые вырастут вокруг такого Центрального Банка, будут отнимать у людей собственность до тех пор, пока их дети не проснутся бездомными на земле, которую завоевали их отцы” [312].

Первобытный человек в деньгах не нуждался. Он охотился, когда был голоден, и занимался сельским хозяйством, чтобы запасти продовольствие на зиму. Если ему нужен был товар, принадлежавший соседу, осуществлялся бартерный обмен.

Но поскольку работа становилась все более специализированной, возможности бартера стали ограниченными. Пастух овец не всегда мог взять все свое стадо на рынок. Поэтому люди обратились к деньгам как мерилу богатства. Количество драгоценного металла, особенно золота, было ограничено, он всем был нужен и легко распространялся в виде маленьких монет, на которых печатались слова или изображения, гарантирующие их подлинность и чистоту — к тому же было некое древнее, почти священное почтение к ним. Однако тяжелые, толстые мешки золотых монет были обременительны, не говоря уже о том, что они привлекали грабителей.

Так возникли бумажные деньги. Бумажная расписка служила простым векселем. А поэтому бумага считалась столь же ценной, как реальные товары или услуги. Эта процедура какое-то время всех устраивала, но затем отдельные люди поняли, что бумажные деньги, если их дать взаймы за определенную мзду, могут использоваться, чтобы получить еще больше денег.

Первые ювелиры, накапливавшие золотые монеты, использовали это запасенное богатство как основу для издания бумажных денег. Поскольку было очень маловероятно, что золото будет востребовано всеми назад, печатники стали банкирами. Они давали взаймы часть своего запаса под проценты, ради прибыли. Практика — давать взаймы большую часть богатства, сохраняя только небольшую часть в случае возникновения критической ситуации, — стала известной как частичный резерв, или долевое банковское дело. Эта система работала достаточно хорошо, пока кто-то внезапно не снимал свои вклады, чем вызывал “панику” в банке.

Кроме долевого банковского дела, существовала концепция “введенных” денег — практически не имеющих стоимости бумажных денег, введенных в действие соответствующим законом или декретом правительства. Один из первых случаев использования этой системы наблюдал Марко Поло во время посещения Китая в 1275 г. Поло отметил, что император заставил свой народ принимать черные кусочки бумаги с официальной печатью на них как юридически законные деньги под страхом ареста или смерти. Так император использовал эти деньги, чтобы оплатить все свои долги.

“Такое самовластие императора и безмолвие его вассалов, подчиняющихся подобному произволу, способно поразить любого, — писал Гриффин, — но наше самодовольство быстро исчезает, когда в наших федеральных резервных банкнотах мы узнаем это подобие. На них стоят подписи и печати; за подделку предусмотрено суровое наказание; правительство гарантирует их платежеспособность; население вынуждено принимать их; они, а также “невидимые” деньги чековых книжек, в которые они могут быть преобразованы, выпускаются в таком огромном количестве, какое приравнивается к количеству всех мировых богатств.

И все же они ничего не стоят. По правде говоря, существующая денежно–кредитная система является почти точной копией той, которую использовали правители семь столетий назад” [313].

Но сегодня именно банкиры, а не военачальники, получают прибыль от бумажных денег. Именно они создали такой невероятный механизм, как Федеральная резервная система.

Любому, стремящемуся доказать существование заговоров в Америке, не нужно заглядывать далеко. Следует только изучить происхождение центрального нынешнего банка — ФРС. Это и есть документально подтвержденный заговор, в котором участвовали личности, тесно связанные с современными тайными обществами.

Первые американские колонисты печатали небольшое количество бумажных денег, которое их удовлетворяло. И процветание колонии Бенджамин Франклин объяснял так:

“В колониях мы выпускаем наши собственные деньги. Они называются “колониальной валютой”. Мы выпускаем их в надлежащей пропорции к нуждам торговли и промышленности, чтобы изделия без затруднений попадали от производителей к потребителям... Таким образом, создав для себя собственные бумажные деньги, мы контролируем их покупательную способность, и у нас нет необходимости кому-то платить их использование” [314].

Английский парламент, по настоянию Банка Англии, положил конец этому процветанию, приняв в 1764 г. “валютный закон”, запрещавший колониям печатать свои деньги. Колонисты вынуждены были пользоваться банкнотами Банка Англии. Франклин и другие заявили, что отсутствие контроля за денежной массой привело к экономической депрессии и росту безработицы, что ускорило Американскую революцию.

Сама идея центрального банка, принадлежавшая профессиональным банкирам, была постоянной темой споров с первого дня существования Соединенных Штатов. Споры “за и против” центрального банка можно обнаружить в дебатах основателей США — Томаса Джефферсона и Александра Гамильтона.

Гамильтон верил в сильное центральное правительство и центральный банк под контролем богатой элиты. “Никакое общество не может преуспевать, если оно не сочетает заинтересованность и доверие между богатыми индивидуумами и государством” [315], — писал он.

Сторонники Гамильтона создали первую политическую партию Америки, партию Федералистов. Гамильтон, которого однажды назвали “орудием международных банкиров”, утверждал, что “национальный долг, если он не чрезмерный, является для Америки национальным благом”.

Первый банк Северной Америки был создан в 1781 г., еще до написания Конституции, континентальным конгрессменом Робертом Моррисом, пытавшимся превратить его в центральный банк наподобие Банка Англии. Он просуществовал только три года, пока не был ликвидирован из-за необузданного мошенничества и инфляции, вызванной чрезмерным количеством “введенной” валюты.

Гамильтон, бывший помощник Морриса, стал министром финансов. В 1791 г. он сделал очередную попытку создания центрального банка, создав Первый банк Соединенных Штатов Америки, несмотря на противодействие Джефферсона и его сторонников.

Джефферсон знал из европейской истории, что центральный банк может быстро стать хозяином нации. Он сослался на английский опыт и отметил, что

“другие народы Европы испробовали все пути в разных направлениях в бесплодных поисках единой цели, а мы все еще надеемся найти путем манипулирования уловками и банковскими мечтами, что деньги можно делать из ничего...

Я искренне верю, что банковские учреждения более опасны, чем армии; и что принцип получения денег в кредит, который будут оплачивать потомки, является всего лишь крупномасштабным обманом будущего, — писал он Джону Тейлору в 1816 г., добавив:

— Они уже взрастили денежную аристократию... У банков надо забрать принадлежащую им власть и вернуть ее народу, которому она по настоящему принадлежит” [316].

Джефферсон считал создание центрального банка неконституционным.

“Я рассматриваю Конституцию как гаранта этих основ. Все полномочия, не делегированные Соединенным Штатам в соответствии с Конституцией, не запрещенные штатам, сохраняются за штатами или за американским народом. Чтобы сделать даже единственный шаг вне установленных границ, требуется специальное рассмотрение его членами Конгресса, который должен определить рамки полномочий.

Учреждение банка, его полномочий в соответствии с этим законопроектом не должно быть, по моему мнению, предоставлено Соединенным Штатам в соответствии с Конституцией” [317].

Как ни странно, сторонники Джефферсона, считавшиеся в то время либералами, создали партию, впоследствии ставшую Республиканской партией.

Джефферсон был не единственным среди отцов–основателей, кто выражал свое отвращение к прибылям банковского дела.

“Что касается нашей банковской системы, то я всегда ее ненавидел, продолжаю ненавидеть и, даже умирая, буду ненавидеть, — писал он Джону Адамсу в 1811 г. — Каждая банковская скидка, каждый банковский процент должен окупиться, а полученная кредитором прибыль в любом виде является настоящей коррупцией.

Это — налогообложение народа ради выгоды и прибыли отдельных лиц...” [318]

Первый Банк Соединенных Штатов Америки был скопирован по образцу Банка Англии и предполагал партнерство между правительственными и банковскими интересами. Двадцать процентов банковских капиталов поступало через федеральное правительство, 80 процентов оставалось за частными инвесторами, включая иностранцев типа Ротшильдов.

“Документы, заслуживающие доверия, показывают, что Ротшильды представляли реальную силу в старом Банке Соединенных Штатов Америки” [319], — писал исследователь Густав Мойерс.

Нет большого секрета в том, что европейские банкиры и их мировые партнеры сговаривались с целью взять под контроль обращение денег в Америке.

Этот банк мог легко сотворить инфляцию созданием частичного резерва банкнот. Ростовщики процветали, а обычные граждане страдали. В 1811 г., когда возникла необходимость возобновления двадцатилетней лицензии банка, для этого не хватило только одного голоса, как в Сенате, так и в Палате представителей.

Но расходы на войну 1812 г., хаос в финансовых делах побудили Конгресс выдать в 1816 г. двадцатилетнюю лицензию Второму банку Соединенных Штатов. Этот центральный банк был впоследствии закрыт в 1836 г., после того как в 1832 г. президент Эндрю Джексон наложил вето на законопроект Конгресса, продлевающий лицензию, спровоцировав так называемую банковскую войну.

Джексон, первый президент с запада и герой битвы под Новым Орлеаном, денонсировал центральный банк как неконституционный и как “оскорбление страны”, “поскольку банк призван окружить администрацию денежной аристократией, представляющей опасность для свободы в стране” [320].

Не было случайностью то, что первое в Америке покушение на президента Джексона в 1835 г. было совершено человеком по имени Ричард Лоуренс, утверждавшим, что он связан с силами в Европе, которые обещали вмешаться, если будет предпринята попытка его наказать” [321].

Пистолеты Лоуренса дали осечку, и оставшийся невредимым, но приведенный в бешенство Джексон забрал правительственные фонды из “змеиного логова”. Президент Второго банка Николс Биддль, принявший ответные меры, создал грандиозную экономическую панику. Согласно автору Юстасу Маллинсу, Биддль был агентом Якоба Ротшильда в Париже.

Кроме того, Джексон был первым президентом, когда Сенат постановил соотношением 26 к 20 официально объявить ему вотум недоверия за изъятие правительственных вкладов из Банка США без санкции Конгресса США. Позже, в 1837 г., Сенат переменил свое решение, проголосовав о снятии вотума недоверия 24 голосами против 19. Биддль исчез со сцены, и к концу своего второго президентского срока Джексон сумел полностью ликвидировать национальный долг.

Джексон следил за маневрами Биддля, который пытался шантажировать правительство с целью возобновления лицензии банку. Он предупреждал:

“Дерзкое усилие, предпринятое этим банком, чтобы контролировать правительство, бедствие, которое он своевольно причинил... — лишь предвестники судьбы, ожидающей американский народ, если он позволит обманом втянуть себя в то, чтобы навсегда сохранить это учреждение или другое, ему подобное” [322].

Предпринимались и другие попытки возродить центральный банк, но ни одна из них не была успешной до создания Федеральной резервной системы в 1913 г.

Попытки возродить центральный банк фактически начались тремя годами ранее.

“В самом конце 1910 г. произошел случай столь же таинственный, как любой заговор... Я не считаю преувеличением рассказ о нашей секретной поездке на остров Джекилл с целью выработки решения, которое, в конечном счете, выразилось в создании Федеральной резервной системы...” [323], — писал Франк А. Вандерлип, один из создателей ФРС.

Впоследствии он стал президентом Национального городского банка Нью–Йорка.

Вандерлип ссылался на секретную поездку ночью 22 ноября 1910 г. семи человек, представлявших, возможно, четвертую часть богатства мира, на остров Джекилл, остров, принадлежащий Моргану у побережья Джорджии. Эта миссия была настолько секретной, что в разговорах использовались только имена, а постоянные служащие на острове были заменены новыми служащими, не знавшими никого из участников.

В тайную семерку входили: Вандерлип, представлявший интересы Уильяма Рокфеллера и инвестиционной фирмы Джейкоба Шиффа “Кун, Лоэб и Ко”; помощник секретаря Казначейства США Абрахам Пиатт Эндрю; старший партнер “Морган Компания” Генри П. Дэвисон; президент Первого Национального банка Нью–Йорка (контролируемого Морганом) Чарльз Д. Нортон; лейтенант Моргана Бенджамин Стренг; партнер “Кун, Лоэб и Ко” Поль Мортир Варбург; и республиканец от Род–Айленда Нельсон В. Олдрич, председатель Национальной финансово–кредитной комиссии, единственный небанкир в группе.

Но Олдрич был партнером банкира Моргана и свекор Джона Д. Рокфеллера–младшего. Поль Варбург, представитель европейских Ротшильдов, был братом Макса Варбурга, руководителя консорциума “Варбург Кампани банкинг” в Германии и Нидерландах.

Группа уединилась на острове Джекилл и в течение недели подготовила план банковской реформы, которую правительство считало необходимой провести из-за разразившейся финансовой паники. Сегодня много исследователей полагает, что эта паника была искусственно создана с целью принудить общество принять эти неотложные “реформы”.

Исследователь Ральф Эпперсон отмечает, что Морган возвратился в начале 1907 г. в Штаты после посещения Европы и распустил слухи, что нью–йоркский банк стал ненадежным. Напуганные вкладчики ринулись в банк, искра паники переметнулась на другие банки, началась паника 1907 г. [324].

“Исследование паник 1873, 1893 и 1907 гг. указывает на то, что они стали результатом действий международных банкиров в Лондоне” [325], — заключает автор Юстас Маллинс, официальный биограф поэта Ездры Панда, способствовавшего тому, чтобы Маллинс занялся исследованием ФРС в 1948 г.

Президент Принстонского университета (впоследствии американский президент) Вудро Вильсон предложил свой способ урегулирования финансовой паники:

“Все эти неприятности можно предотвратить, если мы создадим комитет в составе шести–семи патриотически настроенных человек, таких как Морган, чтобы овладеть ситуацией в нашей стране” [326].

Требования стабилизировать национальную банковскую систему усиливались.

“Итак американцев, пострадавших во время Американской революции, войны 1812 г., битв между Эндрю Джексоном и Вторым банком США, гражданской войны, предыдущих паник 1873 и 1893 гг., поставили в условия, в которых они просто вынуждены были принять решение, предложенное теми, кто создал все эти события: международными банкирами. Этим решением было создание центрального банка” [327], — писал Ральф Эпперсон.

Под давлением избирателей в 1908 г. Конгресс принял Закон Олдрича–Вриланда, который предписывал национальным банкам выпускать дополнительную валюту, называемую “подлинником”, и создал национальную валютно–кредитную комиссию — под председательством сенатора Олдрича для рекомендации путей стабилизации американской валютно–кредитной системы.

“С самого начала было видно, что комиссия была обманом, — писал автор Гриффин. — Так называемый консультативный орган в течение двух лет не провел ни одного официального заседания, тогда как Олдрич регулярно посещал Европу, консультировался с высокопоставленными банкирами крупнейших банков Англии, Франции и Германии.

Триста тысяч налоговых долларов были израсходованы на эти увеселительные поездки, и весомым единственным результатом работы Комиссии стали 38 объемных томов истории Европейского банковского дела” [328]. В этих томах главное внимание сосредоточено на немецком “Рейхсбанке”, чьими основными акционерами были Ротшильды и фирма семейства Варбурга “Варбург и Компания”.

Заключительный отчет комиссии был подготовлен семью влиятельными людьми, тайно собравшимися в охотничьем клубе на острове Джекилл, якобы поохотиться на уток. Эти люди решили, что надо иметь не один центральный банк Соединенных Штатов, а несколько, и они пришли к согласию, что никто не должен произносить слов “центральный банк”. Самое главное, решили они, что это изобретение будет напоминать официальное агентство американского правительства.

Выступая перед благодарной аудиторией Ассоциации американских банкиров, Олдрич заявил:

“Предложенная организация является не банком, а объединенным союзом всех банков страны для определенных целей” [329]. Варбург исходил из идеи создания этого совместного союза, приемлемого и для банкиров, и для общественности. Любые ограничения для банкиров, которые могут быть и были — устранены позднее.

Это предложение стало известным как план Олдрича. Слишком много людей понимали, что это была явная попытка создать банковскую систему самими банкирами и для банкиров. “План Олдрича — это план Уолл–стрит” [330], — предупреждал конгрессмен Чарльз А. Линдберг, отец знаменитого американского летчика. Когда Олдрич предложил свой план как законопроект, он не был одобрен финансовым комитетом Конгресса.

Автор Грейдер язвительно заметил, что “заговорщически настроенные критики преувеличивали важность встреч на острове Джекилл”, но согласился, что “их подозрения были поэтически точны”, поскольку банкиры знали, “что любое предложение, воспринимаемое как законопроект Уолл–стрит, обречено на провал в демократической Палате представителей” [331].

Требовалась новая тактика, и она появилась в виде предложений председателя комитета банковского дела и валюты Палаты представителей, конгрессмена из Виржинии Картера Гласа. Он подверг нападкам план Олдрича, открыто заявив, что в нем не предусмотрен правительственный контроль, и составил альтернативный, Федеральный резервный закон, где выразил антиуоллстритские настроения.

Создатели плана на острове Джекилл Вандерлип и Олдрич высказались против законопроекта Гласа, несмотря на то, что многие его разделы совпадали с планом Олдрича. Невооруженным глазом были видны усилия получить общественную поддержку законопроекта Гласа, создавая видимость оппозиции банкирам.

Эти усилия были недооценены организацией банковской реформы под названием “Национальная лига граждан”, “полностью финансируемой и контролируемой банками под руководством Пола Варбурга” [332], — как впоследствии писал Гриффин. — Задачей организации было распространять сотни тысяч “образовательных” брошюр, организовывать кампании подписей конгрессменов, снабжать средства массовой информации материалами их “высказываний”, создавая иллюзию поддержки плана острова Джекилл широкими массами” [333].

Лигу возглавлял профессор экономики Лоренс Лафлин из Чикагского университета, находящегося на содержании Джона Д. Рокфеллера.

В период организации народной поддержки новой банковской системы стала разыгрываться другая, часто используемая на политической арене тактика. Банкирам был необходим более послушный лидер, потому что президент США Уильям Говард Тафт пообещал наложить вето на любой законопроект, связанный с созданием центрального банка.

Таким лидером был профессор Вудро Вильсон, которого его прежние одноклассники Кливленд Додж и Сайрус Маккормик, директора Национального городского банка Рокфеллера в Нью–Йорке, рекомендовали на пост президента Принстонского университета.

“За почти 20 лет до своего избрания президентом США Вудро Вильсон плескался в мутной воде Уолл–стрит” [334], — писал исследователь Фердинанд Линдберг.

Вскоре Вудро Вильсон, восхищавшийся Морганом в 1907 г., стал губернатором Нью–Джерси. Теперь же банкиры выбрали его кандидатом в президенты. Назначение Вильсона обеспечивал человек, со временем ставший его постоянным компаньоном и советником, полковник Эдвард Манделла Хаус, близкий партнер Варбурга и Моргана.

Палата представителей будет содействовать избранию президентом Вильсона. “Шифф, Варбурги, Канны, Рокфеллеры и Морганы были уверены в Палате представителей” [335], — отмечал профессор Чарльз Сеймур, издававший документы Палаты.

Но была еще одна проблема. Предварительные опросы общественного мнения показали, что демократ Вильсон не сможет победить республиканца Тафта. Используя маневр, успешно применявшийся несколько раз позднее, прежний президент Теодор (Тодди) Рузвельт, также республиканец, был вовлечен как кандидат от третьей партии, располагающей значительной суммой денег, которую выделили его Прогрессивной партии два основных вкладчика, близко связанных с Морганом. Предложенная схема дала положительный результат. Рузвельт забрал часть голосов у Тафта, и Вильсон, уже пообещавший подписать Федеральный резервный закон, был избран незначительным перевесом голосов.

Появление оппозиции было необходимо Уолл–стрит. Уильям Макаду, зять Вильсона, назначенный секретарем Казначейства, позже сознался, что:

“Банкиры боролись за... Федеральный резервный закон с неутомимой энергией людей, борющихся с пожаром в лесу. Они говорили, что он популистский, социальный полуфабрикат, разрушительный, инфантильный, плохо продуманный и неосуществимый.

Однако, — сказал Макаду в интервью с этими банкирами, — я постепенно стал осознавать, сквозь весь туман и дым противоречий, что банковский мир на самом деле не был оппозиционно настроен в отношении законопроекта, он больше притворялся...” [336]

Вильсон подписал Федеральный резервный закон 23 декабря 1913 г. за два дня до Рождества, когда некоторые конгрессмены уже уехали домой на каникулы, а внимание обычных граждан было сосредоточено на других вопросах.

“Конгресс был дезориентирован, одурачен и растерян такой ловкой проделкой, но это была блестящая психологическая и политическая атака” [337], — прокомментировал Гриффин.

Федеральная резервная система сегодня состоит из двенадцати федеральных резервных банков, каждый из которых обслуживает часть страны, но находится под контролем нью–йоркского Федерального резервного банка. Этими банками руководит совет управляющих, назначаемый президентом и утверждаемый сенатом. Процедура утверждения является простой формальностью.

Федеральная резервная система — такая значимая сила в мировой экономике, что финансовые эксперты многих стран уделяют пристальное внимание любому действию, которое она предпринимает.

“Внимание к работе ФРС гарантировано, — пишет Ким Дек из “Ньюс энд Уорд рипорт”, — поскольку даже самое незначительное колебание процентных ставок может поколебать рынки, создать или уничтожить миллионы рабочих мест” [338].

Но самое интересное в Федеральной резервной системе то, кто ею руководит и почему.

“Использование центрального банка для создания регулярных периодов инфляции и дефляции и, таким образом, выбивание из общественности значительных прибылей было разработано международными банкирами на научной основе” [339], — отмечал Ален.

Конгрессмен Линдберг в 1913 г. сказал, что Федеральная резервная система “представляет собой гигантский траст на земле.... Когда президент подписывает этот закон, невидимое правительство власти денег... узаконено. Новый закон создает инфляцию всякий раз, когда трастам нужна инфляция. С этого времени депрессии создаются с научной точки зрения” [340], — предупреждает он.

В руководство ФРС быстро вошли те люди, которые тайно ее создавали. Банкир Моргана Бенджамин Стренг стал первым управляющим нью–йоркского отделения Федеральной резервной системы, тогда как первым управляющим совета директоров ФРС стал не кто иной, как Поль Варбург, человек, наиболее посвященный в детали создания системы и который позднее стал председателем Федеральной резервной системы.

Несмотря на слово “Федеральная” в названии, ФРС не является частью американского правительства. Это — частная организация, которой владеют представители банков, принадлежащих частным акционерам. Но кто же эти акционеры?

“Изучение основных акционеров банков Нью–Йорка ясно показывает, что несколько семейств, связанных кровными узами, браком или деловыми интересами, по–прежнему контролируют банки Нью–Йорка, которые, в свою очередь, держат контрольный пакет акций Федерального резервного банка Нью–Йорка” [341], — сообщает исследователь Юстас Маллинс в своей книге “Тайны Федеральной резервной системы” (1983).

В книге представлены документы, свидетельствующие о связях ФРС с семействами Ротшильдов, Морганов, Рокфеллеров, Варбургов и других представителей Финансового интернационала.

Этот частный контроль Федеральной резервной системы со стороны банкиров продолжается и сегодня.

“Федеральный резервный банк Нью–Йорка полностью доминирует над другими 11 отделениями посредством владения акциями, контроля и влияния, наличием единственного постоянного голоса в Федеральном открытом рыночном комитете и руководства всеми открытыми рыночными сделками.

Он владеет 19 752 655 акциями, главным образом принадлежащими двум банкам: “Чейз Манхэттен Банку” (слившимся теперь с “Кэмикл Банком”) — 6 389 445 акций, или 32,35 %; и “Ситибанку” — 4 051 851 акция, или 20,51 %. Вместе оба банка владеют 10 441 295 акциями, или 52,86 % — что является контрольным пакетом” [342], — отмечается в докладе за 1997 г. исследователя Эрика Самуэльсона.

Оказывается, предупреждения Джефферсона и Линдберга относительно частного контроля над центральным банком оказались верными.

Гриффин указал, что с созданием Федеральной резервной системы главные банкиры, наконец, достигли цели, к которой стремились, — ответственности налогоплательщиков за потери частных банков. Он цитирует Поля Варбурга, отметившего:

“В то время как технически и юридически Федеральные резервные банкноты являются обязательством правительства Соединенных Штатов Америки, в действительности эта фактическая ответственность ложится на резервные банки... Правительство имеет право воспользоваться обязательствами в том случае, если резервные банки потерпят неудачу...

Человек, тайно руководивший Федеральной резервной системой, сообщил нам, что Федеральные резервные банкноты являются конфиденциально выпущенными деньгами, где налогоплательщики выступают в роли прикрытия потенциальных потерь тех банков, которые их выпускают” [343], — пояснял Гриффин.

Деньги для покрытия чрезмерных расходов правительства обеспечиваются способом, разработанным теми же людьми и в тот же период времени: национальным подоходным налогом.

Фактически, у мировых банкиров под прикрытием Вильсона выдался урожайный день. Нагоняя страх, подобно сегодняшним политическим деятелям, Вильсон заявил, что его правительство “более обеспокоено правами человека, чем правами на собственность”. Прикрываясь этой риторикой, Вильсон протолкнул более “прогрессивное” законодательство, чем любая другая предыдущая американская администрация.

Он усилил Федеральную резервную систему градуированным подоходным налогом (это предписано внутренней службе доходов министерства финансов), Федеральным законом сельскохозяйственных займов (в соответствии с которым создано двенадцать банков фермеров), Федеральной торговой комиссией для регулирования бизнеса и другими законопроектами.

Многим людям в то время все эти законодательные акты казались необходимыми. В конце концов, в 1963 г. руководство Федеральной резервной системы заявило, что “функция Федерального резерва состоит в обеспечении движения денег и кредита, которое обеспечит правильное развитие экономики, стабильность устойчивости доллара, долгосрочный баланс в наших международных платежах” [344].

Но осуществила ли ФРС намеченные цели? Каждый, кому уже за сорок, испытал чередующиеся периоды инфляции и спада. В 1972 г. президент Никсон девальвировал доллар после того, как европейцы отказались принимать его.

“Начиная с 1976 г., у Соединенных Штатов Америки был отрицательный торговый баланс, а в 1985 г., впервые, начиная с 1914 г., американские долги иностранным кредиторам превысили иностранные долги американским кредиторам” [345], — отмечала Новая энциклопедия “Британика”.

Если истинные функции ФРС являются таковыми, как они заявлены, то она понесла бы незначительные потери.

“Казалось бы, что такая система с такой печальной репутацией, мрачным итогом... должна быть отменена без задержки, — писал Ральф Эпперсон, утверждавший, — что, возможно, система была создана с иной целью, чем та, о которой говорят американскому народу [346]".

Другой секретный аспект денежной игры — необходимость помещения денег в банк, которые можно забрать по желанию в любое время. Мы знаем эту систему как систему текущего счета. Сегодня она быстро заменяется пластиковыми карточками. Вкладчики сегодня оплачивают постоянно увеличивающиеся “расходы на услуги” за то, что они разрешают банкам использовать их деньги для получения прибыли.

Посудите сами, когда человек вносит 100 долларов в банк, что в действительности является ссудой банку, поскольку по первому требованию она должна быть возмещена, считается обязательством. Однако, если банк дает взаймы 100 долларов кому-нибудь еще, то тот должен возместить их с процентами. Теперь 100 долларов считаются активом. Те же самые 100 долларов являются и активом, и обязательством, таким образом доказывая, что деньги являются по сути ничего не стоящими.

Но тогда возникает вопрос о процентах. Когда 100 долларов положены на сберегательный счет, устанавливается какой-то небольшой процент накопления, часто на условиях, что деньги не будут забраны быстро. Когда 100 долларов внесено на текущий счет, вкладчик не получает вообще никаких процентов.

Но если банк дает взаймы 100 долларов, он взимает процент, установленный текущими учетными ставками и получает прибыль. Тогда становится понятным, почему такие банковские операции приносят прибыль.

Это — первичная тайна денег.

Не сложно понять, что намного выгоднее открыть банк, чем текущий счет. Это объясняет, почему когда-то могущественные Соединенные Штаты стали нацией должников.

Ростовщичество — термин, который практически почти исчез из нашей лексики. Молодые люди сегодня не имеют никакого представления об этом слове. когда-то ростовщичество означало любой интерес, проявляемый к вопросу о ссуде, но современные словари смягчили его до просто “чрезмерного” интереса. В конституции штата Техас в свое время ростовщичество определялось как любой интерес свыше 6 %. Этот потолок за эти годы возрос, пока само понятие не было исключено.

“Выражение заинтересованности в ссудах есть не что иное, как ростовщичество, и оно было легализировано в виде Федеральной резервной системы”, — отмечал исследователь Гриффин. Оно осуществлялось под видом операций ФРС тайно и с использованием особой экономической терминологии.

“Механизм, которым пользовалась Федеральная резервная система, конвертируя долговые обязательства в деньги, может вначале показаться сложным, но он довольно прост, если понять, что этот процесс не должен быть логическим, он должен быть запутанным и обманным” [347], — добавил Гриффин.

Другой исследователь Грейдер выражает свое согласие с такой точкой зрения, когда пишет:

“Детали деятельности ФРС, как предполагалось, были слишком хитроумными для понимания обычными гражданами” [348].

Некоторые полагают, что эту непосвященность надо считать благом. Генри Форд как-то сказал:

“Нас устраивает, что народ не понимает нашей банковской и валютно–кредитной системы, поскольку, если бы он понимал, то уже сегодня произошла бы революция” [349].

“Большинство американцев не имеет ни малейшего понятия о деятельности международных ростовщиков, — подтверждает также бывший сенатор Барри Голдуотер. — Банкиры хотят, чтоб так и было. Мы где-то в глубине души понимаем, что Ротшильды и Варбурги Европы и дома Моргана, “Куна, Лоэба и Ко”, Шиффа, Лимана и Рокфеллера обладают и руководят несметными богатствами.

Как они приобретают эту огромную финансовую власть и используют ее, для большинства из нас является тайной. Международные банкиры делают деньги, выделяя кредиты правительствам. Чем больше долг государства, тем выше процент, возвращенный кредиторам.

Национальные банки Европы фактически находятся в собственности и под контролем частных интересов. Эти частные интересы проявляются во владении и контроле Федеральной резервной системой” [350].

Согласно исследователю Грейдеру, сегодняшние ростовщики разработали такие запутанные и тайные схемы, обеспечивающие их финансовые сделки, что ФРС стала культом.

“В современном сознании, вероятно, не укладывается, что Федеральная резервная система может быть религиозным институтом, — писал он. — Однако теоретики заговоров каким-то понятным только им способом обнаружили нечто реальное и значимое...

ФРС осуществляла свою деятельность и в сфере религии. Ее таинственная власть денег, унаследованная от священных предков, скрывает сложную связь социальных и психологических явлений. Владея особыми формами тайного колдовства, Федеральная резервная система осуществляет устрашающие социальные ритуалы, сделки, столь мощные и пугающие, что они, казалось, были выше обычного понимания...

Деньги превыше всего — одна из функций веры. Необходимо скрытое всеобъемлющее социальное согласие, которое бы действительно имело таинственный вид. Чтобы создавать деньги и пользоваться ими, верить должен каждый и верить должны все.

Только тогда ничего не стоящие бумажные листочки приобретают ценность” [351].

Многие исследователи и авторы видят источник прибыли банкиров в долгах простых людей, что изложено в древних документах. Документально подтвержденные свидетельства ведущей роли банкиров в принятии решений правительствами есть первопричина увеличения долга: общественного и частного.

“Благодаря решению Федеральной резервной системы уменьшить денежную массу и наплыв иностранного капитала, создав зону безопасности в Соединенных Штатах Америки, у американских потребителей и бизнесменов все еще есть излишки кредитов, доступных им, — писали Филипп Дж. Лэнгмен и Джек Иган в “Ньюс энд Уорд рипорт” в январе 1999 г. — Экономика продолжает создавать новые рабочие места, но американцы влезают в долги быстрее, чем растут их доходы” [352].

В 1930–х годах отмечалось, что бумажные банкноты обеспечиваются золотом, а статья 10 Конституции гласит, что золото и серебро являются единственным способом сделок на законном основании. Старые федеральные резервные банкноты содержали надпись: “Возмещаются законными деньгами в Казначействе Соединенных Штатов Америки или в любом Федеральном резервном банке” [353]. Но не более.

Когда президент Рузвельт изъял золото и перестал обеспечивать доллар золотым эквивалентом, то исследователь Грейдер писал:

“В конце концов, разбили последний оплот иллюзии денег в этом веке: забыт золотой стандарт. Истинное назначение денег — представлять необходимые товары и услуги — забыто” [354].

Нехитрые тайны денег тщательно скрывались духовенством культа денег.

“Американское общество, мало чем отличаясь от своих политических лидеров, зависит от сложившихся клише его ограниченного понимания функции денег, — подчеркнул Грейдер. — Средний гражданин просто не понимает язык денежных отношений, а большинство экономистов не пытается разъяснить его им” [355].

Деньги сегодня — это все более и более обыкновенные электронные счета в компьютере, к которым обращаются с помощью пластиковых карточек. Прошлого не вернешь. Тем не менее эти иллюзорные деньги даются взаймы под проценты большими учреждениями. Поскольку общая сумма денег растет, их ценность уменьшается. Это называется инфляцией, которая является, по сути, встроенным налогом на пользование деньгами. А инфляция может быть управляемой теми, кто руководит потоком бумажных денег или электронными счетами.

“Итогом всей этой системы является огромный долг во всех слоях общества сегодня, — писал автор Уильям Бремли. — Банки должны вкладчикам, а деньги вкладчиков даются взаймы и создают задолженность банкам. Функционирование этой системы больше напоминает бред маньяка. Однако факт остается фактом, что банки, подобно другим кредиторам, часто имеют право захватывать физическую собственность, если их бумажные деньги не возмещены” [356].

В период Великой депрессии 1930–х годов деньги сохранили свою ценность. Их просто было меньше, а цены отражали их дефицит. Сегодня Америка испытывает депрессию инфляционных цен, которые продолжают повышаться из-за возрастания денежной массы. Чем больше денег находится в обращении, тем меньше их стоимость.

Но кто стоит за Финансовым интернационалом?

Самыми известными среди них являются кланы Рокфеллера, Моргана, Ротшильда, Сесила Родса, Дюпона и др.

Рокфеллеры

Джон Дэвидсон Рокфеллер считается наиболее известным (и, возможно, наиболее презираемым) богатым человеком в мире даже притом, что он умер еще в 1937 г. В прошлом веке ни одному семейству в Америке не удалось добиться такой власти и влияния, как Рокфеллерам, благодаря их богатству и близким связям с Англией.

В минувшие годы имя Рокфеллера постоянно возникало, когда речь заходила о тайных обществах, а его финансовые дела были известны всем. Однако сегодняшние средства массовой информации редко говорят о роли Рокфеллера в мировых событиях.

В одной из провинциальных газет штата Техас за 1897 г. сообщалось следующее:

“Джон Д. Рокфеллер ночью спит восемь с половиной часов, он ложится в 10:30 вечера и встает в 7 утра. Каждое утро, когда он встает, он становится на 17705 долларов богаче. Он завтракает в 8 часов и выходит из-за стола в 8:30.

За эти короткие полчаса его богатство возрастает на 1041,50 доллара. В воскресенье он идет в церковь, и за эти два часа, что он отсутствовал дома, его богатство выросло еще на 4166 долларов. Его ночным увлечением является игра на скрипке.

Каждый вечер, когда он берет в руки инструмент, он на 50000 долларов богаче, чем он был, когда клал инструмент в футляр прошлой ночью. Эти небольшие факты показывают нам неустанный рост благосостояния этого человека” [357].

Дополнительный свет на деловую философию Джона Д. Рокфеллера, его способность добывать деньги, может пролить анекдот, который рассказал Нельсон Рокфеллер. Еще в детстве, когда Джон был маленьким, его отец, Вильям Рокфеллер, продававший “средства” против рака в медицинском фургоне, учил его прыгать к нему на руки с высокого стула. Однажды отец выставил руки, чтобы поймать его, но убрал их, как только маленький Джон прыгнул.

Упавшему сыну строго было сказано:

“Помни, никогда никому полностью не доверяй, даже мне” [358].

В начале гражданской войны в Америке Рокфеллер был молодым брокером, распространявшим сельскохозяйственные машины и механизмы в Кливленде, штат Огайо. Он заметил там потенциал зарождающейся нефтяной промышленности и в 1863 г. с партнерами построил нефтяной завод. В 1870 г. он основал нефтяную компанию “Стандарт Ойл Кампани” штата Огайо.

“Национальный городской банк” Кливленда, который на слушаниях в Конгрессе назвали одним из трех банков Ротшильда в Соединенных Штатах Америки, обеспечивал Джона Д. Рокфеллера деньгами с целью монополизации нефтяного бизнеса, что стало результатом создания “Стандарт Ойл” [359].

Рокфеллер говорил, что “конкуренция — это грех”, и безжалостно устранял конкурентов либо путем слияния, либо путем их выкупа. Осуществляя это, он снижал цены до тех пор, пока его конкуренты не соглашались на продажу. Он также руководил прибыльными соглашениями на железной дороге, что гарантировало ему почти полную монополию на транспортировку нефти.

Компания “Стандарт Ойл” — прямой предок компании “Эксон” бурно процветала, и к 1880 г. ее владелец — Рокфеллер владел или контролировал 95 процентов добычи нефти в Соединенных Штатах Америки [360].

Неприятности для Рокфеллера начались в 1902 г. с публикации ряда статей Иды Тарбелл, дочери нефтедобытчика из Пенсильвании, отделившегося от Рокфеллера. Серия публикаций Тарбелл, основанная на пятилетнем исследовании, была напечатана в журнале “Макклурз” под заголовком “История “Стандарт Ойл Кампани”.

Представитель редакции назвал ее работу “бесстрашным разоблачением нравственной преступности, рядящейся в одежды респектабельности и христианства” [361].

Разоблачения Тарбелл завершились правительственными и судебными разбирательствами, что привело к концу нефтяной монополии “Стандарт Ойл”. Однако Рокфеллер успел замаскировать свои сделки, создав первую огромную американскую корпорацию “Стандарт Ойл Траст”. “Траст охватывал огромное количество законных структур, делая их деятельность фактически недоступной для общественности”, — сообщала новая энциклопедия “Британика”.

Такое маневрирование продолжалось до 1892 г., когда Верховный Суд штата Огайо принял решение о роспуске траста. Вместо этого Рокфеллер просто переместил штаб–квартиру “Стандарт Ойл Траст” в Нью–Йорк, и в 1899 г. все активы и процентные ставки приобрели новую форму “Стандарт Ойл Кампани Нью–Джерси”.

В 1906 г. американское правительство обвинило “Стандарт Ойл” в нарушении антимонопольного закона Шермана. Хотя апологеты утверждали, что “Стандарт Ойл” просто стал жертвой эмоциональной волны общественного недовольства, эксцессами в большом бизнесе, американский Верховный Суд 15 мая 1911 г. изложил свое решение в таких определениях:

“Семь человек и корпоративный механизм вступили в сговор против граждан. Во имя безопасности республики принимаем декрет, согласно которому этот опасный заговор должен быть ликвидирован к 15 ноября” [362].

Из общего числа компаний восемь сохранили название “Стандарт Ойл” после роспуска, но даже они были вскоре изменены, чтобы показать стремление к изменениям. “Стандарт Ойл Нью–Йорк”, слившись с трастовой компанией “Вакуум Ойл”, создал компанию “Сокони–Вакуум”, которая трансформировалась в 1966 г. в “Мобил Ойл Корпорэйшн”. Компании “Стандарт Ойл Индиана”, “Стандарт Ойл Небраска” и “Стандарт Ойл Канзас”, объединившись, создали в 1985 г. компанию “Амоко Корпорэйшн”.

В 1984 г. “Стандарт Ойл Калифорнии” и “Стандарт Ойл Кентукки” создали компанию “Шеврон Корпорэйшн”, а прежняя “Стандарт Ойл Нью–Джерси” в 1972 г. превратилась в “Эксон Корпорэйшн”. Другие компании “Стандарт” объединили богатые залежи Атлантики, нефтепровод “Бак–Ай”, “Пензой” и компанию “Юнион танк кар”.

Как ни странно, распад “Стандарт” только увеличил богатство Рокфеллера, который теперь владеет четвертой частью всех тридцати трех нефтяных компаний, созданных в результате распада “Стандарт Ойл”. На рубеже столетий Рокфеллер стал первым миллиардером Америки.

Контроль над всеми компаниями со стороны Рокфеллера был подтвержден в конце 1930–х годов изучением службами безопасности и контрольным комитетом его собственности в самых больших корпорациях Америки. В 1940 г. было издано исследование “Распределение собственности в 200 самых крупных нефинансовых корпорациях”.

Исследователи пришли к выводу, что, несмотря на кажущиеся неправдоподобно маленькими сбережения Рокфеллера (всего лишь 20 процентов акций), они являются достаточными, “чтобы Рокфеллеры контролировали корпорации” [363].

В который раз связь с руководством позволяет Рокфеллерам и другим поддерживать контроль над нефтедобывающей промышленностью. “Все восемь самых больших нефтяных компаний объединились в 1972 г. при посредничестве влиятельных коммерческих банков, по крайней мере, с одним представителем высшей группы”, — писал помощник главного экономиста Федеральной торговой комиссии доктор Джон Блэр.

У “Эксон” есть четыре таких контакта — с “Мобил Стандарт Энд Тексако” и “Арко”. У “Мобил” три: с “Эксон”, “Мобил” и “Стандарт Ойл Индиана”. А “Шелл” имеет контакт с “Мобил” [364].

Как ни странно, с приходом нового века старая монополия “Стандарт” была нарушена путем слияния двух мировых нефтяных гигантов: “Эксон” и “Мобил”. Эту 75 млрд долл. “мегасделку” быстро окрестили “местью Рокфеллера” [365]. Таким образом, продолжилась консолидация нефтяных компаний.

К 1937 г. Рокфеллер и его единственный сын Джон Д. Рокфеллер–младший, не только создали удивительную нефтяную империю, но и учредили ряд организаций. Среди них: Рокфеллеровский институт медицинских исследований (учрежденный в 1901 г.), Центральное правление образования (1903), Чикагский университет (1889), Фонд Рокфеллера (1913), Школа Линкольна (1917), где дети Рокфеллера получали образование, и Университет Рокфеллера в Нью–Йорке.

Клан Рокфеллеров также был очень заинтересован в продвижении евгеники — программы научно обоснованного генетического отбора для обеспечения и улучшения “идеальных человеческих характеристик”, включая контроль рождаемости населения. Эта идея возникла из трудов викторианского ученого сэра Френсиса Галстона, который после завершения исследований пришел к выводу, что влиятельные члены английского общества стали такими, потому что у них были “выдающиеся” родители. Таким образом, было объединено учение Дарвина “о естественном отборе” с классовым вопросом “кто твои родители?”.

Это похоже на нацистский эксперимент времен Гитлера, особенно если учесть, что в девятнадцатом веке США присоединились к четырнадцати другим государствам, принявшим законодательства по евгенике. Еще тридцать государств приняли законы, предусматривающие стерилизацию умственно отсталых пациентов и дебилов. Шестьдесят тысяч таких “бракованных” были законно стерилизованы [366].

Конечно, для определения самого грязного гена нужна была обширная статистика населения. Поэтому в 1910 г. в качестве отделения Национальной лаборатории “Галстона” в Лондоне был зарегистрирован “Евгеник Рекорд Офис”, которым руководила госпожа Е. Харриман, жена железнодорожного магната Эдварда Харримана и мать дипломата Аверелла Харримана. Госпожа Харриман в 1912 г. продала значительную часть акций нью–йоркского банка “Гаранте Траст” Дж. П. Моргану, фактически передав ему контроль над этим учреждением [367].

После 1900 г. семейство Харриманов, положившее начало семейству Прескотта Буша, вместе с Рокфеллерами вложили более 11 млн долларов для создания научно–исследовательской лаборатории по вопросам евгеники в Колд Спринг Харбор, Нью–Йорк, а также лаборатории по изучению евгеники в Гарварде, Колумбии и Корнеле. Первый Международный Конгресс по евгенике состоялся в Лондоне в 1912 г., на котором председательствовал Уинстон Черчилль. Очевидно, что понятие “родословной” для этих людей играло весьма существенную роль.

В 1932 г. на конгрессе в Нью–Йорке присутствовали влиятельные немцы, благодаря пароходной компании “Гамбург — Америка”, контролируемой партнерами Харримана, Джорджем Вокером и Прескоттом Бушем. Одним из них был доктор Эрнст Рудин из Института генеалогии и демографии имени кайзера Вильгельма в Берлине.

Рудин был единодушно избран президентом Международной федерации обществ евгеники за его работу в создании Немецкого общества чистоты расы, предшественника расовых институтов Гитлера [368].

Развитие евгеники под контролем “правильных” семейств продолжается и сейчас. Генерал Уильям Х. Дрейпер–младший был “Членом группы поддержки” Международного Конгресса по евгенике в 1932 г. Благодаря своим связям с Харриманом и семейством Буша, он был назначен главой экономического отдела наблюдательного американского комитета в Германии для урегулирования противостояния.

Исследователи Терпли и Чайкин утверждают, что “генерал Дрейпер (позднее) основал “Комитет кризиса населения” и “Фонд Дрейпера”, объединившись с семействами Рокфеллера и Дюпона с целью продвижения евгеники для “контроля населения”. Администрация президента Линдона Джонсона, где советником был генерал Дрейпер, начала финансировать вопросы контроля рождаемости населения в тропических странах, используя для этого Американское агентство международного развития [369].

Генерал Дрейпер был наставником Джорджа Буша по вопросам, касающимся населения. Его сын и наследник, Уильям Х. Дрейпер, был сопредседателем по финансам, организатором сбора средств и организации национальной кампании по выборам в президенты Джорджа Буша в 1980 г. Младший Дрейпер занимался также и вопросами контроля населения в Организации Объединенных Наций.

Работа по евгенике Рудина большей частью финансировалась Рокфеллером.

Как отмечает исследователь Ик, “эти богатые американские семейства, подобно их коллегам в Великобритании, считали себя высшей расой и стремились к расовому превосходству” [370].

Кумовство было характерным признаком их семейных уз. Начиная с 1917 г. и на протяжении следующих пяти лет, старший Рокфеллер передал состояние своему единственному сыну.

Джон младший, занимаясь филантропической деятельностью, тем не менее, следовал деловым отцовским методам, особенно в отношении к союзам. Это отношение смягчилось, по крайней мере, публично, после событий в Ладлоу в 1914 г., когда члены народного ополчения штата Колорадо открыли стрельбу по забастовщикам принадлежащей Рокфеллеру компании “Колорадо Фьюел энд Айрон”, убив сорок человек.

Рокфеллер–младший помог создать Организацию объединенной службы для солдат во время Второй мировой войны и контролировал строительство центра Рокфеллера на Манхэттене. После войны именно Рокфеллер пожертвовал землю в Манхэттене для штаб-квартиры Организации Объединенных Наций.

У Рокфеллера–младшего была дочь, Эбби, умершая в 1976 г. от рака в возрасте семидесяти двух лет, и пять сыновей: Джон III, Нельсон, Лоренс, Уинтроп и Дэвид.

Старший, Джон III, стал председателем Фонда Рокфеллера и управлял миллионами долларов в международных агентствах типа Индийского международного центра и Японского международного дома. Свои личные средства он тратил на знаменитую Восточную художественную коллекцию и создание “Совета населения”, центра, занимавшегося планированием семьи и вопросами перенаселения. Он умер в 1978 г., но его сын, Джон (Джей) Дэвисон Рокфеллер, продолжил политический курс семейства как губернатор штата Западная Виржиния в США.

Нельсон Олдрич Рокфеллер также сделал карьеру в политике. До Второй мировой войны он путешествовал по Венесуэле, где исследовал культуру Южной Америки, а также нефтяной бизнес. Благодаря знаниям региона, его президент и товарищ по Нью–Йорку Франклин Д. Рузвельт назначает Рокфеллера на правительственную должность — координатором по внутренним делам. Четыре срока подряд Рокфеллер был губернатором штата Нью–Йорк.

В 1953 г. было создано министерство здравоохранения, образования и благосостояния, и Рокфеллер по рекомендации секретаря Овита Капп Хобби был назначен заместителем министра. Здесь Рокфеллер мог протолкнуть много социальных программ. Элвис Москоу писал по этому поводу:

“Овита Капп Хобби не был на виду как секретарь; Нельсон действовал за кулисами, находя нужных людей для руководства различными программами, проводя исследования, создавая новые программы, контролируя их через администрацию Эйзенхауэра или через Конгресс.

Эйзенхауэр даже назначил Рокфеллера специальным помощником по иностранным делам, в тот же самый офис, который возглавлял его друг Генри Киссинджер в период президентства Никсона” [371].

Нельсон Рокфеллер непрерывно стремился стать президентом от республиканцев, но его планам помешал Никсон в 1960 и 1968 гг., а также сенатор Барри Голдуотер в 1964 г. В конце концов, Рокфеллер был назначен вице–президентом Соединенных Штатов в 1974 г., когда президентом стал Джеральд Р. Форд, который сам был назначен на место президента Ричарда Никсона, вынужденного уйти в отставку в результате уотергейтского скандала.

Рокфеллер умер в возрасте семидесяти лет в 1979 г. при невыясненных обстоятельствах, где была замешана молодая ассистентка его аппарата.

Лоренс Спелман Рокфеллер был наиболее активным в бизнесе из всех братьев и сделал успешную карьеру как удачливый предприниматель. Уже в раннем возрасте, проявляя интерес к авиации, он в 1938 г. вложил средства в Восточные авиалинии вместе со знаменитым летчиком, капитаном Эдди Рикенбейкером и превратил эту компанию в одну из самых больших в мире.

Рокфеллер также сделал существенные вложения в мечту молодого шотландца по имени Джеймс Макдоннелл–младший, создав то, что сейчас известно как Корпорация Макдоннелл–Дуглас Эйркрафт. Он также активно участвовал в защите окружающей среды и стал председателем Гражданского консультативного комитета по контролю за окружающей средой, президентом Американской ассоциации охраны окружающей среды и председателем Нью–йоркского зоологического общества.

Уинтроп Рокфеллер считался исключением из рокфеллеровского клана. Покинув Йель в 1934 г., он направился в штат Техас, где работал подсобным рабочим на нефтяном месторождении. В годы Второй мировой войны он служил в пехоте на Тихоокеанском театре, был награжден медалью “Пурпурное сердце” и Бронзовой звездой с двумя Дубовыми листьями. Возвратившись домой, он увлекся выпивкой, женщинами и нью–йоркскими завсегдатаями кафе.

Но в 1953 г., устав от такого образа жизни, он внезапно переехал в Арканзас, где уже в 1956 г. его провозгласили “Человеком г. Арканзаса”. Известное имя позволило ему занять должность губернатора Арканзаса в 1967 г. Именно тогда молодой арканзасский демократ, эрудит по имени Билл Клинтон, привлек внимание Рокфеллера. Уинтроп Рокфеллер также умер от рака в 1973 г., за два месяца до своего шестьдесят первого дня рождения.

Дэвид Рокфеллер был самым младшим из пяти братьев Рокфеллеров, но вместе с тем наиболее влиятельным, если не наиболее знаменитым. После получения в Гарварде научного звания, он вступил в Лондонскую экономическую школу, которая финансировалась Фондом Рокфеллера, английским Трастовым фондом Карнеги и вдовой партнера Моргана, Вильярда Стрейта.

Здесь он познакомился с учением Раскина и других социалистов, включая Гарольда Ласки. Получив образование в Оксфорде, Ласки вначале отстаивал политический плюрализм, но позднее обратился к марксизму и стал светилом Британской социалистической партии [372].

Возвратившись в Штаты, Дэвид Рокфеллер выразил свои глубокие чувства к Англии в письме в “Нью–Йорк таймс” в апреле 1941 г., где заявил: “Мы должны отстаивать Британскую Империю до конца и любой ценой...” Как раз перед самой войной он получил степень доктора в Чикагском университете. Его докторская работа называлась “Неиспользованные ресурсы и экономические отходы”.

Возможно, движимый амбициозностью своих братьев, Рокфеллер писал:

“Из всех форм излишеств наиболее отвратительным, однако, является праздность. Моральное клеймо, стоящее на ненужной и ненамеренной праздности, глубоко укоренилось в нашем сознании” [373].

Во время войны он вступил в армию США рядовым, но вскоре стал работать на Севере Африки и во Франции в Управлении Стратегических служб, предшественнике ЦРУ. Этот опыт, наряду с его обучением в Англии, усилил интерес к иностранным делам. Вполне возможно, что именно в это время Рокфеллер установил контакты с разведывательными кругами самого высокого уровня, что дало ему возможность быть посвященным во многие сверхсекретные операции.

В 1948 г. Дэвид Рокфеллер был председателем опекунского совета Института Рокфеллера. Президентом института был доктор Детли Бронк, биопсихолог, специализирующийся на нервной системе человека. Согласно противоречивым документам, Бронк был не только членом суперсекретной группы MJ-12, но и старшим команды, занимавшейся исследованиями “внеземных биологических объектов”, извлеченных из потерпевшего аварию диска возле Росуэле, Нью–Мексико, в июле 1947 г. [374].

После войны Рокфеллер примкнул к “Чейз Нэшнл банк” в Нью-Йорке, где его дядя, Уинтроп Олдрич, был председателем правления и президентом. “Чейз” своими историческими корнями уходил к центральному банку, необходимость которого отстаивал банк Александра Гамильтона “Манхэттен Кампани”, основанный в 1799 г., и к 1921 г. он стал вторым по величине национальным банком в Соединенных Штатах.

В 1955 г. Рокфеллер играл главную роль в слиянии банка “Чейз” с банком “Манхэттен Кампани”, что завершилось созданием “Чейз Манхэттен банк”. В 1969 г. банк стал частью “Чейз Манхэттен Корпорэйшн” в соответствии с тенденцией создания трастовых компаний с тем, чтобы избежать банковских законов, запрещающих определенные виды деятельности, типа приобретения финансовых компаний.

В этом же г. Дэвид Рокфеллер, благодаря своему опыту в международном банковском деле, стал председателем правления компании и исполнительным директором.

Его связи с миром международной политики и разведкой улучшились после того, как его дядя Олдрич оставил пост председателя банка в 1953 г., став американским послом при дворе Святого Джеймса (Англия). Олдрича сменил Джон Дж. МакКлой, в то время председатель Совета по международным отношениям. МакКлой, которого называли “архитектором послевоенного американского разведывательного ведомства”, был помощником военного министра с апреля 1941 г. до ноября 1945 г.

С 1947 г. по 1949 г. он был президентом Мирового Банка, американским представителем и Верховным комиссаром Германии с 1949 г. по 1952 г. МакКлой также входил в состав Комиссии Уоррена, оказывая помощь в урегулировании разногласий между ее членами, оспаривавшими версию “единственной пули” в убийстве президента Кеннеди.

Согласно автору Элвису Москоу, Дэвид Рокфеллер скоро стал “бесспорным протеже МакКлоя” [375].

Дэвид Рокфеллер вошел в состав Совета по международным отношениям еще до начала войны в 1941 г. и в 1950 г. был избран вице–президентом совета.

Его интерес к иностранным делам не был альтруистским. По очень приблизительным оценкам, многонациональные банки, где ведущая роль была отведена банку “Чейз”, выдали в период между 1957 и 1977 гг. развивающимся странам займов более чем на 50 млрд долларов. Симпатизирующий Рокфеллеру биограф Москоу писал:

“Увлечение Дэвида международными связями, необходимость использовать знания правительственной, социальной и экономической политики стран мира с обеих сторон Железного Занавеса удивительно совпадали с его интересом и стремлением расширять бизнес “Чейз Манхэттен Банка” на международном банковском рынке” [376].

Сказать, что Дэвид Рокфеллер — один из наиболее влиятельных людей в Америке, значит преуменьшить его заслуги.

Согласно Гарри Алену, только в 1973 г. “Дэвид Рокфеллер встретился с 27 главами государств, включая правителей России и коммунистического Китая” [377].

В 1976 г., когда австралийский президент Мелком Фрейзер посетил Соединенные Штаты Америки, он совещался с Дэвидом Рокфеллером перед встречей с президентом Джеральдом Фордом. “Это поистине невероятно, — писал Ральф Эпперсон, — потому что Дэвид Рокфеллер не занимал тогда никаких правительственных постов, где он мог официально представлять правительство Соединенных Штатов Америки”.

Но влияние Рокфеллеров (если не контроль) простирается далеко за банковские и нефтяные интересы. Фонд братьев Рокфеллеров, основанный в 1940 г. пятью братьями, например, в 1997 г. насчитывал почти 500 млн долларов в активах. Начиная с того времени, Фонд выделил гранты огромному количеству различных учреждений на сумму более 461 млн долларов.

Среди них: Смитсоновскому институту, Буддистскому центру Зона, Институту Аспена, Азиатскому культурному совету, Институту Брукингса, Национальному одибонскому обществу, Национальному фонду парков, Центру планирования рождаемости в Нью–Йорке, немецкому Фонду Маршалла, Йельскому университету, Центру стратегических и международных исследований, Национальной академии наук и Обществу международного развития [378].

В 1977 г. Фонд пожертвовал 1 млн долларов Совету по международным отношениям. Во избежание ненужной огласки эта сумма уменьшилась до 45 тыс. долларов в 1997 г., из них 25 тыс. пошли на исследование “экономических и политических итогов Корейского объединения” [379].

А Трехсторонняя комиссия, получившая 120 тыс. долларов от Фонда в 1997 г., не была упомянута в их ежегодном отчете за 1997 г.

В 1997 г. Фонд также потратил более 1,2 млн долларов на финансирование различных проектов в Нью–Йорке. Фонд принимал активное участие в вопросах защиты окружающей среды, что подтверждается его пожертвованиями Национальному трасту окружающей среды, трасту Гринпис, Национальной федерации живой природы, Американской ассоциации защиты, Фонду защиты окружающей среды и другим.

Авторы, исследующие заговоры, отмечали, что если у кого-то возникал интерес к компаниям, которые могли бы неблагоприятно воздействовать на окружающую среду, то лучшим способом повлиять на таких деятелей было наложить на них солидную контрибуцию.

Эбби О'Нилл, племянница пяти братьев Рокфеллер, в 1998 г. завершила срок своего пребывания на посту председателя Фонда. Эту должность занял сын Нельсона, Стивен К. Рокфеллер. Монополярные взгляды Рокфеллеров были все более очевидны из ежегодного отчета Фонда за 1997 г. Госпожа О'Нилл писала, что у “Фонда был перекос в сторону монополярной стратегии, с явными глобалистскими взглядами и с упором на слияние национальных и международных структур” [380].

Президент Фонда и член СМО Колин Г. Кемпбелл писал, что деньги Рокфеллера использовались для создания “огромного количества товариществ с общими интересами... которые вовлекают такие не сочетающиеся учреждения, как некоммерческие организации и прибыльные компании, правительственные агентства и неправительственные организации, исследовательские университеты и группы активистов” [381].

“Фактически большинство американских правительственных программ в области здравоохранения, образования и благосостояния во второй половине двадцатого столетия были инициированы Фондом Рокфеллера” [382], так комментировал работу Фонда Москоу.

Однако Москоу почему-то не вспоминает о “докладе Флекснера” (“Flexner Report”), правила которого позволили взять под контроль медицину и навязать режим медицинского террора в 1920-1925 гг. В соответствии с этим докладом, который финансировался фондом Рокфеллера, была фактически уничтожена мягкая медицина, которая включала гомеопатию, фитотерапию, остеопатию и массаж.

Медицина стала практиковать только ортодоксальную аллопатическую медицину, искоренив другие. Капитал получил контроль над медициной, и с тех пор фармацевтическая промышленность начала получать огромные прибыли. Это был глобальный маневр мировых финансистов, которые взяли под контроль вопросы охраны здоровья во всем мире, а фактически, контролировали производство медикаментов, получая огромные прибыли [383].

Деятельность Рокфеллера всегда подразумевала вовлечение или подготовку мировых лидеров. Генри Киссинджер уже упоминался. До Второй мировой войны подразделение Фонда Рокфеллера, занимающееся экономическими исследованиями, возглавлял канадец В. Л. Макензи Кинг. Наставник Джона Д. младшего, Макензи, позднее стал премьер–министром Канады.

Благодаря влиятельности своего имени, проекты Рокфеллеров были почти всегда успешны. Согласно биографу Эрвину Москоу, братья “проявляли осторожность, прежде чем имя Рокфеллер появлялось в каком?либо финансовом или ином новом предприятии. Но, приняв решение, они отстаивали его до конца, щедро расходуя деньги, время и усилия. В различных гражданских и социальных кругах знали, что если Рокфеллер начал проект, то, как правило, он заканчивался успешно” [384].

Несмотря на их близкие связи и благосклонность к Англии, Рокфеллеры были чисто американским явлением. Другая американская банковская империя фактически возникла в Англии.

Семейство Морганов

Если Джон Д. Рокфеллер был равным среди баронов бизнеса в те безмятежные дни, то Джон Пьерпонт Морган был человеком, имевшим очевидные связи с “сетью англофилов”.

Империя банковского дела Моргана продолжает занимать ведущее место в деловых и политических решениях, принимаемых сегодня, и многих служащих Моргана и его агентов можно найти среди членов тайных обществ.

Мать Моргана — Джульетта Пьерпонт Морган, чей отец, Реверанд Джон Пьерпонт, высказывавший проанглийские взгляды, был сыном основателя Йельского университета. Отец Моргана, Джуниус Спенсер Морган, был американским финансистом, посещавшим Англию в 1850–х годах, где ему оказывал поддержку другой экспатриант — американец по имени Джордж Пибоди, человек, уже ведущий торговлю с английскими Ротшильдами.

После объединения с Пибоди в “Пибоди, Морган и Компания” богатство Джуниуса выросло в результате получения ссуд для Севера в ходе американской гражданской войны. Его сын, Джон Пьерпонт Морган, родился в 1837 г.

Джуниус и сын взяли на себя все дела после выхода на пенсию Пибоди в 1864 г. и быстро сменили название своей фирмы на “Морган и Компания”.

Морганы также стали близки с английскими Ротшильдами, иногда они даже останавливались в их доме. Многие авторы писали, что Морганы, в конечном счете, стали тайными агентами Ротшильдов в Америке.

“Деятельность Морганов в 1895-1896 гг. по продаже американских золотых обязательств в Европе основывалась на их союзе с домом Ротшильдов” [385], — отмечал автор Габриель Колко.

Утверждение, что Морганы были американским фронтом для отстаивания интересов английского барона Натана Мейера Ротшильда, было подкреплено Юстасом Маллинсом, автором, который в 1952 г. впервые раскрыл махинации банкиров, закончившиеся созданием Федеральной резервной системы. О Ротшильдах Маллинс писал:

“Даже притом, что у них был надежный агент в Соединенных Штатах, им было чрезвычайно выгодно иметь американского представителя, который бы не был известен как агент Ротшильдов”.

Маллинс утверждал, что Ротшильды “предпочитали работать анонимно в Соединенных Штатах под прикрытием фирмы “Морган и Компания” [386].

“Суровой реальностью того времени был уродливый всплеск антисемитизма, — писал Джордж Вилер, автор “Пьерпонт Морган и друзья: Анатомия мифа”. — кто-то был необходим как прикрытие. Кто же мог быть лучше, чем Пьерпонт Морган, твердый, протестантский образец капиталиста, родословная семейства которого уходит в далекие дореволюционные времена?” [387]

“Вполне очевидно, что большая часть богатства и власти фирмы Моргана была и всегда основывалась на богатстве и власти Ротшильдов, оказавших помощь вначале и поддерживавших их все это время” [388], — подтверждал исследователь Гриффин.

Хотя Морган родился в Америке и получил образование в Бостоне, в 1856 г. он отправился в Германию, где учился в Университете Геттингена, основанном английским королем Джорджем II в 1737 г. Печально известный за изгнание диссидентских профессоров, он получил название “Геттинген семь”, куда входили братья Гримм и другие сторонники Георга Гегеля, включая Карла Маркса, университет продолжал быть очагом деятельности тайного общества.

Возвратившись в Соединенные Штаты, Морган примкнул к нью–йоркской банковской фирме “Дункан, Шерман и Компания”, став американским представителем их лондонской компании. “Таким образом, Морган, вероятно, стал финансовым агентом Ротшильда и делал все возможное, чтобы выглядеть настоящим американцем” [389], — писал Гриффин.

Когда вспыхнула гражданская война в Америке, молодой Морган показал, что законность и честность играли небольшую роль в его деловых методах. В мае 1861 г. двадцатичетырехлетний Морган предложил командующему федеральной армии, размещенной в Сент–Луисе, купить пять тысяч винтовок по двадцать два доллара за штуку. Командующий, которому нужны были винтовки, согласился, но когда винтовки прибыли, он отказался платить, утверждая, что оружие было старым и дефектным. Морган предъявил иск армии и выиграл суд, постановивший выплатить ему 109,9 тыс. долларов.

Комиссия конгресса по расследованию в 1862 г. заключила, что Морган обманул правительство. Комитет обнаружил, что данные винтовки “полностью непригодны к эксплуатации, устаревшие и опасные для жизни”, были куплены за 3,5 доллара каждая в нью–йоркском арсенале Саймоном Стивенсоном, которого нанял Морган. Когда командующий из Сент–Луиса согласился купить оружие, Морган использовал соглашение как имущественный залог, чтобы взять в долг деньги для оплаты оружия.

Так что армия США купила свои собственные дефектные винтовки у Моргана, который, без всякого для себя финансового риска, получил приблизительно 500 процентов прибыли за каждую единицу оружия.

В 1871 г. он стал партнером одной из фирм своего отца, “Дрексель, Морган и Компания”, которая позже стала называться просто “Морган и Компания”. Эта фирма скоро стала основным источником американского правительственного финансирования.

“Благодаря связям с фирмой Пибоди, у Моргана были близкие и очень полезные связи с финансовым миром Лондона, и в течение 1870–х годов он, таким образом, смог обеспечить стремительно растущие промышленные корпорации Соединенных Штатов так необходимым им капиталом английских банкиров” [390], — отмечает Новая энциклопедия “Британика”.

Наряду с европейским семейством Ротшильда, “Морган и Компания” стала одной из наиболее мощных банковских структур в мире. Но для Джона Моргана, унаследовавшего в 1890 г. после смерти отца дело семейства, этого было не достаточно. Пятью годами ранее он начал реорганизацию железных дорог Америки и к 1902 г. стал наиболее мощным железнодорожным магнатом, контролирующим приблизительно пять тысяч миль дорог.

Морган даже помог денежным залогом американскому правительству, когда возникла банковская паника в 1893 г. Создав синдикат, Морган поддержал ослабевшие резервы правительства на сумму 62 млн золотом Ротшильда. В 1890–х годах он контролировал слияние компаний “Эдисон Дженерал Электрик” и “Томсон–Хьюстон Электрик Кампани” для создания “Дженерал Электрик”, которая быстро стала ведущей в области производства электрического оборудования.

Затем Морган объединил несколько стальных фирм, чтобы создать сталелитейную корпорацию Соединенных Штатов Америки, и в 1902 г. из нескольких конкурирующих производителей сельскохозяйственного оборудования создал “Интернэшнл Харвестер Кампани”.

Эта разнообразная империя Моргана никогда не была одинаковой, она продолжает играть лидирующую роль в американской финансовой промышленности сегодняшнего дня. “Через систему взаимосвязанных компаний, которые он реорганизовал или подчинил своему влиянию, Морган и его банковский дом достигли высшей степени контроля над некоторыми из национальных ведущих корпораций и финансовых учреждений” [391], — свидетельствует Новая энциклопедия “Британика”.

Эта империя была расширена для того, чтобы в нее вошли освобожденные от налогов фонды, трасты, пенсионные фонды и даже правительственные представители. Такая манипуляция может объяснить, как был достигнут контроль над коммерческой и экономической жизнью Соединенных Штатов и как он обеспечивался теми, кто владел знаниями, силой воли и богатством.

Хотя Морган и Джон Д. Рокфеллер конкурировали друг с другом во многих областях, “в конечном итоге, они работали вместе для создания национального банковского картеля под названием Федеральная резервная система” [392], — писал Гриффин.

План создания Федеральной резервной системы был задуман в 1910 г. на тайной встрече на частном курорте Моргана на Острове Джекилл у побережья Джорджии.

Морган, связанный с Рокфеллерами через инвестиционного партнера Нельсона Олдрича, оставался ведущим американским финансистом вплоть до своей смерти в 1913 г., когда была создана Федеральная резервная система.

Сын Моргана, Джон Пьерпонт–младший, известный как Джек, продолжал после смерти отца увеличивать благосостояние семейства. Заняв его место как глава империи Морганов, молодой Морган восемь лет проработал в Лондонском офисе фирмы, устанавливая близкие связи с высшими английскими банковскими кругами.

В ходе Первой мировой войны Морган создал более двух тысяч банков, подписавших союзнические обязательства на сумму свыше 1 млрд долларов. Он стал единственным банкиром, обеспечивавшим различные поставки для английского и французского правительств в период войны. Это указывает на значительные рычаги и его влияние на правительства, и вновь предполагает участие Ротшильдов.

Все это свидетельствует о том, что огромную роль во всех политических процессах, происходящих не только на Европейском континенте, но и в США, играет империя Ротшильда.

Как же она создавалась?

Клан Ротшильдов

Никто не говорит о мировых автократах и руководителях “Скрытой руки” — Ротшильдах — настоящих палачах человечества (как называет их журнал “Форин Афер”). Никто не пишет об их преступных действиях.

Книги, рассказывающие о них, были мгновенно скуплены и исчезли с прилавков, к примеру, книга Джона Ривса “Ротшильды”, опубликованная МэкКларгом в Чикаго, или книга французского автора Демаши с аналогичным названием.

Эти книги являются раритетами, хотя в них нет описания политической фазы в жизни этой роковой семьи, на счет которой можно отнести, по крайней мере, половину всех кровопролитий и несчастий, выпавших на долю белой расы, начиная с 1770 г.

Возможно, потому что сами Ротшильды и их скрытое правительство находятся в Европе (за малым исключением тех его членов, которые проживают в Америке), эти мастерски написанные книги не демонстрируют читателям сатанинской роли этой семейки на протяжении последних 150 лет, роли абсолютно недооцененной современными лидерами и тщательно скрываемой.

Книги “Французская революция”, “Мировая революция — заговор против цивилизации” и “Тайные общества”, написанные талантливой миссис Нестой Вебстер из Лондона, лучшим историком тех дней, очень важны для понимания роли Ротшильдов как организаторов и финансистов революций. Каждый студент исторического факультета, каждый политик, священник должны прочесть их. Среди тысяч историков миссис Вебстер возвышается как колосс, обладающий редкой эрудицией и отвагой.

Изданная лондонским издательством “Морнинг Пост”, книга “Источник мирового беспорядка” чрезвычайно полезна, но не содержит ни одного упоминания о Ротшильдах.

“Секреты Ротшильдов”, книга миссис Хобарт, также исчезла, хотя в ней не было ничего компрометирующего эту семью.

Как справедливо заметил мистер Браун, пресса, контролируемая Ротшильдами, препятствует обнародованию реальных фактов.

Все эти профессора, святоши, политики, писатели скорее бы умерли от страха, чем сказали бы правду о Ротшильдах и мировом правительстве.

Имя Ротшильда является синонимом международного банковского дела и, при желании, можно обнаружить его скрытое влияние на многие главные мировые события.

Эта таинственная банковская династия была основана Майером Амшелем Бауэром, немецким евреем, родившимся 23 февраля 1744 г. во Франкфурте. Его отец шил прекрасную одежду из шелка, несмотря на существовавший тогда для евреев запрет заниматься подобной практикой.

Молодой Майер учился на раввина. Особенно упорно он изучал Хашкала, смесь религии, еврейского закона и логики, которая стала популярной в период эпохи Просвещения. Он посещал школу, в которой изрядная доза отравленной Талмудом ненависти ко всему христианскому была по капле влита в его душу. Смерть родителей вынудила Майера оставить школу раввинов и начать изучать банковское дело.

Быстро освоив торговлю, он стал придворным финансовым агентом Вильяма IX, королевского администратора области Хессе–Кассель и влиятельного масона. Он снискал расположение самого Вильяма, который только на год был старшее его, проявляя интерес к масонству и старине. Майер находил старинные монеты и продавал их своему благодетелю по очень умеренным ценам. Учитывая раввинское обучение и серьезные познания старины, он совершенствовал свои знания в области глубокого понимания древних тайн, особенно еврейской каббалы. Именно в этот период метафизика каббалы начала соединяться с традициями масонства.

Молодой Майер к списку своих клиентов добавил также королевское немецкое семейство Торн энд Таксис, потомок которых будет казнен как член тайного общества, породившего Адольфа Гитлера. Влиятельный Торн и семейство Таксис руководили курьерской службой по всей Святой Римской Империи.

“Они процветали, поскольку раньше своих конкурентов получали новости о рыночных тенденциях, ценах на товары и главных политических событиях” [393], — отмечал биограф Ротшильда, Дрек Вильсон.

Майер имел возможность убедиться, что информация, особенно полученная быстро, часто означала большое богатство. Сегодняшнее выражение “время — это деньги” стало для него аксиомой. Чтобы оградить почтовую корреспонденцию от любопытных глаз, семейство писало ее на немецком “юдендойч” еврейскими знаками. Этот шифр способствовал тому, что для многих были непонятны их методы и намерения.

Все это время, согласно Новой энциклопедии “Британика”, “Майер создавал модель жизни, которой его семейство должно было следовать для достижения цели — делать бизнес, преимущественно с царственными домами и быть отцами как можно большего количества сыновей, которым можно передать семейные дела, в том числе и за границей” [394].

Согласно некоторым авторам, благосостояние семейства основывалось на деньгах, полученных от Вильяма IX, которому английское правительство платило огромные суммы для найма солдат, воевавших с американскими колонистами в период освободительной войны. Вильям передал эти деньги Майеру на хранение, но тот их использовал для создания Лондонского отделения фамильного банковского дома во главе со своим сыном Натаном.

Майер, в конечном счете, возместил деньги, но “Натан управлял ситуацией таким способом, что они стали основой происхождения огромного состояния Ротшильдов” [395], — писал исследователь Ик.

Биограф Дрек Вильсон подтверждает это, отмечая, что “такой оборот огромной суммы денег, полученных от Хессе–Касселя, позволил Натану Ротшильду начать свое банковское дело, осуществляя его ликвидно и престижно” [396].

С самых ранних дней “Ротшильды ценили важность близости к политическим кругам, людям, определяющим не только величину дефицита бюджета, но внутреннюю и внешнюю политику... — писал биограф Найелл Фергюсон.

— Влияние Ротшильдов простиралось и на королевские семейства. Натан сначала вошел в контакт с английской знатью, благодаря оплате его отцом значительных долгов Джорджа, принца–регента, а позднее короля Джорджа IV и его братьев” [397].

Фергюсон проследил распространение влияния Ротшильда через английскую знать на супруга королевы Виктории, принца Альберта и его сына. Английские Ротшильды были весьма близки к наиболее влиятельным викторианским политическим деятелям, например, лордом Джоном Расселом, лордом Уильямом Гладстоном, Бенджамином Дизраэли, Артуром Бэлфором, Джозефом Чемберленом и лордом Рендолфом Черчиллем, отцом Уинстона.

Как раз ко времени прибытия Натана в Лондон Майер Бауэр изменил свою фамилию на Ротшильд (англ., — “red shield” — буквально, “красный щит”), взятую в память о щите с красной эмблемой на доме своих предков. Это изменение фамилии, несомненно, было вызвано стремлением оградить семью от бушующего антисемитизма, распространившегося в то время в Германии. Чтобы как-то изолировать семью, Ротшильды использовали крепких и надежных агентов и доверенных людей, осуществлявших их обширные деловые контакты.

Безусловно, современные секретные общества содействуют целям международного еврейского капитала. Бесспорным является и то, что подавляющее большинство мировой богатой элиты имеет еврейские корни. Однако нет никаких свидетельств и оснований для утверждения, что евреи или “иудеи” — или любая другая национальная или религиозная группа, являются более алчными, либо более честолюбивыми, чем другие.

Более того, любая дискуссия по антисемитизму часто заходит в тупик при определении различия между евреями, иудеями и сионистами.

Американский словарь английского языка “Наследие” дает определение “еврея” как члена семитских народов, чья национальность происходит от Абрама из Ветхого завета, которая, достаточно иронически, также включает большинство арабов. Еврей, с другой стороны, является сторонником иудаизма, религии, корни которой ведут к израэлитам. Сионист — член политического движения, целью которого является сохранение и содействие целям государства Израиля. Они составляют три отдельных вопроса: национальный, религиозный и политический.

Объединяя эти отдельные проблемы в единый заговор, значит заведомо пойти неверным путем и вопреки историческому смыслу. Большинство людей понимает, что неправильно судить человека по национальности, признаку, которым человек не может управлять. Более того, плохими манерами считаются публичные нападки на религиозные убеждения другого человека. Только политика считается справедливой игрой для разногласий и споров.

Здесь, в царстве политики, существует много разногласий. Сторонники сионизма многие годы умело нападали на своих противников “антисемитов”. Евреи, а особенно средства массовой информации, не желают даже подвергать сомнению политику Израиля независимо от ее одиозности.

Кроме того, большой ушат антисемитизма часто использовался для того, чтобы облить грязью любого, кто рассматривал путь развития истории с точки зрения Заговора.

Вместе с тем вполне вероятно, что тайные организации в прошлом создавались и на национальной, и на религиозной основе. Стремление поставить национальность или вероисповедание во главу угла обсуждений темы современных тайных обществ и заговоров способствует только усложнению проблемы и компрометации добросовестных исследователей. Хотя много международных финансистов имеют еврейские корни, не будет справедливым обвинять всю еврейскую нацию в международном заговоре.

Клен Скузен, бывший агент ФБР, служивший начальником полиции в Солт Лейк Сити в конце 1950–х годов, писал о международных заговорах в своих книгах, в частности, в книге “Голый коммунист”. Он также пришел к выводу, что расовая идентификация была “упрощенным объяснением возрастания глобальной структуры власти, которая опоясала человечество”. Он объяснял:

“Исследуя тему всемирного заговора, важно иметь в виду, что не специфическая раса или религия, а “страсть к наживе и власти” связывает воротил мировых финансов в крепкий узел — организацию взаимопомощи” [398].

Но такие подходы и аргументы в понятии антисемитизма не были модными во времена Майера Ротшильда. Поэтому он строил свою финансовую империю, тщательно избегая антисемитизма того времени.

Это не означало, что Ротшильды не гордились своей еврейской родословной. По общему мнению, главы семейства тщательно следили за соблюдением еврейских традиций и обычаев. За многие годы семейство добровольно жертвовало значительные суммы на еврейские нужды и, возможно, даже сыграло решающую роль в создании государства Израиль, хотя некоторые авторы утверждают, что Ротшильда больше интересовал в Израиле контроль над нефтью, чем любовь к родине.

Один из методов избежать антисемитизма заключался в вербовке оперативных работников нееврейской национальности как фасада для организации Ротшильда. В период американской гражданской войны Морган публично делал антисемитские высказывания и вместе с тем содействовал целям Ротшильдов.

“Насколько проявляемый Морганом антисемитизм был реален и насколько, возможно, был прагматичным, в конечном итоге не имеет большого значения...

Независимо от чьей-то трактовки природы отношений между домами Моргана и Ротшильда, факт остается фактом, они были близкими, контакты их были длительными и выгодными для обоих. Если бы Морган действительно проповедовал антисемитизм, то он и Ротшильд вряд ли бы шли по одному пути бизнеса” [399], — отмечал Гриффин.

Согласно автору Ику, Морган и Рокфеллер были богатыми “кошельками”, использовавшими финансы Ротшильда для “создания огромных империй, позволявших контролировать банковское дело, бизнес, нефть, сталь и т. д. и управлять экономикой Соединенных Штатов Америки так же, как это делал Оппенгеймер в Южной Африке” [400].

Другая причина состояла в отношениях Майера Ротшильда со своими сыновьями, которых называли “Франкфуртская пятерка”. Все они были тщательно выучены и воспитаны, чтобы правильно продвигать бизнес и банковское дело семейства.

В то время как Майер и его старший сын Амшел осуществляли контроль Франкфуртского банка, сын Натан в 1804 г. создал Лондонское отделение. Тем временем самый молодой сын Якоб (который предпочитал называться Джеймсом) в 1811 г. объединил банковские круги Парижа (Франция), Соломон развернул свою деятельность в Вене (Австрия), а Карл в Неаполе (Италия).

Майер работал также с соседями. “Варбурги начали лоббировать бизнес Ротшильда в Гамбурге, начиная с 1814 г., хотя их регулярные деловые отношения не были установлены до 1830–х годов...” [401], — писал биограф Фергюсон.

В 1785 г. Ротшильды разделили паи с семейством Шиффа. Внук Шиффа Якоб Генри Шифф в 1865 г. иммигрировал в Америку после встречи с Абрамом Куном, пригласившим его примкнуть к нью-йоркской инвестиционной фирме, которой владел Кун. В 1875 г. молодой Шифф женился на дочери Соломона Лоэба, тогда главы мощной инвестиционной банковской фирмы “Кун, Лоэб и Компания” в Нью–Йорке.

После смерти Лоэба в 1885 г. главой фирмы стал Шифф. Именно Шифф финансировал покупку “Юнион Пасифик” для железнодорожного магната Эдварда Х. Харримана, отца будущего государственного деятеля Аверелла Харримана. Шиффу и Авереллу Харриману предстояло сыграть важные роли в революционных событиях России 1917 г. [402].

Два старших сына Харримана обучались в Йельском университете, где они вступили в орден “Череп и Кости”: Уильям Аверелл в 1913, а Эдвард Роланд Ноэль в 1917 г. В 1930–е годы банковская фирма Аверелла из “Харриман и Компания” слилась с частной международной банковской фирмой “Браун Бразерс”, создав “Браун Бразерс, Харриман и Компания” (Brown Brothers Harriman and Co.), давним партнером которой был Прескотт Буш, который вступил в орден “Череп и Кости” в 1917, отец Джорджа Буша (орден “Череп и Кости” в 1949) [403].

Браки между видными еврейскими семействами иммигрантов были обычными на стыке веков.

“Стремясь к защите своих огромных состояний, еврейские династии считали выгодным как в Соединенных Штатах, так и в Западной Европе создавать семейные брачные связи, — писал профессор истории Говард М. Сачар. — Соломон Лоэб и Абрам Кун, как известно, были женаты на сестрах друг друга, а Якоб Шифф мгновенно стал их партнером, женясь на дочери Лоэба.

В свою очередь, Феликс Варбург, отпрыск выдающегося гамбургского банковского семейства, обеспечил себе товарищество старших Куна и Лоэба, женясь на дочери Шиффа Фриде. Брат Феликса Варбурга Пауль женился на дочери Соломона Лоэба Нине — дочери Лоэба от второй жены — и, таким образом, стал дядей своего собственного брата.

Другой партнер, Отто Канн, женился на Аделаиде Вольф, дочери одного из основателей и инвесторов фирмы. Из компании “Гольдман и Сакс” два сына Сакса женились на двух дочерях Гольдманов” [404].

Другой более современный пример этих высших связей — любовная интрига, получившая широкую огласку в 1950–х годах, между Эли Ротшильдом и бывшей невесткой Уинстона Черчилля, Памелой Черчилль. После того как афера лопнула, она переехала в Нью–Йорк, где после непродолжительного брака с бродвейским продюсером поймала в свои сети финансиста и члена СМО Аверелла Харримана. В 1993 г. Памела Харриман была назначена президентом Клинтоном американским послом во Франции [405].

Пристальное внимание к бизнесу, объединение путем взаимных брачных связей и использование прикрытий способствовало созданию гигантской, тайной банковской империи Ротшильдов. Эта империя оказывала и оказывает значительное влияние на экономический и, следовательно, политический курс Европы и Соединенных Штатов Америки, тайным и опосредованным образом.

В 1806 г. Натан стал английским гражданином и женился на Хане Коган, старшей дочери Леви Баранта Когана, в то время ведущего финансиста Лондона. Брак был скреплен созданием английского банковского отделения.

“Натан Ротшильд позднее хвастался, что за 17 лет, проведенных им в Англии, он увеличил свой первоначальный капитал с 20 тыс. фунтов, данных ему его отцом, в 2500 раз, то есть до 50 млн фунтов. Это действительно огромная сумма на то время, сопоставимая сегодня по покупательной способности с миллиардом долларов США” [406], — заявил один из исследователей семейства Ротшильдов.

Дрек Вильсон, биограф Ротшильдов, отмечал, что в 1810 г. Натан был всего лишь одним из многих финансистов, работающих в Лондоне. Но в 1815 г. он стал основным финансистом английского правительства и Банка Англии.

“Такой знаменательный поворот мог быть достигнут только сложными деловыми отношениями, многие из которых покрыты тайной, в которую никогда не удастся проникнуть” [407], — отмечал Вильсон.

Автор Ик видел в этих связях доказательство заговорщического контроля Ротшильдов.

“Это были коронованные особы Европы, задолжавшие Ротшильдам, сюда входила и династия Черной знати, Габсбурги, управлявшие Святой Римской Империей в течение шестисот лет, — писал он. — Под свой контроль Ротшильды взяли и Банк Англии. Если шла война, Ротшильды находились за кулисами, создавая конфликт и финансируя обе враждующие стороны” [408].


“Вполне возможно, что они оставались гражданами страны, из которой вышли, но патриотизм им не был присущ, — писал Гриффин. — Они были очень талантливы, если не хитры, и сочетание этих черт сделало их образцом для подражания, холодными прагматиками, возвышающимися сегодня над политическим и финансовым миром” [409].

Финансовая империя Ротшильдов возникла из займов правителям Европы и из успешного использования отдельных банковских операций. Понимание этих “отдельных банковских операций” требует краткого взгляда на происхождение и историю денег. А понимание их использования требует внимательного изучения одного из наиболее мощных финансовых учреждений планеты.

Расширение фондового рынка от 1800 до 1850 г. означает распространение фирмы Ротшильда и всего того, что с нею связано. Ибо имя Ротшильда означает больше, чем одна его фирма. Оно означает всю совокупность еврейства, поскольку оно действовало на бирже. Только с помощью еврейства Ротшильды смогли завоевать себе то могущественное положение, то почти нераздельное господство на фондовой бирже, которым они пользовались в течение полувека.

Едва ли можно считать преувеличением, когда говорили, что министр финансов, почему-то утративший благосклонное расположение этой мировой фирмы и не желавший входить с ней в соглашение, принужден был прямо закрыть свою канцелярию. (Это, впрочем, для иных стран имело силу вплоть до начала второй половины XIX в.).

Давать здесь историю дома Ротшильдов, хотя бы только в общих чертах, не имеет смысла. Всякий легко может ознакомиться с всемирно–историческим значением этого дома по (частью довольно хорошей, во всяком случае, очень обширной) литературе о Ротшильдах [410].

Подчеркнем только несколько характерных черт, наложенных Ротшильдом на биржу и биржевое дело, чтобы таким образом показать, что не только в количественном, но и в качественном отношении современная биржа есть ротшильдовская (т. е. еврейская).

Первая присущая бирже со времен Ротшильдов характерная черта (наложенная на нее именно Ротшильдами) — это ее интернациональность. Вряд ли нужно еще доказывать, что интернациональный характер биржи служил необходимым условием колоссального расширения фондового дела, для развития которого необходим был прилив “капиталов” со всех углов и концов обитаемой земли к центрам кредитного обращения, к большим мировым биржам.

Интернациональность кредитных отношений, которая нам представляется чем-то вполне естественным, еще в начале XIX в. вызывала каждый раз величайшее удивление. Когда Натан Ротшильд в 1808 г., во время англо–испанской войны, взялся, сидя в Лондоне, покрывать платежи британской армии в Испании, то это считалось необыкновенным подвигом и, собственно говоря, послужило первой основой его чрезвычайного влияния. До 1798 г. существовала лишь франкфуртская фирма.

Затем каждым из сыновей старого Майера Ашмеля были, как известно, основаны отделения: в 1798 г. — в Лондоне, в 1812 г. — в Париже, в 1816 г. — в Вене, в 1820 г. — в Неаполе. Это дало возможность обращаться с займом каждого иностранного государства как с внутренним, а у населения укоренился обычай помещать свои деньги в бумагах, так как проценты и дивиденды выплачивались в собственной стране.

Писатели начала XIX века сообщают, как о необыкновенно важном нововведении, что

“каждый обладатель государственных бумаг может по желанию и без всякого труда получать свои проценты в нескольких местах: дом Ротшильда во Франкфурте выплачивает проценты за счет нескольких правительств; парижский дом Ротшильда выплачивает проценты австрийских Metalliques; неаполитанская рента, проценты англо–неаполитанских облигаций подлежат, смотря по желанию, уплате в Лондоне, Неаполе или Париже” [411].

Если таким путем круг заимодавцев в пространственном отношении был расширен, то другие мероприятия Ротшильдов были направлены на то, чтобы повсеместно использовать до последней копейки денежную наличность населения. Это достигалось посредством ловких биржевых операций для эмиссионных целей.

Судя по тому, что мы знаем из сообщений современников [412], выпуск австрийских лотерейных билетов Ротшильдом в 1820-1821 гг. составил эпоху как в кредитном деле вообще, так и во всем биржевом обороте. Здесь впервые были разыграны все регистры самой бешеной фондовой спекуляции, чтобы создать “настроение” в пользу данной бумаги, и с этого займа, собственно говоря, начинается (по крайней мере, на континенте) фондовая спекуляция. В нем можно видеть “подлинный “сигнал” к оживленной и широко распространившейся торговле государственными бумагами”.

С того времени “вызывать настроение” стало господствующим лозунгом биржи. Создание настроения было целью беспрестанных изменений курса путем систематической купли и продажи фондов, как это с самого начала практиковали Ротшильды со своими эмиссиями.

“Для этих манипуляций биржевого и денежного рынка пускались в ход всевозможные, находившиеся в их распоряжении, средства, изыскивались разнообразные пути, утилизировались всевозможные биржевые и другие махинации, приводились в движение все рычаги и жертвовались большие и малые суммы денег” [413].

Ротшильды, следовательно, занимались “ажиотажем” в том узком смысле слова, какой придают ему французы; раньше это, по–видимому, еще никогда не практиковалось крупными банкирскими домами, в особенности же — кредитными посредниками [414].

Чтобы достигнуть цели искусственного воздействия на настроение публики посредством биржи, Ротшильды прибегали преимущественно к двум средствам, сознательное и ловкое применение которых служит также характерной чертой современной биржи: к хорошо организованной информации и к прессе, к обоим — в рамках интернационализма.

Но это сильно изменившееся отношение банкиров к бирже и публике становится понятным, если припомнить, что в то время, о котором идет речь, — то есть в эпоху Ротшильдов — в коммерческой жизни образовались новые формации, возник новый тип операций, которые стали обнаруживать самостоятельную жизнь и ставить самостоятельные требования: это, именно, — эмиссионное дело.

Банкиры типа Ротшильдов быстро поняли, что могут регулировать стоимость денег, контролируя их количество, находящееся в обращении. Владение банковской системой позволило им выпускать или прекращать выпуск денег по собственному усмотрению.

Они существенно умножили прибыль и влияние, давая займы целым странам, а не отдельным индивидуумам.

“Приобретая опыт, они постигли магию превращения долга в деньги, которые подпольно циркулировали во Франкфурте” [415], — отмечал Гриффин.

Как засвидетельствовано некоторыми авторами, Ротшильды также развили эффективные разведывательные сети и систему подставных лиц, занимавшихся контрабандой, чтобы увеличить свою империю.

Например, когда Наполеон отказался брать ссуды у Ротшильдов, вместо этого создав свой собственный Банк Франции, он приобрел в их лице мстительных врагов. После возвращения в 1815 г. из изгнания обстоятельства вынудили Наполеона взять большие займы для защиты Франции от мощной европейской армии английского герцога Веллингтонского. Банк Натана Ротшильда из Лондона снабдил Наполеона займом в пять миллионов фунтов.

В то же время Натан, при помощи других членов семейства Ротшильдов, контрабандным способом переправил через Францию огромное количество золота для Веллингтона. Клан Ротшильдов, как всегда, действовал на два фронта.

Когда возрожденная армия Веллингтона разгромила Наполеона при Ватерлоо в июне 1815 г., курьеры Ротшильда поторопились доставить эту новость в Англию, прихватив с собой известные для чиновников неприкасаемые красные мешочки. Посыльные Ротшильда опередили курьеров Веллингтона на целый день. Зная о способности Натана Ротшильда получать информацию раньше других, на него были обращены все взгляды на Лондонской фондовой бирже, и он, притворяясь расстроенным, отдал распоряжение относительно продажи своих акций.

Полагая, что Веллингтон побежден, все на бирже стали продавать акции, началась паника, в конечном итоге агенты Натана Ротшильда быстро скупили львиную долю английских долгов за мизерную, по сравнению с их истинной стоимостью, цену.

Значительно позднее Натан Ротшильд прокомментировал свои действия, сказав: “Это была лучшая из всех моих сделок”.

В начале XIX в. Ротшильды сумели приобрести знатные титулы. Их французская ветвь в 1816 г. приставила перед фамилией частицу “де”, тогда как австрийская ветвь в 1882 г. получила титул баронов. В 1885 г. королева Виктория наконец присвоила титул барона Натаниэлю Ротшильду, внуку Натана.

“В первой половине девятнадцатого века братья Ротшильды провели важные сделки от имени правительств Англии, Франции, Пруссии, Австрии, Бельгии, Испании, Неаполя, Португалии, Бразилии, различных немецких государств и других стран. Они были личными банкирами многих коронованных глав стран Европы. Через своих агентов они сделали большие инвестиции в таких отдаленных странах, как Соединенные Штаты Америки, Индия, Куба и Австралия” [416], — отмечал Гриффин.

Конечно, для того чтобы обеспечить инвестиции на таком высоком уровне, Ротшильдам в определенной степени необходимо было контролировать деятельность наций, с которыми они работали. Они финансировали различные страны, а затем стравливали их друг с другом. Эта уловка стала известной как стратегия “равновесия сил” и требовала повышенной секретности.

“Оставаясь в тени, они избегали общественного гнева, направленного, вместо истинных виновников, на те политические фигуры, которыми они в значительной степени руководили, — объяснял Гриффин, добавляя, — что этот прием использовался финансовыми манипуляторами давным–давно, и всегда применяется теми, кто руководит Федеральной резервной системой сегодня” [417].

Ротшильды остались семейным кланом все двадцатое столетие, биограф Вильсон свидетельствует о том, как Лайонел де Ротшильд “однажды просматривая со мной список членов всего семейства, насчитывающего несколько десятков, быстро давал при этом устную характеристику каждому”.

К концу 1990–х годов патриархами империи Ротшильдов были бароны Гей и Эли де Ротшильд во Франции, лорд Якоб Ротшильд и сэр Эвелин де Ротшильд в Англии.

Несмотря на сегодняшнюю открытость в средствах массовой информации, Ротшильды по–прежнему хранят свои секреты. В 1998 г. Оксфордскому выпускнику и историку Найеллу Фергюсону было позволено издать подробную биографию Ротшильдов, охватывающую период только до 1848 г. Он ссылался на “маниакальную подозрительность” авторов, пишущих о заговорах, видевших во всем руку Ротшильдов, в их стремлении представить “академическую историю” семейства.

Заявления Фергюсона о невинности Ротшильдов звучат, однако, неубедительно, учитывая признание, что, даже будучи официальным биографом, он смог провести крайне ограниченное исследование.

“С самого начала мы пришли к формальному соглашению, что у меня будет право свободно цитировать любой материал из лондонского архива Ротшильдов до марта 1915 г.... и... из любого другого архива и личных бумаг, в рамках данных мне хранителями разрешений” [418], — сообщил он.

Уже тогда Фергюсон обнаружил отсутствие в архиве значительного количества документов, особенно за период, предшествующий гражданской войне в Америке. Считая себя “атеистом с кальвинистской основой”, он не обратил вообще никакого внимания на метафизические аспекты Ротшильдов, их знания каббалистических традиций, а также на их связи с масонством и другими тайными обществами.

Ротшильды, однако, не могли избежать расследований в средствах массовой информации. Случайно сохранилось небольшое сообщение за 8 июля 1996 г. о “таинственном самоубийстве” 41–летнего Амшела Ротшильда, председателя финансовой империи семейства.

Амшел Ротшильд, старший сын, стал исполнительным директором Правления Ротшильдов в 1990 г. и дошел до его руководителя в 1993 г. Как сообщалось в прессе, его “не устраивала” роль в банковской империи, навязанная ему отцом, лордом Виктором Ротшильдом. Ходили слухи, что члены семейства были не удовлетворены его деятельностью.

Согласно данным исследований журналистки Сэлли Беделл Смит, в год, предшествующий смерти Амшела, фирма Ротшильдов понесла убытки на сумму около 9 млн долларов. Это произошло как раз тогда, когда Эвелин Ротшильд создал совместное предприятие со вторым по величине банком в Китае. Стремясь возместить эти убытки, Амшел планировал объединять обширные операции семейства в один мировой концерн, уставный фонд которого составил бы 28 млрд долларов.

Амшела Ротшильда обнаружили мертвым в мраморной ванной гостиничного номера в Париже. Он лежал возле вешалки для полотенца, расположенной на высоте всего лишь пяти футов от пола, что побудило одного из репортеров прокомментировать: “нелегко повеситься на ней человеку ростом более шести футов”. На нем была одежда из ткани Кэрри, один конец пояса был обмотан вокруг шеи, другой был привязан к вешалке.

Причиной смерти вначале был назван сердечный приступ, но позднее его заменили на очевидное самоубийство повешением. Не было никакой предсмертной записки, никаких признаний в нечестности, хотя полицейский доклад был направлен непосредственно французскому министру внутренних дел, минуя существующие правила. Этот маневр был, вероятно, сделан по просьбе избегающего публичной огласки семейства, хороший признак его власти над правительством.

Ввиду отсутствия очевидных личных проблем и записки, самоубийство было наименее вероятной версией смерти Амшела.

Несмотря на любопытные обстоятельства его смерти и его положения в мировом банковском деле, в средствах массовой информации имя Амшела ни разу не упоминалось, а заключение о повешении осталось без каких-либо комментариев. В книге года “Британика” за 1997 г. о его смерти сказано только одним предложением. Оно было в разделе “Экономические вопросы: банковское дело” и гласило:

“Британскую банковскую систему потрясло в июле очевидное самоубийство Амшела Ротшильда, исполнительного директора Правления лондонского отделения банка Ротшильдов и прямого наследника всего банковского дела семейства”.

Неполное освещение сомнительной смерти столь влиятельного человека является хорошим аргументом для тех, кто предполагает наличие скрытого контроля над средствами массовой информации.

Биографа Ротшильдов Вильсона пугала та огромная власть, которой располагало семейство.

“Генетика, мифология, целенаправленная подготовка, возможности, предоставляемые богатством и огромные связи — все это играло свою роль в создании одного из наиболее замечательных, а возможно, и самого замечательного семейства современности, — восхищенно заключил он. — Редкие династии, за исключением наследственных монархий, уберегли от забвения права первородства, сохранили свое влияние в мире на протяжении семи поколений” [419].

Право первородства означает первоначальное завещание, где говорится, что только старший сын в каждом поколении может управлять достоянием семейства. Следуя этому, семейство Ротшильдов не только было крепко связано между собой, но и, как во всех тайных обществах, те члены семейства, которые не были посвящены в глубинные тайны управления, мало знали о его финансовой деятельности. Прежние высшие представители бизнеса Ротшильдов сетовали, что их часто держали “в неведении” относительно важных решений.

Эта близость семейства и их секретность, с учетом неограниченной власти их богатства, служат объяснением часто повторяемой патриархом Мейером Ротшильдом фразы: “Дайте мне возможность распоряжаться деньгами нации, и меня не будет волновать, кто пишет ее законы”.

Влияние Ротшильдов распространялось на весь мир. Влияние Ротшильдов осуществлялось и на ведущий банковский дом Окумура в Японии, благодаря дружбе Эдмонда Ротшильда с Цунао Окумура, который создал этот финансовый гигант.

Именно Ротшильды помогли создать государство Израиль. В 1917 г. бывший член английского парламента сионист и лорд Лайонел Уолтер Ротшильд — старший сын, унаследовавший деньги Натана и титул после его смерти в 1915 г., — получил письмо от английского министра иностранных дел Артура Бэлфора, в котором выражалось одобрение плана создания родины для евреев в Палестине. Его письмо позднее стало известным как Бэлфорская декларация.

В 1922 г. Лига Наций одобрила мандат Бэлфора в Палестине, проложив путь к созданию впоследствии Израиля. Барон Эдмонд Ротшильд построил первый трубопровод от Красного моря к Средиземному морю, по которому иранская нефть транспортировалась в Израиль. Он же основал Центральный банк Израиля. Поэтому его и называли “отцом современного Израиля”.

“В Соединенных Штатах Америки, — писал журналист Уильям Т. Стил, — происхождение американского богатства семейства было “основательным”. Действуя через уолл–стритские фирмы “Кун, Лоэб и Компания” и “Морган и К°”, Ротшильды финансировали Джона Д. Рокфеллера с тем, чтобы он смог создать империю “Стандарт Ойл”. Они также финансировали деятельность Эдварда Харримана (железные дороги) и Эндрю Карнеги (сталь)” [420].

Независимо от того, доминируют ли Ротшильды или влияют на экономику Соединенных Штатов Америки, близкие связи между богатыми семействами и тайными обществами Америки и Англии служат бесспорным доказательством очевидных связей США с Европой.

Одним из свидетельств такой связи является дочерняя организация Трехсторонней Комиссии, Совета по международным отношениям и Бильдербергского клуба: Королевский институт международных дел.

Самая мощная финансовая сила Европы, контролирующая все без исключения западноевропейские финансовые рынки и давно рвущаяся на Восток, в Россию, семейный клан Ротшильдов принимал самое непосредственное участие в развале СССР [421].

В начале века экономика России едва не перешла под контроль приказчиков Ротшильда по воле царских министров, но и тех, и других смела большевистская революция. В середине века Ротшильды сделали ставку на гитлеровский “дранг–нах–остен”, однако триумфальная победа русских превратила СССР в великую сверхдержаву и закрыла ее от Запада “железным занавесом”.

В конце ХХ в. Ротшильды встали во главе геополитического заговора против СССР, причем настолько мощного, что весной 1991 г. о нем публично был вынужден заявить тогдашний советский премьер–министр Валентин Павлов.

К концу 80–х годов перестройщики–горбачевцы уже почти ничего не боялись и вполне открыто приватизировали страну. Стремясь сохранить этот процесс под контролем, Горбачев санкционировал создание в Москве мощного международного коммерческого “Банка общественного финансирования и кредитования национальных программ” (БНП). Его основными акционерами должны были стать швейцарский банк Ротшильдов Banque Privee Edmond de Rothschild SA, крупнейшие американские финансовые корпорации Морганов и Рокфеллеров, а также французский Credit Lionnais и английский Barclays Bank PCL.

Советская сторона планировалась быть представленной Управлением делами ЦК КПСС (Михаил Горбачев), Управделами МК и МГК КПСС (Борис Ельцин), Советским фондом культуры (Раиса Горбачева), Мосгоруправлением Жилсоцбанка СССР (Георгий Соколов), Внешней разведкой КГБ СССР (Леонид Шебаршин), а также двумя совместными предприятиями “Совхалиж–Интербайт” (Лев Горский) и “Лесинвест” (Виталий Ашхамаф).

Если с четой Горбачевых и кланом Ельциных все было ясно, то подключение к созданию БНП совместных предприятий вызвало довольно неожиданную негативную реакцию союзного КГБ. Подойдя к данному проекту как к делу первостепенной государственной важности, специалисты КГБ собрали информацию об акционерах и вдруг неожиданно и официально заявили, что руководители указанных совместных предприятий связаны с международной мафией!

А затем — как в пословице: “Чем дальше в лес, тем больше дров”. Комитетчики выяснили, что председатель московского Жилсоцбанка Г. Соколов, один из авторов ноу–хау по крупномасштабной конвертации “деревянных” рублей в свободно конвертируемую валюту, вполне может быть подведен ими под расстрел за незаконные валютные операции в особо крупных размерах.

Конвертационными сделками, или “озеленением”, как это называл сам Г. Соколов, он занимался вместе с директором “Совхалиж–Интербайта” Львом Горским по заказу Международной топливно–энергетической ассоциации, которая функционировала главным образом в интересах все тех же Ротшильдов и при поддержке с советской стороны очень влиятельных лиц. Причем к своей деятельности ассоциация подключила Комиссию по изучению природных сил и ресурсов Академии наук СССР, ибо Ротшильды требовали провести тотальную инвентаризацию всех континентальных ресурсов.

В итоге разразился очень тихий, но невероятной силы скандал, в результате чего, например, Жилсоцбанк был вообще упразднен как таковой, СП “Лесинвест” полностью поменяло своих владельцев, а идея официального прихода капиталов Ротшильдов в экономику СССР оказалась похороненной на неопределенный срок. Однако, собственно, заговор банкиров приобрел новый мощный импульс.

Дело в том, что в США, как раз в 1990 г. получили огласку факты прямого участия американских банков Морганов (“Морган гаранти траст”) и Рокфеллеров (“Чейз Манхэттэн банк”) в легализации средств крупнейших международных наркосиндикатов с центрами в Кали и Медельине. Из Северной Америки, как вскоре выяснилось, поток наркодолларов широкой рекой тек в Швейцарию, традиционно славящуюся своими сверхнадежными банками и уже давно превратившуюся для международного наркобизнеса в узловой пункт, где аккумулируются все основные денежные потоки криминального происхождения.

Естественно, что львиная доля этих средств оседала в банках Ротшильдов, которые наряду с обычными формами “отмывки” использовали еще одну суперэффективную схему. Ее суть заключалась в том, что братья–банкиры Ги и Давид де Ротшильды, получив очередную партию наркодолларов, отправлялись в офис Объединенного социального еврейского фонда, президентом и казначеем которого они являлись, и делали соответствующий взнос в пользу Израиля от имени этой крупнейшей сионистской организации Франции.

Понятно, что французские власти никогда не совали нос в дела еврейского фонда, а сионисты, получив от Ротшильдов деньги, реинвестировали их по всему миру уже на совершенно законных основаниях. Потому что “отмывка” денег проходила на уровне государства Израиль, кровно заинтересованного в прокрутке этих денег.

Данная схема, к слову сказать, проливает некоторый свет и на такую малоизученную проблему, как “еврейская” мафия. Эффективное использование израильского канала банкирами дало им первоклассный инструмент для контроля над международной преступностью и, в конечном счете, они явно монополизировали сферу легализации крупных криминальных доходов со всеми вытекающими отсюда последствиями.

В частности, назревавший международный скандал по поводу участия Морганов и Рокфеллеров в наркобизнесе, словно по мановению волшебной палочки, был погашен, а всем заинтересованным сторонам предложено гениальное решение — для всеобщей коммерческой, политической и идеологической выгоды вложить наркодоллары в советскую перестройку!

Правительство США и Интерпол закрыли глаза на перекачку через американские банки в Швейцарию долларов латиноамериканской наркомафии, Моссад и ЦРУ вышли на нужных людей в Москве и быстро подобрали шустрого агента, ранее уже имевшего прямые контакты с российским руководством в ходе известной “алмазной” аферы с концерном “Де Бирс”, южно–африканским предприятием Ротшильдов.

Агенту тут же слепили фирмочку в ЮАР, сняли для нее офис в лондонском многоэтажном особняке, снабдили приличным костюмом и баксами, а затем, присовокупив рекомендательные письма от самого “Барклайз Бэнк”, забросили в СССР. А здесь его уже ждали подручные шефа внешней разведки г–на Шебаршина, но отнюдь не с наручниками, а с распростертыми объятиями, так как этот агент был агентом–двойником, работавшим и на советскую разведку. Во всяком случае, так писала вся демократическая печать.

Машина заработала. Агенты влияния засуетились. Мафия заволновалась. Чекисты оживились. И пошло, и поехало. Установился базовый обменный курс за 1 доллар — 18 рублей, а дальше дошло до 24 рублей за доллар. Всего на сумму 140 миллиардов рублей.

Сделка была официально одобрена Совмином России, и рядом с подписью липового “английского” бизнесмена из ЮАР свою многозначительную закорючку нацарапал российский министр Фильшин. Всего же Совмин России в 1990 г., без официального уведомления союзных властей, санкционировав еще две аналогичные конвертационные сделки, вышел на сумму свыше 2 трлн рублей, а хлеб тогда, между прочим, стоил 20 копеек за батон...

То есть Ротшильдам за гроши, по грабительскому курсу, да еще и за наркодоллары, высшими российскими чиновниками продавалась не только Россия, продавался весь Советский Союз! [422]

Однако машина дала неожиданный сбой. На границе выяснилось, что документ с гербовой печатью Совмина частное лицо не имеет права вывозить из страны. Был составлен соответствующий протокол, гарантийное письмо Совмина изъято и опять запущена машина, но теперь уже по раскрутке “дела Фильшина”.

Так что союзный премьер–министр Павлов имел все основания обвинять западных банкиров в крупномасштабном заговоре против СССР. В свою очередь КГБ буквально завалил высшее руководство страны компроматом на российских чиновников, и те, ясно осознав, что дело начинает попахивать тюрьмой, если вообще не “вышкой”, окончательно и совершенно открыто взяли курс на упразднение СССР. Это, естественно, сразу же нашло самый горячий отклик и поддержку как за рубежом, так и у местных нуворишей. А дальше — ГКЧП, Форос, счастливый Президент на танке, Беловежская Пуща...

Ротшильды никогда не предлагали обществу что-нибудь полезного. Никогда не стояли у истоков хоть какой-нибудь промышленной отрасли. Они начали свою деятельность, владея огромным капиталом, и во всем искали выгоду только для себя. Любые средства были для них хороши, если приносили материальную выгоду.

Ротшильды были стержнем всех политических и финансовых событий, начиная с 1770 г. Их имя должно быть вписано в каждую страницу истории любого государства. Исследователи, педагоги и политики, не упоминающие о них, должны рассматриваться как глупцы, лицемеры или преступно некомпетентные лица.

Впредь каждый разумный человек должен обладать мужеством и патриотизмом, чтобы потребовать от профессоров, преподавателей школ и вузов, а в равной мере как и от политиков, говорить нам только правду о причинах мировых беспорядков. Нужно прекратить кормить людей ложью, делающей нас покорными и безвольными, в то время как эти двуногие хищные стервятники нас пожирают. Нужно заставить их говорить нам правду о преступных махинациях, принесших христианству почти все бедствия за последние 150 лет.

Исторические повествования XIX в., в которых игнорируются свидетельства преступлений Ротшильдов против цивилизации, следует осудить и изъять как совершенно бесполезные в системе нашего образования. Наши потомки не должны быть воспитаны в атмосфере лжи, умаляющей преступления этих чужеземцев против нас и нашей религии. Давайте покончим с ложью!

Большинство архивов, содержащих подробности о Ротшильдах, были попросту сожжены во времена Парижской коммуны в 1871 г., финансировал которую Ротшильд IV. Примечательно, что все основные баррикады были сооружены так, чтобы прикрыть главный дворец Ротшильдов, а именно в том месте, где улица Риволи выходит на Площадь победы.

Дворец, ранее принадлежащий Талейрану, а сейчас являющийся домом Ротшильдов, за весь 1871 г. ни разу не навещался коммунистами, которые появились в Париже, чтобы только запугать французское правительство и вынудить его обратиться к Ротшильду с просьбой выплатить непосильную контрибуцию Германии.

Точно также коммунисты охраняли все 250 домов, принадлежащих Ротшильду. Бисмарк тоже располагался в его дворце на Ля Ферье. Между наковальней (Бисмарком) и молотом (коммунистами) Франция была вынуждена капитулировать во Франкопрусской войне 1870-1871 гг. и выплатить такие суммы, какие потребовали ее враги.

Такова правда истории...

Сесил Родс и общество Круглого стола

Сесил Родс, прародитель многих современных тайных обществ, и его академический наставник Джон Раскин придерживались философских традиций, уходящих своими корнями к древней Греции и далее. Среди тех, кто следовал этим традициям, были родоначальники социализма Карл Маркс и Фридрих Энгельс.

Родс, родившийся в 1853 г., был сыном викария епископа Стортфорда, что послужило его религиозному воспитанию с раннего возраста. В 1879 г. он начал помогать брату, который был управляющим на южноафриканской хлопковой ферме. Однако вскоре оба брата поддались соблазну поиска алмазов.

После нескольких удачных находок алмазов вначале своей деятельности Сесил Родс создал “Де Бирс Консолидейтед Майнз”, компанию, названную именем семейства Николса де Бирса, у которого он приобрел участок.

В течение восьми лет Родс поочередно находился на алмазной добыче в Кимберли, Южная Африка, и на учебе в Оксфорде, где он подпал под влияние профессора искусств Джона Раскина.

Сын преуспевающего винного торговца Джон Раскин не придерживался принятых в обществе взглядов. Один из его биографов определил его жизнь как “трудную одинокую внутреннюю жизнь, часто сопровождавшуюся приступами безумия” [423]. Постоянно занимаясь мастурбацией и нимфолепсией (страстным обожанием несовершеннолетних девочек), Джон Раскин не сумел сохранить свой брак с девятнадцатилетней Эффи Грей, состоявшийся в 1848 г. Спустя шесть лет, все еще девственница, она аннулировала брак, что было в те времена немыслимым явлением.

Джон Раскин прилежно изучал Библию в изложении короля Джеймса, но в конечном итоге перестал верить в бога. “Однако Джон Раскин, это тот человек, который вдохновил Сесила Родса, Альфреда Милнера и других политиков, участвовавших в создании тайного общества Круглого стола. Сам он находился под влиянием эзотерических (тайных) писаний греческого философа Платона и мадам Блавацкой, основателя оккультного теософического общества.

Огромное влияние оказали на него книги лорда Эдварда Булвер–Литтона и тайные общества Ордена золотого рассвета” [424], — писал впоследствии исследователь Ик.

Раскин, который каждый день читал произведение Платона “Республика”, поддерживал его концепцию о совершенном обществе, основывавшуюся на структуре централизованного управления и свержении правящего класса.

Маркс и Энгельс, основатели современного коммунизма, также воспитывались на учении Платона, и их взгляды совпадали со взглядами Раскина. Отстаивая принцип жесткого централизованного управления государством, осуществляемого диктатором или каким-нибудь правящим классом, Раскин заявлял:

“Моей главной целью является показать вечное превосходство одних людей над другими, иногда даже одного человека над всеми остальными” [425].

Согласно Квигли, Родс настолько проникся взглядами Раскина, что от руки переписал одну из его оксфордских лекций и хранил ее в течение тридцати лет [426].

Майкл Бейгент и Ричард Ли, авторы книги “Храмы и Ложи”, показали, что Сесил Родс был активным участником английского масонства, где он пребывал вместе с другими видными людьми девятнадцатого века — королями Джорджем IV и Уильямом IV, а также лордом Рендолфом Черчиллем (отцом Уинстона Черчилля), маркизом Селсберри, Артуром Конан Дойлом, Радьярдом Киплингом и Оскаром Уайльдом. Приверженность этой группы философии Платона, идеям Джона Раскина и теософским взглядам мадам Блавацкой совпадала с идеалами масонства [427].

С помощью своего близкого друга, немецкого торговца алмазами Альфреда Бейта, Сесил Родс расширял свою алмазную компанию, и к 1891 г. “Де Бирс” владела 90 % всемирного алмазного производства. В середине 1890–х годов Сесил Родс основал “Алмазный Синдикат”, предшественника сегодняшней Организации централизованной продажи, контролирующей почти 80 % мировой алмазной торговли.

Он также установил контроль над быстроразвивающимися золотыми рудниками Трансвааля. Вместе с постоянно растущим богатством росли и мечты Родса о строительстве железной дороги из Южной Африки до Каира и расширении Британской Империи путем реализации своей давнишней мечты, связанной с американскими колониями.

Как и в случае с Морганами и Рокфеллерами, за Сесилом Родсом можно было увидеть обширную власть семейства Ротшильдов. “Они финансировали Сесила Родса, чтобы он смог стать монополистом в добыче алмазов в Южной Африке, — писал автор Гриффин. — Они по–прежнему связаны с компанией “Де Бирс” [428]. В ноябре 1997 г., когда барон Эдмонд де Ротшильд умер в возрасте семидесяти одного года от эмфиземы в Женеве, сообщалось, что он сделал существенные вклады в “Де Бирс”, Южная Африка [429].

Человек, способствовавший установлению деловых отношений между Сесилом Родсом и семейством Ротшильдов, был бывший офицер английской разведки доктор Джон Колеман. Впоследствии Колеман писал, что “Родс был основным агентом Ротшильдов... лишивший буров Южной Африки их неотъемлемого права на золото и алмазы, находящиеся в их земле” [430].

Согласно Колеману, первоначально группа Круглого стола Сесила Родса была создана в Южной Африке при финансовой поддержке английского семейства Ротшильдов с тем, чтобы учить деловых лидеров, лояльных к Англии, приемам поддержания контроля над богатством страны [431].

Цель финансирования Ротшильдами деятельности Сесила Родса подтверждается также автором Фрэнком Ейделоттом, написавшим об “Американских стипендиях Родса”, что в 1888 г. Сесил Родс написал завещание, в котором все свое богатство он оставлял лорду Ротшильду [432].

Круглые столы начали свою деятельность как собрание полусекретных групп, созданных по принципу Ордена иллюминати и других масонских лож с “внутренними” и “внешними” кругами и иерархической пирамидой. Внутренний круг назывался Кругом основателей (или избранных), тогда как внешний круг назывался Ассоциацией помощников. Два других члена внутреннего Круга, кроме основателя Сесила Родса, были английскими финансистами, один из них лорд Виктор Ротшильд, другой лорд Милнер.

Родс назвал созданное им тайное общество “Круглым столом” по аналогии с легендарным местом встреч короля Артура. Следует отметить, что Артуровская легенда о Священном Граале тесно связана со спорным утверждением о кровном родстве с Иисусом, о Сангреале или королевской крови, о чем будет сказано немного позднее.

Джон Колеман писал, “что, владея несметными богатствами, приобретенными в результате контроля над золотом, алмазами и наркотиками, участники Круглого стола распространились по всему миру, чтобы взять под свой контроль финансовую и валютную политику и политическое лидерство во всех странах, где они работали” [433].

Общество Круглого стола является ярким примером существования фондов, не облагаемых налогами.

“Круглый стол состоит из огромного количества компаний, учреждений, банков и образовательных заведений, и сам по себе предоставляет надежные гарантии для отбора достойных” [434], — утверждает Колеман.

Многие читатели знают, что Колеман является теоретиком заговоров и потому могут не согласиться с его выводами. Но и другой исследователь, доктор Квигли, писал:

“Действительно, существует международная сеть англофилов, которая действует, в какой-то степени, по принципу, как утверждают крайние правые, коммунистической организации. Я знаю, как функционирует эта сеть, потому что изучал ее работу на протяжении 20 лет. В течение двух лет, в начале 1960–х, мне было разрешено ознакомиться с документами и секретными отчетами.

Я не питаю отвращения к этой организации и к большинству ее целей и был большую часть своей жизни близок к ней и ко многим из ее исполнителей... Но главное, в чем мы расходимся, — она желает оставаться неизвестной, а я полагаю, что ее роль в истории достаточно значительна, чтобы быть известной” [435].

Слова Квигли повторили авторы Валлечинский и Уоллес, процитировавшие завещание Сесила Родса. В нем был призыв к “учреждению, содействию и развитию тайного общества, истинной целью и задачей которого должно быть расширение Британского правления на весь мир... включая безоговорочный возврат в зону своего влияния Соединенных Штатов Америки” [436].

В 1890 г. королева Виктория, находясь под влиянием имперских взглядов Сесила Родса, назначила его премьер–министром колонии Африканского мыса. До самой его смерти от сердечной болезни в 1902 г., репутацию Сесила Родса как непреклонного бизнесмена и политического деятеля смягчало учреждение стипендии в Оксфордском университете для подающих надежды молодых людей.

Хотя Родс удосужился общественной похвалы за запрет исключения кандидатов на его стипендию по расовым признакам, однако он оставался продуктом своего времени, поскольку ранее ратовал за “равные права для каждого белого человека” [437].

Считалось, что сам Родс был членом тайного общества, известного под названием “Олимпийцы” (греческие боги). Согласно Колеману, это было просто другое название организации глобалистов, которая в его определении является Комитет 300 как современная организационная форма мирового правительства. Кроме того, полагали, что Сесил Родс был также связан с таинственным Орденом иллюминати, вероятно из-за его масонских связей.

Квигли назвал тайное общество Сесила Родса во множественном числе группами Круглого стола, которые к 1915 г. создали отделения в семи странах. Несмотря на то что они были созданы Лайонелом Кертисом и другими видными политическими деятелями, их финансирование осуществлялось главным образом последователями Сесила Родса и лорда Милнера.

“Начиная с 1925 г., существенные вклады на счета Круглого стола делали богатые представители фондов и фирм, связанных с международным банковским братством, в частности, английский “Карнеги траст” и другие организации, связанные с Морганом, Рокфеллером и семейством Уитни...” [438], — писал Квигли, при этом не упоминая имени Ротшильда.

После смерти Сесила Родса Милнер, Ротшильд и их международные партнеры–банкиры получили полный контроль над Круглыми столами, которые расширили свое влияние далеко за пределы Британской Империи. Профессор Квигли пишет:

“В конце войны 1914 г. стало ясно, что организацию “Круглый стол” следует значительно расширить” [439].

Лайонелу Кертису было поручено создать Королевский институт международных дел, который служил бы прикрытием для групп “Круглого стола”.

Квигли видел главную цель, “заслуживающую похвалы” этой группы: объединить все народы мира в одну англоговорящую общность для поддержания мира, обеспечения стабильности и процветания слаборазвитых регионов [440].

По иронии судьбы организация “Круглый стол”, которая провозглашала мир во всем мире своей главной целью, была самым непосредственным образом причастна к созданию атомной бомбы. В период своего расширения “Круглые столы” создали много мелких организаций, одной из которых был Исследовательский институт в Принстоне, штат Нью–Джерси. Это была, согласно Квигли, точная “Американская копия Колледжа всех святых в Оксфорде” [441].

Исследовательский институт полностью финансировался правлением общего образования, созданного Рокфеллером. Именно здесь ученым, работающим над атомной бомбой, оказывали помощь члены Исследовательского института Роберт Оппенгеймер, Нильс Бор и Альберт Эйнштейн.

Обо всем этом Квигли восхищенно писал: “Это были вежливые и культурные господа с несколько ограниченным социальным опытом, их очень волновала свобода соблюдения законности в отношении меньшинств и всех остальных...” [442]

Однако другие авторы были не столь дружелюбны к деятельности института. Журналист Уильям Стил в своей книге “Новый мировой порядок: Античный план тайных обществ” писал о “древних планах тайных обществ забрать Конституцию у граждан Соединенных Штатов Америки” [443].

“Сесил Родс совершил ту же самую ошибку, которую допускали до него многие гуманисты, — писал автор Уильям Бремли. — Он думал, что сможет реализовать свои цели посредством коррумпированной сети Братства. Поэтому Родс и прекратил создавать учреждения, быстро попавшие в руки тех, кто впоследствии эффективно использовал их для угнетения человеческой расы” [444].

Но не только организации “Круглого стола” способствовали влиянию на богатство и мощь Соединенных Штатов Америки. В некоторых кругах братские связи осуществлялись через гораздо более таинственные группы типа зловещего Ордена “Череп и Кости”.

Выводы

Сложно противоречить утверждению, что финансовый интернационал руководит мировыми процессами, направляя их в нужное русло. Показания Раковского свидетельствуют о тайных финансовых вливаниях в революции 1917 г. и с какой целью они проводились.

Не вызывает сомнений и тот факт, что движущими силами революций и кошельками их были евреи. Слишком много документов свидетельствует об этом.

Во второй половине XVIII в. на поприще ростовщичества преуспело большое семейство франкфуртского банкира Майера Амшеля Ротшильда. Свои капиталы Ротшильд умножал двумя способами: провоцированием и финансированием войн между королевскими династиями и созданием непреодолимых трудностей в их государственных бюджетах.

В 1773 г. на тайной встрече 13 еврейских банкиров во Франкфурте во главе с Ротшильдом был оформлен строго секретный заговор против монархических государств для установления своего финансового господства на европейском континенте, а потом и в глобальном масштабе. Их вожделенная цель состояла в создании “нового мирового порядка”, при котором четыре пятых населения Земли должны находиться в экономической и духовной зависимости от семейства Ротшильдов.

К середине XIX в. Ротшильды сумели установить свой финансовый контроль над Англией, Францией и другими европейскими государствами.

Если выстроить правильно Глобальный исторический процесс ХХ в. и прогнозируя события XXI в., можно с уверенностью утверждать, что за всеми трансформациями выглядывает наглая физиономия финансовых воротил, которые в условиях информационной революции стали еще более богатыми.

Вместе с информационной революцией, навязавшей с помощью компьютеров законы и понятия финансовых рынков, начался процесс глобализации новой экономической войны, ставшей следствием глобализации логики финансовых рынков. В новой войне в ход пошло и новое организационное оружие в виде своего рода экономических сверхбомб, сменивших атомные бомбы “холодной” войны. Спецификой этого оружия стало то, что уничтожаемое “нерентабельное” население не просто нищает и африканизируется, но еще и самостоятельно финансирует (через последующую выплату долгов) войну против самого себя.

В отличие от времен “холодной” войны, когда атомные бомбы выполняли задачу запугивания и навязывания своей воли противнику, экономические сверхбомбы служат для нападения на территории (государства), уничтожения материальной базы национальной независимости (являющейся этическим, юридическим, политическим и культурным препятствием на пути экономической глобализации) и, при необходимости, обезлюдения этих территорий.

Обезлюдение происходит из-за стремления победителей избавиться от всех, кто бесполезен для новой глобальной экономики. В частности — от некоторых народов, “нерентабельных” в силу экономических причин. Такая роль отведена и территориям проигравшего “холодную” войну СССР, в частности и Украине.

После разгрома страны с помощью экономических сверхбомб победители в лице глобальных финансовых центров берутся за восстановление побежденных государств и реорганизуют их согласно новой логике мирового рынка. Проще говоря, навязывают необходимую победителям экономическую модель. Именно поэтому в новой глобальной войне одними из первых уничтожаются национальные экономики и рынки. Пример — современная Югославия, точнее, то, что от нее осталось.

Разделив “трофеи” холодной войны в виде советского наследства, вчерашние союзники естественным образом начали воевать друг с другом. При этом печатный станок стал главным орудием завоевания мира в условиях нестабильности и тайно планируемой мировой “фоновой” инфляции в 1,7 — 2,4 %.

Однако уже никто из серьезных политиков не сомневается в том, что финансовый интернационал и его западные партнеры прямиком движутся к своему поражению. Это хорошо видно на примере США. Появившийся в начале 1970–х годов дефицит торгового баланса Америки стал структурным элементом мировой экономики. За последние десять лет прошлого века дефицит торгового баланса США увеличился со 100 до 639 млрд долларов [445].

Таков ежегодный объем капитала, в притоке которого из-за рубежа нуждаются США, чтобы оплачивать свои внешние обязательства. В то время когда весь мир начинает догадываться, что он может обойтись без США, Америка обнаруживает, что она не может обойтись без остального мира.

Экономическое положение США сегодня очень ненадежное, чтобы не сказать больше. За 2004 г. доля евро в мировых валютных резервах выросла с 11,8 до 19,7 % (доллара снизилась с 69,8 до 63,8 %), и сейчас почти 54 % всех новых долгосрочных займов оформляются в евро. В ноябре 2004 г. приток капиталов в США (48,1 млрд доллара) впервые оказался недостаточным даже для покрытия отрицательного сальдо в торговле с остальным миром (56 млрд долларов).

Общий же внешнеторговый дефицит Америки поставил очередной рекорд — 639 млрд долларов. Постепенно даже Бушу становится ясно, что политическое влияние может служить лишь продолжением, но не замещением экономической мощи. Все это свидетельствует о глубоком кризисе масонского государства и его правителей в лице финансового интернационала.

Возможно, иной очередной найман или рабинович обвинят автора в антиамериканизме или в антисемитизме. Однако следует учесть, что время “измов” прошло. Жить в постоянном сомнамбулическом состоянии, воспринимая разного рода сочиняемые в изобилии “измы”, уже никто не станет. Слишком свежи впечатления от разрушений в нашей стране за столь короткое время. Да и долларовые бумажки никто кушать не будет.

Новые знания и экологические веления времени все равно потребуют от каждой нации не столько банковских накоплений, сколько готовности к моральной ответственности и к личному производительному труду. Работать придется и представителям ростовщического капитала. Время глобального обвала финансовой пирамиды не за горами.


ТАЙНЫ СРЕДСТВ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ

Средства массовой информации и тайные общества

Всякая война начинается со лжи в средствах массовой информации, поскольку правительствам необходимо добиться поддержки действий армии со стороны общественного мнения. Как правило, правду о той или иной войне мы узнаем лишь спустя много лет.

Слишком поздно мы поняли, что средства массовой информации, используя очевидную ложь и подтасовку фактов, заранее “оправдали” вторжения на Гренаду (1983), в Панаму (1989), в Сомали (1993), в Боснию (1995), в Югославию (1999), в Ирак (1991, 2002). Похоже, что каждой войне, развязанной западными державами, предшествует широкая кампания лжи в средствах массовой информации, цель которой — обмануть общественное мнение и заставить его сказать “да” грядущей войне.

В августе 1998 г., за несколько месяцев до начала войны против Югославии в документе Комиссии США по иностранным делам читаем следующее:

“Интервенция НАТО в Косово под руководством США стоит на повестке дня. Единственный недостающий элемент — соответствующее прикрытие этой интервенции средствами массовой информации, которое сделало бы ее приемлемой с политической точки зрения” [446].

Очень красноречиво продемонстрировал лживость СМИ Вилли Виммер, вице–президент Европарламента, представитель Германии. По поводу событий в Югославии он сказал следующее:

“Вся информация подается таким образом, чтобы после просмотра специально подобранных кадров возникала определенная реакция, чувство протеста, чтобы мы потребовали немедленной отправки солдат и проведения операции. Я глубоко возмущен тем, как постыдно играют на наших человеческих чувствах” [447].

Тогда как большинство средств массовой информации открыто не работает, их внутренняя структура и деятельность остается тайной для большинства представителей общественности. И их влияние нельзя преуменьшить.

В 1998 г. вряд ли кто догадывался о передаче администрацией Клинтона некоторых ядерных технологий Китаю, или о подписании президентом сомнительных правительственных распоряжений типа расширения международной зоны вдоль южной американской границы более чем на 150 миль. Средства массовой информации сосредоточили всеобщее внимание исключительно на сексуальных похождениях Клинтона.

“Средства массовой информации не всегда способны давать нам информацию, заставляющую думать, но СМИ добились поразительных успехов, сообщая нам, о чем нам надо думать”, — заявил один из критиков СМИ Майкл Паренти.

Многие люди жалуются, что ведущие СМИ поверхностны, подчинены и субъективны в выборе новостей. Недавний опрос, проведенный Исследовательским центром “Пью”, показал, что количество респондентов, считающих новости неправдивыми и неточными, составляют более 60 процентов. Обзор публикаций в журнале “Редактор и Издатель” показал, что и сами журналисты не оспаривают этого. Почти половина их выразили убеждение, что охват новостей мелок и неадекватен.

Цель средств массовой информации состоит не в том, чтобы сообщать так, как оно есть на самом деле, утверждают критики средств информации, а скорее так, как владельцы СМИ хотели бы, чтобы это было. Паренти писал, что главной задачей прессы является “непрерывно менять облик действительности, благосклонной к существующей классовой, социальной и экономической власти”.

Этот извращенный вид четко прослеживается в терминологии, используемой в сообщениях о “трудовых спорах” — там никогда нет “управленческих споров”. Он отметил, что управление всегда делает “предложения”, в то время как трудовые коллективы “требуют”.

“Многое из того, что нам подается как “новости”, не более чем некритическая передача официальных мнений ничего не подозревающей публике”, — писал Паренти.

“То, что репортеры преподносят как объективную информацию, является только бездумной разновидностью нейтральности, — сказал журналист Бритт Хьюм, добавив, что репортеры не должны пытаться быть объективными, они должны пытаться быть честными”.

Тем не менее власть объединенных СМИ подавляющая. Исследование, проведенное службой “Вероник, Шулер и Партнеры” в 1994 г., показало, что типичный американец проводит более четырех часов в день у телевизора, три часа он слушает радио, сорок восемь минут — музыкальные записи, двадцать восемь минут читает газеты, семнадцать минут — книги и четырнадцать минут — журналы.

Консолидация усилий СМИ, производящих эту, отнимающую много времени продукцию, ускорила темпы в 1990–х годах, превратив когда-то престижные информационные органы в системы распространения рекламы. И те даже уменьшились в количестве. Бен Багдикян, бывший декан Школы журналистики Калифорнийского университета в Беркли, сообщил, что в 1982 г. пятьдесят корпораций управляли большинством СМИ в США. К январю 1990 г. это число сократилось всего лишь до двадцати трех. К концу 1997 г. их стало десять.

Согласно обзорам “Стандарт” и “Пурз Индастри”, опубликовавшим список первых десяти корпораций СМИ (сверху вниз), ими являются:

1. “Тайм–Уорнер” (журналы, радио/телевидение, кабельное телевидение);

2. Компания “Уолт Дисней” (газеты, журналы, радио/телевидение, кабельное телевидение);

3. Компания “Телекомюникейшн” (кабельное телевидение);

4. Корпорация “Ньюс” (газеты, журналы, радио/телевидение, кабельное телевидение);

5. Корпорация Си–Би–Эс (радио/телевидение, кабельное телевидение);

6. “Дженерал Электрик” (радио/телевидение, кабельное телевидение);

7. Компания “Ганнет” (газеты, радио/телевидение, кабельное телевидение);

8. “Эванс Пабликейшнз” (газеты, журналы);

9. “Коукс Энтерпрайзе” (газеты, радио/телевидение, кабельное телевидение);

10. Компания “Нью–Йорк таймс” (газеты, журналы, радио/телевидение).

У каждой из этих десяти компаний ежегодный доход выше, чем у идущих ниже пятнадцати крупных компаний СМИ взятых вместе.

В 1990–е годы “Телекоммуникационные компании занимались явным и подчас драматичным объединением и консолидацией, — писал автор Грейдер в статье “Единый мир. Готовы мы или нет”. — Объединялись такие компании, как “ATT”, “Тайм–Уорнер”, ТСИ, МСИ, “Америтекс” и “Найнекс”, Си–Би–Эс, радиовещательная корпорация Эй–Би–Си, Дисней и многие другие.

Сделки были просто ошеломляющие, поскольку американские фирмы стремились объединить рыночную власть и технологические возможности в кабельные и телефонные системы, радиовещание, киноиндустрию, издательства и другие СМИ, налаживая в то же время партнерские связи за рубежом.

Американские потребители создают капитал для этих огромных новых конгломератов путем оплаты услуг телефонных компаний и услуг за пользование кабельным телевидением. Выигрывает, естественно, горстка крупных и мощных СМИ, таких же влиятельных, какими железная дорога и нефтяные трасты были в 1890–х годах”.

Ветераны Второй мировой войны могут вздрогнуть, узнав, что, приобретя в июле 1998 г. “Рэндом Хаус Паблишерз”, немецкая фирма “Бертельсманн А. Г.” стала самым большим торговым издателем в англо–говорящем мире. Эта компания теперь контролирует более двадцати ведущих издателей, включая “Баланчин”, “Бентам”, “Краун”, “Даль Рей”, “Делакорт Пресс”, “Бродвей Букс”, “Дел”, “Далей”, “Даблдей”, “Фасет”, “Хармони”, “Лорел”, “Пантеон”, “Принстон Ревю” и “Таймс Букс”.

Вдобавок к этим СМИ в октябре 1998 г. фирма “Бертельсманн”, штаб–квартира которой находится в родном городе Мейера Ротшильда Франкфурте, приобрела 50 процентов акций Интернет–сайта по продаже книг “барнс–энднобл. ком”.

При возрастающей консолидации собственности число компаний, занимающихся распространением, значительно уменьшилось в связи с возникающими у них проблемами. Редакторы “Стандарт и Пурз” отметили, что в 1996 г. проблемы распространения были вызваны консолидацией прежде независимых дистрибьюторов, “прекративших поставки и отношения с клиентами... отмены, потери и опоздания в доставке стали обычным явлением”.

Многие годы авторы жалуются, что книги на спорные темы всегда сталкивались с проблемами рекламы и распространения. Если считать, что каждый год появляется восемьсот новых журналов, сверх уже более восемнадцати тысяч существующих (большая часть из них терпит неудачу в первый год), легко понять важность проблемы распространения.

Значительным числом акций, в уменьшающемся числе корпораций СМИ, владеют ведущие банки, которые, в свою очередь, контролируют члены тайных обществ.

“Через формирующие политику группы, подобно Совету по международным отношениям и Круглому столу, они направляют государственный корабль, по их мнению, в материально выгодном направлении”, — отмечали авторы Мартин А. Ли и Норманн Соломон в 1990 г.

“Дженерал Электрик”, “Кэпсайтс”, Си–Би–Эс, “Нью–Йорк таймс” и “Вашингтон пост” — все они имеют членов правления, находящихся в Совете по международным отношениям.

Мало что изменилось и сегодня. Поверхностный взгляд на опубликованный в 1998 г. отчет “Стандарт и Пурз” показал, что некоторые члены СМО и Трехсторонней комиссии занимают места в правлениях ведущих корпораций СМИ.

Совместное владение с членами тайных обществ средствами массовой информации может объяснить, почему о встречах членов Бильдербергского клуба, Трехсторонней комиссии и СМО никогда нет информации в СМИ Америки. Действительно, такое присутствие представителей этих обществ убедительно подтверждает — кто есть кто в средствах массовой информации.

Среди членов тайных обществ много бывших и нынешних руководителей средств массовой информации. Так, например, Лоренс А. Тиш и Уильям Пейли из Си–Би–Эс; Джон Ф. Вейч–младший из НЕК; Томас С. Мерфи из радиовещательной корпорации Эй–Би–Си; Роберт Макни, Джим Лере, Холдинг Картер III и Дэниел Шор из службы общественного вещания; Катрин Грэем, Гарольд Андерсен и Стэнли Свинтон из Ассошиэйтед Пресс; Майкл Познер из агентства Рейтер; Джон Ганз–Куни из Детского телевидения (“Улица Сезам”); Томас Джонсон из Си–Эн–Эн; Дэвид Герген из “ЮС Ньюс энд Уорлд рипорт”; Ричард Геб, Уильям Скрэнтон, Сайрус Вэнс, А. М. Розенталь и Харрисон Сэлисбери из “Нью–Йорк таймс”; Ральф Давидсон, Генри Грюнвальд, Сел Линовиц и Строуб Тэлбот из “Тайм”; Роберт Кристофер и Филипп Гейелин из “Ньюсуик”; Катрин Грэем, Леонард Домни–младший, и Стивен С. Розенфельд из “Вашингтон пост”; Арно Борчгрейв из “Вашингтон Таймс”; Ричард Вуд, Роберт Бартли и Карен Хаус из “Уолл–стрит джорнал”; Уильям Ф. Бакли-младший из “Нэшнл Ревю”; и Джордж В. Грин и Уильям Г. Боен из “Ридерс Дайджест”. Более того, многие входящие в правления директоров корпораций, владевших средствами массовой информации, — члены тайных обществ.

Некоторые из известных репортеров, журналистов и комментаторов были членами СМО и/или Трехсторонней комиссии, среди них: Дэн Растер, Билл Мойерс, С. С. Коллинвуд, Диана Сойфер, Дэвид Бринкли, Тед Коптел, Барбара Уолтер, Джон Чанселлор, Маврин Колб, Дэниел Шор, Джозеф Крат, Джеймс Ректон, Макс Френкель, Дэвид Халберстрам, Харрисон Сэлисбери, Ош Сульсбергер, Сел Линовиц, Николс Каценбах, Джордж Вилл, Том Брокоу, Роберт Макни, Дэвид Герген, Мортимер Зукерман, Джорджи Энн Гейер, Бен Дж. Виттенберг и многие другие. Поэтому не удивительно, что так много исследователей усматривают заговор молчания среди этих медиавластелинов.

Затем идут “сторожевые псы средств информации” — организации типа Accuracy in Media (AIM) (точность в СМИ — их цель). Многие предполагают, что подобные группы отслеживают интересы публики.

Но согласно автору Майклу Коллинзу Пауперу, который в 1990 г. обнародовал, что основатель “AIM” Рид Ивин получал 37 тыс. долларов в год как “советник по разделению международных финансов” Федеральной резервной системы. Отмечая, что много членов ФРС также принадлежат к тайным обществам, Паупер писал:

“На данный момент Ивин и “AIM” никогда не касаются таких вопросов, которые затрагивают интересы международного Истеблишмента: будь то группа Бильдербергского клуба, Трехсторонней комиссии, Совета по международным отношениям или правда о частном характере ФРС”.

Есть и запретные темы в общем потоке информации, такие как международный комитет в составе Ассошиэйтед Пресс в Нью–Йорке, где один человек решает то, какие новости будут распространяться за пределами Соединенных Штатов Америки.

Важно понять, что реальный контроль над средствами массовой информации — это не прямой контроль над тысячами трудолюбивых редакторов, репортеров и директоров новостей по всей стране, а скорее контроль над распространением информации.

Кроме того, существует сильное давление, вызванное опасением безопасности деятельности и утраты источников. Многие национальные комментаторы должны полагаться на своих доверенных лиц, обеспечивающих им точную информацию. Большая часть этой информации поступает из официальных источников, которые прекратят свое существование, как только дадут неправдивую информацию. Даже очень ушлым национальным репортерам приходится сдерживать свои порывы, если они хотят иметь достоверные источники.

Концентрация общего владения СМИ подразумевала, что объективность в новостях, длительное время считавшаяся общественной службой, на самом деле осуществляется с целью получения прибыли, основанной на рейтингах. В период покушения на Кеннеди три ведущих телесети — Эй–Би–Си, Си–Би–Эс и НЕК — содержали свои отделы новостей за счет общественного финансирования.

Сегодня те же самые отделы новостей финансируются как программы с учетом результатов рейтингов. Новости сегодня — это “своего рода рыночный товар, а не священная профессия”, — подчеркнул бывший корреспондент Си–Би–Эс Дэниел Шор. — Сегодня это не имеет большого значения. Вы только делаете ваши деньги, а общественная служба — ко всем чертям”.

Ветеран корреспондент Уолтер Кронкайт согласен с этим. В одном профессиональном журнале он сказал, что нынешнее состояние телевизионной журналистики “бедственно и опасно”, он осудил “неоправданную прибыль... для удовлетворения акционеров. В своем стремлении к прибыли, как, например, в индустрии развлечений, они тянут нас всех вниз”.

“Я призываю каждого зрителя научиться делать различие между ведущим телевизионного ток–шоу Джерри Спрингером, вечерними новостями и Си–Эн–Эн”, — заявил корреспондент программы “60 минут” Мерли Сойфер.

“Сторожевых псов” средств массовой информации в Америке, как они сами любят себя называть, быстрее можно назвать “послушными зверюшками” их общих владельцев. Это объясняет, почему шесть из десяти “подвергнутых цензуре историй” в 1995 г., выявленных информационной службой “Алтернет”, включали ин формацию о бизнесе.

Это монополизация телекоммуникаций, ухудшение положения в вопросе использования детского труда, увеличение расходов правительства на ядерное вооружение, махинации в медицинской промышленности, борьба в химической промышленности за отмену законов о защите окружающей среды и невыполненные обещания Североамериканского свободного торгового соглашения (НАФТА).

Такие истории не дошли до широкой аудитории, потому что, как правильно указывает Грейдер, “любой, кто подвергает сомнению руководящие принципы экономической ортодоксальности, будет резко перевоспитан прессой и многонациональными интересами”.

Особенно интригующим является то, что ни один из ведущих “сторожевых псов” средств массовой информации Америки не проявляет большого интереса, кто владеет корпорациями, контролирующими СМИ и соответственно мировую общественность. Отсутствие такого любознательного рвения можно объяснить рассказом исследователя новостей Эй–Би–Си, общавшегося в 1990 г. с Тоддом Путнамом, редактором “Нэшнл Бойкот Ньюс” (НЕК).

Штатный сотрудник новостей поинтересовался “самым большим бойкотом, длящимся сейчас”. Редактор Путнам ответил: “Самый большой бойкот в стране был против “Дженерал Электрик”. На что штатный сотрудник НЕК тут же ответил: “Мы не можем этого делать... Ну, мы могли бы это сделать, но мы не будем”. В 1986 г. НЕК был приобретен фирмой “Дженерал Электрик”.

Кто контролирует массмедиа США?

Исследовательский отдел журнала “Нэйшнл Вангард” провел анализ американских средств массовой информации с целью установить тех людей, которые контролируют массмедиа США. Здесь приведен их отчет в сокращенном виде.

“Сегодня в мире нет большей силы, чем та, что накоплена манипуляторами общественным мнением в Америке. Ни один король или папа прошлых столетий, ни один победоносный генерал или первосвященник никогда не имел власти хотя бы отдаленно приближающейся к той, которой располагают несколько десятков человек, контролирующих американские средства массовой информации и развлекательную индустрию.

Их власть не есть нечто далекое и безликое. Она вторгается в каждый американский дом и работает, навязывая свою волю, практически все время, пока человек бодрствует. Это сила, которая формирует и лепит сознание буквально каждого гражданина Америки, молодого или старого, простодушного или искушенного.

Массмедиа формирует для нас наш собственный имидж в мире, а затем говорит нам, что нам следует думать по поводу этого имиджа. Практически все, что мы знаем — или думаем, что знаем — о событиях вне нашего квартала или круга близких, знакомых, поступает к нам через нашу ежедневную газету, наш еженедельный журнал, наше радио, наш телевизор.

Технология манипулирования общественным мнением не сводится к одним лишь фактам “глушения” тех или иных новостей в газетах или наглой пропаганде антиисторических телевизионных “документальных драм”. Люди, владеющие массмедиа, демонстрируют и тонкость, и тщательность в их дирижировании индустрией развлечений и новостей, которые они представляют нам.

Например, в том, как подаются новости: какие события подчеркиваются, а какие едва упоминаются, то, как репортер подбирает слова, тон его голоса, выражение лица; формулировка заголовков; подбор иллюстраций — все эти вещи работают на уровне подсознания и глубоко влияют на то, как мы интерпретируем то, что видим и слышим.

Вдобавок к этому, конечно, журналисты и редакторы убирают любые остающиеся в нашем сознании сомнения относительно того, что нам вообще обо всем этом думать. Используя тщательно разработанные психологические методы, они управляют нашей мыслью и нашим мнением так, что мы всегда настроены на волну “передовой” толпы, “привлекательных людей”, “умного бизнеса”.

Они дают нам понять, как мы должны относиться к различным типам людей и человеческого поведения, представляя этих людей или это поведение в контексте телевизионной драмы или комедии и заставляя остальные персонажи реагировать на них политически корректным образом.

Например, расово смешанная пара должна нравиться остальным персонажам и вызывать их уважение — точно также, как главенствующий в шоу негритянский ученый или бизнесмен, чувствительный и талантливый гомосексуалист, или бедный, но трудолюбивый нелегальный иммигрант из Мексики.

С другой стороны, белый “расист”, а это значит любой расово сознательный белый человек, косо смотрящий на смешанные браки или на резко темнеющую расовую ситуацию в Америке, изображается в лучшем случае как жалкий фанатик, высмеиваемый прочими персонажами, в худшем же — как опасный помешанный на оружии психопат, как реальная опасность для всех законопослушных граждан. По сути дела, белый “расист”, “чокнутый с пистолетом” уже стал привычным стереотипом телевизионных шоу.

Средний американец, чей ежедневный рацион телевидения приобрел совершенно нездоровые пропорции, с большим трудом отличает эти выдуманные ситуации от реальности, если отличает вообще. Он реагирует на действия, заявления, реакции телеперсонажей точно так же, как он реагирует на окружающих его в реальной жизни людей.

Для многих, слишком многих американцев реальный мир уже вытеснен ложной реальностью ТВ — и именно на эту псевдореальность реагирует его внутренняя потребность “соответствовать”. Таким образом, когда телесценарист выражает одобрение тем или иным идеям или действиям — и неодобрение другим идеям и действиям — через персонажи его телешоу, он оказывает мощное давление на миллионы телезрителей, заставляя их принять его точку зрения.

Точно также обстоит дело и с новостями, будь то телевизионными или газетными. Коварство этой формы контроля над мыслью заключается в том, что даже когда мы осознаем, что развлекательная или новостная программа небеспристрастна, хозяева массмедиа все равно имеют возможность манипулировать подавляющим большинством потребителей — не только подавая материал в должном разрезе, но и устанавливая границы и правила разрешенного спектра мнений.

В качестве примера рассмотрим, как массмедиа преподносят новости о Ближнем Востоке. Некоторые редакторы и комментаторы в каждом своем слове выдают свое раболепие перед Израилем, в то время как другие выглядят почти нейтрально.

Однако никто и никогда даже намекнуть не посмеет на то, что правительство США, возможно, поддерживает не ту сторону в арабо–израильском конфликте, и что посылать американские войска для уничтожения Ирака, главного соперника Израиля на Ближнем Востоке, служит еврейским, а вовсе не американским интересам. Таким образом, устанавливается допустимый спектр мнений — от произраильского до почти нейтрального.

Еще один пример, как массмедиа освещают расовые проблемы в Соединенных Штатах. Некоторые комментаторы почти бесстрастно сообщают новости о расовой напряженности, в то время как другие эмоционально переживают одну сторону — и это всегда не белая сторона. Однако все без исключения представители средств массовой информации хором заявляют, что “мультикультурализм” и смешение рас есть и будут, и что это, безусловно, позитивные явления.

Но поскольку видимая разница в мнениях существует, то большинство американцев не осознает, что ими манипулируют. Даже человек, который жалуется, что “новости подправлены”, попадает в ту же ловушку: он думает, что в представленном спектре мнений он сможет избежать влияния “контролеров мысли” уже тем, что будет верить тому или иному комментатору по собственному выбору.

Это ситуация беспроигрышной монеты: “Орел — я выиграл, решка — ты проиграл”. Любая позиция в пределах разрешенного спектра общественного мнения выгодна владельцам массмедиа — и ни один непредусмотренный факт, ни одна независимая точка зрения не увидят свет.

Контроль за формирующими общественное мнение источниками массовой информации практически монолитен. Все подконтрольные теле и радиостанции, газеты, журналы, книги и фильмы говорят одним и тем же голосом, поддерживая и подпевая друг другу. Невзирая на кажущееся разнообразие, разноголосицы нет — как нет и доступных массовому потребителю альтернативных источников фактов и идей, которые могли бы позволить ему сформировать мнения, идущие вразрез с мнением хозяев информационного рынка.

Потребителю предлагается одно и то же видение мира — мира, в котором каждый голос в унисон с другими твердит о расовом равноправии, о “святой правде” еврейской сказки о Холокосте, о преступности попыток остановить сущий поток небелых иммигрантов, об опасности частного владения оружием, о моральном равенстве всех видов сексуальной ориентации, о преимуществах “плюралистического” и космополитического общества по сравнению с обществом однородным.

Такой взгляд на мир разработан хозяевами массмедиа для достижения их собственных целей, и давление на потребителя, чтобы заставить его принять этот взгляд, поистине чудовищно. Люди подгоняют свои мнения под этот взгляд, голосуют в соответствии с ним и строят свои жизни так, чтобы они находились в полной с этим взглядом гармонии.

Проводимое правительством дерегламентирование телекоммуникационной индустрии дало в результате не возросшую конкуренцию, но напротив — растущую волну корпоративного объединения и поглощения, что привело к появлению буквально нескольких гигантских медиа–конгломератов с миллиардными бюджетами.

Когда бы вы ни включали телевизор, будь то для передачи местной станции или трансляции по кабелю или через спутник, когда бы вы ни смотрели фильм в кинотеатре или дома, когда бы вы ни слушали музыку по радио или с диска, когда бы вы ни читали газету, книгу или журнал — более чем вероятно, что информация или развлечение, которые вы в данный момент потребляете, произведены и/или распространены одной из этих мегакомпаний.

На текущий момент крупнейшим таким конгломератом является компания Уолт Дисней, чей президент и председатель правления Майкл Айзнер — еврей. Империя Диснея, возглавляемая ныне человеком, которого один аналитик назвал “повернутым на власти”, включает в себя несколько телевизионных компаний (Уолт Дисней Телевижн, Тачстоун Телевижн, Буэна Виста Телевижн), собственную кабельную сеть с 14 миллионами подписчиков и две компании по производству видеопродукции.

Что касается художественных фильмов, то группа Уолт Дисней Пикчер, во главе которой стоит Джо Рот (тоже еврей), включает в себя Тачстоун Пикчерз, Голливуд Пикчерз и Караван Пикчерз. Дисней владеет также компанией Мирамакс Филмз, управляемой братьями Вайнштейнами, которые были продюсерами таких супер–бесстыдных фильмов, как “Слезная игра”, “Священник” и “Дети”.

Когда компания Дисней (до того, как Айзнер проглотил ее в 1984 г.) управлялась “гойской” семьей самого Уолта Диснея, она была воплощением достойного семейного досуга и развлечения. И хотя компания и по сей день сохраняет права на, скажем, “Белоснежку и семь гномов”, при Айзнере она стала включать в себя производство откровеннейшей сексуальной продукции и садистского насилия. Помимо производства ТВ–программ и фильмов, корпорация владеет Диснейлэндом, Миром Диснея, Центром Эпкот, Диснейлэндом Токио и Евро–Диснеем.

Дисней также продает ежегодно на сумму более миллиарда долларов прочих потребительских товаров: книг, игрушек, одежды. В августе 1995 г. Айзнер приобрел Капитал Ситиз/АВС с тем, чтобы создать информационно–развлекательную империю с ежегодным оборотом в 16,5 миллиарда долларов.

А корпорации Капитал Ситиз/АВС принадлежит телевизионная сеть ABC (Эй–Би–Си), которая, в свою очередь, владеет десятью телестанциями в таких огромных мегаполисах–рынках, как Нью–Йорк, Чикаго, Филадельфия, Лос–Анджелес и Хьюстон. Вдобавок она имеет 225 дочерних телестанций в США и является совладельцем нескольких европейских телевизионных компаний.

ESPN, кабельный филиал ABC, возглавляет его президент Стивен Борнстейн — еврей. Его корпорация владеет также контрольным пакетом акций Лайфтайм Телевижн и сети кабельных компаний Артс энд Энтертейнмент. Радиосети ABC принадлежит 11 средневолновых и 10 УКВ станций — опять-таки, в таких крупных центрах, как Нью–Йорк, Вашингтон и Лос–Анджелес, которые, в свою очередь, дробятся на 3400 дочерних станций.

Будучи в первую очередь телерадиовещательной корпорацией, Капитал Ситиз/АВС тем не менее заработала в 1994 г. более миллиарда долларов на печатной продукции. Она владеет семью ежедневными газетами, издательствами Фэйрчайлд (издания, посвященные женской одежде), Чилтон (автомобильные справочники и руководства) и группой Дайверсифайд Паблишинг.

Корпорация Тайм Уорнер — второй из “китов” международного информационно–развлекательного бизнеса. Ее председатель правления и президент — Джеральд М. Левин, еврей. Филиал Тайм Уорнер — НВО (Эйч–Би–Оу) — самая большая в США сеть кабельного телевидения с платными развлекательными программами.

Уорнер Мьюзик, безусловно, самая большая в мире компания граммзаписи — выпускающая продукцию с наклейками более чем 50 дочерних фирм, самая большая из которых — Уорнер Бразерс Рекордс — возглавляется Дэнни Гольдбергом. Стюарт Херш является президентом Уорнервижн, отделения Уорнер Мьюзик по выпуску видеопродукции. И Гольдберг, и Херш — евреи.

Уорнер Мьюзик был самым первым пропагандистом музыки “гангста рэп” (“бандитский рэп”). Работая совместно с Интерскоп Рекордз, компания помогла широко популяризировать новый жанр, где вызывающе кровавые тексты призывают негров совершать акты насилия по отношению к белым.

В дополнение к кабельному телевидению и музыке, Тайм Уорнер всерьез занят выпуском фильмов (студия Уорнер Бразерс) и издательской деятельностью. Издательское отделение Тайм Уорнер (главный редактор Норман Перлстайн, еврей) является самым большим издателем журналов во всей стране (Тайм, Спорте Иллюстрейтед, Пипл, Форчун).

Хозяин Тайм Уорнер Джеральд М. Левин вскоре может стать и магнатом номер один, если состоится запланированная сделка с Тернер Бродкастинг Систем. Как известно сегодня, сделка, к удовольствию господина Левина, состоялась. Когда Тед Тернер, нееврей и “диссидент” от медиа–бизнеса, сделал заявку на покупку CBS (Си-Би–Эс) в 1985 г., в конференц–залах боссов массмедиа по всей стране началась паника.

До того Тернер сколотил состояние на рекламе, на котором затем выстроил преуспевающую кабельную сеть теленовостей CNN (Си–Эн–Эн). И хотя у Тернера на ключевых позициях работает множество евреев и он сам никогда вслух не занимал позицию, противоречащую еврейским интересам, он известен как сильная личность с чрезвычайно высокой самооценкой — отчего и рассматривался президентом CBS Уильямом Палеем и прочими евреями в компании как человек неуправляемый, как “шальное орудие”, которое когда-нибудь может пальнуть и по ним. К тому же еврейский журналист Дэниэл Шор, некогда работавший у Тернера, публично обвинил бывшего шефа в том, что он питает личную неприязнь к евреям.

Чтобы заблокировать заявку Тернера, шефы CBS попросили еврейского миллиардера, магната театров, отелей, страховки и сигарет Лоуренса Тиша “дружески” выкупить компанию, и с 1986 г. по 1995 г. Тиш был президентом и председателем правления CBS, устранив все страхи по поводу возможного нееврейского влияния. Все последующие усилия Тернера купить какую-нибудь ведущую телевизионную сеть неизменно блокировались компанией Тайм Уорнер господина Левина, которая владеет 20 % акций CBS и имеет право вето на любую серьезную сделку.

Таким образом, несмотря на репутацию новатора и фотографии на обложках, Тернер так и не накопил ни денег, ни могущества, чтобы стать настоящим хозяином массмедиа. Тогда, вероятно, Тернер и решил: раз уж их нельзя побить, то к ним стоит присоединиться. И если TBS (компания Тернера) сольется с Тайм Уорнер, то Левин станет боссом Тернера, а CNN, единственный конкурент на рынке теленовостей, полностью перейдет под еврейский контроль. Что и произошло.

Корпорация Вайаком, возглавляемая Самнером Редстоуном (урожд. Мюррей Ротстейн) — третья по величине мега–корпорация в стране с доходом около 10 миллиардов долларов в год. Вайаком, которая производит и распространяет телепрограммы для трех самых больших телесетей, владеет 12 телевизионными станциями и 12 радиостанциями. Компания производит и художественные фильмы в своей студии Парамаунт Пикчерз, которую возглавляет еврейка Шерри Лансинг.

Издательское отделение компании включает в себя Прентис Холл, Саймон энд Шустер и Покет Букс. Оно также распространяет видеокассеты в 4000 прокатных центров Блокбастер. Кроме того, оно занимается спутниковым телевещанием, парками развлечений и видеоиграми.

Однако Вайаком еще более известен тем, что является самым большим в мире поставщиком кабельных телепрограмм через принадлежащие ему Шоутайм, MTV (Эм–Ти–Ви), Никлодеон и другие телесети. С 1989 г. MTV и Никлодеон завоевывают все более и более широкие слои юношеской аудитории. Редстоун, который владеет 76 % акций Вайакома (3 млрд долларов), предлагает Бивиса и Баттхеда, интеллектуальных и моральных дебилов — “героев” мультфильмов музыкальной телесети MTV — в качестве поведенческих образцов.

Он же является самым яростным пропагандистом смешанных расовых отношений среди белых подростков, да и просто детей как в Америке, так и в Европе. MTV закачивает свои расово перемешанные рок-и рэп–видеоклипы в 210 миллионов домов в 71 стране, оказывая доминирующее культурное влияние на белую молодежь во всем мире.

Передачи телесети Никлодеон в Америке смотрит подавляющее большинство детей в возрасте от 4 до 11 лет — а компания резко наращивает свое влияние и в Европе. Большинство ее передач еще не пропитаны тотальным вырожденчеством, столь характерным для MTV, но Редстоун постепенно увеличивает его дозу и для самых юных телезрителей.

Имея в виду тот факт, что три безусловно крупнейших конгломерата массмедиа находятся в руках евреев, трудно поверить, что такой тотальный контроль стал возможным без сознательных и хорошо скоординированных усилий с их стороны.

Ну а прочие большие компании? Номером четвертым в списке идет Ньюз Корпорейшн Руперта Мердока, владельца телесети Фокс и киностудии XX Век Фокс. Мердок не еврей, но Питер Чернин, возглавляющий киностудию и руководящий производством телепередач, — еврей.

Номер пять — японская корпорация Сони, чей американский филиал, Сони Корпорейшн оф Америка, возглавляется Майклом Шульхофом, евреем. Алан Дж. Левин, еще один еврей, руководит студией Сони Пикчерз.

Большинство теле и кинокомпаний, не входящих в состав гигантских конгломератов, также контролируются евреями. Так, например, компанией Нью Уорлд Энтертейнмент, которую один аналитик назвал “крупнейшим независимым производителем телепрограмм в Соединенных штатах”, владеет Рональд Перельман, еврей, которому принадлежит и огромная косметическая фирма Ревлон. Президент Нью Уорлд, Брэндон Тартиков (в прошлом руководитель развлекательных программ на NBC), также еврей.

Наиболее известная из относительно небольших медиакомпаний Дрим Уоркс СКГ — вообще абсолютно “кошерное” предприятие. Дрим Уоркс СКГ была основана в 1994 г. — под страстные аплодисменты прессы — одним из магнатов граммзаписи Дэвидом Геффеном, бывшим президентом Дисней Пикчерз Джеффри Катценбергом и кинорежиссером Стивеном Спилбергом. Все трое евреи.

Компания занимается производством фильмов, мультипликации, телепрограмм и аудиопродукции. Если вспомнить о деньгах и связях Геффена, Катценберга и Спилберга, то несложно понять, что Дрим Уоркс скоро может оказаться в той же лиге, что и три “кита”.

Две другие большие компании, МСА (Эм–Си–Эй) и Юни–версал Пикчерз, принадлежат фирме Сигрэм. Президент и председатель правления Сигрэм, этого гиганта алкогольной продукции, Эдгар Бронфман — одновременно является и президентом Всемирного Еврейского Конгресса.

Хорошо известно, что евреи контролировали производство и распространение фильмов еще на заре киноиндустрии в начале ХХ в. Та же ситуация сохраняется и по сей день.

Фильмы, выпускаемые всего лишь пятью самыми большими студиями, упомянутыми выше — Дисней, Уорнер Бразерс, Сони, Парамаунт (Вайаком) и Юниверсал (Сигрэм) — дали 74 % кассовых сборов за текущий год (данные августа 1995 г.).

Не так давно ABC (Эй–Би–Си), CBS (Си–Би–Эс) и NBC (Эн–Би-Си) были тремя самыми большими телесетями. Теперь, при происшедшей консолидации империй массовой информации, они более не являются независимыми организациями. Но и во времена своей независимости каждая из них с начала основания контролировалась евреями: АВС — Леонардом Гольденсоном, CBS — сначала Уильямом Палеем, а затем Лоуренсом Тишем, a NBC — сперва Дэвидом Сарновым, а затем его сыном Робертом.

На протяжении десятилетий штат этих компаний был сверху донизу заполнен евреями, и принципиально еврейский дух сетевого телевидения нисколько не изменился, когда эти сети были поглощены другими корпорациями. Еврейское присутствие в теленовостях остается особенно сильным.

Как мы уже отмечали, ABC является частью компании Дисней, принадлежащей Айзнеру, и главные продюссеры всех новостных программ в ней — евреи: Виктор С. Нойфельд (20-20), Боб Рейхблум (Доброе Утро, Америка) и Рик Каплан (Всемирные Вечерние Новости).

CBS была недавно куплена корпорацией Вестингхауз Электрик. Тем не менее, Эрик Обер, назначенный еще Лоуренсом Тишем, так и остается президентом CBS Ньюз. Обер — еврей.

Ha NBC (которой теперь владеет Дженерал Электрик) президент канала новостей Эндрю Лэк — еврей, так же, как и ведущие продюссеры Джефф Цукер (Сегодня), Джефф Гральник (Вечерние Новости NBC) и Нил Шапиро (Дейтлайн).

Ежедневные газеты — после теленовостей — самый влиятельный источник информации в Америке. Каждый день 60 миллионов газет продаются и читаются в стране. Эти десятки миллионов экземпляров распределены между примерно 1500 различных изданий. Казалось бы, отсюда следует вывод, что уже само количество различных газет в Америке должно быть гарантом против контроля меньшинства и против обязательного в таком случае искажения информации. Этого, увы, не получается. Независимости, конкуренции и представительства интересов большинства в них гораздо меньше, чем мог бы подумать невнимательный наблюдатель.

Дни, когда почти все города и даже городки имели несколько независимых газет, издававшихся местными предпринимателями с тесными связями в местной же общине, канули в прошлое. Ныне большинство “местных” газет принадлежит небольшому числу крупных компаний, управляемых людьми, живущими и работающими за сотни и тысячи миль от этих местностей.

Факты просты: только 25 процентов из 1500 газет Америки независимы — остальные принадлежат нескольким гигантским корпорациям, имеющим каждая множество изданий. Всего лишь 100 газет из 1500 имеют тираж более 100000 экземпляров. Из них лишь несколько могут позволить себе содержать независимых репортеров за пределами общины — прочие же вынуждены зависеть от этих нескольких в освещении общенациональных и международных новостей.

Только 50 городов в Америке имеют более одной ежедневной газеты, но даже в этом случае конкуренция между ними не более чем символический жест, как конкуренция между утренним и вечерним изданиями, принадлежащими одному и тому же хозяину. Примеры тому: утренняя Ньюз и вечерняя Таймс в Хантсвилле, штат Алабама; утренняя Пост Геральд и вечерняя Ньюз в Бирмингеме, штат Алабама; утренняя Реджистер и вечерняя Пресс в Мобайл, штат Алабама; утренняя Юнион, вечерняя Ньюз и воскресная Рипабликэн в Спрингфилд, штат Массачусетс; утренняя Пост–Стандарт и вечерняя Геральд–Джорнэл в Сиракьюз, штат Нью–Йорк — все вышеперечисленные издания принадлежат братьям Ньюхаузам, евреям, через их холдинговую компанию Эдвэнс Пабликейшнз.

Империя братьев Ньюхаузов представляет не просто пример тотального отсутствия конкуренции между ежедневными американскими газетами. Она также иллюстрирует неутолимую жажду евреев подчинить своей власти все органы контроля над общественным мнением — все, на которые им удается наложить лапу. Ньюхаузы владеют 26 ежедневными газетами, включая несколько весьма значительных, таких как Плейн Дилер в Кливленде, Стар–Леджер в Ньюарке и Тайме Пикаюн в Нью–Орлеане.

Им также принадлежат: крупнейший издательский конгломерат в стране Рэндом Хауз со всеми филиалами, Ньюхауз Бродкастинг, состоящий из 12 телевизионных передающих станций и 87 кабельных телесистем (включающих в себя некоторые из крупнейших в стране кабельных телесетей), воскресное газетное приложение Парад с тиражом более 22 млн экземпляров, несколько десятков крупных журналов, включая Нью–Йоркер, Вог, Мадемуазель, Гламор, Вэнити Фэар, Брайдз, Джентльмен Куотерли, Селф, Хауз энд Гарден, а также все журналы издательской группы Конде Нэст.

Эта еврейская информационная империя была основана покойным Самуилом Ньюхаузом, иммигрантом из России. Когда в 1979 г. он умер в возрасте 84 лет, он завещал все свои предприятия массмедиа, стоившие в то время 1,3 млрд долларов, двум сыновьям, Сэмюэлу и Дональду. С последующими приобретениями Эдвэнс Пабликейшн их чистая стоимость ныне составляет более 8 млрд долларов.

То, что семейка Ньюхаузов съела такое огромное количество изданий, объясняется тем простым фактом, что газеты финансово зависят не от подписчиков, а от рекламодателей. Именно эти деньги, а не гроши, получаемые от читателей, оплачивают зарплаты редакции и дают прибыль владельцу.

Если крупные рекламодатели в городе решают поддержать одну газету в ущерб другой, эта “подкормленная” газета расцветает, в то время как ее конкурент умирает, исчезает со сцены.

С самого начала нынешнего столетия, когда еврейский торговый капитал стал доминантной экономической силой в Америке, стало наблюдаться и сосредоточение американских газет в еврейских руках, сопровождавшееся постоянным уменьшением числа конкурировавших с ними нееврейских изданий — главным образом, как результат политики селекции, применявшейся рекламодателями, то есть еврейскими магнатами.

Далее, даже газеты, остающиеся пока в нееврейских руках, практически полностью зависят от еврейской рекламы, отчего и их новости, и их редакционные статьи неизменно сдерживаются еврейскими симпатиями и антипатиями. В газетном бизнесе, как и в любом другом, верна старая истина: кто платит, тот и заказывает музыку.

Подавление конкуренции и установление местной монополии на распространение новостей и мнений — типичные характеристики еврейского контроля над американской прессой. Возможность использования евреями прессы в качестве инструмента еврейской же политики (причем инструмента, которому ничто не противостоит) лучше всего может быть продемонстрирована на примере трех наиболее тиражных и престижных общенациональных газет: Нью-Йорк таймс, Уолл–стрит джорнел и Вашингтон пост.

Эти три издания, доминируя в финансовых и политических центрах Америки, задают тон, тенденцию и подход к событиям, обязательные практически для всех прочих газет. Они решают, что идет в новости, а что нет — как на национальном, так и на международном уровне. Они производят новости — прочие же просто копируют их. И все эти три газеты находятся в еврейских руках.

Нью–Йорк таймс является неофициальным гидом всей Америки в области политики, культуры, моды, развлечений, светской жизни. Он диктует “светлым умам” Америки, какие книги покупать и какие фильмы смотреть, какие мнения в моде сегодня, какие политики, ученые, духовные вожди, актеры, художники и бизнесмены достойны уважения, а какие нет. А ведь в течение нескольких десятилетий прошлого века это была действительно американская газета...

Нью–Йорк таймс была основана в 1851 г. двумя христианами, Генри Дж. Рэймондом и Джорджем Джонсом. После их смерти газета была выкуплена в 1896 г. богатым еврейским издателем Адольфом Оксом. Его правнук, Артур Окс Сульцбергер, является нынешним издателем газеты и ее президентом. Главный редактор ее — Макс Франкель, заведующий редакцией — Джозеф Леливельд. Оба евреи.

Семейству Сульцбергеров принадлежит, кроме компании Нью-Йорк таймс, еще 33 газеты, среди них Бостон Глоб, купленный в июне 1993 г. за 1,1 млрд долларов; 12 журналов, включая МакКоллз и Фэмили Серкл с тиражом более 5 миллионов экземпляров каждый; 7 радио и телестанций; система кабельного телевидения; три книгоиздательских фирмы. Система Нью–Йорк таймс ньюз сервис передает новости, статьи и фотографии из Нью–Йорк таймс в 506 других газет, агентств новостей и журналов.

Аналогичный общенациональный вес имеет и Вашингтон пост, который, установив собственные “каналы утечки” в правительственных кругах Вашингтона, имеет возможность следить изнутри за новостями, относящимися к федеральному правительству.

Вашингтон пост, как и Нью–Йорк таймс, имеет нееврейское происхождение. Он был основан в 1877 г. Стилсоном Хатчинсом, куплен у него в 1905 г. Джоном Р. Маклином и унаследован позднее Эдвардом Б. Маклином. Однако в 1933 г., в разгаре Великой депрессии, газета была вынуждена объявить банкротство.

На аукционе обанкротившихся предприятий ее и купил Юджин Мейер, еврейский финансист и бывший партнер печально известного Бернарда Баруха, короля американской индустрии во время Первой мировой войны.

Ныне Вашингтон пост управляется Кэтрин Мейер Грэм, дочерью Юджина Мейера. Она же — главный держатель акций и председатель правления компании Вашингтон пост. В 1979 г. она назначила своего сына Дональда на должность издателя газеты. Ныне он совмещает эту должность с должностью президента компании Вашингтон пост.

Компания Вашингтон пост имеет также ряд холдинговых предприятий — газет, телестанций и журналов, наиболее известный из которых Ньюсуик (второе по величине издание такого рода в США).

Совместно с Нью–Йорк таймс компания Вашингтон пост издает Интернейшнл геральд трибюн, самую тиражную англоязычную газету в мире.

Уолл–стрит джорнел, выходящая тиражом 1,8 млн экземпляров, — самая тиражная из ежедневных газет Америки. Она принадлежит нью–йоркской корпорации Дау Джонс энд Компани, которая издает еще 24 ежедневных газеты и среди прочих финансовый еженедельник Бэррон. Председатель правления и президент Дау Джонс — Питер Р. Канн, еврей. Канн также занимает посты председателя правления, президента и издателя Уолл–стрит джорнел.

Большая часть прочих нью–йоркских газет находится не в лучших руках, чем Нью–Йорк таймс и Уолл–стрит джорнел. В январе 1993 г. Нью–Йорк дэйли ньюз была куплена у наследников покойного еврейского магната Роберта Максвелла (урожд. Людвик Хох) еврейским спекулянтом недвижимостью Мортимером Б. Цукерманом. Газета Виллидж Войс принадлежит целиком и полностью Леонарду Штерну, еврею–миллиардеру, хозяину фирмы товаров для домашних животных Харц Маунтин.

В других печатных изданиях ситуация такая же, что и в телевидении, на радио и в газетах. Возьмем для примера политические журналы. В США выделяются, собственно, только три: Тайм, Ньюсуик и Юнайтед Стейтс ньюз энд Уорлд рипорт.

Тайм, с еженедельным тиражом в 4,1 млн экземпляров, издается филиалом компании Тайм Уорнер Коммьюникейшнз, нового конгломерата массмедиа, возникшего в результате слияния в 1989 г. корпорации Тайм с Уорнер Коммьюникейшнз. Президент Тайм Уорнер Коммьюникейшнз, как мы уже упоминали выше, — Джеральд Левин, еврей.

Ньюсуик, как мы также упоминали, издается компанией Вашингтон пост под прямым руководством еврейки Кэтрин Мейер Грэм. Его еженедельный тираж 3,2 млн экземпляров.

Юнайтед Стейтс ньюз энд Уорлд рипорт с тиражом в 2,3 млн экземпляров принадлежит уже упоминавшемуся Мортимеру Б. Цукерману, который оставил за собой и пост главного редактора журнала. Цукерману принадлежат также Атлантик Мансли и нью–йоркский таблоид Дейли ньюз (с шестым по размеру тиражом в стране).

Мы можем взглянуть и на книги. В Соединенных Штатах буквально тысячи и тысячи книгоиздателей — и среди этих тысяч достаточно много тех, что не находятся (или почти не находятся) под прямым еврейским контролем. Некоторые даже осмеливаются печатать книги, не одобряемые еврейским истеблишментом. Но все издательства такого рода малы — микроскопически малы — и их книги практически не доходят до огромного большинства американцев, покупающих свое чтиво в супермаркетах или газетно–журнальных киосках.

Но в гигантских издательских конгломератах ситуация — “кошернее” не бывает. Три из шести самых крупных издательских фирм в США, по информации журнала Паблишер Уикли, принадлежат евреям или контролируются ими. Это занимающее первое место издательство Рэндом Хауз (с его многочисленными филиалами, включающими группу Краун Паблишинг), расположившееся на третьем месте издательство Саймон энд Шустер, и занявшая шестое место группа Тайм Уорнер Трейд (включающая в себя Уорнер Букс и Литтл Браун).

Как мы говорили выше, Рэндом Хауз принадлежит семейству Ньюхаузов, а Джеральд Левин занимает пост президента Тайм Уорнер Коммьюникейшнз, чьим отделением и является группа Тайм Уорнер Трейд. Саймон энд Шустер — это филиал корпорации Вайаком, председателем правления и президентом которой, как мы опять-таки упоминали, является Самнер Редстоун.

Еще одно издательство, достойное нашего внимания, — Вестерн паблишинг. Хотя оно занимает только 13–ю строчку в табеле о рангах, но в числе издателей детских книг оно первенствует абсолютно (более 50 процентов всего рынка детской литературы заполнены продукцией Вестерн паблишинг). Председатель правления и президент компании — Ричард Снайдер, еврей, совсем недавно сменивший на этих постах другого еврея, Ричарда Бернстейна.

Таковы факты о контроле над средствами массовой информации в Америке. В их аккуратности может убедиться каждый, кто проведет несколько часов в любой большой библиотеке, листая ежегодники радиотелевизионной индустрии, справочники газет и журналов, биографические издания и регистры корпораций — вроде тех, что публикуются издательствами Стандарт энд Пуар и Дан энд Брэдстрит.

Эти факты невозможно отрицать, но когда кто-либо упоминает о них, все рупоры еврейского мнения мгновенно уклоняются от прямого разговора. Они обычно заявляют с триумфом: “Но ведь Тед Тернер — не еврей!”, словно тем самым проблема раз и навсегда снята.

Если оппонент будет настаивать, его тут же обвинят в “антисемитизме” только за то, что он вообще затронул эту тему. Кстати, именно страх перед этим обвинением заставляет тех, кто знает правду, держать рот на замке.

Но мы не имеем права молчать об этих жизненно важных вопросах! Еврейский контроль над средствами массовой информации — это самый важный, наиважнейший факт, и не только для Америки, но и для всего остального мира. Ничто — ни чума, ни голод, ни экономическая катастрофа, ни даже ядерная война — не могут быть более опасны для будущего нашего народа.

Позволяя евреям тотально контролировать всю индустрию информации и развлечений, мы не просто отдаем им в руки решающее влияние на нашу политическую систему и полный контроль над нашим правительством — мы также вручаем им контроль над умами и душами наших детей, чьи идеи и отношение к жизни формируются в большей степени еврейским телевидением и еврейскими фильмами, нежели родителями, школой или любыми другими источниками влияния.

Индустрия развлечений, контролируемая еврейством, играла и играет главенствующую роль в убеждении целого поколения в том, что гомосексуализм — это вполне нормальный и приемлемый стиль жизни; что нет ничего дурного в том, что белые женщины встречаются и выходят замуж за негров или что белые мужчины женятся на азиатках; что все расы абсолютно равны по своим способностям и характеру — за исключением белой расы, которая подозрительна уже из-за известного всем по истории подавления других этносов (конечно же, все усилия белых, направленные на расовое самосохранение, достойны только осуждения).

Мы обязаны противостоять дальнейшему внедрению этого яда в среду нашего народа — и мы должны сломить власть тех, кто этот яд распространяет. Позволить такой власти сосредоточиться в руках любого чужеродного меньшинства, с системой ценностей и интересов столь отличной от наших собственных — было бы непростительно.

Но позволить сосредоточение такой чудовищной власти в руках евреев, с их трехтысячелетней историей разрушения народов и государств, от древнего Египта до Российской империи — равносильно расовому самоубийству. Это никакое не преувеличение — уже сейчас столь огромное число белых американцев заражено чувством расовой вины и ненавистью к самим себе, что они активно работают на уничтожение собственной расы. И это тоже прямое следствие еврейского контроля над умами.

Информационно–идеологическая оккупация Украины

Написать этот раздел меня заставила публикация в Независимой газете за 24 марта 2005 г. под названием “Звезды ТВ уезжают за чистым воздухом”, где речь идет о таком одиозном телеведущем, как Савик Шустер. Вот что пишет газета, которая издается на деньги Б. А. Березовского: “Известный телеведущий Савик Шустер стал “первой ласточкой” среди российских (?) тележурналистов, принявших на днях предложение вести ток–шоу на украинском телевидении.

Не исключают для себя возможного переезда и другие телезвезды. Скорее всего, программа Шустера, как и ее российский аналог, будет называться “Свобода слова”. На вопрос корреспондента о том, не смущает ли его, что ICTV принадлежит зятю Кучмы Виктору Пинчуку и что в отношении его будет цензура, Шустер ответил:

“Вот этого я абсолютно не опасаюсь, потому что у меня с ним лично было несколько абсолютно открытых разговоров о редакционной политике программы. Я не являюсь человеком, который “хулиганит”, я всегда все обсуждаю. Но я никогда не потерплю цензуры. И в этом мы нашли общий язык с Пинчуком. Он очень западный человек”.

Однако Савик Шустер намного западней Пинчука, поскольку, по его признанию в этом же интервью, он является гражданином Канады и Италии.

На этом можно было бы и поставить точку, если бы не одно но... Принять предложение Пинчука ему предложил генеральный директор НТВ Владимир Кулистиков, сказав: “На Украине ты бы мог делать свою любимую программу”. Из этого следует, что в России он уже ее не может делать?! Почему? Потому что, по его словам, “свобода слова ограничена только временем (т. е. деньгами) и мной, Савиком Шустером”. Однако есть еще и “закулисные” режиссеры, ограничивающие и самого Савика Шустера.

В нашей стране осуществляется культурная инверсия, ведущая к тотальной деградации общества. Механизм культурных инверсий действует не совсем анонимно. Есть особая категория людей, исполняющих роль идеологических стражей и добровольных цензоров в информационном пространстве Украины. Как верно подметил А. С. Панарин:

“Со времен зарождения модерна роль его неусыпных евнухов, подсматривающих в замочные скважины, в тайные спальни человеческого духа на предмет там скрытых уклонений, чаще всего играли евреи... Нужно обладать большим досугом, большим темпераментом и особой мстительной бдительностью, чтобы неусыпно осуществлять функцию идеологических психоаналитиков, раскрывающих за внешне безобидными формами подавленные или превращенные импульсы злокачественной традиционности. Этими качествами еврейские евнухи модерна обладали в избытке” [448].

Удивительная мы страна. Человек открывает газету или журнал, включает телевизор или радио, читает, смотрит и слушает. еврея. Новости, комментарии — все отражает мировоззрение еврея — он если не ведущий, то автор программы; если не автор, то редактор; если не редактор, то директор; если не директор, то владелец; но уж если не владелец, то представитель вышестоящей контролирующей организации.

А если вспомнить не только национальное, но и классовое родство владельцев капиталов, СМИ и некоторых руководителей государства, то в идентичности идеологии сомневаться не придется.

А ведь СМИ, и особенно телевидение, в современном обществе являются зачастую единственным собеседником человека, можно даже сказать, его другом. “Скажи мне, кто твой друг, и я скажу — кто ты”, — говорили древние. Я не помню, чтобы СМИ осудили за массовую проституцию, бандитизм, коррупцию, насаждаемую ими; за полное отсутствие культуры в большинстве программ, передач, фильмов. Почему? Ответа нет.

Каждый и любой человек, а не только еврей, будет инстинктивно поддерживать и усиливать то, что соответствует его мировоззрению, и приглушать то, что противоречит, в терминологии “новых русских” — “фильтровать базар”. Поэтому для пропаганды определенного взгляда на действительность достаточно иметь идеологически и культурно идентичных индивидов, контролирующих не менее 20 процентов СМИ. Но евреи действительно культурно идентичны, чего нельзя сказать об украинцах, и контролируют намного больше, нежели 20 %.

СМИ воспринимаются ими как театр военных действий против инородной культуры. Они воюют против нас, а мы им платим и аплодируем. Дошло до того, что об украинском менталитете, о судьбе Украины рассуждают исключительно евреи. От украинцев присутствуют только шабес–гои, особо отличившиеся в уничтожении собственного народа, или люди, вызывающие неприятие не только косноязычием, но и всем видом своим, однако право приглашать собеседника — у хозяина. А он приглашает интеллектуальных уродов, чтобы сказать потом всем своим поведением, “мол, видите, здесь и работать-то не с кем”, приходится приглашать Савика Шустера...

А ведь первая информация о событии, даже если она лжива, воспринимается без протестов и принимается за истину. Журналисты, комментаторы, редакторы и собственники СМИ оказывают серьезное влияние на культуру зрителя, слушателя, читателя. И это воздействие происходит не только в рамках заказанной и оплаченной политической, экономической или идеологической рекламы, а носит опосредованный личностью информатора–посредника характер, отражающий его психику и культуру в передаче любой информации.

Посредник встревает в любые человеческие отношения, где есть хотя бы малейшая возможность мутить воду с выгодой для себя: в отношения между властью и народом, старшим поколением и молодежью, капиталом и трудом. Любые попытки ограничить паразита воспринимаются и классифицируются как античеловеческие отношения, нарушающие права паразита на питание и размножение.

Особое значение при восприятии информации слушателем имеет знание особенности национальной психики информационного посредника, и это помогает в корректировке сообщений. Но эту национальность не всегда удается определить. Не менее сложно определить и действительного хозяина интеллектуальной проститутки из “украинской” национальной “элиты”, члена масонской или иной неформальной организации, большинство из которых находится под негласным контролем иудеев.

Поэтому важно не только то, что и как говорит человек, но и кто говорит. Какие подсознательные механизмы и экономические интересы заставляют человека говорить это, на базе какой культуры сформировалось мировоззрение информационного посредника. Для того чтобы понять цели, которые сознательно или бессознательно преследует, например, журналист–еврей, необходимо знать историю евреев, их национальную психологию и идеологию, которые в конечном итоге носят спекулятивно–экономический и национально–агрессивный характер.

Поэтому “ограничение человека к доступу информации, позволяющей оценивать личность посредника, — это преступление, обезоруживающее его перед агрессором, раса которого находится в состоянии перманентной и превентивной войны с человечеством” [449].

Начало ХХ в. было ознаменовано повышенной ролью идеологии в провоцировании международных конфликтов. С середины ХХ в. в связи со стремительным развитием информационных технологий, а также созданием ядерного оружия, лишающего смысла военные конфликты, непрекращающаяся борьба цивилизаций и культур полностью изменила свой характер.

Сегодня это информационно–психологические войны за право влиять на сознание масс. И в этой войне западная материалистическая цивилизация впервые получила подавляющее преимущество, поскольку СМИ полностью контролируются иудеями.

Для скептиков предлагаю прочитать книгу Дэвида Дюка “Еврейский вопрос глазами американца” (К., МАУП, 2002. — 360 с.), раздел “Кто управляет средствами массовой информации”, и им станет ясно, что не только в Украине большинство СМИ принадлежат иудеям, и в Америке тоже.

“В холодной войне, — пишет Н. Н. Островский, — победили спекулянты, демагоги, лжецы, проститутки и гомосексуалисты. Такова цивилизация победителей” [450].

Создавая СМИ, капитал не только надеется, но и имеет возможность эксклюзивного доступа к информации и использует этот доступ в своих интересах, манипулируя и спекулируя информацией. Поэтому евреи, чувствуя важность и ценность этого сектора рынка, начали переориентироваться с банковского сектора на информационный.

Кто не слышал об информационном агентстве “Рейтер”? Послушаем Пола Джонсона, написавшего книгу “История евреев”. “Пауль Юлиус Рейтер, который был сначала Израелем Беером Иосафатом, оставил банк своего деда в Геттингене, чтобы основать в 1848 г. крупнейшее в мире агентство новостей”.

Однако, если бы у деда Израеля не было своего банка, то Рейтеру не на что было бы создавать и свое агентство. Более того, в системе деловой еврейской информации, а именно она предопределила направления информационного развития, нееврею делать было нечего. Но спекулянты не нуждаются в массовом просвещении, поэтому пресса правдива настолько, насколько ее вынуждают обстоятельства.

Медиасфера Украины всегда была средством влияния на общественное мнение в руках определенных политических сил. “Самыми популярными носителями телевизионной “культуры” в украинские массы являются телеканалы “Интер” и “Студия “1 + 1”, — пишет популярный харьковский публицист Эдуард Ходос, — которые связывают с именами еврея Григория Суркиса и еврея Александра Роднянского. Кстати, время от времени телеправа последнего пытается оспаривать еврей Вадим Рабинович, которому, в свою очередь, принадлежит телекомпания “ЭРА”, вещающая в ночное время на “Першому національному”.

Вслед за “Интером” и “Студией “1 + 1” по уровню популярности идут телеканалы “Новый канал”, ICTV и СТБ, рейтинг которых достаточно высок, чтобы говорить о вхождении их в пятерку лидеров украинского телевещания. Кто же владеет ими? Еврей Виктор Пинчук... И пусть вас не вводит в заблуждение его украинская фамилия. Виктор Пинчук — чистокровный еврей: по маме, по папе, по вере и по сути” [451].

Однако существует один интересный вопрос, связанный с тем, как евреи сумели захватить украинское телевидение в свои руки? Ответ на него можно получить из книги немецкого писателя и журналиста Юргена Рота о Рабиновиче со звучным названием “Олигарх”.

Вот что пишет Юрген Рот в разделе “Борьба за массмедиа”:

“Рассказывает Вадим Рабинович: “После эпизода с фирмой Нордекс, в 1995 г., ко мне пришли два человека: Борис Фуксманн и Александр Роднянский. С Фуксманном меня познакомил Ловчанский на совете директоров в Вене. Он представил его мне как старого друга, который в качестве заместителя будет заниматься экономическими вопросами компании. А Роднянский, двоюродный брат Фуксманна, журналист и кинорежиссер, был учредителем студии 1 + 1, телестудии в Киеве”.

Борис Фуксманн в Германии не новичок. Его фирма “Иннова ГмбХ” внесена в реестр г. Дюссельдорфа. Бывший представитель фирмы Фуксманна, в том числе и дюссельдорфской полиции, утверждает следующее:

“Каждый раз выручка составляла огромную массу денег. Каждую неделю прибывали курьеры с синей сумкой из текстильного материала, пляжной сумкой из игорных салонов.

Они оставляли эти сумки у аппаратов по подсчету денежных купюр, на четвертом этаже, где все было закрыто. Я никогда не имел права заходить во внутрь. Это были деньги, собранные в игорных домах. И вдруг, неожиданно, я увидел иконы, пачки долларовых банкнот в боковой комнате Бориса, где он переодевался.

Я увидел документы, переданные по факсу, в которых стояли цифры, обозначающие многие миллионы долларов. Я не имел ни малейшего понятия, откуда поступали эти деньги. Я не мог определить их происхождение”.

До сегодняшнего дня этого не может сделать и полиция. В докладе Интерпола “Проект адмирал” высказывается подозрение об отмывании денег, о котором Фуксманн хорошо осведомлен.

Борис Фуксманн, который длительное время проживал в Германии, создал, между тем, значительное состояние. Ему принадлежит и телевизионный бизнес в Украине.

“В 1995 и 1996 гг. в Украине началось лицензирование коммерческих телевизионных каналов, — рассказывает далее Рабинович, — а также эфирного времени на государственных каналах телевидения. Я считал, что Александр Роднянский мог бы выяснить технические вопросы. Все финансовые вопросы находились под моим контролем, а Борис Фуксманн, который работал со мной в фирме Нордекс, должен был заботиться о прибыли. Кроме того, мы создали рекламную фирму. Тогда же американский предприниматель Рональд Лаудер в Нью–Йорке предложил нам вступить в компанию 1+1 с 50 %”.

Рональд Лаудер был в свое время послом США в Австрии, имел большой предпринимательский успех в области косметических товаров, был кандидатом на пост мэра Нью–Йорка и председателем совета музея современного искусства в Нью–Йорке. Его компания Central European Media Enterprises (СМЕ) была создана в 1992 г., чтобы обосноваться в бывших советских республиках.

Он имел фирмы в Чехии, Словакии, Румынии и Венгрии, и Украина была важным рынком сбыта для его империи средств массовой информации. Кстати, Рональд Лаудер как глава Американского еврейского конгресса (АЕК) боролся за пост главы Всемирного еврейского конгресса с Владимиром Гусинским, когда Эдгар Майлз Бронфман, глава АЕК, решил уйти на заслуженный отдых.

Тогда Гусинский в мае 1998 г. приобрел за 85 млн долларов 25 % акций второго по величине израильского медиахолдинга “Маарив”, который пытался приобрести Лаудер. Через год Гусинский выкупил 17,3 % акций медиагруппы СМЕ, основным владельцем которой является Лаудер. Самая прибыльная телекомпания медиахолдинга CNTS, вещавшая в Чехии, была в то время отключена от эфира.

Далее Юрген Рот пишет:

“Мы долго дискутировали, — продолжает Рабинович. — Затем заключили договор, согласно которому Рональд Лаудер получает 50 % долевого участия в нашем предприятии. И здесь-то и начинается. С этого дня я являюсь членом российской мафии. Причины? Точно этого я не могу сказать. Прежде чем мы активно вошли в новый, успешный телебизнес, еще одна фирма предпринимала усилия для получения лицензии на национальном канале УТ-1. Ее руководителем был Дэвид Стюарт. Насколько я знаю, когда-то в Ливане он был арестован за шпионаж.

Другие участники борьбы за получение лицензии, в отличие от нас, также были задействованы в разведывательном бизнесе. Я думаю, что моя принадлежность к мафии, которая мне приписывается, связана с английским предпринимателем в области СМИ Дэвидом Стюартом и его партнерами. С ним я встретился в Амстердаме. Стюарт также боролся за получение лицензии, то есть, был нашим конкурентом. Он делал нам большие упреки в связи с нашим сотрудничеством с Рональдом Лаудером.

И он сказал, что я виноват в том, что он и его друзья не получили лицензию в Украине. Я должен буду за это заплатить. Далее следовало, что я имел лучшие связи с правительством, а выдавать тогда лицензии было уполномочено правительство. Его ультиматум по отношению ко мне был следующим: или он получает лицензию, или “мы сделаем из тебя члена российской мафии”“.

Вот такие “бизнесмены” владеют частью СМИ Украины.

Развитию средств “массовой информации” способствовал глобальный характер расселения евреев, постоянные торгово–информационные отношения между общинами и кланами. Капитал вообще нежизнеспособен без достоверной и своевременной информации. При этом достоверная информация используется капиталом, а массы получают то и тогда, что и когда спекулянт сочтет необходимым и полезным для себя.

Никакой реальной свободы слова, как и демократии, как и свободы вообще никогда и нигде не существовало. Всякая свобода относительна. А демократические свободы ограничены интересами капитала и его власти.

Слово без денег бессильно, но “там, где говорят деньги, истина молчит”. Врожденную способность интеллекта манипулировать словами и мировоззрением слушателя евреи многократно усилили капиталом и собственными средствами массовой информации, которые производят до 80 % идеологической продукции западного мира.

И эта власть слова более чем способна осудить невиновного и оправдать преступника, спровоцировать войну и “устранить” любого политического деятеля. У нее нет только одного: морального права. Но для современной западной (сатанинской) цивилизации, построенной на ценностях иудаизма, это совсем не помеха, а даже наоборот. Там, где нет морали, нет и ограничителей.

Капитал и контролируемые ими массмедиа создали систему информационно–идеологической оккупации стран их пребывания. Они оказались в состоянии контролировать не только власть и сознание, но и чувства народов, ограничив свободу выбора необходимыми для эффективного функционирования капитала “ценностями”, основанными на физической, моральной и интеллектуальной проституции. Никаких иных “общечеловеческих ценностей” в этой системе нет, в чем каждый украинец уже успел убедиться.

Деятельность СМИ приводит к деградации и порабощению людей, к нарушению социально–экономических процессов и связей, распаду и гибели государства, колонизации его территории. Изо дня в день украинскому народу внушается, что в стране все плохо, что совершаются убийства и насилия. Такого государства ему вообще не нужно, и народ должен смириться с ролью раба.

При этом о рабстве открыто никто не говорит. Наоборот, массмедиа обещают, что еще немного и, восприняв общечеловеческие ценности, мы будем жить в раю. Нам надо только больше работать, работать и... превратиться в раба. Внушают, что быть патриотом, иметь семью и детей не модно. Пропагандируется гедонизм, сексуальная свобода, раскованность.

Нужно быть гражданином мира, этаким кочевником, которому хорошо там, где платят больше денег. Поэтому не нужно служить в армии, нужно изучать иностранные языки, быть “продвинутым” в масскультуре, думать только о том, как заработать, а еще лучше выиграть побольше денег, желательно долларов. Все делается для того, чтобы наш народ морально разложить, истребить дух людей и лишь потом уничтожить их физически и генетически.

“Это и понятно, — пишет Н. Н. Островский, — поскольку даже Библия на примере захвата евреями Иерихона учит “святой народ” искать помощи и поддержки среди проституток. Они и опираются. А чтобы опора была надежнее, необходимо постоянно увеличивать их число — и неважно, что многие из них с усами, а некоторые и с бородой.

Проститутка это не профессия и не пол, а свойство психики (черта характера. — Н. С.). И было бы полбеды, если бы проститутка ограничивалась только торговлей своим телом, она торгует и чужими жизнями” [452].

Затраты на содержание массмедиа и обслуживающего их персонала легкого интеллектуального поведения компенсируются с помощью пропаганды и эксплуатации низменных инстинктов толпы. Потребителя теле и видеонаркотиков создают с детства, используют не только СМИ, укомплектованные нравственными уродцами, но и школу. Однако это уже несколько другая тема.

Люди постсоветского пространства, шокированные “деятельностью” “березовско–гусинско–смоленско–пинчуковско–суркисо–рабиновичевских” иудейских массмедиа, поведением еврейских евнухов и собственных нравственных недоносков, естественно проявляют ко всем евреям, мягко говоря, настороженное отношение.

Давайте вспомним, чем закончилось засилье евреев на территории Российской империи после революций 1917 г., особенно в 1930–х годах. Репрессиями! А в Германии, после 1942 г. — холокостом. Но уничтожались простые евреи, а закулиса здравствует и по сей день.

В последние годы ХХ в. все больше чувствуется желание мирового правительства (мировой закулисы) вновь решить свои грязные дела за счет еврейского народа. В качестве организатора этой акции выбрана Америка, а в качестве исполнителей, вероятно, — Россия и Украина.

Во второй половине ХХ в. информационная агрессия, развязанная США с целью установления своего господства, по указке мировой закулисы, вовлекла в свою орбиту евреев всего мира. С одной стороны, США широко используют в информационной агрессии услуги целого ряда еврейских организаций (например, всеукраинский еврейский конгресс).

С другой стороны, они осуществляют латентную операцию прикрытия, остающуюся для многих великой тайной. Фактически США пытаются возложить на евреев всю ответственность за разрушение народного хозяйства, науки и культуры России и Украины, выполняя главный принцип директивы 20/1 — ответственны не мы, не американцы. Приближение “еврейской трагедии” или вероятной акции “возмездия” интуитивно почувствовал писатели Э. Ходос и Э. Тополь.

Э. Ходос в своих книгах обвиняет в разрушении промышленности Украины, ее культуры и в геноциде украинского народа секту ХАБАД — Любавич, штаб–квартира которой находится в Нью–Йорке, в Бруклине. В книге “Еврейский синдром-3. Забавные протоколы сионских мудрецов” (К., 2002. — 335 с.) Э. Ходос много внимания уделяет манипуляциям подачи информации, осуществляемым иудеями.

В другой книге “Еврейский фашизм, или ХАБАД — дорога в ад” (Харьков, 2005. — 114 с.) автор подводит итоги деятельности еврейских фашистов на нашей земле и о ритуальных актах, проводимых на территории Украины. Вот что он пишет:

“Некоторое время назад в центре Киева на площади Независимости — том самом майдане Незалежности, который сегодня в глазах всего мира является символом украинской Оранжевой революции, — была установлена огромная фигура ангела с распростертыми крыльями.

По официальной версии, это статуя Архистратига Архангела Божьего Михаила, который с давних пор считался покровителем Киева и киевских князей. Нужно сказать, что это не первый памятник Архангелу Михаилу — в начале 1990–х, когда Украина вступила в эпоху Незалежности, на том же Майдане была установлена фигура Архистратига, высеченная из белого мрамора. По размерам она сильно уступала своему нынешнему, отлитому из черного металла, скульптурному “эквиваленту”, который сменил ее после реконструкции площади.

И в этом цветовом перевоплощении покровителя Киева заложен глубокий ритуальный смысл, определяющий дальнейшую судьбу Колыбели Православия, в отношении которой уже полтора десятилетия разворачивается черное ритуальное действо.

Прежде чем объяснить истинное значение этого тайного знака, хочу напомнить, что за последний век Святая Русь была многократно атакована черными силами, и каждый раз их главный удар направлялся против духовного начала, с ритуального убийства которого начинается фактическая гибель народа. В знак очередной победы бесы возводят памятники — символы своего всевластия...

И не случайно в первые годы советской власти в г. Свияжске был установлен памятник Иуде. Так в качестве очередного ритуального акта два года назад в центре Харькова, первой столицы Украины, был установлен памятник “Скрипач на крыше”.

Нужно отметить, что сегодня Харьков вполне может претендовать на звание “колыбели” иудеонацизма в Украине, переплюнув в этом плане даже Днепропетровск, который хабадники особо почитают как родину Любавичского Ребе. Достаточно сказать, что два “главных еврея”, возглавляющих “всеукраинские” хабадские структуры, — харьковчане

Это легендарный еврейский “революционер” и борец с “антисемитизмом”, президент Всеукраинского еврейского конгресса, председатель Объединенной еврейской общины Украины Вадим Зиновьевич Рабинович. И не менее легендарный соратник Рабиновича, президент Еврейского фонда Украины, председатель попечительского совета ОЕОУ, народный депутат Украины Александр Борисович Фельдман.

“Духовным” наставником первого является главный раввин киевской хабадской синагоги Бродского Моше Реувен Асман, второго — главный раввин Харькова и Харьковской области Мойша Москович, одна из наиболее значительных фигур в хабадских кругах Украины. Инициатива возведения памятника принадлежит народному депутату Украины, председателю фонда (благотворительного фонда АВЭК. — Н. С.) Александру Фельдману...

в “Скрипаче на крыше, вознесенном сегодня над Харьковом стараниями иудео–нацистского выкормыша Фельдмана, я вижу еврейского “Мефистофеля” со скрипкой в руках — олицетворение жидобесовства на Православной Земле”. Как видим из приведенной, достаточно длинной, цитаты из книги Эдуарда Ходоса, не только СМИ оккупированы, но и наша Святая Земля все больше насыщается ненашей символикой.

Э. Тополь обратился к главным богачам России, евреям по национальности, Березовскому, Гусинскому, Смоленскому, Ходорковскому и другим (приведу их диалог по книге В. А. Лисичкина, Л. А. Шелепина “Третья мировая информационно–психологическая война”. — М., 1999):

“— Борис Абрамович, истинный замысел моей книги вот о чем. На телевидении, как вы знаете, есть программа “Куклы”. Там действуют куклы Ельцина, Ястржембского, Черномырдина, Куликова и прочие. Но главный кукловод за экраном, и его фамилия Шендерович. А в жизни есть российское правительство — Ельцин, Кириенко, Федоров, Степашин. Но главный кукловод имеет длинную еврейскую фамилию — Березовско — Смоленско — Ходорковский и так далее.

То есть впервые за тысячу лет с момента поселения евреев в России мы получили реальную власть в этой стране. Я хочу спросить вас в упор: как вы собираетесь употребить ее? Что вы собираетесь делать с этой страной? Уронить в хаос нищеты и войн или поднять из грязи? И понимаете ли вы, что такой шанс выпадает раз в тысячу лет? И чувствуете ли свою ответственность перед нашим народом за свои действия?

— Знаете... — затруднился с ответом Б. А. — Мы, конечно, видим, что финансовая власть оказалась в еврейских руках, но с точки зрения исторической ответственности мы на это никогда не смотрели.

— И никогда в своем узком кругу не обсуждали эту тему?

— Нет. Мы просто видели эту непропорциональность и старались выдвинуть во власть сильного финансового олигарха русской национальности. Но из этого ничего не вышло.

— Допустим. Но раз уж так случилось, что у нас вся финансовая власть, а правительство состоит из полуевреев Кириенко и Чубайса, вы ощущаете всю меру риска, которому вы подвергаете наш народ в случае обвала России в пропасть? Антисемитские погромы могут обратиться в новый Холокост.”

Как видим из этих ответов, результат захвата власти инородцами в России, ее ограбление как побежденной страны евреи не отрицают.

В конце XX в. некоторые еврейские богачи России (например, Березовский) требуют запретить всякую критику евреев не только в СМИ, но и вообще в государстве. Иными словами, в юридическом плане делаются попытки создать в России правовое поле периода 1918-1936 гг. При этом особое требование евреев касалось запрета упоминания слова “сионизм”.

Выводы

Как только мы осознаем и поймем факты, относящиеся к еврейскому контролю над массмедиа, так нашей насущнейшей ответственностью становится сделать все необходимое для того, чтобы разорвать узы этого контроля. Мы не должны останавливаться ни перед чем в борьбе с этим злом, которое мертвой хваткой держит наш народ за глотку, вливая свой смертельный яд в умы и сердца людей. Если мы не сумеем уничтожить это зло, оно уничтожит всех нас.

А посему давайте же накапливать знания и предпринимать действия, ведущие нас к этой жизненно насущной цели. Глаза среднего гражданина, приученного воспринимать только те новости, которые дают ему в ежедневных средствах массовой информации, становятся стеклянными, когда они слышат о тайных обществах или таинственных историях. В конце концов, они спрашивают, может ли это быть правдой, если об этом ничего не было сказано в вечерних новостях? А могут ли СМИ говорить об этом при таком контроле? Выводы предоставляется сделать самому читателю.


ЕВРЕЙСКИЕ “ДЕНЕЖНЫЕ МЕШКИ” И РЕВОЛЮЦИИ

Революция в Англии

Многие исследователи считают, что XVII в. в Англии — это начало борьбы за религиозную и политическую свободу, в которой масонство играло главную, руководящую роль. В основе этой борьбы лежали вопросы свободы совести.

Английский король в 1625-1649 гг. Карл I из династии Стюартов настаивал на том, что народ должен получить свои религиозные верования из рук короны и духовенства. В то время масоны утверждали, что право определения верований принадлежит только самому народу.

Двухтомное описание жизни Карла I, опубликованное в 18281830 гг., известный английский критик и писатель Исаак Дизраэли начинает такими, несколько туманными, словами: “Судьба повелела так, чтобы Англия стала первой страной, в которой произошла революция, серия которых еще не закончена” [453].

Книга начинается обзором старой Англии, основанной на христианстве и своих собственных древних традициях. С одной стороны — объединение монархии, церкви, государства, знати и людей, а с другой — зловещие очертания кальвинизма. Кальвин (Calvin) был одним из реформаторов церкви, который прибыл в Женеву из Франции, где его имя писалось как Кауин (Cauin), вероятно отражающее попытку произнести имя Коган (Cohen) на французский манер.

Чтобы развеять некоторые сомнения относительно национальности Кальвина, стоит привести маленький факт из другого периода времени, средины ХХ в. На конгрессе еврейского ордена Бней–Брит в Париже (о котором сообщалось в “Католик газете”, в феврале 1936 г.) утверждалось, что знаменитый христианский реформатор Жан Кальвин был еврей.

В Англии евреи утвердились в начале XII века. Еврейский историк Гретц пишет:

“Многие из них (евреев) нажили в Лондоне такие богатства, что дома их были не хуже королевских дворцов” [454].

Король Ричард Львиное Сердце покровительствовал евреям, но как только он отправлялся в крестовый поход, так в Англии начинались повсеместные погромы. В Англии, как и повсюду, евреи могли набирать силу и влияние только через потакание и поддержку властителей страны, обыкновенно нуждавшихся в деньгах для своих государственных предприятий.

Эти деньги им ссужали мировые ростовщики евреи, и это давало им силу и влияние на правителей страны. Народ, как только получал возможность выразить свое отношение к еврейскому засилью, неизменно устраивал еврейские погромы. Так было, так будет. Ибо еврейское засилье всегда вело к порабощению и обнищанию нееврейских народов.

При мудром Эдуарде I, английском короле с 1272 г. из дома Плантагенетов, евреи были изгнаны из Англии, но они туда все же вернулись после торжества революции и казни английского короля Карла I (в 1649 г.).

Автор Бетеуле писал:

“Ни один человек в мире, среди неевреев, не был более пропитан иудаизмом, как Кромвель. Никто во всем мире, может быть, не содействовал большей “иудаизации” современной цивилизации” [455].

Доктор Генрих Гретц писал:

“Те, кто в армии Кромвеля или в парламенте мечтал о скором наступлении тысячелетнего царства, приготовляли для иудеев особо блестящую роль в царстве святых. Толкуя буквально некоторые выражения пророков, один пуританский проповедник Натанель Хольмес выразил желание стать слугой Израиля и служить этому народу на коленях.

Общественная жизнь, как и проповеди, носили некоторую израильскую печать. Если бы члены парламента говорили по–еврейски, можно было вообразить себя в Иудее. Один писатель выразил желание праздновать как день отдыха субботу, а не воскресенье. Другие требовали, чтобы Англия приняла политические законы Торы” [456].

Здесь я должен сделать некоторое лирическое отступление и вспомнить парламент или точнее Верховную Раду Украины, в которую, за свидетельством отдельных депутатов, избрано 203 депутата еврейской национальности. Если бы они говорили на иврите или идише, тогда украинский парламент напоминал бы кнесет Израиля, хотя и так он защищает интересы не украинского народа, а интересы Израиля.

После убийства короля Карла I раввин Манасе–бен–Израиль делается близким советником Кромвеля. И “Кромвель, благодарный Израилю, — пишет еврей–историк Дармештетер, — открыл евреям двери Англии”. Еврей Дармештетер умалчивает, что этот загадочный раввин Манасия приезжал в Англию из Голландии как посланец синедриона.

Допущенные в Англию евреи настолько зазнались, что стали себе позволять глубоко оскорбительные для христианства выходки. Так, один еврействующий, Томас Кольер, издал сочинение, в коем оправдывал распятие Христа евреями и заканчивал свои писания так:

“Мы должны поставить евреев высоко! Будемте же ожидать славного дня, в который им будет отведено место во главе народов! О, уже близко то время, когда будет чувствовать себя счастливым всякий, кому доведется хоть прикоснуться рукою к одежде еврея” [457].

Однако отвращение английского народа к евреям было так сильно, что даже свирепый цареубийца Кромвель со своим иудействующим парламентом, который он несколько раз переизбирал, и пуританами не был в силах осуществить обещанное им синедриону “равноправие” евреев в Англии. Этого евреям пришлось ждать еще сто лет.

Кальвин взрастил и организовал большое количество революционных ораторов, немалое количество которых было послано в Англию и Шотландию. Таким образом, под прикрытием религиозного движения была создана сеть агитаторов, которые явились катализатором и основанием английской революции.

Агитаторы–демагоги стали проповедовать строгое соблюдение “Шабата” (Закона о субботе).

“Страна была искусно разделена на тех, кто соблюдает Шабат, и на остальных... Кальвин, — говорит далее Исаак Дизраэли, — считал, что Шабат, имея своим источником еврейскую религию, ограничен в своем соблюдении кругом святых людей”.

Продолжая свое повествование, Дизраэли утверждает, что кальвинисты держали фактически всю страну в своей власти:

“Казалось, что религия, согласно им, состояла из шабатской казуистики и что Британский сенат был фактически превращен в компанию раввинов”.

Затем он добавляет:

“В 1650 г., после казни короля Карла I в 1649 г., был принят закон, согласно которому те, кто не соблюдал Шабат, подвергались наказанию” [458].

Тремя главными фигурами в окружении короля были Бэкингэм, Страффорд и Лод — это были люди, которым была небезразлична судьба нации, кому были дороги ее традиции и на чью лояльность и преданность мог положиться король Карл I. Бэкингэм, который пользовался полным доверием короля Джеймса I, а также тех, кто спас его жизнь во время смуты, начатой каббалистами, был убит при таинственных обстоятельствах в ранние годы правления короля Карла I.

Страффорд поначалу поддерживал оппозиционную фракцию, затем отошел от них и стал сторонником короля. Эта оппозиционная фракция становилась все более и более враждебной королю, и, когда ее возглавил Пим, они решили провести импичмент Страффорду. “Король, — пишет Дизраэли, — считал эту фракцию своими врагами, и он заявляет, что глава фракции был Бэффорд. Согласно католическому историку Волшу, купец вин, еврей Россел, основал эту фракцию во времена Тюдоров” [459].

После импичмента и казни Страффорда, силы, стоящие за растущим заговором кальвинистов начали выходить из-за кулис и еще более обнажать свои цели. В это время в Лондоне неожиданно стали появляться вооруженные банды боевиков. Об этом периоде Исаак Дизраэли пишет:

“Их число доходило до десяти тысяч, и у них было настоящее оружие. Это была милиция повстанцев, которая готова была делать свою разрушительную работу дешево и в любое время. Когда видишь, как эти банды, вооруженные кинжалами и дубинами, терроризируют город, становится ясно, что их появление — это результат работы, которая была начата задолго до этого” [460].

Еще до казни Страффорда, когда эти банды впервые появились, и те, кто контролировал события из-за кулис, явно ставили своей целью провоцирование гражданской войны. Эти вооруженные банды запугивали многих, включая обе палаты Парламента и дворец. Впоследствии этот же метод был использован позже, во время французской и русской революций.

Исаак Дизраэли проводит поразительные параллели между революциями в Англии и Франции. Тактика прессы была в явную поддержку революции, страна была наводнена революционными брошюрами и листовками. С 1640 г. по 1660 г. их вышло около тридцати тысяч. То же самое произошло позже и во Франции, во время смуты там тоже выходило огромное количество революционных плакатов и брошюр.

Рука, которая руководила всем этим из-за кулис, даже составила список пятидесяти девяти сторонников Страффорда, заклеймив их “предателями Родины”.

Чья это рука? Несмотря на то что Дизраэли знал об этом так много, тем не менее, решил не снимать вуаль тайны с тех событий и предоставил читателю самому сделать соответствующие заключения.

Чтобы сделать это, давайте обратимся к другим книгам, например, к работе Зомбарта “Евреи и хозяйственная жизнь” [461]. И мы можем увидеть, что Кромвель, главная фигура революции, был в тесном контакте с крупными еврейскими банкирами в Голландии. Один из них, Манассе Бен Израиль, предоставил ему значительные суммы денег.

В книге “Евреи в Англии” написано:

“В 1643 г. большой контингент евреев прибыл в Англию, они крутились вокруг дома посла Португалии Де Суза, который был марраном (еврей, формально принявший христианство). Фернандес Карвахал, один из новоприбывших евреев и заработавший кличку “Великий еврей”, стал главным подрядчиком и поставщиком армии. В январе предыдущего года попытка ареста пяти из новоприбывших явилась результатом мобилизации боевиков и беспорядков в городе”.

Появилось множество прокламаций, которые, согласно Дизраэли, “напоминали зловещий еврейский клич — “Поднимайся, о Израиль!”. Вскоре после тех событий король с семьей покинули дворец в Уайтхолле. Те пятеро, которых ранее пытались арестовать, вместе с боевиками и знаменами совершили триумфальное шествие к Вестминстеру, где им был оказан восторженный прием. Таким образом, была создана сцена для восхождения к власти еврея Карвахала с соплеменниками и их ставленника Кромвеля.

Ситуация в стране была уже другая, разгорелась самая настоящая гражданская война. К 1647 г. Насеби был завоеван, а затем опять потерян. Король практически является пленником, но пока с ним обращаются как с почетным гостем в доме Холмби.

Вот выдержка из письма, напечатанного в сентябре 1647 г. в газете Межнедельный обзор, издаваемой и редактируемой лордом Алфредом Дугласом [462].

“Совет Старейшин Сиона существует гораздо дольше, чем подозревалось до сих пор. Мой друг, г–н Л. Д. Ван Валкерт из Амстердама недавно прислал мне письмо, содержащее две выдержки из архива синагоги в Мюльхайме. Том, в котором они содержались, был потерян во время наполеоновской войны, но затем оказался во владении г–на Ван Валкерта. Он написан по–немецки и содержит выдержки из писем, посланных, а также полученных синагогой. Он мне прислал копии нескольких писем. Одно из них датировано 16 июня 1647 г.

“От О. К. (Оливера Кромвеля) к Эбенезеру Пратту.

В обмен на финансовую поддержку буду бороться за разрешение евреям вернуться в Англию. Но это невозможно, пока Карл I жив. Но его нельзя казнить без суда, достаточные основания на данный момент не существуют. Поэтому я советую его убить, но сам не буду заниматься поиском человека, готового это сделать, хотя я согласен помочь организовать его побег”.

На это письмо был послан ответ следующего содержания.

“12 июля 1647 г.

Для О. К. от Э. Пратта. Предоставлю финансовую помощь, как только Чарльз будет убран и евреям разрешен въезд. Убийство слишком опасно. Карлу надо предоставить возможность попытаться совершить побег. Это даст повод для его суда после того, как он будет схвачен и казнен. Поддержка будет щедрой, но до тех пор, пока суд не начался, вряд ли стоит обсуждать условия”.

Имея эту информацию в нашем распоряжении, мы в состоянии проанализировать шаги убийц короля.

4 июня 1647 г. Корнет Джойс, действуя по секретному приказу от самого Кромвеля, который, согласно Дизраэли, не был известен даже командующему генералу Фэйрфаксу, захватил короля с помощью трехсот своих боевиков. Король в то время находился в доме Холмби. Дизраэли пишет, что “план был принят 30 мая на секретном совещании в доме Кромвеля, хотя позже Кромвель стал утверждать, что это было сделано без его участия” [463].

Это совпало с событиями в армии — выходом на открытую арену радикальных группировок, так называемых левеллеров и рационалистов. Цели первых выглядели весьма прогрессивно, они были за всеобщее избирательное право, но они также были и за “религиозную терпимость”, т. е. они не видели ничего плохого в разрешении евреям селиться в Англии. Их доктрины были позже приняты теми, кто творил революцию во Франции, их можно назвать предшественниками коммунистического движения. Они организовали четыре “чистки” парламента, убирая тех, кто не согласен был идти у них на поводу.

Возвращаясь к письму из синагоги Мулхайма от 12 июня 1647 г. и его коварному предложению использовать попытку короля к бегству как повод для его казни, король действительно совершил побег 12 ноября того года. Холлис и Лудлоу считают, что тот побег был замыслом Кромвеля.

Исаак Дизраэли пишет: “Современные историки решили, что со дня его депортации из Холмби и до его побега на остров Уайт он каждый раз попадал в ловушки, поставленные для него Кромвелем” [464]. Тут вряд ли что можно добавить. Кромвель выполнял приказы, поступающие из синагоги, и сейчас ему только и оставалось инсценировать показной суд.

Пока продолжалось маневрирование сторон, стало ясно, что палата общин, даже после всех “чисток”, предпочитала пойти на соглашение с королем. 5 декабря 1648 г. палата заседала всю ночь, пока не пришла к решению, что уступки со стороны короля достаточны для заключения соглашения.

Но, естественно, если бы такое соглашение было заключено, Кромвель не получил бы тех денег, которые ему обещали евреи. Поэтому он решил нанести еще один удар. Ночью 6 декабря полковник Прайд провел последнюю и наиболее жестокую чистку палаты общин, которая вошла в историю под его именем — “чистка Прайда”.

После той чистки там осталось всего пятьдесят членов, согласных проводить в жизнь политику, угодную Кромвелю. Урезанная палата общин получила прозвище “Rump” (зад). Они взяли на себя полную власть. 9 января был объявлен состав Высшего суда, которому надлежало судить короля. Две трети его членов были из армейской группы “левеллеров”.

Алджерион Сидней заявил Кромвелю: “Короля не может судить никакой суд, а что касается этого суда, так он вообще никого не может судить”. Так писал Хью Росс Вильямсон в своей книге “Карл и Кромвель”. Там он также пишет, что не нашлось ни одного английского юриста, который бы взялся сформулировать обвинения. Эта задача была, в конце концов, доверена “иностранцу” Исааку Дорислаусу.

Вряд ли стоит напоминать, что тот Исаак Дорислаус был соплеменником Карвахала и Манассе Бен Израиля, а также других финансистов, которые платили Кромвелю его кровавые деньги. “4 февраля 1657 г. Кромвель, желая придать легальную санкцию фактическому положению дел, заявил на публичном собрании, что он преподносит Карвахалу “своевременное благодеяние”, а именно: обещает, что отныне евреям не будуть ставить препятствий в отношении исполнения ими религиозных обрядов” [465].

Кромвель был первый из многих после него, которые называли себя “ветхозаветными христианами”, и уже одно это показывает антихристианскую сущность этих устремлений, ибо, как мы хорошо знаем, нельзя одновременно служить Богу и Мамоне. Кромвель запретил праздновать Рождество Христово, он сжигал церкви и убивал игуменов, и одно время евреи хотели даже провозгласить его своим Мессией.

Однако в родословной Кромвеля не нашлось указаний на происхождение от Давида, иначе он, вероятно, охотно согласился бы играть роль Мессии. Его приверженцы с их лозунгом “меч и Библия” считали, что своими кровавыми делами они выполняли библейские пророчества и что возвращение евреев в Англию было первым шагом на пути к обещанному “тысячелетию”.

Кромвелю даже рекомендовали устроить Государственный совет по образцу Синедриона из 70 членов! Сам Кромвель относился к своим “тысячелетникам” довольно презрительно, но будучи “реальным политиком” того же сорта, которые процветают и в наше время, он охотно разглагольствовал о “религиозной свободе” и выполнении пророчеств, одновременно травя священников и духовных лиц.

Главной задачей Кромвеля было, разумеется, обеспечить себе финансовую поддержку богатого амстердамского еврейства (вся история Запада в значительной степени развивается в согласии с основным правилом иудейского закона: давать в долг всем и не занимать ни у кого). Джон Букан пишет об амстердамских евреях:

“В их руках была торговля с Испанией, Португалией и Левантом... они управляли потоком золота в Европе и готовы были помочь Кромвелю в его финансовых затруднениях” [466].

Раввин Манассия бен Израиль из Амстердама (тот самый, кто предсказывал приход Мессии и возвращение евреев в Иерусалим) поехал в Лондон, и сделка была заключена.

Фактически от Кромвеля требовали открытого подчинения иудейскому “закону”, вовсе не “возвращения” евреев, поскольку фактически они Англию никогда не покидали. Их изгнание в свое время имело место только на бумаге, и они продолжали жить там же, где жили и раньше, требовалась только легализация существующего положения.

Кромвель не смог выполнить этого требования ввиду общественной оппозиции; по еврейским данным, ему было предложено 500 тыс. фунтов за продажу евреям собора Святого Павла с Бодлейской библиотекой Оксфорда в придачу [467].

Кромвельское междуцарствие вскоре закончилось, но в народной памяти он остается как человек, разрешивший евреям вернуться в Англию. Первая атака талмудистов на Европу большого успеха не имела. Англия сумела преодолеть последствия революции и продолжала жить по–прежнему, как будто ничего особенного не произошло. Законное правительство было восстановлено, а религия пострадала не столько от этого чужеземного покушения на нее, как от безразличия, которое начало в это время развиваться в народе.

Евреям опять был разрешен въезд и проживание в Англии, несмотря на сильный протест подкомитета Государственного совета, который заявил, что евреи будут представлять серьезную угрозу государству и христианской религии. Пожалуй, это послужило причиной тому, что королевский акт изгнания евреев не был отменен по сей день.

“Революция в Англии, имевшая место при Карле I, — пишет Исаак Дизраэли, — была как никакая другая до этого. С того времени и с того события мы можем различать различные фазы революции, как они отпечатались в нашей истории” [468].

Затем последовали другие революции, в частности во Франции. Протоколы сионских мудрецов не оставляют сомнений, кто стоял у истоков этой революции:

“Помните Французскую революцию, секреты ее подготовки нам хорошо известны, и это полностью наших рук дело” [469].

Не было бы преувеличением, если бы сионские мудрецы зафиксировали в протоколах и тот факт, что и революция в Англии — это их рук дело. Но даже после свержения и казни короля проблема подавления недовольства в стране не была решена. Шотландия была за королевство, и они объявили королем Карла II.

Армия Кромвеля выступила против Шотландии, подавляя сопротивление с иудейской жестокостью, но Шотландия, тем не менее, оставалась верна своему королю, и Кромвель вынужден был разрешить Шотландии сохранить свою Пресвитерианскую форму христианства. Постепенно вся Англия вернулась на те же позиции в отношении королевской формы правления, что и Шотландия.

После смерти Кромвеля в 1658 г. на престол в 1660 г. в Англии был восстановлен король Карл II, покинувший Англию еще в юном возрасте. Но королевство уже было иным, в него внедрились враги монархии, и они продолжали свою разрушительную работу. Их целью было расчленить страну по линии религии, чем они и занялись, возобновив пропаганду против Ватикана, а затем они стали подбираться к контролю над финансами королевства.

Евреи, множество которых к тому времени проникло в страну, с особым усердием занимались этой деятельностью. Карл II, похоже, не осознавал всю глубину и опасность планов еврейства. Когда он взошел на престол, против него началась враждебная пропаганда. Появилось множество брошюр и листовок, самые злобные из которых были напечатаны в Голландии.

Страна превратилась в арену действия всех недовольных. Королю сообщили, что муж его сестры присоединился к заговорщикам, но он отказался принять это всерьез, пока, наконец, не поступили известия, что военные приготовления против него уже начались.

Главной фигурой из тех, кто покинул Карла в тот критический период, был Джон Черчилль, первый граф Мальборо. В Иудейской энциклопедии написано, что этот граф в течение многих лет получал не меньше 6 тыс. фунтов стерлингов в год от голландского еврея Соломона Медины. Вот что пишет о нем энциклопедия:

“Он оказал английской армии большие услуги в особенности во время войны за испанское наследство (1702-1714), когда он сопровождал герцога Мальборо... В 1711 г. герцог Мальборо подвергся в парламенте резким нападкам за то, что имел денежные дела с Медини. За оказанные услуги Медини получил (купил — Н. С.) титул сэра — первый еврей в Англии, получивший такое звание” [470].

Главная цель революции была достигнута в 1694 г., когда было получено королевское согласие на основание Банка Англии и введено понятие “национального государственного долга”. Свод законов, принятый с этой целью, передавал права печатать деньги анонимному комитету, поставил личное и национальное достояние на золотой стандарт и дал возможность интернациональным банкирам брать в качестве залога на займ государственные налоги.

Это был очень значительный “скачок вперед” по сравнению с тем, что до этого могли надеяться получить банкиры от финансовых операций. Таким образом, были введены в действие финансовые механизмы, которые свели личные состояния и национальные богатства на призрачные условия золотого стандарта.

Учитывая, что евреи к тому времени практически контролировал все золото мира, они получили возможность выкачивать богатства стран, которые до этого принадлежали их народам.

Для страны, имеющей природные запасы золота и ведущей его добычу, золотой стандарт не так опасен, но для стран, которые вынуждены покупать золото на рынке, финансовые операции, в частности займы и кредиты, несут значительный риск. Это связано с тем, что те, кто владеет запасом золота, могут в подходящий момент резко сократить его оборот, повысив тем самим его цену, вынуждая страну–должника покупать теперь золото по более высокой цене, чем когда они брали займ.

Вскоре Шотландию вынудили принять условия политического и экономического союза. Но союз был неравноправным, его проведение в жизнь сопровождалось массовой коррупцией, что вызвало протесты от каждого района и муниципалитета. Главной целью этого союза было упразднить Королевский монетный двор в Шотландии и возложить на них ответственность за “государственный долг”.

Контроль банкиров в Англии теперь был полным, но они опасались, что члены нового объединенного парламента задумаются над сложившейся ситуацией и попытаются ее изменить. Чтобы воспрепятствовать этому, новые господа организовали партийную систему в политике, дающую им возможность контролировать политическую жизнь страны.

Это был очень умный ход, он серьезно подорвал политические возможности тех, кто выступал на выборах с позиций народной, националистической платформы. Используя свое финансовое могущество, а также контроль над прессой, они могли все сделать так, чтобы их ставленники и их политика были бы предоставлены народу в самом благоприятном свете.

Золото вскоре стало основой для займов, причем банкиры, согласно закону, могли давать займы на сумму в десять раз превышающую их наличный капитал. Если банк имел золота на миллион, то он мог давать бумажных денег в качестве займов на 10 миллионов. Это был самый настоящий рэкет, и этот карточный домик не обвалится лишь до тех пор, пока все вкладчики одновременно не потребуют своих денег. Когда такое случится, то у банка нет денег, чтобы возвращать вклады.

Прибыли при такой организации банковского бизнеса становятся поистине астрономическими — на каждые 100 фунтов реальных денег, по которым банк должен платить проценты вкладчикам, он сдирает гораздо более высокие проценты от займов, которых он может давать на 1000 фунтов.

То есть даже при трехпроцентной ставке банкир может сдирать 30 фунтов с каждых 100 фунтов. И все, что он должен для этого сделать, — это провести несколько записей в своих книгах, в то время как владелец участка земли стоимостью 100 фунтов должен работать от зари до заката, чтобы заработать, если повезет, четыре процента в год от стоимости этой земли.

Конечный итог такой ситуации легко было предвидеть — банкиры станут миллионерами, а те, кто имел землю, работая на ней, потеряют все. Этот процесс перекачивания денег с тех времен неуклонно продолжался. Он был очень хитро замаскирован как экспроприация средств эксплуататоров, которыми в глазах людей были землевладельцы. Но в действительности это было не так.

Это было продуманное разрушение класса людей, производящих реальные ценности, работая на земле. При новой системе их достояние неизбежно переходило к еврейским финансистам и их приспешникам.

Американская революция

Пережило ли божественное знание, которым обладали языческие жрецы, крушение их храмов? Доступно ли оно человечеству или же лежит, погребенное под пылью веков? Или же оно погребено с той торжественной святостью, с которой оно когда-то блистало?

Если эта внутренняя доктрина всегда была скрыта от масс, для кого был изобретен более простой способ приобщения к знаниям, не является ли в высшей степени вероятным, что представители каждого аспекта современной цивилизации, философии, этики, науки, религии находятся в неведении относительно истинного значения тех самых теорий, на которых основаны их знания? Не скрывают ли науки и искусства, унаследованные расами от старых наций, под своим внешним покровом тайну столь огромную, что только просвещенный ум может осознать ее важность?

Именно так и обстоит дело.

Масон 33 степени посвящения Альберт Пайк, собравший обширные свидетельства превосходства доктрин Мистерий, поддерживает это утверждение, цитируя сочинения Климента Александрийского, Платона, Эпиктета, Прокла, Аристофана, Цицерона, отдававших должное высоким идеалам этих институтов. Из непредубежденных свидетельств этих имеющих безупречную репутацию мыслителей следует, что не может быть никаких сомнений в том, что посвященные Греции, Египта и других стран древности знали правильное решение тех огромных культурных, интеллектуальных, моральных и социальных проблем, с которыми не может совладать человечество в двадцать первом веке.

Читатель не должен понимать это утверждение в том смысле, что в античности предвидели и анализировали каждую трудность, с которой сталкивались поколения древних. Дело скорее в том, что в Мистериях возник и был разработан метод, который подводил ум к такой степени готовности к восприятию фундаментальных истин жизни, что этот ум был способен справиться с любой неожиданностью.

Таким образом, умственные способности были организованы для такой деятельности простым процессом воспитания умственной культуры. Ведь утверждалось, что где правит разум, там не может быть противоречия. Мудрость, утверждалось древними, поднимает человека до богоподобного состония. Этот факт объясняет загадочное утверждение, что Мистерии преобразовывали “рычащего зверя в божество”.

Превосходство любой философской системы может быть доказано только превосходством ее плодов. Мистерии явно продемонстрировали превосходство своей культуры, дав миру умы столь великие, души столь прекрасные и жизни такие безупречные, что после многих прошедших веков учения этих людей до сих пор представляют духовные, интеллектуальные и этические стандарты расы.

Посвященные в различные школы Мистерий прошлых веков образовывали воистину золотую цепь сверхмужчин и сверхженщин, связывающих небо и землю. Они являются звеньями той самой “золотой цепи”, которой хвастался Зевс: с ее помощью вся Вселенная сходилась на Олимпе. Сыновья и дочери Исиды представляют и в самом деле великолепный род — основатели философий и наук, покровители искусств и ремесел, поддерживающие божественно данной им властью, превосходящей обычную, структуры мировых религий, воздвигнутых ими.

Основатели доктрин, формировавших жизни бесчисленных поколений, эти Посвященные Учителя были подлинными свидетельствами того, что эта духовная культура, которая всегда существовала и будет существовать, есть божественный институт в мире людей.

Те, кто представляет идеалы, находящиеся за пределами понимания масс, должны столкнуться с преследованиями недумающей толпы, которая, не имея божественного идеализма, инспирирующего прогресс, не способна отличить истину ото лжи. Поэтому большую часть Посвященных Учителей неизбежно ждал трагический конец.

Пифагор был распят, а его университет сожжен; Гипатию сдернули с колесницы и разорвали на части; память о Жаке де Моллэ пережила убивший его костер; Савонарола был сожжен на площади во Флоренции; Галлилея заставили отречься на коленях; Джордано Бруно был сожжен инквизицией; Роджер Бэкон вынужден был проводить свои опыты в секрете и оставить свои знания зашифрованными; Данте Алигьери умер в изгнании, отлученный от возлюбленного им города; Фрэнсис Бэкон постоянно находился под угрозой уничтожения. Мир вечно аплодировал дуракам, преклонялся перед ними и клеветал на мыслителей.

Сегодняшнее время ничуть не отличается от прошлого. Так же, как и в прошлом, общество мало верит посвященным людям, которые пытаются раскрыть ему глаза на истинные причины революций и войн, тяжелого состояния стран и народов, указывают структуры, ведущие мир к нищенскому существованию. Как раньше, так и теперь эти люди гонимы, их не понимает большинство населения, им постоянно грозит опасность.

Согласно Новой энциклопедии масонства во времена напряженности в преддверие американской революции тайный характер масонских лож давал возможность колониальным патриотам встречаться и планировать свою стратегию. Существует огромное количество свидетельств того, что Соединенные Штаты Америки создавались масонами с определенной тайной целью, но в XIX в. Америка резко изменила своему первоначальному предначертанию. Эти изменения связаны с вмешательством еврейских банкиров Европы, и в первую очередь Ротшильда.

Однако следует более подробно рассмотреть роль масонов в основании Америки.

На заре семнадцатого века две различные английские группы отправились на новые американские земли: иллюминированные масоны, основавшие печально известную колонию Джеймстаун и религиозные паломники, которые лучше устроились в Плимуте. Поучительно кратко рассмотреть обе.

Джеймстаун получила свое название от имени английского короля Джеймса I (Якова), одобрившего первую “официальную” Библию. Колония Джеймстаун стала первым постоянным английским поселением в Америке, основанным капитаном Джоном Смитом в 1607 г. Колония была строго деловым предприятием Лондонской компании “Виржиния”, созданной в 1606 г. членами тайного общества, среди них был и Френсис Бэкон, которого по праву можно было бы считать основателем современной Америки.

“Получив хорошее образование, сын лорда–хранителя большой печати Великобритании, Бэкон стал адвокатом и членом Парламента. Несмотря на ссору с королевой Елизаветой, он был посвящен в рыцари в 1603 г.

Сэр Фрэнсис Бэкон служил великим канцлером при короле Джеймсе I. Автор Мери Бауэр охарактеризовала его как “основателя (английского) масонства... светоча ордена розенкрейцеров, члены которого хранили факел истинных универсальных знаний, секретную Доктрину веков и выжили в период “тьмы средневековья” [471]. Английский автор Ик говорил, что Бэкон был “верховным лидером Ордена братства, называемого розенкрейцерами, активно участвовавшего в закулисных действиях в традициях рыцарей тамплиеров (храмовников)” [472].

Фрэнсис Бэкон действительно был удивительной личностью, полностью игнорируемой историей, за исключением признания его научных работ. Несмотря на его нападки на схоластическое ортодоксальное учение, Бэкон получил известность как ученый и философ. Двадцать лет спустя после смерти Бэкона в 1626 г. последователи его “Невидимого колледжа” создали общество ученых мужей, которое в 1660 г. стало Лондонским королевским обществом содействия естественным наукам. Согласно масонскому историку Альберту Маккею, многие члены данного общества были также членами масонских обществ.

“Это было поводом для проведения встреч (общества) в Масонском зале переулка Масонов на улице Бейсингхолл, — писал Маккей. — Они все вступили в общество и взяли себе имя свободных и добровольных каменщиков. (которое) трансформировалось в название “Freemasons” (вольные каменщики), позднее ставшее довольно известным” [473].

“В Англии Стюартов ранние масоны при Чарльзе I и Чарльзе II были философами, астрономами, физиками, архитекторами, химиками и в целом теми, кто двигал науки. Многие были членами главной научной академии страны — Королевского общества, которое создал Невидимый колледж, вынужденный впоследствии уйти в подполье в период Протектората Кромвеля... Среди первых членов были Роберт Бойль, Исаак Ньютон, Роберт Хук, Кристофер Рен и Сэмюэль Пепис, — писал автор Лоренс Гарднер. — Он отметил, что представители Королевского общества, “подобно ранним тамплиерам, обладали довольно специфичными знаниями” [474].

В течение почти трех десятилетий, согласно авторам Майклу Бейдженту и Ричарду Ли, “розенкрейцерство, масонство и Королевское общество не только повторяли друг друга, но фактически их невозможно было различить” [475]. Согласно некоторым масонским авторам единственно значащим различием между масонством и Королевским обществом было то, что последние встречались открыто.

Первым зарегистрированным в Англии посвящением в масоны было посвящение Сэра Роберта Морэ в 1641 г. Морэ был также одним из основателей Королевского общества и, как утверждали, его “душой” и “духовным наставником”. Он так же, как считают, был химиком и патроном розенкрейцеров, еще один пример проникновения этой секты в масонство [476].

Некоторые представители того времени считали Бэкона настоящим автором произведений Вильяма Шекспира, утверждение не такое уж нелепое, как может показаться. Есть довольно убедительное свидетельство этому, у которого были такие сторонники, как Марк Твен, Уолт Уитмен, Генри Джеймс, Зигмунд Фрейд и Ральф Вальдо Эмерсон.

Предполагалось, что Шекспир был всего лишь малообразованным писарем с каллиграфическим почерком и актером, чье имя было использовано для маскировки радикальных политических взглядов тайного общества Елизаветы, куда входили Бэкон, Сэр Уолтер Рейли и Эдмунд Спенсер. Ходили также слухи, что Бэкон был внебрачным сыном королевы Елизаветы [477].

Дополнительным фактом подозрений относительно авторства Шекспира являлось то, что первая биография барда появилась только спустя сто лет после его смерти в 1616 г. Кроме того, не найдено ни одного отрывка оригинала рукописи — даже переписки с патронами и коллегами–актерами. Не было и официального подтверждения его актерской и писательской деятельности, кроме того, что некий Шекспир действительно существовал. В своем завещании Шекспир вообще не упоминал о своих литературных трудах, оставив свою жену “с подержанной кроватью и мебелью” и подписав документ просто Вильям Шекспир [478].

Еще одним убедительным доказательством не в пользу авторства Шекспира является то, что в драмах и комедиях демонстрировалось знание истории, политики, географии и придворного этикета, вряд ли известных простолюдину. В “Любовных трагедиях” предположительно была обнаружена анаграмма на латыни, которая переводится как: “эти пьесы — результат труда Ф. Бэкона, сохранены для мира”. Признанного “мастера английской прозы” элегантного Бэкона можно действительно считать главным кандидатом на авторство произведений Шекспира [479].

Масонские взгляды Бэкона были развиты в двух книгах — “Мудрость древних” и “Новая Атлантида”. В последней, согласно исследователю оккультизма Андре Натафу, “Бэкон здесь описывает утопию, которая лежит в основе многих тайных обществ, включая современное масонство” [480].

Масон 33 степени посвящения Мэнли Холл объяснил причину, по которой “Новая Атлантида” не была издана при жизни Бэкона:

“в ней слишком много было того... что раскрывало незыблемые основы тайных обществ, действовавших на протяжении тысячелетий для достижения идеального содружества наций в политическом мире” [481].

Этим “идеальным содружеством” суждено было стать Америке, провозглашенной землей безграничных возможностей и объектом масонского “великого плана” строительства “новой Атлантиды”.

“Время покажет, что континент, известный теперь как Америка, был открыт и в определенной степени исследован более чем за тысячу лет до начала христианской эры, — писал Холл. — Истиной является существование мистических школ и происшедших от них тайных обществ средневекового мира. Тайные ордены Европы, Азии и Ближнего Востока поддерживали, по крайней мере, периодическую связь с духовенством более развитых американских наций” [482].

Планы развития западного полушария формулировались в Александрии, Мекке, Дели и Лхасе (Тибет) намного раньше, чем большинство Европейских государственных деятелей узнали о великой утопической программе.

Следуя плану этого тайного общества, Сэр Уолтер Рейли и другие члены “Бэконианского кружка” организовали печально известную экспедицию в Америку, высадившись на острове Роаноке, Северная Каролина, в 1584 г. Рейли, казненный королем Джеймсом I в 1618 г. за измену, был обвинен католическими иезуитами за деятельность “школы атеизма” из-за его связей с масонами и философских взглядов [483].

В результате неудачи, постигшей колонию Рейли, в Англии интерес к Америке угас до тех пор, пока не была после смерти Бэкона опубликована его “Новая Атлантида” [484].

Многие из последующих колонистов Джеймстауна во главе с Джоном Смитом были масонами ордена Розенкрейцеров и, как некоторые утверждали, родственниками Бэкона. Главным образом, это были английские аристократы, которые полагались скорее на утопические идеалы, чем на кропотливую работу во имя успеха. Колония испытывала серьезные затруднения и прекратила свое существование, несмотря на помощь дружественных индейцев и прибытие в 1610 г. Томаса Веста, лорда Де ла Верра с подкреплением.

Тем временем две группы религиозных инакомыслящих продолжили колонизацию Америки на север.

В 1534 г. король Генрих VIII порвал с католицизмом и создал англиканскую церковь. Тех, кто стремился очистить новую церковь от любой инфекции католицизма, называли пуританами, а отколовшаяся группа, не желавшая никаких перемен, стала известной как сепаратисты. В целом всех этих инакомыслящих, путешествовавших по Америке, называли паломниками или пилигримами.

Паломники основали колонию в Плимуте, штат Массачусетс, и где-то в Новой Англии. Плимутский лидер Уиллиам Бредфорд быстро сообразил, что коммунальный способ проживания, который отстаивали Лондонские торговцы, финансировавшие колонию, был не эффективен.

“Все пользовались общими магазинами, — писал Стилл. — Отсутствие стимула грозило тем, что Плимут мог превратиться в другой Джеймстаун... поэтому Бредфорд учредил систему стимулирования. Каждой семье он выделил отдельный участок земли. С этого момента маленькая коммуна никогда не испытывала нужды в продовольствии.

Первые две колонии в Америке были превосходным примером двух конкурирующих систем, — продолжал Стилл. — Одна основывалась на концепции личной собственности, что вызывало побудительные мотивы, а вторая — на общественных теориях Платона и Френсиса Бэкона” [485].

С развитием Америки развивалось и масонство. 24 июня 1717 г. в Лондоне был создан Масонский центр в результате слияния четырех лож в одну Великую ложу Англии, которую также называли Всемирной материнской великой ложей.

“Поощренные Великой материнской ложей Англии, масонские ложи в колониях Америки начали готовить заговоры и вести агитацию против Британского правления” [486], — писал автор Ик.

Одним из самых первых было восстание во главе с Натаниэлом Бэконом, потомком сэра Френсиса, согласно журналисту Стиллу. Бэкон в 1676 г. создал народное ополчение, предположительно для борьбы с индейцами, однако вместо этого он взял под контроль Джеймстаун, начав, таким образом, первую революцию в Америке. Это восстание угасло в связи с его внезапной смертью в возрасте 29 лет.

Масонский летописец полковник Лавон Пинн писал:

“Из общего количества 14 тысяч офицеров 2018 были масонами, представлявшими 218 лож, большинство из которых были “полевыми ложами”, передвигавшимися вместе с армией от лагеря к лагерю. Британские масоны вербовали членов из числа американских войск, которых они обучали до революции, поэтому “большинство личного состава, как командиры, так и солдаты с обеих сторон, были масонскими членами сами либо разделяли взгляды и идеи масонства” [487], отмечали авторы Бейджент и Ли.

Согласно одной теории именно Вашингтон, ставший масоном в 20 лет, организовал революцию в британских колониях. В 1754 г. Вашингтон совершил военный набег в долину Огайо, где его войска обстреляли французских солдат. Эти французы позднее сказали, что являлись послами и находились под дипломатической неприкосновенностью, что Вашингтон категорически отвергал.

Французская акция возмездия вынудила силы Вашингтона сдаться в Форт–Нецессити, Пенсильвания. Этот инцидент перевел длительные напряженные отношения в фазу французской и индейской войны, которая распространилась на Европу как Семилетняя война. Война иссушала британскую казну, вынуждая Парламент облагать американские колонии более высокими налогами.

Много раз задавали вопрос, а не был ли Френсис Бэкон в своей “Новой Атлантиде” провидцем великой цивилизации, которая должна была вскоре возникнуть на почве Нового Света? Не может быть никаких сомнений в том, что секретные общества в Европе планировали тайное становление на Американском континенте “новой нации, воспитанной в свободе и преданной идее, что все люди созданы равными”.

Два случая ранней истории США свидетельствуют о том влиянии, которое эти молчаливые структуры долгое время оказывали на судьбы людей и религий. Для них нация является лишь средством распространения идей, и если нация верна этим идеям, она выживает, а если она от них отклоняется, то исчезает с лица земли, подобно древней Атлантиде.

В своей восхитительной маленькой работе “Наш флаг” Роберт Кэмпбелл раскрывает детали темного, но чрезвычайно важного эпизода американской истории — учреждения колониального флага в 1775 г. Эпизод включает рассказ о таинственном человеке, о котором ничего неизвестно, кроме того, что он был на короткой ноге с генералом Джорджем Вашингтоном и Бенджамином Франклином.

Кэмпбелл так описывает его:

“Мало что известно об этом старом джентльмене, за исключением того, что к нему иногда обращались: “Профессор”. Он часто упоминал о событиях, свидетелем которых был, и которые произошли сто с лишним лет назад. И, тем не менее, он был бодр, активен и в здравом уме. Он был высок, тонко сложен, легок, имел благородные манеры, будучи вежлив, грациозен и настойчив.

Для времени и нравов колонистов его образ жизни был весьма странен: он не ел рыбы, домашней птицы и мяса, никогда не использовал в пищу никакой зелени или чего?либо незрелого, не пил спиртного, но употреблял только зерновые, зрелые фрукты, орехи, слабый чай, мед и сахар.

Он был образован, культурен и осведомлен обо всем. Он проводил много времени, роясь в старых книгах, древних манускриптах, которые пытался дешифровать, перевести или переписать. Эти книги и манускрипты, как и свои собственные сочинения, он никому не показывал и никогда не упоминал о них даже в разговорах с семьей, разве что случайно.

Он всегда запирал их тщательно в большой старомодный сундук, когда оставлял свою комнату, даже когда уходил на обед. Он предпринимал долгие прогулки в одиночку, часто сидел на холмах среди травы. Он свободно обращался с деньгами, но не был при этом расточительным, и деньги у него всегда водились. Он был спокойным, очень умным и интересным человеком, семьянином, в разговорах производил впечатление эрудита.

Короче, он был таким человеком, которого нельзя не заметить, но с которым весьма трудно свести знакомство и у которого не придет в голову расспрашивать про его прошлое, откуда он пришел, чего он ждет и куда он отправится” [488].

Видимо, больше чем случайностью оказалось то, что члены Комитета колониального Конгресса по учреждению флага были приглашены в Кембридже в гости к той семье, где как раз остановился Профессор. Здесь же к ним присоединился генерал Вашингтон для решения вопроса об эмблеме. Судя по их поведению, Вашингтон и Франклин знали Профессора и пригласили его для работы в Комитете.

В ходе совещания все предложения Профессора принимались с почтением. Он предложил проект, символика которого наиболее соответствовала идее нового флага, и его предложение без колебаний приняли шесть членов Комитета. После эпизода с флагом Профессор исчез, и больше никто о нем не слышал.

Не распознали ли Вашингтон и Франклин в Профессоре эмиссара школы Мистерии, которая уже долго контролировала политические судьбы нашей планеты? Бенджамин Франклин был философом и масоном, возможно, и посвященным розенкрейцером. Он и маркиз Лафайет, еще одна таинственная фигура, составляли два наиболее важных звена цепи обстоятельств, кульминация которых заключалась в установлении свободного и независимого государства — тринадцати бывших американских колоний.

Философские достижения доктора Франклина хорошо видны из “Альманаха бедного Ричарда”, который он издавал много лет под именем Ричарда Сондерса. Его же интерес к масонам и масонству виден из переиздания им работы Андерсона “Составляющие масонства”, редкой и вызвавшей в свое время споры работы.

Второй из таинственных эпизодов произошел 4 июля 1776 г. В старом Государственном доме в Филадельфии собралась группа людей для решения грандиозной задачи, связанной с необходимостью разрыва последних связей между старой и новой странами. Это был серьезнейший момент, и многие из собравшихся боялись, что поплатятся жизнью за эту дерзость.

В разгар споров раздался резкий голос. Разговоры смолкли, и все обратили взоры на незнакомца. Кто был этот мужчина, внезапно оказавшийся среди них и пригвоздивший их своим обращением? Они никогда не видели его прежде, никто не знал, когда он появился, но его высокий рост и бледное лицо внушали им благоговение. Его голос звенел священным рвением и проникал в самую глубину их душ. Его заключительные слова прогремели по всему дому:

“Бог сделал Америку свободной страной!” И тут незнакомец рухнул в кресло в изнеможении, а вокруг воцарился полный энтузиазм. Подпись за подписью ложились на пергамент — “Декларация независимости” была подписана [489].

Но где тот человек, который сподвигнул их на решение этой бессмертной задачи? Кто снял пелену с их глаз и открыл им, по крайней мере частично, великую цель, которая была уготована нации? Он исчез, его больше никто никогда не видел и даже не знал, кем был незнакомец. Этот эпизод очень сходен с аналогичными эпизодами, о которых свидетельствуют древние историки и которые происходили всякий раз при создании новой нации.

Являются ли они просто совпадениями или же демонстрируют божественную мудрость древних Мистерий, все еще существующих в нашем мире и служащих людям так же, как они делали это в прошлом.

“В течение трех тысяч лет тайные общества трудились над созданием фундамента знаний, необходимых для создания просвещенной демократии среди народов мира... все продолжается... и они существуют до сих пор, подобно ордену Поиска” [490], — так писал в книге под названием “Тайная судьба Америки” Мэнли Холл, масон 33–й степени и, пожалуй, самый плодотворный писатель, освещающий подобную тему.

Название его книги вызывает тревогу. Мысль о том, что Америка имеет “тайную судьбу”, возможно, потрясает тех, кто не знаком с тайными обществами и их планами для Америки и всего мира. Но так утверждает масон Мэнли Холл в своей книге, он сообщает читателям, что видел, как этот орден приходил в Америку:

“Люди, связанные тайной клятвой трудиться на ниве всемирной демократии, решили, что именно в американских колониях они помогут пустить корни новому образу жизни” [491].

Затем он сообщает читателям, когда эти заговорщики прибыли в Америку. Он писал, что “Орден Поиска был создан в Америке до середины XVII в. (т. е. где-то между 1625 и 1675 годом)” [492]. Это означает, что Холл чувствовал, что члены этого ордена прибыли в Америку примерно в одно время с первыми поселенцами. Согласно американским историческим документам первыми европейцами, достигшими берегов Америки, были английские поселенцы, появившиеся там в 1607 г., за ними прибыли английские колонисты в 1620 г. Но, по словам Холла, среди тех ранних переселенцев была группа, связанная тайной клятвой.

Единственное имя, которое упоминает Холл как человека, вовлеченного в орден Поиска, был Бенджамин Франклин, один из основателей Америки:

“Бенджамин Франклин выступал от имени ордена Поиска, и большинство людей, работавших с ним в ранний период Американской революции, также были членами ордена” [493].

В дальнейшем он указывал, что большинство из этих людей были не только членами ордена, но также и масонами:

“Многие из основателей американского правительства не только были масонами, но и получали поддержку от тайной могущественной организации, существовавшей в Европе (Иллюминати), которая помогала им создавать эту страну, для особой цели, известной лишь нескольким посвященным” [494].

Призыв объединить штаты под федеральным правлением был мощным, и главную роль в нем играли масоны. Именно эта организация имела членов по всей стране, многие из которых были известны достаточно хорошо, чтобы убедить колонистов прислушаться к их словам. В действительности, 53 из 56 человек, подписавших Декларацию независимости, были представителями масонства, как и большинство членов Континентального Конгресса!

Итак, тайное общество, или несколько тайных обществ, решили, что Америка будет плодородной почвой для создания нового общества, или, как выразился масон 33 степени Менли Холл, для “особой цели”.

Известно, что создатели Конституции США и основанного на ней правительства не были связаны с орденом Поиска. Авторы “Декларации независимости” и Конституции США создали, возможно, самые лучшие документы из всех, когда-либо написанных человеком. Созданная ими Конституционная республика была самой замечательной формой правления из всех, когда-либо придуманных людьми. В созданных ими документах были и недостатки (например, там разрешалось рабство), но в целом они были авторами самой великолепной формы правления в мировой истории.

Совершенно очевидно, что эти люди, несмотря на утверждение Холла о том, что они “трудились над созданием мировой демократии”, не могли быть изначальными основателями, потому что их цель внутри ордена была известна лишь “нескольким посвященным”.

Создание Американской республики было общественным актом, о котором стало известно всем свободолюбивым народам мира. Люди не держат свободу в тайне. Они сообщают всему миру о том, что свобода была официально признана американской Конституцией.

Даже народы, находящиеся под тоталитарной властью, где свобода печати либо не существует вообще, либо полностью контролируется правительством, знают, что Америка сделала нечто такое, что было под силу лишь нескольким другим обществам прошлого: они создали истинно свободную республику!

Свободные люди не устраивают заговор!

Только те, которые преследуют злые цели, создают “тайные общества”, с “тайными клятвами”, с “особыми целями”, известными только “нескольким посвященным”.

Поэтому цель ордена Поиска не была полезна свободолюбивым народам, несмотря на то заявление г–на Холла о том, что они “трудились на ниве всемирной демократии”.

“В числе первых масонов в Америке были: Джордж Вашингтон, Томас Джефферсон, Джон Хэнкок, Поль Ривер, Александр Гамильтон, Джон Маршалл, Джеймс Мэдисон и Итан Аллен — все хорошо известные патриоты Америки, серьезно вовлеченные в Американскую революцию, — пишет Ральф Эпперсон. — Позднее, по крайней мере, еще 12 американских президентов были членами масонских лож: Эндрю Джексон, Джеймс К. Полк, Джеймс Буханан, Эндрю Джонсон, Джеймс Гарфилд, Уильям Мак–Кинли, Теодор Рузвельт, Уильям Говард Тафт, Уоррен Хардинг, Франклин Рузвельт, Гарри Трумэн и Джеральд Форд.

Помимо непосредственного влияния масонов на Американскую революцию, происходило также их косвенное воздействие на Америку. Одно из них началось 4 июля 1776 г., когда первому комитету было поручено Континентальным Конгрессом “подготовить эскиз печати для Соединенных Штатов Америки”.

Этот комитет, состоящий из трех человек: Бенджамина Франклина, Джона Адамса и Томаса Джефферсона, не смог принять решение относительно эскиза печати, поэтому Конгресс назначил второй комитет.

Он также испытал трудность в решении проблемы печати, поэтому пришлось назначить третий комитет, который передал эту задачу Чарльзу Томсону, Секретарю Конгресса, и его эскизы были приняты 20 июня 1782 г.

Исследователь и писатель Макс Тот, написавший книгу об истории египетских пирамид, включающую и краткий очерк о пирамиде, изображенной на обороте долларовой купюры. Вот что он писал:

“В состав всех трех комитетов, по очереди назначаемых Конгрессом с 1776 г. по 1782 г., входили члены, занимавшие различные посты в масонстве” [495].

Поэтому среди тех, кто разрабатывал эскизы Великой печати, были не только масоны, но, вполне вероятно, и члены ордена Поиска. Менли Холл указал, что орден поместил “свою подпись” на обеих сторонах печати. Вот почему есть причина считать, что, по крайней мере, некоторые масоны были членами ордена Поиска.

Далее Менли Холл комментирует:

“Европейская мистика не бездействовала в момент создания США. Рука Таинств контролировала установление нового правительства, т. к. подпись Таинств до сих пор можно видеть на Большой печати США.

Большая печать — подпись этой величественной организации — невидимой и для большинства неведомой, — а незавершенная пирамида на ее оборотной стороне — это чертежный стол, символически ставящий задачу, выполнение которой правительству Соединенных Штатов Америки было передано с самого первого дня своего существования” [496].

По словам масонов:

“Рисунок оборотной стороны печати выражает “скрытую работу”, “утраченный лозунг” древних масонов” [497].

Там изображена пирамида с отсутствующей верхушкой, вместо которой “Всевидящее око”, важные и давнишние масонские символы. Есть также латинские фразы Annuit Coeptis (он благоприятствовал нашему началу) и Novus Ordo Sedorum (новый мировой порядок).

Чарльз Томпсон, разработчик большой печати Соединенных Штатов Америки, был масоном и членом американского философского общества Бенджамина Франклина, американского побратима британского “Невидимого колледжа”. Согласно автору Лоренсу Гарднеру:

“Изображение на печати непосредственно связано с алхимической традицией, унаследованной из аллегорий древнеегипетской медицины.

Орел, оливковая ветвь, стрелы и пентаграммы — это оккультные символы противоположностей: добра и зла, мужского и женского, войны и мира, тьмы и света. На обратной стороне — как и на долларовой банкноте, усеченная пирамида, указывая на утрату Древней мудрости, отколовшаяся и вынужденная уйти в подполье церковь.

А над всем этим — лучи несущей свет надежды, включая “всевидящий глаз”, используемый как символ в ходе Французской революции” [498].

Автор Брэмли отмечал, что на официальной печати Соединенных Штатов Америки написанные слова “E Pluribus Unum” (один из многих) первоначально относились к птице Фениксу, возродившейся из пепла, масонскому символу, берущему свое начало из древнего Египта. Однако, поскольку многие принимали длинную шею Феникса за индюка, ее заменили в 1841 г. лысым орлом.

С этими бесспорными масонскими символами на деньгах и учитывая богатство информации, доступной ученому, Вашингтон был абсолютно прав, высказываясь в 1782 г. в поддержку роли иллюминированной доктрины масонства на заре Соединенных Штатов.

Однако застрельщиками Американской революции были отнюдь не масоны, а опять-таки еврейские банкиры Англии, которые не могли не извлекать прибыли со своей американской колонии.

Автор Эпперсон отмечал: “Бенджамин Франклин, отчасти по причине того, что его членство в масонах было явным, стал главным ключом к открытию дверей ряда европейских стран, часто возглавляемых единомышленниками–масонами. Его членство обеспечивало ему решающие встречи с другими масонами по всей Европе, и эти контакты должны были быть использованы для обретения поддержки Американской революции.

Франклин также понимал истинную причину революции. Однажды в Лондоне его спросили: “Как Вы объясните процветание американских колоний?” Господин Франклин ответил: “Все просто. Это только потому, что в колониях мы выпускаем свои собственные деньги. Они называются колониальным подлинником, и мы выпускаем их в надлежащих пропорциях для обеспечения торговли и коммерции.

Иными словами, колонии не пользовались своей властью выпускать деньги для того, чтобы создавать инфляцию, и в результате этого Америка процветала.

Однако эта ситуация должна была измениться в течение 1760 г., когда Английский банк представил на рассмотрение парламента закон о запрещении колониям выпускать свои собственные деньги. В соответствии с этим законом колонии должны были выпускать облигации и продавать их банку, который должен был ссужать им деньги для использования в колониях. Американские деньги стали в основе своей опираться на долг. Колонии вынуждены были платить проценты за право продавать собственные деньги.

Этот акт вызвал огромную безработицу, когда его воплотили в жизнь, так как Английский банк позволил колониям взять взаймы лишь половину ранее находившихся в обращении денег.

Франклин и другие поняли это, и есть запись высказывания Франклина:

“Колонии охотно бы платили небольшой налог на чай и другие продукты, если бы Англия не лишила колоний их денег, что вызвало безработицу и недовольство” [499].

Бенджамин Франклин, Великий мастер филадельфийской ложи с 1734 г., был убежден, что причиной революции было нежелание колонистов брать деньги в долг, что вело к долговому росту и инфляции, а также выплатам процентов по задолженности, что “не существует налогообложения без представительства”, как обычно принято считать. Как и ранее, в современной Америке это сбрасывается со счетов, впрочем, как и в других странах.

“Говоря о дефиците расходов, — объясняет автор Гриффин, — ...колонисты обнаружили, что любое государственное учреждение, общественная работа и военные нужды оплачиваются повседневным трудом и накапливаемым благосостоянием. Это создается сегодня повседневным трудом, и тем, кто выполняет эту работу, также надо платить сегодня.

Действительно, выплаты по процентам частично переходят на грядущие поколения, но начальная стоимость оплачивается еще в настоящем. Она оплачивается падением номинальной стоимости денежной единицы и снижением покупательной способности заработанных денег” [500].

Столкнувшись с возрастающими расходами на революцию, колонисты поняли, что неограниченная печать денег не является надежным выходом. Стараясь избежать процентов на займы, новые штаты стали печатать свои собственные бумажные деньги, которые назывались “континенталами”.

Общая сумма наличных бумажных денег возросла с 12 млн долларов в 1775 г. до 425 млн долларов в 1779 г. К этому году банкнота “континентал” номиналом в один доллар стоила не больше пенса, отсюда старая поговорка “не стоит и континентала”.

Подрывной деятельностью вокруг финансовых проблем занимались тайные общества. Именно масоны корреспондентского комитета Сэмюеля Адамса и “Сыновей свободы” организовали бойкоты английских товаров. Акты, провоцирующие насилие, такие как “Бостонское чаепитие”, были организованы внутренним кругом членов масонской ложи.

Летом 1785 г. богатые бостонские торговцы, среди которых было много масонов, создали группу, выступающую против закона об английских марках, под названием “Лояльная девятка”. Эта группа организовала процессию с более чем 2 тыс. демонстрантов, собравшуюся возле дома местного почтмейстера, где они сожгли его чучело. После того как инициаторы исчезли, возбужденная толпа стала громить собственность. Была создана гражданская вооруженная охрана, и те же торговцы, которые создали “Лояльную девятку”, осудили насилие толпы.

Автор Ральф Эпперсон сделал вывод, что масоны руководили американской революцией, тогда как Бремли отметил:

“Ясно, что нечто глубинное двигало революцию: мятежники ничего не знали о планах установления нового мирового порядка... “Кто есть кто” в американской революции означало почти “кто есть кто в американском колониальном масонстве” [501].

Большинство патриотов никогда не догадывалось об этих тайных манипуляциях.

“Лишь немногие из этих людей, если таковые вообще имеются, знали о “плане”, известном только лидерам масонства, — отмечал Стилл. — Большинство же верило, что они просто участвовали в борьбе за независимость от тирана.

Масонство было для большинства тем, что для многих означает членство в масонских организациях сегодня, просто братская организация, способствующая решению социальных вопросов и обеспечению товарищества его членов” [502].

Многие авторы, пишущие о заговорах, считают одно тайное специфическое общество — Орден иллюминати — первым закулисным организатором мировых событий, группой, достаточно влиятельной и информированной для проникновения и контроля даже над масонством. Чтобы понять таинственных и неуловимых иллюминатов или “просвещенных”, нужно вначале обратиться к Германии XVIII в.

Орден иллюминати

Хотя концепции иллюминатов можно найти еще в ранней истории самых первых сект, заявлявших, что они владеют тайными знаниями, орден впервые официально зарегистрирован 1 мая 1776 г. Именно этот день, длительное время почитаемый коммунистами, которые, как полагают многие исследователи, сформировали свою философию, основанную на доктринах иллюминатов. Создал баварских иллюминатов Адам Вейсгаупт, профессор права Ингольштадского университета Баварии, Германия.

Одним из соучредителей ордена был Уильям Гесс, служащий Мейера Ротшильда. Бесспорно, Ротшильды и немецкая знать были связаны через масонство. Биограф Ротшильда Найел Фергюсон писал, что сын Мейера Соломон был членом той же масонской ложи, что и бухгалтер Мейера Селигманн Гейзенгеймер [503].

Обучаясь на иезуитского священника, Вейсгаупт был, несомненно, возмущен запретом Римским папой Клементом XIV в 1773 г. ордена иезуитов. Этот акт в конечном счете послужил тому, что Вейсгаупт порвал с церковью, однако его очаровывала история ордена иезуитов. Кроме того, он находился под сильным влиянием одного торговца, известного только как Кольмер.

Талантливая английская исследовательница революций доктор Неста Вебстер охарактеризовала его как “наиболее таинственного из всех таинственных людей” [504].

Именно Кольмер, как полагают некоторые исследователи, был человеком по имени Альтас, которым восхищался и упоминал маг французского двора и революционер Калиостро и который постиг тайные знания Египта и Персии, много лет живя на Ближнем Востоке. Кольмер проповедовал секретную доктрину, основанную на древней форме гностицизма — манингенизм или манденизм, использовавшие слово “иллюминированный” (освещенный) в начале третьего столетия.

Джузеппе Бальзамо, последователь еврейской каббалы, масон, член Ордена розенкрейцеров, стал известен как маг Калиостро при дворе короля Луи XIV. Он описал, как немецкие иллюминаты годами проникали во французские масонские ложи, добавив: “К марту 1789 г. 266 лож, контролируемых ложей Великого Востока, были “иллюминированы”, даже не подозревая об этом, поскольку масоны вообще никогда не упоминают названия секты, доверившей им тайны, и только очень незначительное их число было действительно посвящено в эту масонскую тайну” [505].

Кольмер, по свидетельству источников, встретился с Калиостро на острове Мальте, цитадели древних Рыцарей тамплиеров, по дороге во Францию и Германию в начале 1770–х годов. Калиостро, будущий французский революционер, участвовавший в масонской деятельности вместе со знаменитым венецианским ловеласом Джовани Джакомо Казановой, а также таинственным графом Сен–Жерменом [506].

В Германии Кольмер поделился своими тайнами с Вейсгауптом, уже несколько лет пытавшимся объединить все оккультные системы в своем новом Ордене иллюминати. Страсть Вейсгаупта к древним тайнам Месопотамии подтверждается фактом, что для Ордена иллюминатов он ввел персидский календарь [507].

По признанию еврея Калиостро: “Первый удар заговорщиков должен быть направлен против французского монарха, писал Луи Блан в книге “Французская революция” (том 2, гл. 2, с. 132). — После его падения с престола должен быть свергнут римский папа. Калиостро заполучил огромные суммы денег на пропаганду. Сектой Иллюминати ему были даны соответствующие указания, и Калиостро отправился в Страсбург во Францию”.

Учитывая глубокое знание Ордена иезуитов Вейсгауптом, возможно название “иллюминати” он позаимствовал у тайной испанской раскольнической группы, именуемой “Алюмбрадос” (просвещенная, или освещенная), созданной основателем Ордена иезуитов испанцем Игнатием Лойолой. Члены ордена “Алюмбрадос” проповедовали форму гностицизма, веря, что человеческий дух может достичь непосредственных божественных знаний и что для тех, кто нашел “свет”, атрибуты формальной религии не нужны.

Неудивительно, что испанская инквизиция издала указы против этой секты в 1568, 1574 и 1623 гг. Вейсгаупт писал, что, создав Орден иллюминати, он также вызвал “непримиримую вражду иезуитов, влиянию интриг которых он сам подвержен” [508].

Несмотря на эту вражду, Вейсгаупт создал пирамидальную структуру степеней, основанную на структуре Ордена иезуитов и масонов, где ведущие личности располагались только в верхних девяти степенях. Своим товарищам Вейсгаупт был известен по имени “Спартак” в честь раба, организовавшего кровавое восстание против римлян в 73 г. до Рождества Христова [509].

Согласно одной журнальной статье в 1969 г. иллюминаты возникли в мусульманской секте ассасинов, тесно связанной с влиятельными Рыцарями Тамплиерами, которые, возможно, принесли идеи иллюминатов в Европу за несколько столетий до появления Вейсгаупта. В этой статье говорилось, что Вейсгаупт изучал учение лидера пресловутых “мусульманских убийц”, получивших название ассасинов за употребление наркотика — гашиша, и сам непосредственно достиг “просветления”, употребляя марихуану собственного производства.

Предвестник “культурной революции” в Америке 1960–х годов использовал девиз иллюминатов “Ewige Blumenkraft”, что означает “цветок вечной власти” [510].

Иллюминаты были знакомы с древними тайными знаниями и противостояли тому, что они считали тиранией католической церкви и национальных правительств ее поддерживавших.

“Человек не плох, — писал Вейсгаупт, — разве что его делает таковым существующая мораль. Он плох лишь потому, что религия, государство и недостойные примеры искажают его природу. Необходимо поэтому устранить из его сознания страх перед будущим, несущим возмездие за совершенные проступки, и заменить все эти суеверия религией Разума. Когда Разум станет религией людей, тогда проблема будет решена” [511].

Вейсгаупт породил также философию, которая привела к ужасным последствиям позднее, в годы правления Гитлера и многих других тиранов.

“Храни нашу тайну... Да, чтобы полностью уничтожить христианство и все прочие религии, мы притворялись, что исповедуем единственно верную из них — но помни, что цель оправдывает средства и что мудрый совершает добро с помощью тех же орудий, которыми люди порочные творят зло.

То, к которому мы прибегли, чтобы освободить тебя, то, с помощью которого мы однажды освободим от религии человечество — это не что иное, как благочестивый обман, который мы когда-нибудь разоблачим устами мага или философа” [512].

Поэтому для просвещенного, или освещенного любые средства для достижения желаемого результата приемлемы, даже если это ложь, обман, воровство, убийство или война.

Ключом к управлению Орденом иллюминати была тайна. Профессор Эдинбургского университета Джон Робисон был масоном, которого пригласили примкнуть к иллюминатам в конце XVIII в. Изучив Орден, Робисон издал книгу, в которой вывод был уже в самом названии:

“Доказательства заговора против всех религий и правительств Европы, подготовленного на тайных собраниях масонов, иллюминати и читательских обществ” [513].

Он цитировал письма Вейсгаупта товарищам по Иллюминати. В одной из работ, написанных в 1794 г., “Die neuesten Arbeiten des Spartacus und Philo in dem Illuminaten?Orden”, подчеркивалось:

“Великая сила нашего ордена заключается в его скрытности. Пусть он не раскрывается, где бы то ни было под своим настоящим названием, а всегда только под скрытым именем и иным видом деятельности.

Ничто для этого не подходит больше, чем три самых низших степени масонства. Общественность привыкает к этому, немногого ждет от них и поэтому не обращает на это никакого внимания. Следующей идет форма посвященного или образованного общества “Туле”, наиболее подходящая для нашей цели... создавая читательские общества и библиотеки... мы можем управлять общественным мнением так, как мы захотим.

В подобной манере мы должны попытаться оказывать влияние на... все учреждения, которые имеют какое-либо влияние, создавая или контролируя, или даже управляя сознанием человека” [514].

Вейсгаупт учил не только обманывать общественность, но и напоминал своим высшим лидерам, что они должны скрывать их истинные намерения от новичков, говоря иногда одно, иногда другое, так, чтобы реальная цель оставалась недоступной для непосвященных.

“Последователи Вейсгаупта приобщались к Ордену наиболее изощренными методами дезинформации и двигали его к цели, о которой они даже не догадывались, — отмечала Вебстер. — Именно в этом... состоит главное отличие между честными и тайными нечестными обществами” [515].

В отличие от анархистов, которые стремятся покончить со всеми правительствами, Вейсгаупт и его иллюминаты стремились к созданию мирового правительства, основанного на философии рационализма, в центре которой был человек. Конечно, это было бы самоуправляемое мировое правительство.

“Ученики (иллюминати) убеждены, что Орден будет управлять миром. Каждый член Ордена поэтому становится правителем” [516], — заявлял он.

В 1777 г. Вейсгаупт объединил разновидность иллюминизма с масонством после присоединения к масонской ложе “Доброго совета Теодора” в Мюнхене. Революционный французский лидер и член Ордена иллюминати Мирабо отмечал в своих мемуарах:

“Ложа доброго совета Теодора” в Мюнхене, куда входило несколько человек, высокообразованных и чутких... решила приобщить к их отделению другую тайную ассоциацию, которой они дали имя Орден иллюминати. Они создавали его по принципу Общества иезуитов, хотя и проповедовали взгляды диаметрально противоположные” [517].

Именно здесь антирелигиозные призывы масонства сочетались с антиправительственными. В этой масонской ложе Мирабо и иллюминаты сформулировали политический план, предложенный в Учредительном собрании Франции двенадцатью годами позже.

Философия иллюминатов получила дальнейшее распространение, хотя и невольно, при помощи баварского правительства, которое старалось покончить с Орденом в 1783 г. Власти видели в иллюминатах прямую угрозу установленному порядку и поставили эту организацию вне закона. Этот акт побудил многих членов Ордена бежать из Германии и распространять их философию в других странах. Таинственный Орден иллюминати появился во Франции, Италии, Англии и даже в новых землях Америки.

Основатель масонства и бывший президент Томас Джефферсон с восхищением писал:

“Вейсгаупт, видимо, был восторженным филантропом. Вейсгаупт полагает, что примером совершенствования человеческого характера является Иисус Христос. Заповеди Вейсгаупта — любовь к Богу и любовь к своему ближнему” [518].

Джефферсон либо испытывал недостаток знаний относительно внутренних учений иллюминатов, либо, как это было принято в то время, сам был тайным членом.

Предупреждения относительно Ордена иллюминати поступали отовсюду. Профессор Робисон, основываясь на внутренних документах ордена, дал четко понять, что организация была создана для “... выражения цели искоренения всех религиозных учреждений и свержения всех существующих правительств Европы” [519].

Но Вейсгаупт представил еще одно измерение этой цели политического и религиозного переворота, то, которое может обеспечить главную мотивацию для всех тайных обществ вплоть до сегодняшнего дня: желание власти. Он писал:

“Вы полностью осознаете, что значит управлять — управлять в тайном обществе? Не только менее или более значимыми слоями народных масс, но и лучшими людьми, людьми всех сословий, наций и религий управлять без внешней силы, прочно объединять их, вдохнуть в них единую душу, распределить людей по всему миру?” [520]

Вейсгаупт сам достиг такой власти, создав пирамидальную систему управления, гарантировавшую, что никто не узнает, что он был главой Ордена иллюминати, пока баварские власти не захватили внутренние документы группы. В этих документах Вейсгаупт описывал свою организацию:

“У меня есть двое, стоящих чуть ниже меня, в кого я вдохнул свой дух, и у каждого из них есть свои два, и так далее.

Таким образом, я могу приводить в движение тысячу человек самым простым способом, и, таким образом, каждый выполняет приказы и осуществляет намеченные планы” [521].

В 1790 г. иллюминаты, казалось, были ликвидированы, но многие члены просто сбежали в другие страны, сохранив преданность идеалам ордена. Баварское правительство пыталось предупредить лидеров других стран об опасности, исходящей от Ордена иллюминати. Для публикации были собраны документы иллюминатов, озаглавленные “Достоверные документы Ордена иллюминати”, которые были направлены в другие европейские страны. Но все остались глухи к их предупреждениям.

Вебстер писала:

“Экстравагантность планов (иллюминати)... не позволяла поверить в них, и правители Европы отказывались воспринимать иллюминатов всерьез” [522]. Многие исследователи утверждают, что такое недоверчивое отношение помогло защищать потомков иллюминатов до сегодняшнего дня.

Иллюминатам было достаточно легко уклоняться от баварских властей в конце 1780–х годов. Они просто ушли в более глубокое подполье, ранее успешно слившись с континентальным масонством.

Масонский историк Вайт пытался отделить масонство от иллюминатов, написав: “Связь иллюминатов со старшей масонской организацией заключается просто в том, что они приняли некоторые из ее степеней и поставили себе на службу” [523].

Несмотря на попытку Вайта сделать это различие, есть официальное свидетельство, что группа Вейсгаупта создала более ранний союз с масонским “Орденом строгого соблюдения” во Франкфурте, Германия. Этот орден был основан на базе Ордена розенкрейцеров, называемого “Орденом золотого и розового креста”.

Одним из престижных членов “Ордена строгого соблюдения” был ганноверский барон Адольф Франц Фридрих Людвиг фон Книгге. Предлагая свои реформы в масонстве, Книгге однажды, увидев силу иллюминатов Вейсгаупта, примкнул к ним и стал активным участником этого дела.

Когда Вейсгаупт отсутствовал, Книгге представлял Иллюминати на Вильгельмсбадском масонском конгрессе в Гессе, созванном 16 июля 1782 г. под руководством герцога Брюнсвика, на котором присутствовали масонские представители со всей Европы. Руководя иллюминатами под псевдонимом “Филон”, Книгге “организовал своего рода брачный союз между масонскими высшими степенями и иллюминатами” [524], — писал Вайт.

Хотя Книгге и Вейсгаупт позже поссорились и их пути разошлись, барон был в то время хорошим орудием слияния иллюминатов с более высокими степенями масонства.

Согласно Вебстер Книгге, “путешествовавший по Германии, называл себя реформатором масонства, в Вильгельмсбаде он присутствовал от имени Вейсгаупта, ему удалось завербовать в Иллюминати огромное количество чиновников, ученых, священнослужителей и государственных министров.... Иллюминизм продолжал действовать” [525].

В том же году, когда состоялся Вильгельмсбадский конгресс, согласно автору Стиллу, “штаб–квартира иллюминированного масонства переместилась во Франкфурт, цитадель немецких финансов, и контролировалась Ротшильдами, — добавил он. — Впервые в орден были допущены евреи. Вначале евреев допускали только в разряд ордена, называемый “маленький и постоянный Санхедрин Европы” [526]

Яков Кац в своей книге “Евреи и масонство в Европе” писал, что среди основателей Франкфуртской масонской ложи были франкфуртский раввин Эви Хирш, главный клерк Ротшильда Сигизмунд Гейзенгеймер и все ведущие банкиры Франкфурта, включая Ротшильдов, которые позднее финансировали Сесила Родса и его общество [527].

Хотя “Орден строгого соблюдения” официально исчез после Вильгельмсбадского соглашения, авторы Линн Пикнетт и Клайв Принц заявляли, что Орден шотландского обряда посвящения, принятый там, был обычным “Орденом строгого соблюдения” под другим названием [528].

Предположение, что “Орден строгого соблюдения”, который, как утверждалось, происходил от рыцарей тамплиеров и древних тайн, просто сменил название для маскировки, подтверждается фактом, что председатель Вильгельмсбадского конгресса герцог Брюнсвик, “один из наиболее активных и влиятельных масонов того времени”, сам был членом “Ордена строгого соблюдения” [529].

Более того, масонский автор Вайт писал:

“Может показаться, что мы можем проследить в “Ордене строгого соблюдения” — практически без исключения — связи каждой личности с французским масонством, не говоря уже о самой Германии”.

Вайт также отмечал, что после Вильгельмсбадского конгресса “Орден строгого соблюдения” был “преобразован” в ордена других обрядов и скрытых степеней [530].

Уладив вопросы деления и благополучно скрыв членов Ордена иллюминати в рамках масонства, Вильгельмсбадский конгресс стал поворотным моментом для ордена. Поскольку члены давали клятву соблюдать тайны, граф де Вирье позднее писал в биографии:

“Паутины заговоров, сотканные здесь, были так хорошо продуманы, что они... не оставляли никаких шансов сохранения монархии и церкви” [531].

“Во Франкфуртской ложе был разработан гигантский план мировой революции, — писал Стилл. — Факты подтверждают, что Орден иллюминати и его нижняя палата, масонство, были тайным обществом в тайном обществе” [532].

Иллюминизм Вейсгаупта был общественным проявлением многовековой борьбы между организованной религиозной догмой и гуманизмом, основанным на древних тайных познаниях — теологическом и светском. Такие знания требовали соблюдения большой тайны из-за непрекращающихся нападок церкви и монархии. Но тогда как многие из более древних гностических сект, включая Карбонариев, развивали честные верования и ценности, у Вейсгаупта был свой, более циничный и подрывной план.

“Вейсгаупт... знал, как взять у каждой ассоциации, бывшей и настоящей, необходимую ему долю и превратить всех их в довольно эффективную работающую систему, — писала Неста Вебстер, —... распадающиеся доктрины гностиков и манихейцев, современных философов и энциклопедистов, методы измаилитов и ассасинов, дисциплина иезуитов и тамплиеров, организация и тайны масонов, философия Макиавелли, тайны Розенкрейцеров.

Он знал, кроме того, как привлечь нужные элементы во все существующие ассоциации, а отдельных членов направить на достижение цели” [533].

Учитывая то, чего достиг этот немецкий профессор в восемнадцатом веке, становится ясно, почему авторы, пишущие о заговорах, выражают беспокойство по поводу современных иллюминатов, вооруженных современными технологиями и имеющими возможность влиять на общественность через средства массовой информации.

Многие исследователи сегодня полагают, что Орден иллюминати все еще существует и что целями Ордена остаются отмена всей государственной и частной собственности, наследования, национализма, семьи и официальной религии. Это убеждение частично исходит из осознания, что столь осуждаемые “Протоколы сионских мудрецов” до их публикации, широко используемые для оправдания антисемитизма — были, по сути, документом иллюминатов с еврейскими элементами, добавленными с целью дезинформации.

“Даже притом, что Орден иллюминати исчез из поля зрения общественности, монолитный аппарат, приведенный в движение Вейсгауптом, возможно, существует и по сей день, — отмечает исследователь Стилл. — Конечно, цели и методы действия все еще существуют. А существует ли до сих пор название “Орден иллюминати”, это не так уж и важно” [534].

Французская революция

Ренессанс мертв. Реформация мертва. Даже большие войны прошлых дней кажутся затмеваемыми необъятностью недавнего конфликта. Но в то время когда революционные сражения уже утихают, слышен другой звук — сердитый ропот, который возник в 1789 г. и, хотя на мгновение он затих, он не утратил своей силы.

Мы вновь находимся в цикле революции. Французская революция — это не отмирающее явление. Листая современные оценки тех великих дней, мы чувствуем, что прикасаемся к живым вещам. С пожелтевших страниц до нас доносятся голоса, голоса, которые все еще дрожат от страстей, овладевавших ими более чем два столетия назад — здесь отчаянный призыв к свободе и справедливости, здесь трубный глас “король и страна”.

Теперь рассказы, пропитанные слезами смерти, выглядят героическими, как отчаянный крик ярости против таких же людей. Когда еще во всей мировой истории до нынешнего дня человеческая природа проявила себя столь ужасной и в то же время возвышенной? И не то ли обаяние, которое эта удивительная эпоха оказала на умы людей, явилось следствием факта, что проблемы, которые там возникли, являются все еще нерешенными. Что те же самые движения, которые ею были порождены, все еще бытуют среди нас?

В течение многих лет Французская революция была не столько предметом исторического исследования, сколько темой для бойких журналистов, видящих в том запутанном периоде материал, который можно использовать в личных интересах. Именно так и было, точность не играла никакой роли в подобных действиях.

Но если революция расценивается как высший эксперимент в развитии демократии, если ее принципы должны быть предметом нашего восхищения, а ее методы преподносились в виде примера нашему народу, не является ли это знамением того, что надо приложить некоторые усилия, чтобы противодействовать этому “заговору истории”, который до настоящего времени во Франции скрывает реальные факты? Не положить ли нам конец этой рапсодии и рассмотреть вопрос с научной точки зрения о ее влиянии на народ?

Если кому-то необходимо привести пример крупного мирового события, произошедшего в результате махинаций тайного общества, нет необходимости искать дальше Французской революции, уничтожавшей французский народ в период между 1789 и 1799 гг. Революционные лидеры, стремясь свергнуть монархию короля Луи XVI, начали первую национальную революцию современности.

Таким образом, история революций, как ее нам преподносят, с ее бессмысленными преступлениями, неблагоразумным насилием и отвратительным безразличием к жизни людей является просто некорректной.

Если таким образом мы захотим обнаружить правду относительно революционных событий, нам придется копать намного глубже того, что лежит на поверхности, мы должны проследить связь между детонатором и взрывом, между действиями народа и причинами, которые их к этому спровоцировали.

Хотя бытует общественное мнение, что она началась в результате народного восстания из-за нехватки продовольствия и недовольства представительством в правительстве, исторические документы свидетельствуют, что революция была спровоцирована ячейками французского масонства и немецких иллюминатов, за которыми стояли деньги Ротшильда.

Французский король Луи XVI не ждал, когда созреет революционная ситуация, чтобы пресечь страдания народа. С первого года своего правления он начал воплощать реформы.

В 1775 г. он попытался ввести свободное обращение зерна — таким образом вызвав недовольство монополистов, которые в отместку призвали к “Мучной войне”.

В 1776 г. он предложил уменьшить пошлину, что парламентская оппозиция сумела “успешно” предотвратить.

В 1779 г. он отменил все формы рабства в своих владениях, приглашая “всех вельмож, имеющих феодальные владения и общины, последовать его примеру”.

В 1780 г. он отменил пытки. В 1784 г. он предоставил свободу совести Протестантам.

В 1787 г. он предложил равенство территориального налогообложения, устранение налога на соль и вновь предложил отмену пошлины и свободное обращение зерна.

В 1787 и 1788 гг. он предложил реформы в правосудии, равенство всех граждан в любой форме занятости, отмену тайных доносов и большую свободу прессы. Тем временем он продолжал уменьшать расходы на содержание двора и преобразовал тюрьмы и больницы.

Наконец 8 августа 1788 г. он объявил о сборе всеобщей ассамблеи, на которой предоставил двойное представительство Третьему сословию.

Весной 1789 г. у французского народа были, таким образом, все причины выражать надежду на будущее и верить, что теперь, наконец, все их утраты будут возмещены. Разве не издал Король обращение к народу, в котором говорилось:

“Его Величество желает, чтобы в пределах его королевства и во всей стране каждый человек мог быть уверен, что его чаяния и просьбы будут услышаны” [535].

Однако королевские реформы не интересовали те подрывные силы, которые были включены на разрушение Франции. Эти подрывные теории исходили из определенных секретных обществ, цели которых английский автор Джон Робисон описал в своей книге под названием “Доказательства заговора против всех религий и правительств Европы, подготовленного на тайных собраниях масонов, иллюминати и читательских обществ”.

Робисон, который сам был подлинным франкмасоном, совершил поездку по европейским ложам, где обнаружил, что в жизнь воплощаются новые формы масонства. Как во Франции, так и в Германии ложи стали прибежищем многих прожектеров и фанатиков. И в науке, и в религии, и в политике все, кто использовал тайну и свободу слова, поддерживались на этих встречах...

Под их руководством масонство стало полностью нежеланным, почти в прямой оппозиции к власти. Система, заимствованная из Англии, где соблюдалось правило, что все, что не касается религии или правительства, может свободно обсуждаться в ложах, подпала под влияние секты.

Лидеры этой секты “не верили ни единому слову, какое ими произносилось, и любой доктрине, какую они проповедовали”, и чьим “истинным намерением было отменить всю религию, свергнуть все правительства и превратить мир во всецелый грабеж и разрушения” [536].

Новая энциклопедия “Британика” сообщает, что во Франции “зарождалась политическая система и философские взгляды, противоречившие христианству, фактически противостоящие ему... Братство, проповедуемое такими группами, как якобинцы, членами секретных масонских обществ и иллюминатами, тайным рационалистским обществом, составляло конкуренцию католическому сознанию общества” [537].

Исследователь тайных обществ доктор Неста Вебстер более точно выразила эту мысль, написав в 1924 г. следующее:

“Масоны... породили Революцию во главе с пресловутым герцогом Орлеанским” [538].

Автор Брэмли также писал:

“Во время первой Французской революции ключевым лидером мятежников был герцог Орлеанский, гроссмейстер французского масонства до своей отставки в пик Революции. Маркиз Лафайетт, введенный в масонское братство Джорджем Вашингтоном, также играл важную роль в деле Французской революции. Якобинский клуб, который был радикальным ядром революционного французского движения, был основан видными масонами” [539].

Именно герцог Орлеанский, гроссмейстер масонской ложи Великого востока, как сообщалось, скупил все зерно в 1789 г. и либо продал его за границу, либо спрятал, таким образом создав голод среди простых людей. Галарт Монтюи, современник, вменял вину за организацию Революции почти исключительно герцогу Орлеанскому, добавляя, что тем “двигала невидимая рука, которая, вероятно, руководит всеми событиями нашей истории, ведет нас к цели, которую мы не видим в настоящее время...” [540]

Изучив огромное количество документов того времени, доктор Неста Вебстер отмечает:

“Если тогда, как утверждается, Французская революция была подготовлена в масонских ложах и многие французские масоны хвастались этим, то следует добавить, что именно иллюминированное масонство совершило революцию и что масоны, приветствовавшие ее, были иллюминированными масонами, наследниками той же самой традиции, привнесенной в ложи Франции в 1787 г. учениками Адама Вейсгаупта, “патриарха якобинцев” [541].

Так, Орден иллюминати отказывался от христианства, защищал чувственные удовольствия, верил в уничтожение монархий и называл патриотизм и лояльность ограниченными предубеждениями, несовместимыми с всемирной благотворительностью. Кроме того, они считали всех правителей узурпаторами и тиранами, и все привилегированные классы их соучастниками; они хотели отменить законы, которые защищали собственность, накопленную длительно и успешно работающей промышленностью и не допустить в будущем любое такое накопление; они намеревались установить всемирную свободу и равенство, неотъемлемые права человека, и в качестве подготовки ко всему этому они намеревались выкорчевать всю религию и обычную этику, и даже сломать порядок обычной жизни, уничтожив почитание брачных союзов и забрав воспитание детей из рук родителей” [542].

Это были как раз те принципы, которые породили события во Франции в 1793 и 1794 гг., а метод, благодаря которому этот план был непосредственно воплощен, можно отнести к влиянию Вейсгаупта. Среди иллюминатов, говорит Робисон, “ничто так часто не обсуждалось, как уместность использования, во имя благих целей, средств, которые злые люди используют для злых целей; и это преподносилось так, что блага, возникшие в конечном результате, оправдывали используемые средства, и что мудрость и добродетель заключаются главным образом в определении этого баланса. Это вызывало серьезные опасения, поскольку было очевидно, что ни у кого не возникло бы угрызений совести, если бы оказалось, что орден воспользуется этим, потому что величайшей целью ордена было завладеть властью в любом случае” [543].

Именно эта доктрина дает ключ к пониманию направленности деятельности ведущих революционеров Франции и которая, как мы увидим позже, привела к господству террора.

Квентин Крофорд, друг Марии Антуанетты, в своем письме к Питту в 1794 г. отмечал:

“Есть большое сходство принципов из тех, что нам известны, между иллюминати и ранними якобинцами, и я убежден, что семена этих многих экстравагантных и дьявольских доктрин, распространяемых с таким беспрецедентным изобилием во всех очагах Франции, привнесены из Германии.

Ложи немецких Вольных каменщиков и иллюминати были, таким образом, источниками, откуда появлялись все эти анархические планы, которые в итоге завершились террором, и именно на знаменитой встрече масонов во Франкфурте–на–Майне, за три года до Французской революции, планировалось убийство Луи XVI и шведского короля Густава III” [544].

Но кто же делал непосредственно революцию, кто был исполнителем? Об этом очень красноречиво пишет Неста Вебстер:

“К весне 1789 г. население Парижа разделилось на две большие группы, подверженные эмоциям — надежде и страху. Надежда основывалась на неоправданных перспективах Генерального совета, который намерен был возродить королевство, страх исходил из паники о надвигающемся голоде и присутствия среди них таинственных незнакомцев.

Огромная благотворительная деятельность короля, дворянства и духовенства способствовала привлечению толп голодных крестьян в Париж, где они трудоустраивались за средства короля на холмах Монмартра, и скоро стали добычей орлеанистских лидеров, которые завербовывали многих из них к себе на службу с целью восстания.

Но даже это огромное пополнение преступного мира Парижа было незначительным меньшинством среди законопослушных граждан, и тогда лидеры изобрели новые меры. К концу апреля мирные граждане с ужасом увидели банды оборванных людей ужасного вида, вооруженных толстыми дубинами, проникающих сквозь заслоны в город.

Этот зловещий контингент не следует, как пытаются нас уверить некоторые историки, путать с предыдущими толпами крестьян — “это были ни рабочие и ни крестьяне, — говорит Мадам Виже ле Бран, — казалось, что их нельзя отнести ни к какому классу, как только к бандитам, столь ужасающими были их лица”.

А Монтюи добавляет, что это делалось преднамеренно — “их проинструктировали искажать свои лица так, чтобы они стали объектом ужаса для всех парижан”.

Другие современники, чьи суждения точно совпадают с предшествующими, добавляют, что эти люди были “иностранцами... они говорили на странном языке”. Буйе заявляет, что “это были бандиты с юга Франции и Италии”, в то время как Мармонтель описывает их как “марсельцев”... Грабители и убийцы, жаждущие крови и добычи, смешивавшиеся с массами, вдохновляли их своей свирепостью” [545].

Марсельцев в 1792 г. в Париж не вызывали. Как бытует общее мнение, их помощь, очевидно, потребовалась немного позже и связывалась с первыми успехами в начале революции.

То, что эти бандиты с юга были преднамеренно заманены в Париж в 1789 г., нанимались и оплачивались революционными лидерами, является фактом, подтвержденным многочисленными авторитетными свидетельствами, слишком многочисленными, чтобы приводить их здесь подробно. А тот факт, что заговорщики чувствовали, что такая мера будет необходимой, имеет огромное значение, поскольку показывает, что, по их мнению, на население Парижа не следует делать ставку для достижения целей революции.

Другими словами, привлечение контингента наемных бандитов окончательно опровергает теорию, что революция была вынужденным восстанием народа. Это наоборот доказывает, что движение преднамеренно и старательно планировалось.

Никто не понимал человеческую природу лучше, чем лидеры орлеанистского заговора, и они, несомненно, поняли, что ранее безответственное, любящие удовольствия население Парижа проявит небольшую инициативу в вопросе кровопролития, им всегда нужно, чтобы кто-нибудь их возглавил, показал пример, прежде чем они проникнутся таким духом и решатся на эти действия.

Безжалостные, какие они были в отдельные моменты, они были склонны к внезапным излияниям чувств, что мгновенно преобразовало их жертвы в объект восхищения; им недоставало горячей южной крови, упивающейся жестокостью и не утомляющейся от этого зрелища. Анархисты XVIII в. всегда понимали, что именно среди романских потомков, собиравшихся в Колизее, чтобы наблюдать на арене жестокие спортивные состязания, им надо найти убийцу, чтобы выследить свою королевскую жертву.

Также заговорщики 1789 г. знали, что именно на юге они могут найти ту мрачную свирепость, которой так недостает беззаботным парижанам, и в жарких солнечных регионах Италии и Прованса, где кинжал по–прежнему остается окончательным аргументом в ссоре, они нашли то ужасное орудие революции, какое искали.

Таким образом, одновременно, процесс преобразования и подготовка революции продвигались вперед, и в то время как народные депутаты собирались на заседания, лидеры восстания сплачивали свои силы. Это была гонка двух: кто будет первым? Те, кто желали созидать, или те, которые стремились только уничтожать? Революция выбрала день, и 27–го апреля в Париже вспыхнула первая искра.

После первых кровавых дней можно было наблюдать в госпиталях людей, которые были разочарованы своим участием в революции. Они не думали, что будет кровопролитие. Один несчастный, умирая в агонии, воскликнул: “О боже, о боже, стоило ли переносить такие страдания за несчастных двенадцать франков?” [546] И действительно, в его кармане было ровно двенадцать франков, такие же суммы были обнаружены и у многих других повстанцев.

Прошло более 200 лет после Французской революции, но методы их проведения остались теми же. В начале 1990–х годов организаторами различных митингов и акций протеста в Украине платили от 10 до 30 долларов, а во время “помаранчевой революции” 2004 г. и после нее платили от 20 до 500 долларов. Деньги и еще раз деньги делают революции.

Все революции и мировые потрясения были и будут организованы все тем же тайным еврейским мировым правительством, — пишет князь Череп–Спиридович. — Это привело к созданию мировой империи евреев, и каждая новая революция подводит любую страну под их ярмо! “Равенство” остается мечтой. “Свобода” исключает “равенство” [547].

Среди наиболее активных организаторов революции 13 июля 1789 г. появился новичок в орлеанистском заговоре, молодой адвокат с ужасно отпугивающей внешностью по имени Жорж Жак Дантон, чье красноречие, напоминавшее площадный юмор, снискало ему популярность улицы. Его массивная голова и черты особенно хорошо гармонировали с манерой его красноречия. Иногда подшучивая, иногда обличая, он веселил любящую удовольствия парижскую аудиторию, которую он, по существу человек удовольствия, прекрасно понимал.

Сложившееся убеждение о Дантоне как о патриоте, проявляющем рвение к свободе и Республике, основано на ошибке. Дантон не был ни демократом, ни республиканцем, а только оплачиваемым агитатором стороны, намеревавшейся установить гораздо худший деспотизм когда-либо прежде переживаемый Францией.

Однако возникает вопрос: почему Дантону сооружен памятник и красивейшая улица Парижа названа его именем? Вместе с тем в Париже нет ничего, что напоминало бы о Робеспьере, этом честном, неподкупном революционере. Это случилось из-за последней произнесенной им речи, в которой он поведал, что Французская революция, как и все остальные, была начата не французами, а зарубежными агентами.

Один из них, некий еврейский агитатор по имени Эфраим, прибывший в Париж 14 сентября 1790 г., вооруженный письмом от короля Пруссии с инструкциями организовать Эфраиму контакты с революционными лидерами. Эфраим пробовал втереться в доверие к министру короля Монморену, но без успеха.

“Цель, которую он преследует, — сказал Монморен, — является коммерческое соглашение, но у меня есть повод полагать, что его миссия простирается далее и что он проинструктирован настраивать нас на политическое взаимопонимание...

У Монморена были серьезные основания не доверять всем этим прусским маневрам. Эфраим играл очень вероломную роль в Париже. Он часто посещал клубы и привлек к себе внимание своей демократической воинственностью. Его цель, — писал Монморен, — состоит в том, чтобы столкнуть нас с императором Австрии, и он думает, что, вызывая недовольство народа против королевы, он преуспеет в этом довольно легко.

Он ведет деловые закулисные отношения и пробует привлекать журналистов. Я почти уверен, что он распределяет деньги, и я знаю, что он получает большие суммы у банкира” [548].

Подозрения Монморена были абсолютно верными, поскольку по этому вопросу у нас есть свидетельства современников, принадлежащих к абсолютно противоположным сторонам. Так, граф Ферсен пишет Густаву III, королю Швеции, 8 марта 1791 г., где заявляет, что Эфраим снабдил деньгами агентов революционной пропаганды — не так давно он снова получил 600 тыс. луидоров.

А Камиль Демулен проливает дальнейший свет по вопросу о 1793 г. такой существенной фразой:

“Разве не факт, точно выдвинутый Филиппо, что казначей короля Пруссии, предоставляя ему счета расходов за прошлый год, обозначил в графе цифру в шесть миллионов единиц в европейской валюте для подрывной деятельности во Франции?”

Во всей коварной летописи Гогенцоллернов не было большего вероломства; они уже испытали программу, которую в наши дни они использовали с неизменным успехом — создание революционной ситуации во всех тех странах, где они желают доминировать. Хорошо это объясняет английский якобинец Майлз, восклицая:

“Из всех отъявленных негодяев, позорящих королевскую власть, сколько мне не пришлось колесить по разным странам, я не знаю ни одного, столь непорядочного, столь подлого, столь непопулярного, как нынешний король Пруссии. Он направил своих агентов по всей Европе, чтобы они совершали массовые беспорядки — льстили и грабили все нации” [549].

Так, у Майлза, хотя он был революционером, не появилось ни малейшей тени сомнения, когда он наблюдал за интригами некоторых так называемых демократов, и он не обманулся, как наши нынешние провидцы, заявлениями о приверженности делу свободы, исходящими от рабов духа прусского деспотизма.

“Некоторые из немецких дворов, — писал он 12 марта 1791 г., — имеют здесь своих эмиссаров свободы, проповедующих равные права и уверяющих легкомысленное большинство, что их примеру последует весь мир.

Пруссия в вопросе интриг занимает лидирующее положение. Во дворах она оплачивает разные партии, потому что каждая из них может пригодиться. Мастерство, с каким эти интриги проводятся, показывает, что учение Фредерика Великого принято сердцем его учениками. Фредерик всегда верил в распространение демократических доктрин за границей, оставаясь признанным мастером в искусстве противодействия их влиянию у себя дома.

У правителей различных Немецких государств более, чем когда-либо, была теперь потребность использовать этот талант, поскольку немецкий народ проявил тревожные симптомы революционной лихорадки. Доктрины немецких иллюминатов, так мощно способствовавшие революции во Франции, теперь дали себя почувствовать в стране, породившей их. В Германии готовится великая революция, и революция, вероятно, решающая в общей судьбе наций, чем та, что произошла во Франции...

Эта революция, целью которой могло бы стать спасение цивилизованного мира в результате свержения деспотичного режима Гогенцоллернов, была предотвращена революцией во Франции” [550].

Однако вернемся к Робеспьеру, еврейскому выходцу из Ельзаса, который был неподкупен, тогда как Дантон, негодяй без чести и морали, продавал себя любому. Что же так разгневало организаторов Французской революции в 1794 г., что им и сегодня не нравится Робеспьер. Дело в том, что в своей двухчасовой речи 26 июля 1794 г. Робеспьер опрометчиво заявил:

“Я не доверяю всем этим иностранцам, чьи лица прикрыты маской патриотизма и которые стараются предстать большими республиканцами и активистами, чем мы сами. Они являются агентами иностранных государств. Я хорошо представляю, что наши враги имели в виду, говоря: “Наши эмиссары должны демонстрировать самый горячий патриотизм” и все для того, чтобы внедриться в наши собрания. Эти агенты должны быть уничтожены, несмотря на их предательское искусство и маски, которые они надевают” [551].

Вот как описывает сцену расправы с Робеспьером мировой закулисы доктор Неста Вебстер:

“...в Зал заседаний прибыл Леонар Бурдон и его полицейские, при виде которых Робеспьера охватило отчаяние. Последовала сцена дикого беспорядка. Максимильян Робеспьер, сидящий за столом, где он начал писать приказ, предписывающий созвать Сессию Пик для его спасения, упал от внезапного выстрела в челюсть — то ли сам он выстрелил, то ли полицейский Мерда, который впоследствии хвастался этим, неизвестно; его брат Августин вылез из окна и, побежав по внешнему выступу, сорвался вниз к подножью Отель де Виль, где он лежал, искалеченный и истекающий кровью...

Рано утром 10–го термидора часть человеческих тел была собрана и отнесена в Тюильри, где все еще заседала Конвенция: первым был Максимильян Робеспьер, которого несли на носилках с закрытыми глазами, с естественно страдальческим выражением лица, носящим мертвенно–бледный оттенок смерти.

И те, кто нес носилки, были вынуждены нести его в Комитет общественного спасения и там положить свою ношу на стол, тот самый знаменитый зеленый стол, вокруг которого по ночам собирался комитет, чтобы составлять свои списки запрещений.

Именно здесь, на том самом месте, где он предопределил уничтожение бесчисленного числа людей, лежал сам Робеспьер, теперь жалкий предмет, голова которого опиралась на деревянный ящик, и кровь текла из раны в челюсти по гофрированной рубашке и бледносинему костюму. На протяжении семи часов агонии человек, перед которым прежде трепетала вся Франция, выносил насмешки и оскорбления солдат и полицейских, которые, как он верил, были преданы его делу. В какой-то момент подошел один рабочий и, долго и пристально вглядываясь в изуродованное лицо тирана, пробормотал полным страха тоном: “Да, есть все же Бог!..”

Так пали могущественные! Всесильный Робеспьер, сокрушенный и сломленный, мертвенно–бледный, обмотанный запачканными кровью бинтами, в порванном и бесцветном голубом костюме.

Так, под проклятия людей, чьим подобострастным поборником он был, Максимильян Робеспьер принял смерть. Те люди в толпе вокруг эшафота, которые желали видеть, как он страдает, а их было много, были удовлетворены ужасной сценой, которая произошла на платформе гильотины, когда палач, грубо срывая бинты с головы Робеспьера, обнажил сломанную челюсть, которая упала, оставляя зияющую пропасть, вызвав у замученной жертвы рев агонии, “подобный реву умирающего тигра, который был слышен в самых дальних частях площади”... зверство палача восхитило зрителей, и когда в следующий момент была поднята голова, великое множество людей, заполнивших площадь Революции и достигавшее Тюильри и Елисейских полей, взорвалось настоящей бурей аплодисментов, которые то усиливались, то утихали, и снова усиливались, и мужчины, и женщины бросались в объятья друг друга, выкрикивая: “Наконец мы свободны! Тирана больше нет!” [552]

Почему так жестоко мировая закулиса, расправилась с Робеспьером? Потому что “французская” революция, как и все остальные, была организована и профинансирована Ротшильдами, для того чтобы уничтожить христиан, ограбить их и завладеть “всеми царствами” [553].

А как уничтожали христиан во время Французской революции? Об этом не говорит ни один учебник официальной истории. И только Неста Вебстер смогла об этом рассказать. Антирелигиозная кампания, начавшаяся в сентябре убийствами священников, в ноябре 1793 г. охватила всю Францию.

Вот как Вебстер описывает некоторые события того времени, ссылаясь на рассказы очевидцев:

“В ночь с 6 на 7 ноября Эбер, Шометт и Моморо (лидеры революции) поехали к “Конституционному” епископу Парижа Гобелю и приказали, чтобы он публично отказался от католической веры. “Вы сделаете это, — сказали они ему, — или Вы — покойник”.

Несчастный старик бросился им в ноги и просил пощадить его, но эберисты были непреклонны, и на следующий день Гобель, до смерти ими запуганный, предстал перед Конвенцией и заявлял, что “воля суверенного народа” теперь стала для него высшим законом, “и поскольку суверен так желает, то нет иного поклонения, чем свобода и святое равенство”.

Соответственно он теперь отдает свой крест, кольцо и другие знаки отличия председателю и надевает красную кепку свободы. Некоторые из его священников последовали его примеру под восторженное одобрение Собрания [554].

Этот нелепый эпизод стал сигналом для осквернения церквей по всему Парижу и провинциям. В Нотр–Даме, с множеством его распятий и образов святых, 10 ноября состоялся Праздник Благоразумия. Храм был возведен при подходе на возвышенное место, откуда сиял “свет правды”, и под мелодии “Марсельезы” и народных куплетов “Богиню Благоразумия” в лице мадмуазель Мейяр, оперной певицы, одетой в синюю мантию и красную кепку свободы, торжественно возвели на престол с криками “Да здравствует Республика!”.

В Святой кафедральной Церкви во время точно такой же службы Хоаким Сейрат, возглавлявший резню в сентябре в Канне, поднявшись на кафедру проповедника, выкрикнул: “Вот я на этой кафедре проповедника, с которой так долго проповедовалась ложь суверенному народу, я заставлю их поверить, что есть Бог, который видит все их действия. Если этот Бог существует, пусть он извергнет молнии, и может быть, один из ударов молнии поразит меня!”

Затем, вызывающе подняв глаза к небесам, он добавил: “Он не гремит, так что Его существование — химера!” [555]

Ярким примером материализма был знаменитый маркиз де Сад, нравственный маньяк, которому мы обязаны нарицательным словом “Садизм”. Злодеяния, совершенные этим наиболее порочным из всех аристократов в отношении бедных женщин из народа, никоим образом не устранили его с достойного места в рядах “демократии”.

Сад был последователем Марата и членом Секции Пик, к которой принадлежал и Робеспьер. Обращение этой секции, составленное самим де Садом, было представлено Конвенции, где было выдвинуто требование установить во всех церквях новый культ поклонения. Благоразумие и Достоинство “старой религии” следовало заменить на культ “слуги иудейского”.

Эта петиция была названа “достойной внимания” со стороны Конвенции, которая отдала распоряжения направить ее в Комитет общественных указаний” [556].

Но ведущую роль в кампании против религии играл иллюминат — прусский барон Анахарсис Клоотс, прославившийся в период революционного движения своим планом “Всемирной республики” и своей ненавистью к христианству. Апологет “Интернационализма”, разработанного в доктринах иллюминатов, он выражал почти все, что глобалисты выдвигают на обсуждение сегодня, как самое последнее слово в современной мысли.

Кратко, все народы земли должны сплотиться в один союз — как члены “единственной нации”, которая должна превратиться в “необозримую империю Всемирной Республики”.

В вопросе религии его насилие возрастало. Второй титул, который присвоил себе Анахарсис Клоотс, был такой: “личный враг Иисуса Христа”. Христианство возбуждало в нем почти эпилептическую ярость. “Религия, — писал он, — является социальной болезнью, от которой нет быстрого излечения. Религиозный человек — необузданное животное.

Он походит на тех животных, которые существуют только для того, чтобы их стричь и жарить во благо торговцев и мясников.

“Народ, — заявлял он, — является суверенным и всемирным владыкой. Франция — центр божественного народа, и только дураки могут верить в любого другого Бога, в Высшее существо” [557].

Лидер революции Максимильян Робеспьер осознал, что “французская” революция была “еврейским” захватом Франции и не имела ничего общего с процветанием, свободой, равенством и другими модными словечками. Значит ли это, что Робеспьер не был иллюминатом? Он, несомненно, был масоном: князь Кропоткин определенно заявляет, что он принадлежал к одной из лож иллюминатов, основанной Вейсгауптом. Но современники утверждают, что он не был посвящен во все таинства и действовал как орудие заговора, а не как его организатор.

Не случайно Робеспьер не произносил лицемерных тирад о “мирной революции”: он знал, что революция не может быть мирной, что по самой своей сути она предполагает натиск и ответное сопротивление — сопротивление, которое можно преодолеть, лишь полностью пренебрегая человеческой жизнью.

Так что террор стал не только воплощением идей иллюминизма, но и логическим следствием социалистических доктрин. Проявления вандализма, имевшие место летом 1793 г. (сожжение библиотек, уничтожение бесценных сокровищ искусства и литературы), будучи частью плана Вейсгаупта, полностью соответствовали социалистической теории “верховенства народа”.

В полном соответствии с выступлениями Вейсгаупта против “племени торгашей” происходило разорение промышленных городов Франции, уничтожение торговцев. Следующим шагом на пути разрушения цивилизации стала кампания против образования. Погромщики, сжигавшие библиотеки и гильотинировавшие Лавуазье на том основании, что “республике не нужны химики”, просто осуществляли на практике теорию Вейсгаупта о том, что науки — это продукт необходимости и потребностей, далеких от естественных, плод тщеславия и недомыслия.

Ведь если считать, что в наименее образованной части общества сосредоточены все добродетели и вся мудрость мира, то, подчиняясь логике, остается только сжечь библиотеки и закрыть школы. Зачем развивать интеллект ребенка, если в почете только физический труд? Зачем его цивилизовывать, если цивилизация — это проклятие человечества? Нелепо говорить о достоинствах образования и тут же отстаивать “диктатуру пролетариата”, третируя всех образованных людей как буржуа.

На рассмотрение Конвента выдвигались величественные проекты создания “обычных школ”, “центральных школ” и т. д. Целые полчища профессоров должны были заняться обучением молодежи. Но все эти планы были сведены на нет. Как оказалось, к концу 1794 г. система общественного образования прекратила свое существование. Это вполне объяснимо: ведь эмиссары Комитета общественного спасения не сидели без дела, уничтожая книги, картины и преследуя всех культурных людей.

Эта кампания против так называемой буржуазии пользовалась полной поддержкой со стороны Робеспьера. Именно от него исходил призыв к оружию, который со временем стал боевым кличем революционеров. По свидетельству современника, проводилась “систематическая травля талантливых людей”, организаторами которой, как и всей системы террора, были иллюминаты, реализовывавшие ведущий принцип секты.

Любимый девиз Вейсгаупта — “Цель оправдывает средства” — перефразированный якобинцами, звучал так: “Разрешено все, что идет на пользу революции”. Царство террора стало логическим следствием из этой посылки.

К концу 1793 г. стало очевидно, что нет никакой возможности трудоустройства выброшенных на улицу людей, поскольку погромы в промышленных городах Франции нанесли сокрушительный удар по ее экономике. Республика лицом к лицу столкнулась с сотнями тысяч безработных. Тогда Комитет общественного спасения, предвосхищая теорию Мальтуса, приступил к реализации своего страшного проекта, известного как система уничтожения населения.

В том, что подобный план действительно существовал, убеждают ошеломляющие свидетельства современников. Неста Вебстер пишет: “В своей книге “Французская революция” я цитировала показания не менее чем 22 свидетелей, причем все они были участниками революции. Впоследствии я обнаружила новые доказательства этого факта в письмах англичанина по имени Редхед Йорк, путешествовавшего по Франции в 1802 г. и общавшегося со сподвижником Робеспьера — художником Давидом.

“Я спросил его, правда ли, что изучался проект сокращения населения Франции до одной трети от его нынешней численности. Он ответил, что это было предметом серьезного обсуждения и что автором проекта являлся Дюбуа–Крансе”.

В другом месте Йорк замечает:

“Мсье де ла Метери уверил меня, что во времена революционных трибуналов существовал замысел уменьшить население Франции до 14 млн человек. Наиболее ярым и заметным приверженцем этой гуманной и философской политики был Дюбуа–Крансе” [558].

Нетрудно заметить несоответствие в цифрах. Население Франции в тот период составляло 25 млн человек. Предложение уменьшить его до одной трети от общего числа дало бы цифру в восемь с лишним миллионов. Очевидно, существовали проекты депопуляции Франции на одну треть или до трети ее населения, что Йорк и упустил из виду. Но именно в этом вопросе мнения организаторов террора разошлись.

Так, говорят, член революционного трибунала д’Антонелль был сторонником первого проекта и более умеренной политики, но сокращение населения до восьми миллионов, то есть до одной трети, стало тем вариантом, с которым в целом согласились лидеры. Необходимость в таких крайних мерах диктовалась не только нехваткой хлеба, денег, имущества, но и тем, что после уничтожения аристократии и буржуазии в стране не доставало работы.

Таким образом, система террора стала ответом на проблему безработицы — безработицы, спровоцированной уничтожением элитных слоев населения.

Если массовые убийства, совершавшиеся по всей Франции, никогда не достигли тех огромных масштабов, в каких они задумывались, то случилось это не из-за нехватки того, что тогда называли “энергией в искусстве революции”. Дни и ночи напролет члены Комитета общественного спасения заседали в Тюильри за покрытым зеленым сукном столом, разложив перед собой карту Франции, отмечая города и деревни и прикидывая, сколько людей должно быть в каждом департаменте.

Дни и ночи напролет революционный трибунал перемалывал без суда и следствия нескончаемый поток жертв, в то время как рядом неутомимый Фукье составлял все новые и новые списки обреченных, а в провинциях над той же геркулесовой задачей бились проконсулы Каррье, Фрерон, Колло д’Эрбуа, Лебон.

В сравнении с результатами, которых они надеялись достичь, сокращение населения было мизерным; однако оно огромно на фоне данных, к которым мы приучены. Распространенные представления об эпохе террора, как об идущей на гильотину веренице людей в париках, начинают казаться бесконечно наивными, когда обращаешься к подлинным документам того времени.

Так, в период террора в Париже погибло около 2800 человек, из которых порядка 500 принадлежали к аристократии, 1000 — к буржуазии и еще 1000 — к рабочему классу. Эти данные довольно точны, так как они подтверждаются документами революционного трибунала, опубликованными Кампардоном и Валлоном, а также современником событий Прюдомом [559]; их признает достоверными историк — робеспьерист Луи Блан [560].

Согласно данным Прюдома общее количество лиц, утопленных, гильотинированных или расстрелянных в годы революции во Франции, составляет около 300 тыс. человек. При этом на долю знати приходится сравнительно незначительное число жертв — порядка 3 тыс. человек [561].

Таков был период, на протяжении которого, как убеждал историк Карлейль, “двадцать пять миллионов французов страдали меньше, чем когда бы то ни было”.

Однако кровавые расправы были лишь одной из уродливых черт эпохи террора. От разрухи, нищеты и голода страдали все, кроме кучки тиранов, взявших в свои руки бразды правления. Такое положение дел сохранялось еще долго после того, как владычество Робеспьера закончилось. Популярный в литературе образ Франции, восстающей, как Феникс, из кровавого кошмара революции, столь же мифичен, как и сама птица Феникс, и мог возникнуть лишь в фантазии потомков. Для каждого человека, пережившего эпоху революции, она была не чем иным, как чудовищным крахом. Лишь прихоть истории создала миф.

Французская революция, направленная против религии и церкви, против королевской власти как божественного установления, против старых традиций, привела к отделению церкви от государства, ограничению конституцией самодержавной власти и космополитизму.

Если свободное масонство было главным виновником кровопролития во время “французской” революции, почему их ложи были закрыты в 1793 г. и почему так много масонов было казнено? Да! Масоны являются исполнителями этой отвратительной работы.

Но кто давал деньги? Кто добивался кровопролития, осужденного всей французской нацией? Кто “удовлетворял свою похоть убивать”?

Христос указывал на это!

Якобинцы и якобиты

Прореволюционные члены Национального учредительного собрания Франции создали группу, которая стала известной как Общество друзей Конституции. После того как собрание переехало в Париж, эта группа встретилась в зале, арендованном в женском Якобинском монастыре католических доминиканских монахов, и поклялась защищать революцию от аристократов. Вскоре она стала известна как Якобинский клуб. Начиная с того времени, революционеров стали называть якобинцами.

Такова официальная история якобинцев. Однако якобинцы имеют связь с более ранним тайным обществом, в данном случае с движением за возрождение королевского правления в Англии.

В 1688 г. непопулярный в Англии прокатолический король Джеймс II был свергнут с престола его голландским зятем, протестантом Вильямом Оранжевым. Джеймс, чье имя на латыни звучало Якобус (отсюда и якобиты), сбежал во Францию. Там его продолжали поддерживать масоны Шотландии и Уэльса, намеревавшиеся восстановить его на английском троне. Французские масоны обвинили их в превращении масонских ритуалов и званий в политическую поддержку восстановления короля.

Согласно некоторым версиям масонской истории, Джеймс расположился в замке Сен–Жермен благодаря своему другу французскому королю Луи XIV, где с помощью католических иезуитов он создал систему масонства, которая стала основой масонских традиций Ордена шотландского ритуала [562].

“Теория, которая соединяет королевский дом Стюартов с масонством... как политический механизм, который нужно включить для восстановления свергнутого семейства на троне... настолько ни с чем несовместима... что вряд ли можно поверить, что такую теорию когда-либо воспринимали серьезно, далеко не всем она казалась убедительным доказательством факта” [563],

— так отзывался о ее политической роли масонский автор Альберт Маккей в XIX в.

После ряда неудавшихся восстаний якобиты в Шотландии были, наконец, разбиты в сражении у Куллоден Мур возле Инвернесс в 1746 г. Их лидер, Чарльз Эдвард Стюарт, “прекрасный принц Чарли, молодой претендент”, бежал во Францию, взяв с собой якобитов, увлеченных масонскими идеалами. Год спустя в Аррасе, Франция, Чарльз учредил масонское суверенное исконное общество Розенкрейцеров, известное как “Якобиты Шотландии”.

“Изначальным предназначением этой организации была вербовка других масонов... Для создания ячеек в других городах им надо было надлежаще продумать их организацию, что они фактически и делали... Одной из ячеек среди них стало создание собрания в Париже в 1780 г., которое в 1801 г. примкнуло к ложе Великого Востока Франции” [564], — писал Маккей.

“Якобитский характер парижской ложи не является предметом дискуссии” [565], — писала Вебстер. Однако она возражала против того, что основатели Великого Востока Франции в Париже являются продолжением Великого Востока в Лондоне, с которой у них нет никакой связи, поскольку... они привезли масонство во Францию раньше, чем была создана Великая ложа Лондона. Они никоим образом не были поэтому связаны никакими правилами. Это изначально были те несовместимые положения, где между английским и континентальным масонством начался раскол.

Согласно Маккею, попытка объединить масонские традиции с требованиями Стюартов к английскому трону является первым опытом, когда политика сочетается с “умозрительной философией” масонства [566]. Такие попытки повторялись не один раз.

Французские масоны также активно участвовали в политических событиях того времени. Как отмечает Неста Вебстер:

“Все революционеры Учредительного собрания были посвящены в третью степень “иллюминированного масонства, включая таких революционных лидеров, как герцог Орлеанский, Валанс, Лафайетт, Мирабо, Гарат, Рабо, Марат, Робеспьер, Дантон и Демулен” [567].

Ведущий революционер Оноре–Габриэль Рикетти, он же граф Мирабо, был действительно исполненный идеалов, сходных с взглядами Адама Вейсгаупта, основателя баварского иллюминированного масонства. Вступить в секту иллюминатов Мирабо соблазнила еврейка Генриэтта Герц, которая ввела его в дом Мендельсонов. (Известно, что Карл Ротшильд был женат на Аделаиде Герц.)

В личной с Вейсгауптом переписке Мирабо призывал к ниспровержению всего порядка, всех законов и всей власти, “оставить народу анархию”. Он говорил, что массам нужно обещать “власть народа” и более низкие налоги, но никогда не давать реальную власть, так как “народ, обладающий законодательной властью, очень опасен, поскольку он принимает такие законы, которые потворствуют их страстям”.

Он говорил, что духовенство должно быть уничтожено “высмеиванием религии”.

Мирабо заканчивал свою тираду, заявляя: “Какой смысл в выборе средств, если главным является достижение конечной цели?” [568] — та же самая философия — цель оправдывает средства — проповедуемая от Вейсгаупта до Ленина и Гитлера.

Многие мировые события, которые способствовали вспышкам революции, изначально имели финансовые проблемы. Франция израсходовала значительные суммы денег, поддерживая Американскую революцию. В феврале 1787 г. французскую знать пригласили в Ассамблею, где им было предложено увеличить налоги для богатых, чтобы уменьшить национальный долг. Само собой разумеется, богатая знать отвергла эту идею и вместо этого призвала к встрече в Генеральном совете парламента Франции, состоящем из трех сословий — знати, духовенства и народа. Генеральный совет не встречался почти двести лет.

Обсуждение этого вопроса с целью рассмотрения политических реформ продолжалось до 1788 г. с беспорядками во многих французских городах, включая Париж. В течение этого периода были избраны представители всех трех сословий.

Эти три сословия встретились в Версале 5 мая 1789 г. и тут же разделились по такому простому вопросу о том, как вести подсчет голосования. Народное голосование предпочитало большинство, главным образом, обычных избирателей, в то время как голосование сословиями устраивало знать и духовенство.

Третье сословие простолюдинов, заручившись поддержкой некоторых священников, добилось успеха, и король Луи XVI неохотно призвал Национальное Учредительное собрание разработать новую Французскую конституцию, в то же время тайно собирая войска для подавления собрания.

Молва о передвижении войск быстро распространилась, и в преддверии Великого Страха в июле 1789 г. толпа в Париже штурмовала главную тюрьму короля — Бастилию, где они освободили только семь заключенных — большинство из них выжили из ума — но захватили там так нужное им оружие и порох [569].

Вопреки широко распространенной версии, это нападение не было спонтанным действием возмущенных масс.

“То, что бандитов с Юга преднамеренно заманили в Париж в 1789 г., их наняли и оплачивали революционные лидеры, является фактом, подтвержденным властями, примеры настолько многочисленны, что их невозможно все привести... Иными словами, привлечение контингента наемных бандитов окончательно опровергает теорию, что Революция была неудержимым восстанием народа” [570], — писала Вебстер.

Тем временем конные курьеры, отправленные тайными обществами, ездили из города в город, предупреждая напуганных крестьян, что заговорщики против народа скрываются в замках аристократов и их поместьях. Им говорили, что король приказал захватить их. Хаос и насилие очень скоро разрослись и были восприняты как революция.

“Мы видим, как впервые во Французской революции было искусственно создано недовольство, чтобы потом его использовать в своих интересах” [571], — писал автор Стил.

Такая практика начиналась масонами уже в 1772 г., когда Великая ложа Востока утвердилась во Франции, насчитывая 104 ложи. Это число выросло до 2 тыс. лож ко времени Революции. 447 членов лож состояли в Генеральном совете, общая численность которого была 605 членов. Согласно некоторым исследователям Великая ложа Востока была ядром проникновения иллюминированного масонства [572].

Это проникновение началось в начале XVIII в., когда остатки якобитов и тамплиеров боролись за контроль над французскими масонскими ложами. Доктор Неста Вебстер полагает, что “Шотландского обряда масонство” было просто ширмой для Ордена тамплиеров и что Великая ложа Востока Франции была “захвачена интриганами” (то есть, якобитами) [573].

Французское масонство вскоре раскололось на две части: Великую ложу Франции с традициями тамплиеров, заимствованными у иллюминизма и нелегальную Великую ложу Лакорне, которая в 1772 г. стала Великой ложей Востока с будущим герцогом Орлеанским во главе.

“Великий Восток тогда призвал Великую ложу Франции отменить декрет об изгнании и объединиться с ней. Это предложение было принято, революционная партия выработала программу, и герцог де Шартр (вскоре герцог Орлеанский) был объявлен Гроссмейстером всех советов, собраний и Шотландских лож Франции. В 1782 г. “Совет Императоров” и “Рыцари Востока” объединились, чтобы создать “Великое Генеральное собрание Франции”, которое в 1786 г. объединилось с Великим Востоком. Победа революционной партии была полной” [574], — отметила Вебстер.

Обеспокоенное растущими беспорядками, Национальное собрание в 1789 г. срочно подготовило Декларацию прав человека и гражданина, провозглашая свободу, равенство, неприкосновенность собственности и право сопротивляться притеснениям — основные постулаты масонства.

Когда король отказался одобрить декларацию, парижская толпа пошла на Версаль и забрала его в Париж, где собрание продолжало вырабатывать новые законы и политику. Один из них предусматривал национализацию собственности Римско–католической церкви для погашения национального долга. Это вбило клин между простыми людьми и их сторонниками в духовенстве, усиливая враждебность с обеих сторон. Собрание тогда попыталось создавать конституционную монархию, подобную Англии, но напуганный Луи попытался бежать из страны в июне 1791 г. Его схватили в Варенне и возвратили в Париж под охраной.

Тем временем, ободренные ситуацией во Франции, масонские революционные клубы стали возникать в других странах, включая Англию, Ирландию, Немецкие государства, Австрию, Бельгию, Италию и Швейцарию. Напряженные отношения между соседними странами и Францией усилились в 1792 г., когда Франция объявила войну Австрии и Пруссии.

Столкнувшись с войной и революцией, Франция превратилась в господство террора, в течение которого временный король Луи XVI, Мария Антуанетта и тысячи людей, в основном аристократов, были казнены.

Действуя подобно Гитлеру 150 годами позже, якобинцы закрыли все масонские ложи в 1793 г., боясь, что масонская организующая сила может быть направлена против них.

“За Конвенцией, за клубами, за Революционным трибуналом существовала... эта наиболее тайная конвенция, которая руководила всем... оккультная и ужасная власть которой состояла в том, что Конвенция занимает подчиненное положение к тайной конвенции, основанной Орденом иллюминати” [575], — отмечает Вебстер.

Автор Ральф Эпперсон после исчерпывающего изучения предмета выразил свое согласие с мнением Несты Вебстер. Он писал:

“Невидимой рукой, направляющей Французскую революцию, была организация “Иллюминати”, просуществовавшая к тому времени всего 13 лет, но тем не менее достаточно могущественная для того, чтобы вызвать революцию в одной из великих стран мира” [576].

Войны, бунты и перевороты продолжались во Франции до тех пор, пока молодой генерал Наполеон Бонапарт наконец не установил полный контроль в стране в 1799 г. Хотя он продолжил свой собственный террор в Европе на протяжении многих лет, Наполеон объявил конец революции. Франция представляла собой бойню. Сотни тысяч умерли от голода, войн, насилия и гильотины. Власть монархии и главенство церкви были в значительной степени уничтожены.

“Так в “великом крушении цивилизации”, как описывал это современник, планы каббалистов, гностиков и тайных обществ, которые за почти восемнадцать веков истощили основы христианства, нашли свое воплощение” [577],

— отметила Вебстер. Опыт по организации массовых восстаний типа Французской революции, возможно, мог бы быть приобретен на новых американских землях. Американская революция была не единственным творением тайных обществ, как и во Франции, однако, возникает определенное тайное осознание невидимых связей всех тайных обществ, основанных на религиозных и философских различиях.

А теперь давайте мысленно перенесемся в 1118 г., знаменитый тем, что в этот год в Ерусалиме девять рыцарей во главе с Хуго де Паэном основали единый монашеский и рыцарский орден. Назвали его Орденом тамплиеров или храмовиков (от французского слова “temple” — храм), или воинством храма, о котором мы будем более подробно вести речь ниже. Здесь же нас интересует период, связанный с концом ордена в эпоху французского короля Филиппа Красивого. Объявление о роспуске Ордена тамплиеров мог сделать только Папа. Им в то время был Климент V, зависимый очень сильно от короля Франции.

Но почему Филипп Красивый объявил войну Ордену?

Очевидно, самый легкий ответ заключается в том, что король стремился завладеть огромными богатствами тамплиеров, у которых он сам дважды одалживал крупные суммы денег. Однако такой ответ не выдерживает критики хотя бы потому, что, невзирая на всю таинственность организации арестов, тамплиеры знали о них и, безусловно, спрятали свои сокровища.

По всей вероятности, Филипп Красивый и его советники, объявляя войну Ордену храмовиков, стремились уничтожить грозную силу, настоящее государство в государстве, которое, благодаря своим международным связям, полностью выходило из-под контроля королевской власти. Орден вынашивал планы европейского масштаба с целью если не уничтожить вообще институт монархии, то, по крайней мере, мало–помалу лишить королевской власти.

Есть все основания полагать, что Орден тамплиеров имел двойную иерархию: кроме видимого Великого Магистра, несомненно, существовали другие представители высшей власти и тайный Великий Магистр.

На костер в марте 1314 г. взошли Жак де Моле и тридцать семь рыцарей храма...

Уже написаны целые тома о том, продолжил ли Орден тамплиеров свое тайное существование после смерти Жака де Моле и его роспуске и сохранилась ли его оккультная часть, что логически подтвердило бы существование тайных Великих Магистров ордена. Тайный замысел тамплиеров создать идеальное государство на мировом уровне существует и реализуется сегодня. Это наводит на мысль о тайной связи тамплиеров с Приоратом Сиона и братством розенкрейцеров, а также высшими масонскими кругами Франции во второй половине XVIII в.

В таком случае возникает гипотеза, что Французскую революцию сознательно организовали, чтобы отомстить за Орден храмовиков и Жака де Моле, уничтожив власть папства и короля и заточив перед казнью последнего из Капетингов (последнего потомка Филиппа Красивого, уничтожившего тамплиеров) в башню замка Тампль.

Однако многие исследователи забывают о том, что Филипп Красивый также изгнал и евреев из Франции.

“Около середины 1306 г. казна оказалась почти пустой; тогда король решил поступить так, как он в следующем году поступил с храмовиками; он изгнал евреев и насильно захватил их имущество как недвижимое, так и движимое” [578].

При изучении тайных причин революции напрашивается вывод, что подожгли фитиль революционных событий во Франции 1789 г. тайные масонские общества. К этому времени масонство прочно внедрилось во все слои общества. В 1787 г. эта тайная организация насчитывала от сорока до пятидесяти тысяч членов. Однако следует предположить и влияние более мощных сил, чем франкмасонство, высших или параллельных, и прежде всего это касается сверхтайной деятельности орденов, управляемых иудеями.

Похоже, идея отомстить потомкам Филиппа Красивого за казнь Жака де Моле и изгнание им же евреев из Франции владела умами некоторых самых радикальных вождей революции. Возможно, не случайно местом заключения последнего из Капетингов и его семьи стал замок Тампль, который был парижским центром уничтожения Ордена тамплиеров и принадлежал этому Ордену. Скорее это напоминало безжалостную месть.

Если проанализировать видимую и тайную историю Французской революции, мы обнаружим четко выраженное возрастающее влияние баварских иллюминатов, которое непомерно возросло после Вильгельмсбадского конгресса. Вот что пишет об этом Неста Вебстер:

“1781-1782 гг. были переломными и для еврейского вопроса, затронутого на Вильгельмсбадском конгрессе. В этот период Европа пережила всплеск просемитских настроений, спровоцированный книгой Дома “Об улучшении положения евреев”, написанной под влиянием Моисея Мендельсона и завершенной в августе 1781 г. [579].

“Случилось так, — писал аббат Леманн, — что за восемь лет до Французской революции в Пруссии была издана программа поддержки иудаизма... Эта книга значительно повлияла на революционное движение; это — призыв к борьбе за интересы евреев, сигнал к выступлению” [580].

Для любителей игры в масонство, особенно из числа царственных фамилий, очень поучительна и назидательна судьба принца–масона, прозванного Филипп–Равенство.

“В декабре 1792 г. герцог Орлеанский сложил с себя звание великого мастера. Отставка его была принята 13 мая 1793 г. Герцог изложил письменно причины своего ухода: “Я поступил в масонство, которое явилось для меня залогом равенства в такое время, когда еще никто не мог предвидеть нашей революции; точно также поступил я в парламент, который я считал олицетворением свободы. Но с тех пор пришлось мне оставить эти мечты и обратиться к действительности...

Не зная, из кого состоит “Великий Восток”, я считаю, что республика, особенно при самом своем возникновении, не должна терпеть ничего скрытого, никаких тайных обществ. Я не хочу иметь более ничего общего ни с неизвестным мне “Великим Востоком”, ни с собраниями масонов” [581].

В этом заявлении предавшего монархию принца вскрывается вся подоплека франкмасонства: даже великий мастер “Великого Востока”, более 20 лет пробывший в этом звании, не знал, из кого, собственно, состоит председательствуемое им тайное общество. Герцог Орлеанский прозрел слишком поздно. Вскоре после разрыва с масонством тайная власть его обвинила, и ему отрубили голову.

Глубже проникал в сущность масонства зачинатель революции Мирабо. Причины его большей осведомленности были его близости к господам всех революций — евреям.

“Мирабо сблизился с иллюминатами в Берлине в еврейском салоне Мендельсона, — говорит Грец в своей “истории евреев”, — и дал решительный обет стать по своем возвращении во Францию ходатаем эмансипации евреев; действительно, он открыл свою революционную деятельность книгою: “Политическая реформа евреев”. Вообще Мирабо пользовался всяким случаем, чтобы заступиться за евреев. Он был положительно влюблен в них” [582].

Впрочем историк Карлейл этой влюбленности Мирабо в евреев дает следующее объяснение:

“Весьма важным обстоятельством в жизни Мирабо был факт, что он с ранних лет сильно задолжал евреям...”

Среди “великих” революционеров таким влюбленным в евреев был далеко не один Мирабо, и потому революция даровала евреям полное равноправие, не коснулась ни одного еврейского владения и не задела интересов еврейской веры. Когда же были пущены в продажу конфискованные замки дворян, то еврейство скупило задешево множество владений. Злоба и ненависть злодеев революции была направлена тайной силой исключительно против христианства и христианского духовенства, которое во множестве было истреблено вместе с “аристократами” из христиан.

Еврейский историк Гретц признает огромное значение работы Дома, “изобразившего христиан как жестоких варваров, а евреев — как славных мучеников. Все мыслящие люди, — добавляет он, — с тех пор начали интересоваться еврейским вопросом” [583].

Далеким отзвуком этих событий стали изданные в 1791 г. по настоянию Мирабо и аббата Грегуара эдикты Национального собрания о предоставлении гражданских прав евреям. Ну а непосредственным их результатом было решение, принятое на масонском Вильгельмсбадском конгрессе (его посетил и Лессинг с группой евреев) [584], согласно которому евреи стали допускаться в ложи [585].

Тогда же было решено переместить штаб–квартиру масонов–иллюминатов во Франкфурт, являвшийся цитаделью евреев–финансистов, среди которых выделялись такие ведущие репрезентанты своей нации, как Ротшильд, Вертгеймер, Шустер, Шпейер, Штерн и другие [586]. Здесь, во Франкфурте, в главной ложе, и был разработан грандиозный план всемирной революции; а когда на большом масонском конгрессе в 1786 г. два французских масона вынесли смертные приговоры Людовику XVI и Густаву III, королю Швеции, именно здесь они были санкционированы [587].

Учитывая все эти факты, версия о мести евреев французам за изгнание их из Франции Филиппом Красивым в 1306 г. выглядит очень правдиво. Здесь вступает в игру Ротшильд и его несметные богатства.

Среди лож “Великого Востока” одна, называвшаяся ложею “Соединенных Друзей”, была специально предназначена для ведения иностранной корреспонденции. В этой ложе особенно выделялся знаменитый революционер Савалет де Ланж. Этот масон заведовал “королевской казной”. Будучи облечен наибольшим доверием монарха, какое только может заслуживать самый верный подданный, он в тоже время принимал участие во всех тайных обществах, во всех ложах, во всех заговорах.

В истории Французской революции произошло событие, которого не только позднейшие историки, но даже Наполеон — почти очевидец — не могли себе объяснить. Что побудило короля Луи XVI отдать приказание своей верной, швейцарской гвардии положить оружие и прекратить сражение с напавшей на его дворец и почти уже разбитой толпой уличных мятежников?

Новейшие исследования выяснили, что король такого приказа не посылал, а наоборот, со шпагою в руке сам готов былъ принять участие в борьбе. От имени короля ужасный приказ верным защитникам трона передал не кто иной, как “хранитель королевской казны”, масон Савалет де Ланж... Только позднее, когда большинство гвардии подчинилось мнимому королевскому приказу, и лишь небольшие отряды швейцарцев все еще продолжали уже бесполезное сопротивление, король действительно прислал героям приказ сложить оружие.

Наполеон утверждал впоследствии, что несколько хороших залпов королевской гвардии легко могли разогнать “всю эту бунтующую сволочь”.

Не будь предательства королевского казначея–масона, вся революция могла бы получить совсем иное направление. Впрочем, не только казначей короля, но и его министр финансов, масон Неккер, был таким же предателем своего монарха.

Король Луи XVI был казнен 21 января 1793 г., но смертный приговор ему был вынесен еще в 1782 г. на конгрессе иллюминатов во Франкфурте на Майне под председательством Вейсгаупта. На этом же конгрессе был приговорен к смерти и шве